Илья Янкелевич Габай

(9.10.1935, Баку – 20.10.1973, Москва). Педагог, поэт, сценарист. Участник «митинга гласности» 5 декабря 1965 г. и демонстрации 22 января 1967 г

В 1968 г. – автор и соавтор публицистических текстов, распространявшихся в Самиздате и получивших широкую известность.

Один из первых участников издания «Хроники текущих событий». Вырос в еврейской семье. В 1962 г. окончил Московский педагогический институт им.Ленина. Преподавал литературу – сначала в провинции, затем в Москве (в частности, в школе для глухонемых детей, где разрабатывал новые методики сурдопедагогики). Писал стихи и совместно со своим другом Марком Харитоновым пробовал себя в прозе.

Дважды принял участие в публичных акциях протеста – в демонстрациях на Пушкинской площади в Москве 5 декабря 1965 г. с требованием гласности суда над писателями А.Синявским и Ю.Даниэлем и 22 января 1967 г. в защиту арестованных по делу Гинзбурга – Галанскова. Последняя не прошла ему даром: 26 января 1967 г. был арестован. Ему было предъявлено обвинение по ст.190-3 УК РСФСР; несколько месяцев провел в Лефортовской тюрьме.

Однако в июне он был освобожден, а в августе его дело было прекращено – случай крайне редкий в политических делах того времени.

В январе 1968 г. Габай вместе с Ю.Кимом и П.Якиром составляет обращение «К деятелем науки, культуры, искусства», ставшее одним из наиболее известных текстов кампании протеста, начавшейся после процесса над А.Гинзбургом, Ю.Галансковым и др. (так называемый «Процесс четырех»).

Авторы обращения указывают на прямую связь между политическими преследованиями в стране и попытками «ресталинизации».

Подпись Габая стоит под рядом правозащитных документов 1967–1969 гг.

Габай, по-видимому, присутствовал на встречах февраля–марта 1968 г., где обсуждалась идея информационного периодического правозащитного издания, а позже помогал Горбаневской в ее работе над выпусками правозащитного бюллетеня «Хроника текущих событий». 3-й номер «Хроники», готовившийся сразу после «демонстрации семерых» на Красной площади против вторжения стран Варшавского договора в Чехословакию, подготовлен в основном силами Габая и его жены Галины.

По следам судебного процесса над демонстрантами (октябрь 1968 г.) Габай написал очерк о впечатлениях человека, три дня простоявшего около здания суда. Очерк «У закрытых дверей открытого суда» вошел в книгу Горбаневской «Полдень», посвященную «делу о демонстрации 25 августа».

Через П.Г.Григоренко и А.Е.Костерина Габай познакомился с активистами крымско-татарского движения – З.Асановой, Р.Кадыевым, М.Джемилевым и другими. Принимал близкое участие в делах крымских татар и даже редактировал документы движения (в частности, т.н. «Информации»). Часть обысков, проводившихся КГБ на квартире Габая (всего с октября 1968 г. по май 1969 г. было проведено четыре обыска), связана именно с его контактами с крымскими татарами. 7 мая, в день, когда в Ташкенте арестовали Григоренко (также «по крымско-татарскому делу»), у Габая был проведен последний обыск; изъято, в частности, большое количество документов, связанных с крымско-татарским движением. Вскоре (19 мая 1969 г.) он был арестован по обвинению в «клевете на советский строй» и этапирован на следствие в Ташкент. Его судили в январе 1970 г. в Ташкенте вместе с лидером крымских татар М.Джемилевым. В составе обвинения – обращение «К деятелям науки, культуры, искусства» и ряд других правозащитных документов. Приговорен к 3 годам лагерей. Перед концом срока Габая этапируют в Москву и допрашивают по так называемому «делу № 24» (по этому делу, известному также как «дело «Хроники текущих событий», в 1971–1972 гг. был арестован и привлечен к суду ряд близких Габаю участников правозащитного движения). По некоторым свидетельствам, при освобождении Габая вынудили подписать заявление об отказе от общественной активности. После освобождения допросы по «делу № 24» продолжились. Через месяц после возвращения Габая в Москву, в июне 1972 г., был арестован его близкий друг Петр Якир; вскоре стало известно, что Якир активно сотрудничает со следствием. Габай отказался подтверждать его показания. Угроза нового ареста, альтернативой которому, по-видимому, могла быть лишь эмиграция, поведение Якира на следствии, общая атмосфера времени (события 1972–1973 гг. воспринимались многими как разгром правозащитного движения) – все это привело Габая к сильнейшей депрессии. 20 октября 1973 г. он покончил с собой.

Заупокойную службу по Габаю – неверующему и самоубийце – служили в православной церкви в Москве, в иерусалимской синагоге и в мусульманской мечети. Прах Габая захоронен на его родине – в Баку; на могиле установлен памятник работы В.Сидура.

В начале 1990-х гг. в российской прессе появился ряд публикаций, посвященных Габаю; в 1994 г. был издан сборник «Выбранные места», составленный из его стихов и прозы.

Г.В. Кузовкин

Библиография:

Посох. – М.: Прометей, 1990.

Выбранные места: Стихи. Проза. Публицистика. Письма. / Сост. Г.С.Эдельман. Пред. Марка Харитонова. – М.: Весть-ВИМО, 1994.

О нем: Григоренко П.Г. В подполье можно встретить только крыс. – М.: Звенья, 1997.

Якобсон А.А. Почва и судьба.Вильнюс–М., 1992.