Право на выезд
                                                                      
     В последнее  время  от тех,  кто получил отказ в выездной
визе,  для пересмотра дела каждые полгода  требуют  обновления
всех документов.
     С середины  июля  1977  года в Одессе у подающих на выезд
снова требуют характеристику с работы. Там же кроме разрешения
от  родителей стали требовать разрешения от взрослых братьев и
сестер.  Разрешения от  родственников  заверяют  теперь  не  в
домоуправлении,  а по месту их работы. Для детей старше 14 лет
необходима справка о том,  что они не  состояли  в  ВЛКСМ  или
исключены из него.

                            *****
                                                                      
     В 1975г.    врач-психиатр   Марина   ВОЙХАНСКАЯ   (Хр.45)
эмигрировала в Англию. Ее, тогда 10-летний, сын Миша остался в
Ленинграде, так как ее бывший муж Е.ВОЙХАНСКИЙ не дал согласия
на отъезд Миши.  Однако он обещал отпустить сына,  как  только
Марина устроится за границей на работу. Все это время Миша жил
у бабушки  (матери  Марины).  Хотя  поставленное  Е.ВОЙХАНСКИМ
условие  выполнено  и  хотя  сам он писал когдато своей бывшей
жене,  что хочет отдать ей  сына  "хотя  бы  из  эгоистических
соображений",  он  продолжает  отказывать  в разрешении на его
отъезд.  Осенью этого года Миша,  после нескольких безответных
обращений к властям с просьбой отпустить его к матери, написал
письмо в Московскую группу "Хельсинки":
                                                                      
          Я умоляю  вас  помочь  мне  уехать к моей маме!  Она
     уехала в апреле 1975 года,  взяв  с  моего  отца  твердое
     обещание, что он отпустит меня в августе 1975 года, но он
     нас обманул и обманывает до сих пор.  По-моему,  он очень
     плохой человек. Я его ненавижу!
          Помогите мне уехать! Я очень люблю мамочку! Какая же
     это справедливость, если сыну не дают жить с мамой!
                                                                      
     В ноябре 1977г.  группа "Хельсинки" и Рабочая комиссия по
расследованию использования психиатрии  в  политических  целях
опубликовали заявление о судьбе Миши ВОЙХАНСКОГО, адресованное
главам   правительств-участников    Хельсинкского    совещания
(документ N25).
     В заявлении   объясняется,   что   отказ    Е.ВОЙХАНСКОГО
отпустить  сына  несомненно  вызван  его  опасениями  за  свое
служебное положение и происходит под давлением властей.

          ...
          Советские власти   мстят    мужественной    женщине,
     удерживая ее маленького сына в качестве ЗАЛОЖНИКА. Марина
     Войханская,  врач-психиатр, - активная участница движения
     за  права  человека  в  СССР.  Еще  находясь в СССР,  она
     протестовала   против    психиатрических    преследований
     инакомыслящих,  а  на  Западе  посвятила  все силы помощи
     жертвам психиатрических репрессий. Собранные ею материалы
     наряду с другими свидетельствами убедили съезд психиатров
     в Гонолулу принять бескомпромиссное  решение,  осуждающее
     использование психиатрии в политических целях. Войханская
     является   также   зарубежным   представителем   "Рабочей
     комиссии  по  расследованию  использования  психиатрии  в
     политических целях".
          ...
          Зная все  подробности  Мишиной  судьбы,  мы  со всей
     ответственностью заявляем: насильное разлучение ребенка с
     матерью,  длящаяся  годы  трагедия  - нарушение не только
     Хельсинкских соглашений,  но и всех принципов гуманизма в
     угоду недостойным политическим соображениям.
          Мы призываем представителей  государств,  участников
     Белградского  совещания,  заступиться за ребенка и помочь
     воссоединению семьи Войханских.  Это дело - не внутреннее
     дело  СССР,  ибо  нарушение прав человека,  права ребенка
     быть с матерью  не  может  быть  внутренним  делом  одной
     страны.
                                                                         
                            *****
                                                                         
     12 сентября  зам.  начальника  Владимирского  ОВИРа майор
ИЛЮХИН сообщил Виктору Некипелову (Хр.46),  что в  выезде  ему
отказано.  "Мы  считаем,  что  вам незачем ехать в государство
Израиль,  вам нечего там делать", - сказал при этом ИЛЮХИН. 22
сентября   НЕКИПЕЛОВ   снова  послал  Председателю  Президиума
Верховного Совета СССР "Заявление об отказе" (Хр.46). Вместе с
заявлением он отослал свой паспорт.  В сопроводительном письме
НЕКИПЕЛОВ потребовал разрешения на выезд.
                                                                         
          ...
          В случае  невозможности  выезда  в   Израиль   прошу
     выпустить  меня  в  Соединенные  Штаты  Америки или любую
     другую т.н. капиталистическую страну...
                                                                         
     Одновременно он  поспал заявления аналогичного содержания
начальнику ОВИРа МВД СССР и начальнику паспортного отдела  УВД
Владимирской области. В одном из них он пишет:
                                                                         
          Я подчеркиваю,   что   мой   отказ   от   советского
     гражданства есть невозможность поступить иначе, не только
     психологическая,   но   почти   физическая  невозможность
     дальнейшего сосуществования с государством, которое стало
     чужим.
                                                                      
     4 ноября  Некипелов  послал  Римской  сессии  Сахаровских
слушаний заявление:
                                                                      
          ...
          Я прошу   2-ю   сессию   Международных   Сахаровских
     слушаний   в   Риме   огласить  это  заявление  на  своих
     заседаниях, рассматривая факт отказа мне в выезде из СССР
     как  доказательство  еще  одного  нарушения  этой страной
     принятых на себя обязательств.
          Я прошу помочь мне и  моей  семье  осуществить  свое
     право - выехать из СССР.
                                                                      
                            *****
                                                                      
     В 1975г.  член-корреспондент  АН СССР,  лауреат Ленинской
премии  Сергей  Михайлович  ПОЛИКАНОВ  (1926г.р.)  получил  от
директора  Европейского центра ядерных исследований профессора
ван ХОВЕ приглашение приехать в Женеву,  чтобы принять участие
в  совместных исследованиях.  В 1962г.  при участии ПОЛИКАНОВА
было сделано открытие,  изменившее  представления  о  процессе
деления атомных ядер.  Исследования,  проводимые в Женеве, как
раз и направлены на проверку  этих  представлений.  В  письме,
адресованном профессору ван ХОВЕ, ПОЛИКАНОВ пишет:
                                                                      
          До последнего  времени  я  был среди людей,  которых
     можно назвать "проходимыми".  Это значит,  что  время  от
     времени  я  мог  ездить  за  границу,  в  том  числе  и в
     капиталистические страны. В моей биографии нет, точнее не
     было, никаких отягчающих обстоятельств:
          я не еврей, а русский,                                            
          я не имею родственников за границей,                              
          я не  находился  на  территории,  оккупированной  во
     время войны немцами,
          я не попадал в вытрезвители и т.д.                                
          Я не  раз  бывал  в капиталистических странах,  даже
     провел в Дании полтора года с семьей,  и  поэтому,  когда
     возник вопрос о командировке меня с семьей в Швейцарию на
     год,  был уверен,  что все будет благополучно,  т.е. меня
     отпустят.  Однако  все  стало выглядеть совершенно иначе,
     когда мне сообщили,  что  я  могу  длительно  работать  в
     Швейцарии,  но  ехать туда должен один.  Для меня было бы
     крайне тягостно проводить в Швейцарии долгие  месяцы  без
     семьи,  и я отказался от командировки на предложенных мне
     условиях.
          Глубоко убежденный  в  необходимости  участвовать  в
     намеченных   исследованиях,   я  обратился  с  письмом  к
     секретарю ЦК КПСС Суслову М.А.  с просьбой  командировать
     меня с семьей в Швейцарию, но вопрос решен не был.
          Конечно, сейчас  мне  хорошо  известна  причина,  по
     которой  мне  не  разрешили  поехать  в  Женеву с семьей.
     Сотрудники КГБ не  желают,  чтобы  моя  жена  поехала  за
     границу.  Не  удивительно  ли?  Ведь  она  не работает и,
     естественно,   не   владеет   никакими   государственными
     тайнами.  Единственно, в чем ее можно обвинить, так это в
     том, что она, как, впрочем, и другие женщины, не выражает
     восторга  по  поводу  пустых прилавков в наших магазинах.
     Скорее всего,  какой-нибудь осведомитель написал донос  в
     КГБ,  и этого достаточно. Простая истина, не правда ли? И
     до него отвратительная!
                                                                       
     Далее ПОЛИКАНОВ пишет,  что  через  год  он  обратился  к
БРЕЖНЕВУ  с  просьбой  разрешить  ему сотрудничать с западными
учеными как частному лицу.
                                                                       
          Прошедший год показал,  что мои попытки  бороться  с
     административным   аппаратом   привели   меня  в  "черный
     список".  Я понял,  что меня никогда более  не  пошлют  в
     капиталистическую  страну  даже  на день,  а не только на
     год. Свидетельством того является отказ обсуждать со мной
     вопрос  о  поездке  на две недели в Женеву для обсуждения
     совместной статьи, а также в Копенгаген по приглашению из
     Института Нильса Бора.
          ...
          Мне могут сказать также,  что у нас  немало  ученых,
     которым  не разрешают поездки в капиталистические страны,
     хотя у них имеются приглашения от западных ученых. Должен
     отметить,  что мне всегда было удивительно,  почему никто
     из них не протестует против дискриминации по отношению  к
     ним.  Неужели  страх  репрессий  заглушает  все?  Как это
     печально.
          ...
          В жизни  каждого  человека  рано  или  поздно  может
     наступить момент,  когда он должен спросить себя,  кто же
     он,  свободный человек или бессловесная скотина. От того,
     как он себе ответит и в  соответствии  с  этим  поступит,
     зависит  многое,  скорее  всего  даже  вся его дальнейшая
     судьба.
          Смирись, и тебе гарантирован клок сена в  стойле,  а
     если будешь настаивать на своем, тебе и твоим детям будет
     плохо, и даже очень.
          То, что  произошло  со мной,  заставило меня глубоко
     задуматься о месте человека в нашем  обществе.  Разве  не
     волен  человек  распоряжаться своей судьбой?  Неужели мое
     желание  свободно  сотрудничать   с   западными   учеными
     преступно? Почему какие-то не известные мне люди, которым
     безразличны мои исследования и,  думаю,  наука  в  целом,
     решают,  как я должен жить? А что же тогда смею решать я?
     В глазах этих "хозяев жизни"  я,  по-видимому,  ничтожная
     букашка,   которую   в   случае   необходимости  можно  и
     раздавить.  И Вы можете быть уверены, что они постараются
     это сделать в ближайшее время.
          Еще бы,  ведь  я  не  согласился с тупой покорностью
     жевать  полагающийся   мне   клок   сена,   а   осмелился
     протестовать  и  даже  "вынес  сор из избы",  а это,  как
     хорошо известно, очень тяжкий грех.
                                                                       
     Зам. директора     Объединенного     института    ядерных
исследований в Дубне,  в котором работает ПОЛИКАНОВ, советовал
ему написать ван ХОВЕ, что он болен. Сам он, приехав в Женеву,
так и  сказал  ван  ХОВЕ.  "Посмотрите  на  человека,  который
впервые в этом кабинете лжет в глаза", - ответил ван ХОВЕ.

                            *****

     В июне 1976г. преподаватель Белорусского политехнического
института Лидия Александровна ДРОЗДОВА (Минск, ул. Ландера 52,
кв.  329) попросила разрешения на выезд.  Ответа из МВД она не
получила,  но  из  института  ее  уволили.  В  июле  1976г.  в
заявлении Председателю  ПВС  СССР  Н.В.ПОДГОРНОМУ Л.А.ДРОЗДОВА
отказалась от советского гражданства. С тех пор она настойчиво
добивается  разрешения  на  выезд.  В июле 1977г.  после шести
безответных заявлений ДРОЗДОВА  написала  письмо  Председателю
ПВС СССР Л.И.БРЕЖНЕВУ.  Через 2 недели ее пригласил инструктор
Минского обкома КПБ ПОДЛЕССКИЙ.  Подлесский сказал, что ЦК КПБ
поручил  ему  рассмотреть  ее  письмо БРЕЖНЕВУ.  В ходе беседы
ПОДЛЕССКИЙ спросил:
     - У вас есть родственники за границей? Мы разрешаем выезд
из СССР только по вызову родственников. Кто вас там примет?
     - Я хочу уехать из СССР не к родственникам, а из-за моего
несогласия с системой, существующей в СССР. Об этом я и писала
Брежневу.  Политических эмигрантов принимают многие страны.  С
секретными работами я не связана,  несовершеннолетних детей не
имею.  Разве  есть  какие-нибудь  причины  для  отказа  мне  в
эмиграции?
     - Таких  причин нет.  Когда у вас возникла мысль покинуть
СССР?
     - В детстве,  когда я еще ходила в школу.  Однако  только
после Хельсинкских соглашений я смогла заявить об этом. Я была
свидетелем сталинского  террора,  беззаконий  и  преследований
многих людей.
     Во время    второй   беседы   ПОДЛЕССКОГО   с   ДРОЗДОВОЙ
присутствовал "неизвестный". Он сказал ДРОЗДОВОЙ:
     - У вас есть сестра. Почему вы не сообщили ей, что хотите
уехать из СССР? Вы должны были это сделать.
     - Сообщу, когда найду нужным.
     В конце беседы  ПОДЛЕССКИЙ  сказал,  что  для  оформления
документов  на выезд необходимо пройти медосмотр,  и предложил
ДРОЗДОВОЙ начать медосмотр  с  психиатра.  ДРОЗДОВА  попросила
ПОДЛЕССКОГО, чтобы он запросил справку из псих. диспансера.
     - Нет,  я не могу этого сделать.  Вы  сами  должны  пойти
туда. Разве вы боитесь, что вас заключат в сумасшедший дом?
     - Да,  думаю, что именно эту цель вы преследуете, посылая
меня к психиатрам. Во всяком случае, я не могу рисковать.
     - В  таком  случае  наш  разговор  окончен.  Мы  не будем
рассматривать ваше заявление.
     12 ноября   ДРОЗДОВА   обратилась  за  помощью  в  группу
"Хельсинки".
                                                                         
                            *****
                                                                         
     21 октября  в Московскую группу "Хельсинки" обратилась за
помощью Лилия СЧАСТЛИВАЯ (Москва,  16 Парковая ул. 55, кор. 2,
кв. 73).
     В феврале 1975г.  она подала документы на выезд, а в июле
1975г.  получила отказ по причине "секретности" бывшей работы.
(Счастливая   работала   переводчицей   в   бюро  обслуживания
гостиницы   "Россия".   А.ПОЛАДЯН,  которая  после  увольнения
Счастливой стала работать на ее месте,  в январе 1977г. подала
документы на выезд а в июне уже уехала.)
     После того,  как СЧАСТЛИВАЯ подала документы на выезд, ее
сына  Сергея  СЧАСТЛИВОГО  (1955г.р.) выгнали из института.  В
сентябре 1976г.  он тоже подал документы на выезд, а в декабре
1976г. получил немотивированный отказ.

                            *****
                                                                         
     Немецкая семья ЛАНГЕ,  проживающая  в  Киргизии  (722191,
Аламединский р-н,  с.  Аламедин,  ул. Маяковского 1), с 1960г.
добивается разрешения на  выезд  в  Германию.  В  октябре  они
отправили  письмо  "В  комитет  защиты прав человека в СССР" с
просьбой о помощи.
                                                                         
                            *****
                                                                         
     В Литовскую  группу  "Хельсинки" с просьбой помочь уехать
из СССР обратились Ирена-Анна СТАНИЕНЕ  (1938г.р.),  Альфредас
ПЕТЕРАЙТИС (1943г.р.) и бывшие политзаключенные Стяпас БУБУЛАС
(1917г.р.),   Повилас   ПЕЧЮЛАЙТИС   (1923г.р.),   Энн   ТАРТО
(1938г.р.).
     У СТАНИЕНЕ (Клайпеда, ул. Ушакова 3, кв. 1) мать и сестра
уже уехали в ФРГ. Сама СТАНИЕНЕ тоже имеет гражданство ФРГ. Ей
уже несколько раз отказывали в выезде.
     ПЕГЕРАЙТИС (Клайпеда,  ул.  Дауканто 33,  кв. 2) с 1974г.
добивается разрешения на выезд в ФРГ - к отцу.
     БУБУЛАС отсидел 15 лет (1947-1962) по ст.58 старого УК.
     ПЕЧЮЛАЙТИС отсидел 20 лет (1952-1972) по ст.58 старого УК
и 1 год (1975-1976) за "нарушение паспортных  правил"  (Хр.36,
37).
     ТАРТО сидел в 1956-1962гг.
                                                                         
                            *****
                                                                         
     В сентябре 1977г. бывшие политзаключенные Иван ОВЧИННИКОВ
(1929г.р.),   Вячеслав   РЕПНИКОВ   (1935г.р.),   Юрий   ГРИММ
(1935г.р.),  Виктор  СЕМЕНОВ  (1939г.р.),  Ромас-Юозанас ГЕДРА
(1944г.р.),   Бируте   ПАШИЛЕНЕ   (1928г.р.)    и    ее    сын
Алексас-Альфонсас ПАШИЛИС (1949г.р.) обратились к Л.И.БРЕЖНЕВУ
с  просьбой  о  разрешении  выехать  из  СССР  и к Д.КАРТЕРУ с 
просьбой о разрешении въехать в США.
     ОВЧИННИКОВ (601600,  Владимирская  обл.,  Александров,  3
Краснорощинская ул.  3, кв. 2) в 1958-1965гг. сидел в Мордовии
по   ст.64   УК  РСФСР,  в  1966-1969гг.  сидел  на  Урале  за
недонесение о попытке побега за границу своего друга.
     РЕПНИКОВ (601601 Владимирская обл, Струнино, ул. Осипенко
17) 1953-1955гг.  провел в Ленинградской СПБ, 1959-1969гг. - в
Мордовии ("измена родине").
     ГРИММ (113054,  Москва,  Татарская  ул.  9а,  кв.  74)  в
1964-1966гг.  сидел в Мордовии (ст.70 УК РСФСР).  О нем было в
Хр.46.
     СЕМЕНОВ (357371,  Ставропольский край, Предгорный р-н, с.
Подкумок Ессентукская ул.  48) 1959-1969гг.  провел в Мордовии
(попытка нелегально покинуть СССР).
     ГЕДРА (235780,  Литовская ССР,  Паланга, ул. Ю. Янонио 3,
кв.  1)  в  1962-1967гг.  сидел в Мордовии (попытка нелегально
покинуть СССР).
     ПАШИЛЕНЕ (Литовская ССР,  Клайпеда,  ул.  Васоротою 20) в
1946-1949гг. сидела за связь с литовским подпольным движением.
     ПАШИЛИС (там   же)   1970-1974гг.   провел   в   Мордовии
(антисоветская агитация и пропаганда).
                                                                      
                            *****
                                                                      
     Активистка крымскотатарского  движения  Айше СЕЙТМУРАТОВА
(Хр.34, 37, 41) в декабре 1976г. подала документы на выезд "по
вызову родственника из Израиля". В начале 1977г. ей отказали.
     В заявлении БРЕЖНЕВУ от 25 сентября 1977г.  СЕЙТМУРАТОВА,
ссылаясь  на  Конвенцию  о  борьбе  с дискриминацией в области
образования  и  Заключительный  Акт  Европейского   совещания,
просит разрешить ей выезд.
                                                                      
          К тому же  я  не  желаю  жить  в  Узбекистане,  куда
     сослана  на  пожизненную ссылку...  Если мне нет места на
     моей родной земле - в Крыму,  то чужбину  себе  я  выберу
     сама.
                                                                      
     4 октября   СЕЙТМУРАТОВА   обратилась   к    Белградскому
совещанию. Она пишет:
                                                                      
          Я лишена свободы передвижения по территории СССР.  В
     1976  году  5  сентября  ...  применив  физическую  силу,
     выдворили меня из Крыма.  В апреле 1977г. в Москве угрозы
     - выдворили!  В Узбекистане систематически  нахожусь  под
     гласным и негласным надзором.... Преследования, которым я
     подвергаюсь по настоящий день, носят не частный характер,
     а     являются    конкретным    примером    преследований
     крымскотатарского народа...
          Лишенная в СССР  гражданских  и  национальных  прав,
     средств существования, я вынуждена была обратиться в ОВИР
     с заявлением о выезде за пределы  СССР,  чтобы  завершить
     образование  и  заняться  исторической наукой,  так как в
     своей стране меня лишили этой возможности.  Но ОВИР МВД и
     КГБ  УзССР  поставили  вето и на это мое право - право на
     выезд.  Угрозы и запугивания,  преследования после подачи
     заявления  в ОВИР о выезде усилились.  Не гарантирована я
     даже от физической расправы.

     СЕЙТМУРАТОВА просит   участников  совещания  защитить  ее
права и содействовать ее выезду.