ВОПРОСЫ ЯЗЫКОЗНАНИЯ

     В Институте языкознания АН СССР

     25 января 1976г.  газета "Нью  Йорк  Таймс"  опубликовала
статью  И.А.МЕЛЬЧУКА,  в  которой  он  защищал  С.А.КОВАЛЕВА и
А.Д.САХАРОВА от поднятой против них кампании.
     Кандидат филологических наук Игорь Александрович МЕЛЬЧУК,
крупный советский лингвист,  один из основоположников работ по
машинному   переводу,   работал   в   это  время  в  Институте
языкознания АН СССР в должности старшего научного сотрудника.
     26 марта состоялась заседание Ученого совета института,
на котором рассматривался вопрос о  переизбрании  И.А.МЕЛЬЧУКА
на   новый   срок   его  должности.  Заседание  проходило  под
председательством  директора  ИЯЗ  член-корр.  АН  СССР  проф.
В.Н.ЯРЦЕВОЙ   и  ученого  секретаря  института,  зам.директора
Ю.С.ЕЛИСЕЕВА.
     Перед тем как начать процедуру переаттестации, В.Н.ЯРЦЕВА
распорядились удалить из зала заседания "всех посторонних" (не
сотрудников   института),   в   том   числе   и   всех  друзей
И.А.МЕЛЬЧУКА,  лингвистов и математиков.  На просьбы  МЕЛЬЧУКА
разрешить  его  товарищам  войти  в  зал ЯРЦЕВА отвечала:  "На
текущие, рабочие, нормальные заседания приглашаются сотрудники
института  и  только...  Нет,  у  нас  не  закрытое заседание.
Закрытое заседание  -  это  когда  присутствуют  только  члены
совета.  Это, в общем, вопрос внутриинститутской дисциплины...
Наши рабочие дела следует, видимо, решать без посторонних..."
     Согласно процедуре,  в  начале  заседания  Ученого совета
И.МЕЛЬЧУК    представил    отчет    о    своей    научной    и
научно-организационной деятельности за последние 5 лет.
     С 1971 по 1975гг.  МЕЛЬЧУК опубликовал свыше  40  научных
работ,  общим объемом более 65 авторских листов. Кроме того, у
МЕЛЬЧУКА есть еще законченные работы,  которые давно  сданы  в
издательство,  но  до  сих пор еще не изданы,  в том числе 2-я
часть фундаментальной монографии  "К  проблеме  "Смысл-текст".
И.А  МЕЛЬЧУК  выступал  с  научными докладами на отечественных
конференциях по лингвистике, в различных учреждениях АН СССР и
ВУЗах.  Он прочел несколько лингвистических курсов в различных
вузах  страны,  многократно   консультировал   (по   проблемам
автоматической   обработки   текстов)   представителей  разных
учреждений  о  организаций,  был  ученым  секретарем   сектора
структурной   и   прикладной   лингвистики.   В   1971-1975гг.
И.А.МЕЛЬЧУК    неоднократно    приглашали    участвовать     в
международных  конференциях  и симпозиумах,  он представлял на
них доклады,  однако для участия в  них  ни  разу  не  получил
необходимого разрешения, а часть приглашений до него вообще не
дошла. Недавно дирекция института не разрешила ему выехать для
чтения  лекций  даже  в  Киевский  и  Львовский  университеты.
Дирекция не разрешила ему передавать рукопись "Смысл-текст"  в
издательство  "Fink  Verlag"  (Мюнхен),  которое предложило ее
напечатать.
     Во время обсуждения отчета И.А.МЕЛЬЧУКА ЕЛИСЕЕВ поясняет,
что  в  институте  задерживается  публикация  многих   научных
трудов,   а   не  только  монографии  И.А.МЕЛЬЧУКА;  некоторые
рукописи  лежат  в  издательстве  с  1960г.  Что  же  касается
публикации монографии И.А.МЕЛЬЧУКА в ФРГ, то ему запретили это
делать из соображения приоритета:  "Сначала надо публиковать у
нас,  а  потом  пусть  переводит,  кто  хочет".  (В СССР книгу
отказались издавать целиком, мотивируя тем, что превышен объем
листажа, принятый для кандидата наук.) Далее ЕЛИСЕЕВ замечает:
"Научная сторона деятельности МЕЛЬЧУКА достаточно  отражена  в
его  отчете,  а  вот как дело обстоит с общественной работой -
участием  в  методологических   семинарах,   присутствием   на
политических лекциях?..."
     МЕЛЬЧУК напоминает членам Ученого совета,  что он никогда
не  отказывался  "от  какого  бы  то  ни  было поручения",  на
методологические же семинары "действительно часто  не  ходил",
их тематика его мало интересует,  и он считает, что "участие в
методологических  семинарах  -  дело  добровольное".  Директор
института:  "Ну нет, методологические семинары - это важнейшее
мероприятие по  идейно-политической  подготовке  сотрудников".
Доктор  наук  М.М.ГУХМАН  обращается  к И.МЕЛЬЧУКУ с вопросом,
знает ли он, что он "единственный человек в институте, который
не посещает семинары?" МЕЛЬЧУК:  "Нет, не знаю, и мне странно,
что я единственный человек, кому это неинтересно".
     Члены Ученого   совета   свои   выступления   о   научной
деятельности   МЕЛЬЧУКА   сводят   к   "Неучастию  МЕЛЬЧУКА  в
общественной  жизни  института",  напоминают  ему  о  письмах,
"которые  были  использованы за рубежом во вред нашей стране".
Директор института сообщает  Ученому  совету,  что  25  января
1976г.  в газете "Нью Йорк Таймс" появилось письмо, написанное
Игорем Александровичем.  "Я считаю нужным  информировать,  наш
Ученый  совет,  -  говорит  В.Н.ЯРЦЕВА,  -  об  этом поступке,
недопустимом не только в научном коллективе  института,  но  и
вообще   в   коллективе   советских  людей".  Д-р  М.М.ГУХМАН:
"Содержание отчета Игоря Александровича сугубо  академическое.
А   ведь  он  не  так  давно  выступил..  с  письмом,  которое
представляет собой клевету на нашу страну, на наш образ жизни,
на  нашу идеологию и политику...  Игорь Александрович - зрелый
человек, и он должен понимать, что его борьба против советской
идеологи  наносит  ущерб  не  только  нашей  стране,  но всему
прогрессивному  человечеству...  это  хлеб  империалистической
пропаганды.   Это   его  выступление  -  уже  не  ошибка;  это
враждебный акт,  который делает невозможным  пребывание  Игоря
Александровича  в  нашем  коллективе".  Из зала:  "А нельзя ли
узнать содержание письма?".  МЕЛЬЧУК отвечает,  что  он  готов
прочитать   текст,   но   предпочел   бы   это  сделать  после
голосования,  т.к.  считает недопустимым  смешивать  вопрос  о
переизбрании  в  должности  со статьей в "Нью Йорк Таймс".  Он
встает  и  зачитывает  отрывок  из  "Международного  Пакта   о
гражданских    и   политических   правах",   ратифицированного
Советским  Союзом.  ЕЛИСЕЕВ:  "В  порядке   разъяснения   хочу
сказать, что в соответствии с инструкцией ... советский ученый
должен быт безупречным  в  морально-политическом  отношении...
Поэтому,  ссылаясь  на  какие-то  пакты,  нельзя  искусственно
ограничивать критику ученого  узкоакадемической  стороной  его
деятельности;  кроме того,  И.МЕЛЬЧУК выступал и раньше против
советской идеологии,  но признал ошибочность  своих  действий"
(ЕЛИСЕЕВ  имеет  в  виду письма в защиту СИНЯВСКОГО и ДАНИЭЛЯ,
ГАЛАНСКОВА   и   ГИНЗБУРГА,   протест   против   вторжения   в
Чехословакию).
     МЕЛЬЧУК подтверждает,  что  выражал  сожаление  по поводу
своих выступлений.  "Но,  - сказал он, - честно признаюсь, что
так  я  поступал  только  под  действием  страха  и  вел  себя
малодушно. Но я устал бояться. Больше я не боюсь".
     ЕЛИСЕЕВ: "Тут  спрашивали о содержании письма в "Нью Йорк
Таймс".  Я сам  текст  письма  не  видел,  но,  насколько  мне
известно,  оно  написано в поддержку А.Д.САХАРОВА и сводится в
основном к трем пунктам:
     1) В СССР нет возможности свободно выражать свое мнение;
     2) Инакомыслящие  преследуются,  их  держат  в  тюрьмах и
психбольницах;
     3) Советская    общественность   поступает   неправильно,
осуждая САХАРОВА.
     И.МЕЛЬЧУК решительно протестует против травли честнейшего
советского ученого, каковым он считает САХАРОВА".
     (Возглас в зале: Кошмар!)
     Выступает председатель месткома С.М.ХАЙДАКОВ. Он обращает
внимание Ученого совета на то, что "Игорь Александрович выбрал
для своего письма газету, являющуюся оплотом самой реакционной
прослойки в США,  самых правых империалистов. Ведь к нему было
бы  куда  меньше  претензий,  если  бы  он послал свое письмо,
например,  в  "Морнинг  Стар"..."  ("Вы  стали  марионеткой  в
чьих-то нечистых руках!" - реплика В.Н.ЯРЦЕВОЙ).
     Выступление Н.З.ГАДЖИЕВОЙ:  на  нее  поведение   МЕЛЬЧУКА
произвело   тоже   тяжелое   впечатление.  Развивала  тезис  о
взаимосвязи науки и мировоззрения.
     Ю.Д.ДЕШЕРИЕВ в  несколько более осторожной форме высказал
недоумение по поводу поступков МЕЛЬЧУКА.
     Слова просит      профессор,      научный     консультант
филологической редакции "Прогресс"  Н.С.ЧЕМОДАНОВ  (сейчас  на
пенсии).  Он  всегда считал МЕЛЬЧУКА нахальным,  еще когда они
были вместе в МГУ,  но не знал о его политических взглядах,  а
то  бы  не  подписывал  с ним контракта ни на одну его работу.
"Попробовали бы вы там, на Западе, например в ФРГ, выступить с
пропагандой  коммунистических  взглядов!  Там ни одного дня не
стали бы держать коммуниста на государственной службе. С какой
стати  мы  должны  считаться  с  вашей  точкой зрения?  Я буду
голосовать против вашего переизбрания!"
     МЕЛЬЧУК: "Решение Ученого совета предопределено."
     Директор института   В.Н.ЯРЦЕВА   заканчивает   заседание
Ученого совета:  "...  В  заграничные  командировки  мы  Игоря
Александровича  действительно  не  посылали.  Это потому,  что
каждый советский ученый представляет  наш  строй  и  советскую
идеологию.  А И.А.МЕЛЬЧУК всегда подчеркивает:  "Это мое,  это
личное  мнение".  Нас,  вследствии   монолитности   советского
государства  и  народа,  нельзя  разделить так:  это я,  а все
прочие советские люди где то в стороне, это не мы, это они. Мы
так не можем, или Игорь Александрович с нами, или он с ними. И
мы почувствовали на заседании дирекции,  что он уже с ними.  А
сотрудник  Института  языкознания  должен быть наш,  советский
человек.  И  зря  Игорь  Александрович  говорит,  что  решение
Ученого    совета    предопределено.    Ничто    никогда    не
предопределяется.  Вы не уважаете наш коллектив...  Мы  хорошо
знаем,  что  мир  расколот  надвое  -  вы  обращаетесь к нашим
врагам!"
     МЕЛЬЧУК просит  заключительного  слова,  ему  отказывают.
"Отчет ваш мы  заслушали;  по-моему,  все  ясно.  Переходим  к
очередному вопросу".
     Результат тайного голосования:
     19 членов    Ученого    совета    проголосовали    против
переизбрания на  новый  срок  в  должности  старшего  научного
сотрудника И.А.МЕЛЬЧУКА;
     2 человека - за;
     3 бюллетеня признаны недействительными.
     Через несколько дней МЕЛЬЧУКУ было объявлено,  что  с  18
мая 1976г. он от работы освобожден.

                            *****

     В последние  годы  в  Институте  русского  языка  АН СССР
(директор член-корр.  АН СССР Ф.П.ФИЛИН) были уволены как  "не
прошедшие  по конкурсу" или были вынуждены уволиться под явной
угрозой  "не  пройти  по  конкурсу"  лингвисты:   Ю.Д.АПРЕСЯН,
Л.Н.БУЛАТОВА,     Н.А.ЕСЫКОВА,    Л.Л.КАСАТКИН,    Л.П.КРЫСИН,
Г.А.ПОЖАРИЦКАЯ,  В.З.САННИКОВ,  Е.М.СМОРГУНОВА,   Э.И.ХАНПИРА,
Т.С.ХОДОРОВИЧ.  Все  они  -  "подписанты",  или заступались за
"подписантов", или заступались за заступавшихся.


     В МГПИИЯ им. М.Тореза

     В Московском  государственном  педагогическом   институте
иностранных  языков им М.Тореза при кафедре общего языкознания
около 20 лет существует Лаборатория машинного перевода - ЛМП.
     ЛМП является одним из признанных  центров  научной  жизни
московских   лингвистов,  работающих  в  наиболее  современных
областях языкознания.  Ею издается бюллетень "Машинный перевод
и  прикладная  лингвистика",  хорошо  известный  в  СССР  и за
рубежом,  а также серия препринтов группы экспериментальной  и
прикладной лингвистики при Институте русского языка АН СССР. В
Лаборатории проводятся лингвистические семинары и конференции,
ведутся   исследования   в   области   машинного   перевода  и
автоматической  обработки   текстов.   ЛМП   ответственна   за
определенную  тематику научно-исследовательских работ в рамках
СЭВ.
     Научное руководство  Лабораторией  бессменно осуществляет
на  общественных  началах  к.ф.н.  (в  конце  1975г.   защитил
докторскую диссертацию),  доцент,  ст.н.  сотр.  МГПИИЯ Виктор
Юльевич РОЗЕНЦВЕЙГ.  В  ЛМП  числятся  5  штатных  сотрудников
института   и   около  40  научных  сотрудников,  инженеров  и
лаборантов,  много  лет  работающих  здесь  на   хоздоговорных
ставках.
     Договоры с заказчиками на 1976г.  были заключены в срок и
подписаны  ректором института М.К.БОРОДУЛИНОЙ и проректором по
научной  работе   К.В.КОЛШАНСКИМ   (он   же   административный
руководитель   Лаборатории).   Суммы   договоров   с  избытком
обеспечивали фонд  зарплаты.  Были  утверждены  и  календарные
планы.  Однако  приказ  о  штатном  расписании  на  год,  т.е.
документ, на основании которого внештатные сотрудники получают
зарплату,  не  был  выпущен  до  25 марта.  Соответственно все
сотрудники Лаборатории работали, не получая денег. Наконец, 25
марта  ректор  БОРОДУЛИНА  без  ведома  КОЛШАНСКОГО  выпустила
приказ. В нем отсутствовали фамилии следующих шести человек:
     ГИНДИН Сергей  Иосифович,  ст.н.сотр.,   кандидат   наук,
несколько десятков публикаций, в ЛМП со студенческой скамьи.
     ГУРЕВИЧ Анна  Ефимовна,  мл.н.сотр.,  в  ЛМП  работает  с
1968г.
     ЕЛЬНИЦКИЙ Лев Львович, мл.н.сотр., в ЛМП - с 1971г.
     ЛИБЕДИНСКАЯ Нина Юрьевна, ст.лаборант, в ЛМП - с 1969г.
     УРЫСОН Елена Владимировна, мл.н.сотр., в ЛМП - с 1968г.
     ЦЕЙТЛИНА Рина Алексеевна, мл.н.сотр., в ЛМП - с 1972г.
     (Из вышеперечисленных И.А.ЦЕЙТЛИНА -  не  еврейка,  носит
фамилию мужа.)
     В.Ю.РОЗЕНЦВЕЙГ отказался завизировать  урезанное  штатное
расписание и заявил, что в случае издания приказа он откажется
руководить Лабораторией.  Тогда  ректор  объявила  о  закрытии
Лаборатории:  в течение 1976г.  будут уволены все сотрудники в
том числе и те пятеро,  которые  занимают  штатные  должности.
Увольнение намечено произвести в 3 этапа: в августе, октябре и
декабре.  Сотрудникам предложено подыскивать себе новое  место
работы.
     В настоящее время дирекция мотивирует разгон  Лаборатории
тем,   что   ЛМП  "является  чужеродным  телом  в  институте",
поскольку она не принимает непосредственного участия в учебном
процессе.
     Несколько лет  назад  по  распоряжению  БОРОДУЛИНОЙ  было
прервано многолетнее сотрудничество  с  научным  консультантом
Лаборатории И.А.  МЕЛЬЧУКОМ (см.  выше). Вскоре после этого из
Лаборатории был уволен известный  лингвист,  соавтор  МЕЛЬЧУКА
А.К.ЖОЛКОВСКИЙ, подписавший в 1968г. письмо в защиту ГИНЗБУРГА
и ГАЛАНСКОВА.