Суды над адвентистами
                                                                          
     Процесс ШЕЛКОВА, ЛЕПШИНА, СПАЛИНЯ, ФУРЛЕТ и МАСЛОВА
                                                                          
     12 марта   в    Ташкентском    областном    суде    после
полуторамесячного перерыва (Хр.52) возобновилось слушание дела
председателя Всесоюзной Церкви Верных и Свободных  Адвентистов
Седьмого   Дня   (ВЦ   ВСАСД)  В.А.ШЕЛКОВА  (1895г.р.)  и  его
единоверцев А.А.СПАЛИНЯ  (1935г.р.),  И.С.ЛЕПШИНА  (1933г.р.),
С.И.МАСЛОВА (1920г.р.), С.П.ФУРЛЕТ (1924г.р.).
     Судья - Н.С.АРТЕМОВ,  прокурор -  В.И.БАЙМЕЕВ,  защитники
В.Г.СПОДИК, Е.Д.ТРАЧ, В.А.ПОПИК.
     На вопрос председательствующего о  доверии  составу  суда
ШЕЛКОВ ответил,  что составу суда пока доверяет,  но, если суд
будет проявлять  атеистическую  пристрастность,  он  даст  ему
отвод.   АРТЕМОВ   потребовал   ответа   "да"   или   "нет"  и
препятствовал  занесению  в  протокол  слов  ШЕЛКОВА.   Однако
адвокат  СПОДИК,  сославшись  на  соответствующую  статью УПК,
заявил,  что все происходящее в зале суда должно быть дословно
и полностью записано в протокол и любые действия, направленные
против этого  положения,  будут  рассматриваться  защитой  как
грубое   нарушение   закона.  Он  добавил,  что  защита  ведет
параллельную запись и все искажения  и  пропуски  в  протоколе
будут выявлены и обжалованы. И это заявление адвоката, и ответ
ШЕЛКОВА были занесены в протокол.
     В начале судебного заседания СПАЛИНЬ и ЛЕПШИН подтвердили
свой отказ от адвокатов,  однако СПАЛИНЬ просил суд  разрешить
ему  пользоваться  юридической  помощью адвоката ТРАЧА.  Судья
ответил,  что   "такое   половинчатое   решение   законом   не
предусмотрено".   Тогда   ТРАЧ  пояснил,  что,  согласно  УПК,
подсудимый имеет право на получение юридической  консультации,
что  не  обязывает  его  иметь адвоката.  Ходатайство СПАЛИНЯ,
поддержанное ТРАЧЕМ, было удовлетворено.
     Затем было зачитано  обвинительное  заключение.  Согласно
этому документу ШЕЛКОВ обвиняется

     в том,  что  он,  являясь  адвентистом  7-го  дня,  после
     раскола в 20-х годах в их среде примкнул  к  реакционному
     направлению адвентизма, не признающему законодательство о
     культах,  именуемому "Всесоюзная церковь Адвентистов 7-го
     дня, верного остатка - реформистов" (ВЦ ВСАСД).
          Под видом    проповеди    религиозного    вероучения
     адвентистов  побуждал  граждан  к  отказу  от  участия  в
     общественной жизни и исполнения гражданских обязанностей.
     За  противоправную  деятельность  он трижды привлекался к
     уголовной  ответственности  и  был   судим.   Начиная   с
     послевоенного периода после отбытия наказания в 1954 году
     Шелков,  фактически встав у руководства нелегальной секты
     "Адвентистов 7-го дня, реформистов", присвоив себе звание
     Председателя Всесоюзной церкви ВСАСД, нелегально создал в
     стране    разветвленную,   тщательно   законспирированную
     организацию   с   собственным    издательством    "Верный
     свидетель".  Выпускаемая  этим  издательством  литература
     печаталась  типографским,  ротаторным  способами   и   на
     пишущих   машинках.   22   августа  1978  года  в  городе
     Пятигорске была обнаружена типографская машина с  большим
     количеством  шрифта,  на  которой  печаталась литература,
     изъятая во время  обысков  по  данному  уголовному  делу.
     Секта   существует  на  средства  верующих,  взимаемых  в
     размере 2-х десятин,  т.е.  20%  от заработка каждого  ее
     члена.
          Шелковым создана структура нелегальной  организации,
     низшим звеном которой, согласно части 3 "Основ церковного
     порядка",  является  община,   руководимая   пресвитером.
     Объединение  общин  составляет поле.  Во главе поля стоит
     председатель  Поля  объединяются  в   Унии,   которые   в
     совокупности   составляют  Всесоюзный  союз  во  главе  с
     председателем В.А.Шелковым.
          Из материалов   обыска   в   доме   его   ближайшего
     сподвижника   Маслова   Сергея   Ивановича   видно,   что
     территория  СССР  была  условно  разделена  на  Западную,
     Центральную и Кавказскую унии.  В Западную  унию  входили
     Киевское, Винницкое, Буковинское, Одесское, Прибалтийское
     поля.  Центральная   уния   состояла   из   Воронежского,
     Восточноукраинского,    Донбасского,   Уральском   полей.
     Кавказская уния включает Закавказское, Северо-Кавказское,
     Кубанское поля.
          Возглавляя эту   широко   разветвленную   и  глубоко
     законспирированную  организацию,   Шелков,   находясь   в
     преступном сговоре со своими сподвижниками Спалинем А.А.,
     Лепшиным  И.С.,  Масловым  и  другими  не  установленными
     следствием  руководителями  секты,  совместно  с  ними на
     протяжении последних десяти лет,  а  особенно  активно  в
     последние годы,  занимался изготовлением,  размножением и
     распространением произведений, содержащих заведомо ложные
     измышления,   порочащие   советский   государственный   и
     общественный строй.
          Эти измышления    сводились,    в    основном,     к
     беспочвенному  утверждению  об  отсутствии в СССР свободы
     совести,  вероисповедания  для  верующих,  о   репрессиях
     государственных органов за "чисто религиозные убеждения".
     В  своей  противоправной  деятельности   Шелков   и   его
     сподвижники  сомкнулись  с нелегальной сектой ЕХБ,  с так
     называемыми  "инакомыслящими",  представителями   которых
     являются Сахаров, Солженицын, Орлов, Гинзбург, Ходорович,
     Григоренко и др.  Шелковым в клеветнических целях  широко
     использовались    произведения   указанных   лиц.   Такие
     произведения Солженицына как "Архипелаг ГУЛаг",  "Бодался
     теленок  с  дубом",  "Истребительно-трудовые"  (часть  из
     "Архипелага  ГУЛаг"),  "Свет  в  оконце"   Краснова,   "Я
     поддерживаю"   Ходорович,   "Хроника   текущих  событий",
     издаваемая самиздатом,  "Бюллетени родственников  узников
     евангельских     христианбаптистов",    письма    Орлова,
     Гинзбурга,  Григоренко и  других,  в  которых  содержатся
     измышления,   порочащие   советский   государственный   и
     общественный строй,  размножались машинописным способом и
     распространялись на территории СССР ...
          ...
     Используя все связи и возможности,  Шелков систематически
     передавал за границу сведения, содержащие заведомо ложные
     измышления,   порочащие   советский   государственный   и
     общественный   строй,   и  намеренно  ложной  информацией
     преследовал  цель  дезориентации  мирового  общественного
     мнения об истинном положении верующих в СССР.
          Так, 18 февраля 1977 года  типографским  способом  в
     массовом  количестве  было  изготовлено письмо Шелкова на
     имя   Президента   США   Дж.Картера.   В   этом   письме,
     распространенном  как в СССР,  так и за рубежом,  Шелков,
     именуя  себя  председателем  ВЦ  ВСАСД,   поместив   свою
     фотографию и список работ, автором и соавтором которых он
     является, призывал Президента США вмешаться во внутренние
     дела    СССР,    используя   для   этого   экономическое,
     политическое и дипломатическое давление для  защиты  прав
     верующих  от  якобы  имеющих  место  в  СССР "гонениях со
     стороны госатеизма".
          23 февраля 1977г.  Шелковым издано второе письмо  на
     имя   Президента   США   Картера,  в  котором  он  просит
     Президента  употребить  свое  влияние  и  авторитет   для
     решительной  зашиты  А.И.Гинзбурга,  Ю.Ф.Орлова и "других
     борцов за общечеловеческие права и свободы".
          ...
          В июне 1977 года  Шелков  и  Спалинь  подготовили  и
     размножили  машинописным  способом документ под названием
     "Обращение  к  представителям  государств  -   участников
     Белградского  совещания",  в  котором содержится призыв к
     участникам совещания вмешаться во  внутренние  дела  СССР
     под   предлогом   якобы   отсутствия  свободы  совести  в
     Советском Союзе.  Документ  этот  был  распространен  как
     внутри страны, так и за рубежом.
          В выгодном для себя свете истолковывая положение  об
     отделении церкви от государства,  заявляя,  что на основе
     этого  положения   государству   нет   дела   до   любого
     вероисповедания, Шелков добивался полной бесконтрольности
     за своей деятельностью. Он и его сообщники делали все для
     того, чтобы очернить существующий в СССР строй, как якобы
     антиленинский.  Этими идеями пронизаны все так называемые
     произведения Шелкова.
                                                               
     В обвинительном  заключении  указывается,  что  на обыске
было изъято 110 работ ШЕЛКОВА.

          Заведомо ложные   измышления   распространялись   не
     только путем распространения литературы, но и посредством
     магнитофонных записей.  С этой целью  на  средства  секты
     была   закуплена   в   большом   количестве   портативная
     звукозаписывающая    и    воспроизводящая     аппаратура:
     магнитофоны советского производства "Весна-306", японские
     магнитолы,  унифицированные  магнитофонные   кассеты.   С
     помощью  этой  аппаратуры  производились  записи  передач
     иностранных радиостанций,  вещающих на Советский Союз  на
     русском   языке.  В  передачах  радиостанций  содержались
     ложные  измышления  в  отношении  внешней  и   внутренней
     политики СССР.
          Всего при  обысках  у  Шелкова,   Маслова,   Фурлет,
     Онищенко  и других в Ташкенте было изъято 12 магнитофонов
     и  605  магнитофонных  кассет   с   различными   записями
     указанного характера.
          ...
          Шелков и  другие  руководители  секты систематически
     собирали  факты  привлечения  граждан  к  ответственности
     якобы  за  религиозные  убеждения  и  намеренно,  с целью
     дезориентации общественного мнения  внутри  страны  и  за
     рубежом, преподносили их в ложном свете.
          ...
          Сведения о якобы проводимых репрессиях  в  отношении
     религиозных  граждан  Шелковым  без ведома этих граждан и
     вопреки их желанию передавались за границу.
          ...
          Под руководством Шелкова с  целью  создания  условий
     для  нелегальной  деятельности  секты  и невозможности ее
     быстрого  разоблачения  активными  участниками  секты  на
     подставных лиц в разных городах страны покупались дома, в
     которых оборудовались тщательно замаскированные  тайники,
     создавались запасы бумаги,  магнитофонных лент,  лент для
     пишущих машинок и др.
          ...
          Руководя нелегальной  сектой  "Адвентистов 7-го дня,
     реформистов",  Шелков с 1967 года до дня ареста 14  марта
     1978  года систематически побуждал граждан к неисполнению
     гражданских обязанностей,  к отказу взрослых и  детей  от
     участия  в  общественной деятельности;  к игнорированию и
     неисполнению   законодательства   СССР   о    религиозных
     объединениях.
          Так, в    своих    статьях,    собранных   в   книге
     "Законодательство  о  культах",  широко  распространенной
     среди  членов  секты,  Шелков безапелляционно утверждает,
     что   это    законодательство    является    реакционным,
     антиленинским.  То  же  самое  он  говорит  в  упомянутом
     обращении на имя Президента  Дж.Картера.  Отказываясь  от
     регистрации   секты  в  государственных  органах,  Шелков
     ссылается на то,  что  государственные  органы  не  имеют
     права  вмешиваться  в  дела  верующих,  так как церковь в
     стране  отделена  от  государства.   Это   демагогическое
     заявление   упорно   на   протяжении   всей  деятельности
     проводится Шелковым в жизнь.
          В брошюре   "Защита   4-й   заповеди"   (Помни  день
     субботний)  Шелков  призывает  верующих  не  выходить  на
     работу в субботу;  учащиеся не должны в этот день посеять
     учебные заведения.
          В книге "Детство Иисуса" из серии "Библейских бесед"
     Шелков настоятельно рекомендует родителям  контролировать
     своих детей,  "сортировать все то,  что в школе посеяно в
     их  сознании  и  сердце,и  вовремя   нейтрализовать   все
     отрицательное, аморальное влияние общественной школы".
          ...
          В книге "Религия чистая  и  нечистая"  на  стр.  122
     говорится   о   якобы  насильственном  навязывании  детям
     верующих  пионерства,  галстука,   атеистического   кино,
     театра  и  прочего,  т.е.  Шелков  в  указанных выше двух
     книгах утверждает,  что  цель  государства  -  воспитание
     молодежи  в  духе  коммунистической  морали  -  не должна
     касаться  детей  верующих.  Он  призывает  родителей   не
     разрешать  детям  вступать  в  октябрята,  в пионерские и
     комсомольские организации.
          ...
          Утверждая, что  6-я  заповедь,  гласящая "Не убивай"
     (Не убий),  должна свято соблюдаться, Шелков дает твердую
     установку  членам  секты  служить  только  в строительных
     войсках,  военную присягу не принимать, оружие для защиты
     Родины в руки не брать. В каждом конкретном случае, когда
     призывники из числа не только  адвентистов,  но  и  любой
     другой   нелегальной   секты   отказываются  от  принятия
     воинской присяги,  от службы в армии, за что привлекаются
     к ответственности,  Шелков, извращая факты, доводил их до
     сведения множества граждан,  организаций и  учреждений  в
     стране,  а  также эти фальсифицированные данные передавал
     за рубеж.  Так,  в ложном  свете  им  было  показано  так
     называемое  дело  Миллера,  который уклонился от службы в
     армии и народным судом города  Джамбула  осужден  в  1977
     году по части 1 статьи 66 УК Казахской ССР.
          ...
          Заведомо зная   противоправность   своих   действий,
     Шелков  требует уклоняться от дачи показаний следственным
     органам.
          Так, в  книге  "Основы истины вероисповедания ВСАСД"
     содержится призыв не отвечать на поставленные вопросы,  а
     в  случае проявления настойчивости со стороны должностных
     лиц переходить к "святому  молчанию".  Эти  же  положения
     содержатся и в статье "О поведении перед злоумышляющими",
     обнаруженной при обыске в доме N56 по  ул.  Союзной,  где
     скрывался    Шелков.    Не   довольствуясь   собственными
     указаниями членам секты,  Шелков  взял  на  вооружение  и
     распространил   брошюру   некоего   Вольпина-Есенина  под
     названием "Для тех,  кому предстоят допросы", в которой в
     более  широком  плане  содержатся  те же тезисы,  которые
     навязывает сам Шелков.
          Вся деятельность Шелкова,  Спалиня, Лепшина и других
     является грубым нарушением "Законодательства о культах".
          Так, ими   организовывались  детские  собрания,  ход
     которых зачастую фиксировался на магнитофонные ленты  для
     последующего   распространения.   Всего   было  изъято  9
     магнитофонных лент с записями детских собраний.
                                                                        
     СПАЛИНЮ и    ЛЕПШИНУ    инкриминировалось    участие    в
деятельности   издательства   "Верный   свидетель",  написание
(совместно с ШЕЛКОВЫМ), редактирование и издание писем КАРТЕРУ
и  других работ,  о которых обвинительное заключение говорит в
части,  посвященной  ШЕЛКОВУ  (около  100   наименований).   В
частности, утверждается, что

     в 1977 году,  в период  всенародного  обсуждения  проекта
     новой Конституции СССР, под руководством Шелкова, Спалиня
     и  Лепшина,  под  видом  предложений  в   Конституционную
     комиссию,   изготовлены   письма   под  названием  "Права
     человека:  мифы и реальность",  "Необходимо  уточнение  и
     исправление",  "Наше мнение о проекте новой Конституции",
     "Некоторые   замечания   по    поводу    проекта    новой
     Конституции",   "По  поводу  тенденциозной  статьи  52  о
     свободе совести",  "Обзор ст.52 проекта новой Конституции
     о свободе совести",  "О статьях 50 и 51", "Предложения по
     поводу  статей  34  и  36",  "Относительно  статьи  39  о
     пользовании  правами  и свободами",  "Замечания по поводу
     статьи 59 о правах и обязанностях"  и  другие,  всего  13
     текстов.
          В указанных  письмах,  автором  большинства  которых
     является Спалинь,  содержатся заведомо ложные измышления,
     порочащие советский государственный и общественный строй.
     В   частности,   утверждается,   что  законодательство  о
     религиозных культах, о народном образовании, проект новой
     Конституции являются дискриминационными, репрессивными по
     отношению к верующим, что равенство граждан в Конституции
     не    провозглашено,    что   проектом   Конституции   не
     гарантированы свобода слова, печати, собраний.
          Эти письма,  подписанные  якобы  от  лица   верующих
     граждан,  направлялись от имени вымышленных лиц в больших
     количествах в различные организации  и  учреждения  СССР,
     хотя адресовались Конституционной комиссии.  Тексты писем
     были распространены среди граждан,  а впоследствии изданы
     отдельными сборниками.
                                                                        
     Обвинительное заключение говорит, что СПАЛИНЬ и ЛЕПШИН

     требуют от   членов   секты   не   исполнять    советское
     законодательство,   уклоняться   от   дачи   показаний  в
     следственных органах,

     а также побуждают их

     к неисполнению   гражданских   обязанностей,   к   отказу
     взрослых и  детей  от  участия  в  общественной  жизни  и
     деятельности,  к  игнорированию и неисполнению советского
     законодательства о воинской  обязанности,  о  религиозных
     объединениях.
                                                                      
     СПАЛИНЬ, например, разработал

     образец заявления  в  военный комиссариат с аргументацией
     отказа от принятия воинской присяги и службы  в  армии  с
     "оружием в руках".
                                                                      
     На основании  вышеизложенного  ШЕЛКОВ,  СПАЛИНЬ  и ЛЕПШИН
обвинялись по ст.191-4 УК Уз.  ССР (=ст.190-1 УК РСФСР)  и  по
ч.1  ст.147-1 УК Уз.  ССР ("Посягательство на личность и права
граждан под видом исполнения религиозных обрядов").
     ЛЕПШИН, кроме того,  обвинялся в "уклонении от очередного
призыва   на   действительную   военную   службу".    Согласно
обвинительному  заключению  он,  проходя в 1972г.  медицинскую
комиссию  при  Терском   военкомате   КБ   АССР,   симулировал
заболевание глаз.
     МАСЛОВ и ФУРЛЕТ обвинялись по ст.191-4 УК Уз. ССР.

          Так, в  принадлежащем  Маслову  на   правах   личной
     собственности  доме N8 по улице Электротехнической города
     Ташкента со специальной целью были  оборудованы  тайники,
     где  хранилась  литература  вышеуказанного содержания для
     последующего ее распространения,  а также могли  укрыться
     члены секты, находившиеся на нелегальном положении.
          ...
          Так, в  принадлежащем на правах личной собственности
     Фурлет доме N6 по улице Кзыл-Арватской,  тупик  2  города
     Ташкента  со  специальной целью были оборудованы тайники,
     где хранилась литература  вышеуказанного  содержания  для
     последующего  ее  распространения.  Кроме  того,  в  доме
     Фурлет  была  обнаружена  и  изъята  портативная  пишущая
     машинка   "Эрика",   на   которой   был   отпечатан   ряд
     произведений,  содержащих  заведомо  ложные   измышления,
     порочащие советский государственный и общественный строй.
                                                                      
     МАСЛОВ признал    себя   виновным   частично,   остальные
обвиняемые  виновными  себя  не  признали.  ШЕЛКОВ  и  СПАЛИНЬ
заявили,  что,  в соответствии со ст.259 УПК Уз.  ССР (=ст.279
УПК РСФСР),  хотят мотивировать свой ответ о  виновности.  Они
добились  этого  лишь после длительных пререканий с судьей при
активной поддержке защиты. Тем не менее ни ШЕЛКОВУ, ни СПАЛИНЮ
не дали закончить их объяснения.
     Допросы подсудимых начались 13 марта. С.П.ФУРЛЕТ заявила,
что обвинение,  выдвинутое против нее,  является  ложным.  Она
сказала,  что  не  знает,  как попали в ее дом обнаруженные на
обыске вещи,  и добавила,  что отказалась  подписать  протокол
обыска, так как ей не позволили наблюдать за его ходом.
     МАСЛОВ признал себя виновным только в хранении литературы
и пишущей машинки.
     ШЕЛКОВ и   СПАЛИНЬ  задавали  МАСЛОВУ  вопросы  по  этому
пункту, однако все они были сняты судом.
     Спалинь сказал, что МАСЛОВ отрицает, будто изъятая у него
литература  является  клеветнической,  однако  признает   себя
виновным  в хранении ее.  Прокурор же формулирует вопросы так,
что из признания виновности в  хранении  литературы  вытекает,
будто она - клеветническая.
     ЛЕПШИН заявил, что обвинение против него бездоказательно,
не приводит ни одного реального факта нарушения им,  ЛЕПШИНЫМ,
закона.  Он  заметил,  что  его  во   время   предварительного
следствия  допрашивали  лишь  один  раз  - о письме верующих в
Конституционную комиссию.  Текст  этого  письма  он  переписал
своей рукой и отправил по назначению, однако автором письма не
является.  В любом случае,  добавил ЛЕПШИН,  такое  письмо  не
может   считаться   клеветническим.   По  поводу  обвинения  в
уклонении от службы в армии ЛЕПШИН рассказал о своей болезни и
сообщил,  что  в  1953г.,  за отказ брать в руки оружие он был
осужден на три года лишения свободы. (Суду о прежней судимости
ЛЕПШИНА  известно  не было.  ЛЕПШИН объяснил,  что его об этом
никто не спрашивал.) К 1972 году ЛЕПШИН  уже  давно  вышел  из
призывного возраста (ему тогда было 39 лет),  поэтому он никак
не может быть осужден по этой статье.
     И ЛЕПШИН,  и СПАЛИНЬ утверждали,  что инкриминируемая  им
литература   издательства   "Верный   свидетель"  не  содержит
заведомо ложных измышлений.  Она носит либо религиозный,  либо
правозащитный  характер.  СПАЛИНЬ  защищал позицию ВЦ ВСАСД по
отношению к регистрации общин и к соблюдению заповедей  "Помни
день субботний" и "Не убий".  Он заявил,  что законодательство
1929 года  является  незаконным  актом,  т.к.  не  исходит  из
ленинского декрета 1918г., а противоречит ему.
      ШЕЛКОВ давал показания суду 15 марта.  Зачитывая  отрывки
из  обвинительного заключения,  он намеревался последовательно
отвечать на него.  Однако судья  постоянно  прерывал  ШЕЛКОВА,
запрещал   ему  вдаваться  в  историю  адвентизма  (толкуемого
обвинительным заключением как секта,  которая  в  первые  годы
советской власти была враждебна советскому государству,  с чем
не мог  согласиться  ШЕЛКОВ)  и,  наконец,  предложил  ШЕЛКОВУ
прекратить   объяснения   и   перейти  к  ответам  на  вопросы
прокурора.  ШЕЛКОВ заявил отвод судье и  потребовал  занесения
отвода  в  протокол.  Ему  удалось  добиться  этого при помощи
адвоката СПОДИКА. Суд, рассмотрев заявление об отводе, отказал
ШЕЛКОВУ.  В знак протеста ШЕЛКОВ отказался отвечать на вопросы
судьи и прокурора.
     В обвинительном заключении было  указано  18  свидетелей,
подлежащих  вызову  в суд.  Среди них ряд лиц,  допрошенных на
предварительном  следствии  (для  опровержения   обращения   к
Белградскому   совещанию)  по  следующему  образцу:  уволенных
спрашивали,  лишали  ли   их   родительских   прав,   лишенных
родительских  прав  -  увольняли  ли  их.  В суде никто из них
допрошен не был.
     (Более 80  адвентистов  -  все  упомянутые  в обращении -
отправили на имя судьи  АРТЕМОВА  и  в  адвокатуру  письменные
свидетельства о репрессиях,  которым они подвергались. Все они
написали,  что готовы лично повторить это в суде. Никто из них
в суд допущен не был. Свидетельства их не зачитывались.)
     Федору СТОЦКОМУ из г.  Ельска Гомельской обл. 6 марта два
сотрудника   прокуратуры   показали   повестку  с  вызовом  на
ташкентский суд.  В руки ему повестки не  дали,  а  предложили
написать,  что  у  него  нет  времени  для поездки на суд.  Он
отказался. Повестку ему так и не вручили.
     Полина Трофимовна  НЕВЕРОВА,  жительница Кривого Рога,  о
повестке в суд узнала 8 марта  от  пришедшего  к  ней  на  дом
сотрудника КГБ ЧЕРНЯЕВА. Не выпуская повестки из рук, он велел
ей написать, что по семейным обстоятельствам она явиться в суд
не   может.  НЕВЕРОВА  сказала,  что  хочет  ехать  на  суд  и
свидетельствовать в пользу ШЕЛКОВА.  ЧЕРНЯЕВ стал угрожать ей.
Повестку он не отдал. На работе НЕВЕРОВОЙ не дали отпуск ни за
свой счет,  ни в счет очередного.  Стали следить за тем, чтобы
она  ежедневно  являлась  на  службу.  НЕВЕРОВА  тем  не менее
попыталась вылететь в Ташкент -  в  аэропорту  ей  не  продали
билета. На процессе был зачитан ответ ЧЕРНЯЕВА, что НЕВЕРОВА в
суд явиться отказывается.
     В суде  было   допрошено   4   свидетеля.   Свидетельница
НЕДОГРЕЕВА,   бывавшая   на  собраниях  секты,  показала,  что
руководители секты внушали верующим,  будто правительство СССР
их преследует. Она также подтвердила обвинения против ФУРЛЕТ.
     Пятнадцатилетний сын НЕДОГРЕЕВОЙ Володя ВОРОНЦОВ показал,
что бывал на собраниях верующих,  где были и взрослые, и дети.
Для детей устраивались специальные загородные поездки.
     Основным свидетелем  обвинения  был  В.В.ИЛЛАРИОНОВ.  Сам
ИЛЛАРИОНОВ - неверующий,  но,  будучи  сыном  активного  члена
секты  МУРКИНА,  хорошо  знаком с единоверцами отца.  В 1976г.
ИЛЛАРИОНОВ   был   осужден    за    хищение    государственной
собственности  путем мошенничества и подделку документов на 11
лет лагерей строгого режима.
     ИЛЛАРИОНОВ повторил  те  обвинения  против  подсудимых  и
секты в целом, которые наименее подтверждены материалами дела.
В частности,  он показал,  что СПАЛИНЬ и  ЛЕПШИН  -  ближайшие
помощники   ШЕЛКОВА   и   что   они  занимались  изготовлением
клеветнической литературы. СПАЛИНЬ был принят ШЕЛКОВЫМ в члены
секты и отправлен на Северный Кавказ, где руководил молодежным
сектором ВЦ  ВСАСД,  затем  он  стал  заниматься  литературной
обработкой  и правкой материалов ШЕЛКОВА.  О ФУРЛЕТ ИЛЛАРИОНОВ
сказал, что она - "младшая библейская сотрудница", выполняла в
секте   активную  роль,  развозила  по  стране  клеветническую
литературу.  Он заявил,  что на средства  секты  приобретались
дома  и  оформлялись на имя особо преданных ШЕЛКОВУ людей.  Он
показал также,  что дети верующих адвентистов могут вступить в
пионеры  или  в  комсомол только вопреки воле родителей;  что,
если призывник из среды адвентистов хочет идти в армию,  ему в
этом   физически   не  противодействуют,  но  он  подвергается
всеобщему осуждению.
     На суд было послано заявление 155 членов ВЦ ВСАСД о  том,
что   деятельность   ШЕЛКОВА   никогда  не  была  сопряжена  с
посягательствами на права верующих и что он защищал  тех,  кто
терпел  притеснения  со  стороны  властей.  В  этом  заявлении
адвентисты также свидетельствуют,  что факты,  о которых  идет
речь  в  письме ШЕЛКОВА на Белградскую встречу,  имели место в
действительности.  Заявление заканчивается  просьбой  зачитать
его во время судебного разбирательства.  Оно не было зачитано,
и никто из подписавшихся под ним в суд вызван не был.
     Прокурор в своей речи целиком поддержал обвинение.
     Позиция защиты  была  такова:  в  момент  распространения
своих произведений ШЕЛКОВ не знал, что в них содержатся ложные
сведения.  Он  был  убежден,  что  факты  притеснения верующих
действительно существуют.  Действия,  инкриминируемые  ему  по
ст.147-1 УК Уз.  ССР,  лишь предлагались верующим, поэтому тут
нет состава преступления.
     По поводу показаний ИЛЛАРИОНОВА  адвокат  СПОДИК  сказал,
что они несут в себе заряд субъективизма,  богаты аллегориями,
образны,  эмоциональны,  но они ничего не доказывают  в  плане
обвинения.    Затем   он   добавил,   что   все   высказывания
государственного обвинителя прямо противоречат закону и логике
доказательств.  Можно  ли  обвинять  в  принуждении,  если нет
людей,  которых бы принуждали?  Можно ли говорить о вине, если
нет  доказательств вины?  А отсутствие доказательств влечет за
собой   правовые   последствия   -   прекращение    дела    за
недоказанностью.
     Все адвокаты    потребовали    прекратить    дела   своих
подзащитных за отсутствием доказательств.
     Обвиняемые в  последнем  слове  требовали  оправдания  за
отсутствием состава и события преступления.
     Прения сторон  окончились  21  марта.  Суд  совещался  до
23-го.
     ШЕЛКОВ и ЛЕПШИН приговорены к 5  годам  лагерей  строгого
режима с конфискацией имущества;
     СПАЛИНЬ - к 5 годам лагерей общего режима с  конфискацией
имущества;
     ФУРЛЕТ - к 3 годам лагерей общего режима;
     МАСЛОВ - к 2 годам условно.
     Дома ФУРЛЕТ  и  МАСЛОВА,  а  также  изъятые  на   обысках
машинки,  магнитофонные  кассеты  и  литературу суд постановил
конфисковать как орудия преступления.

                            *****
                                                                       
     Во время всего процесса в зал пускали  только  нескольких
родственников  подсудимых.  Остальные места в зале были заняты
традиционной   "публикой",   а   также   сотрудниками   ГБ   и
прокуратуры, ведшими это дело.
     На 14 марта,  считая,  что  в  этот  день  будет  оглашен
приговор,  в Ташкент снова (см. "Суд над Мустафой Джемилевым")
приехал академик САХАРОВ.  В зал суда его не пустили,  сказав,
что  там  нет  мест.  После  перерыва один из допущенных в зал
родственников обратился  с  просьбой  пропустить  вместо  него
САХАРОВА.  В  результате  после перерыва в зал не попал и этот
родственник.
     Затем из здания суда вышел средних лет армянин и  завязал
разговор  с САХАРОВЫМ.  Он представился родственником погибших
при взрыве в московском метро в 1977г.  Перейдя  на  крик,  он
стал  обвинять  САХАРОВА в гибели людей,  говорил,  что у него
руки в крови, что он защищает убийц. Он угрожал САХАРОВУ, что,
если тот не уедет из Ташкента,  он не ручается за себя и своих
родственников.  Высказав свои угрозы,  он тут же успокоился  и
ушел.
     28 марта  САХАРОВ  обратился к Папе Римскому Иоанну Павлу
II,  главам государств, подписавших Хельсинкские соглашения, и
мировой  общественности  с  призывом  содействовать пересмотру
приговора и немедленному освобождению всех осужденных.

          Этот приговор  -  третий  в  Ташкенте  за  последние
     месяцы  -  еще одна позорная страница в 60-летней истории
     изуверских преследований религии в СССР.  Провозглашая на
     словах свободу совести и отделение церкви от государства,
     тоталитарный строй на деле не допускает  никакой  свободы
     религии   и   ее  пропаганды,  никакой  независимости  от
     партийно-государственного контроля. Особенная жестокость,
     противоречащая  всем  нормам  человечности,  -  осуждение
     84-летнего Владимира Андреевича Шелкова.
                                                                       
     9 апреля Всесоюзная Церковь ВСАСД обратилась в  Верховный
суд Уз.  ССР, к прокурору Уз. ССР и председателю КГБ Узбекской
ССР.
     Адвентисты пишут, что виновность ШЕЛКОВА и других не была
доказана ни предварительным, ни судебным следствием.

          Мы категорически   отвергаем   надуманные  и  ложные
     обвинения,  выдвинутые против  этих  лиц,  жизнь  которых
     достаточно хорошо известна нам.
                                                                       
     В заявлении рассказывается о том,  что  в  суде  не  были
рассмотрены факты, описанные в письме к участникам Белградской
встречи,  не были вызваны в  суд  свидетели  защиты,  не  были
приобщены к делу и зачитаны письменные свидетельства верующих,
о преследовании которых писал ШЕЛКОВ.
     Члены ВЦ ВСАСД требуют пересмотра дела.
     13 мая (в Москве - 12 мая) газета "Известия" опубликовала
статью КАССИСА и МИХАЙЛОВА "Что творилось в бункере апостола".
27  и  28  мая в газетах "Правда Востока" и "Вечерний Ташкент"
появилась статья ИЛЛАРИОНОВА "Изувер в роли апостола".
     Известен ряд   опровержений  статей  в  "Известиях"  и  в
ташкентских газетах от имени Церкви ВСАСД.  Адвентисты пишут о
том,  кто  такой  ИЛЛАРИОНОВ,  и сообщают,  что он уже живет в
Ташкенте у себя дома.
     16 мая Христианский и Католический комитеты  защиты  прав
верующих сделали совместное заявление для прессы о статье "Что
творилось в бункере апостола".
     Они пишут,   что   статья   в   "Известиях"   сделана  по
классическому  в  отношении   верующих   образцу:   осужденные
преследовали  не  религиозные,  а политические цели,  ШЕЛКОВЫМ
двигало корыстолюбие, он сотрудничал с "врагами" - сын кулака,
помогал оккупантам и т.д.
     2 июля  Верховный  суд  Уз.  ССР  рассмотрел кассационные
жалобы осужденных и их адвокатов.
     В отношении ШЕЛКОВА,  СПАЛИНЯ,  МАСЛОВА и ФУРЛЕТ приговор
оставлен без изменения.  Приговор в части осуждения ЛЕПШИНА за
"уклонение  от очередного призыва ..." отменен.  В остальном в
отношении ЛЕПШИНА приговор оставлен без изменения.
                                                                       

     Окончание дела РАКШИ
                                                                       
     Петр РАКША был арестован в Ташкенте 26  апреля  1978г.  7
июля  Ташкентский городской суд приговорил его по ч.2 ст.192-1
УК Уз.  ССР ("Сопротивление работнику  милиции  или  народному
дружиннику")  и ст.194-1 УК Уз.  ССР ("Посягательство на жизнь
работника  милиции  или  народного  дружинника")  к  6   годам
усиленного  режима,  однако  ложность обвинения была настолько
очевидной (во время "нападения  на  ташкентского  милиционера"
РАКША  находился в Киевской области),  что 5 октября Верховный
суд  Узбекской  ССР  при  кассационном  рассмотрении   отменил
приговор  и направил дело РАКШИ на новое расследование.  РАКШУ
оставили под стражей (Хр.51).
     В двадцатых числах марта 1979г. Ташкентский городской суд
приговорил РАКШУ по тем же статьям, что ШЕЛКОВА, - по ст.191-4
УК Уз.  ССР и ч.2 ст.147-1 УК Уз.  ССР - к 3  годам.  Основным
свидетелем на суде снова выступал ИЛЛАРИОНОВ.
                                                                       

     Дело о взятках
                                                                       
     2 февраля  в  Ташкенте  закончился  продолжавшийся  почти
месяц   суд   над   группой   адвентистов.   С.Ф.БАХОЛДИН    и
Т.И.КРИВОБЕРЕЦ  обвинялись  в  том,  что  для  прописки  своих
единоверцев давали взятки коменданту  общежития  Г.П.АСТАШЕВОЙ
(она также адвентистка) и паспортистке В.С.ЮЦЕВИЧ.
     БАХОЛДИН и  КРИВОБЕРЕЦ  были  арестованы  в апреле 1978г.
(Хр.49).  Вскоре по Узбекистану прошла серия обысков "по  делу
Бахолдина".
     Изымалась религиозная литература.
     На суде  показания   против   БАХОЛДИНА,   КРИВОБЕРЦА   и
АСТАШЕВОЙ дали только подсудимая ЮЦЕВИЧ и свидетель ИЛЛАРИОНОВ
(см.  выше).  Остальные свидетели говорили о фальсификации  их
показаний  на  предварительном  следствии.  Защитник АСТАШЕВОЙ
указал судье ДУБРОВИНУ на  подделку  в  протоколе  ее  допроса
(судья удивился: "Грубо следователь сработал!").
     Тем не менее суд  признал  всех  подсудимых  виновными  и
приговорил:
     - БАХОЛДИНА к 7 годам лагерей усиленного режима и 3 годам
ссылки;
     - КРИВОБЕРЦА  к 8 годам лагерей строгого режима и 5 годам
ссылки;
     - АСТАШЕВУ  к 8 годам лагерей общего режима и конфискации
имущества;
     - ЮЦЕВИЧ к 3 годам условно.