Суд над РОССИЙСКИМ
                                                                             
     12 сентября,  на   следующий   день   после   увольнения,
Александр  ГОТОВЦЕВ (артистический псевдоним - РОССИЙСКИЙ) был
арестован как "тунеядец".
     11 ноября народный суд Бабушкинского района г. Москвы под
председательством судьи ЖУЙКОВА рассмотрел его дело.
     ГОТОВЦЕВ обвинялся по  ст.209  УК  РСФСР  в  том,  что  в
течение  года - с 30 мая 1978г.  - он не работал более четырех
месяцев, хотя ему были сделаны два предупреждения.
     ГОТОВЦЕВ действительно не работал в 1978г. с 30 мая по 30
июля и с 22 по 31 августа,  в 1979г.  - с 1 марта по 26  июля.
Первое  предупреждение  ему  было  сделано 11 сентября 1978г.,
когда он уже работал.  1 марта  1979г.  ГОТОВЦЕВ  уволился.  В
марте  он  сдал  паспорт  на  обмен.  Новый паспорт ему выдали
только в июне,  а без паспорта он не мог устроиться на работу.
30  мая ему сделали второе предупреждение и выдали направление
в комиссию по трудоустройству,  а на следующий  день  ГОТОВЦЕВ
получил письмо из 106 отделения милиции, в котором сообщалось,
что он может получить паспорт. 27 июля ГОТОВЦЕВ по направлению
комиссии   начал   работать  дворником.  После  визита  к  его
начальству работников 106 отделения он за четыре  рабочих  дня
получил  два выговора.  Ему предложили уволиться.  11 сентября
ГОТОВЦЕВ уволился. 12 сентября его арестовали.
     ГОТОВЦЕВ объяснил суду причины своих перерывов в  работе.
По  призванию  и профессии он - музыкант,  окончил музыкальную
школу по  классу  виолончели  и  кроме  того,  чтобы  получить
официальное  право  вести  занятия  по  игре  на гитаре,  сдал
соответствующий квалификационный экзамен.  Устроиться работать
по специальности ему удавалось редко.  Но как раз с 1 сентября
1978г.  по 1 марта 1979г. он такую работу имел: вел занятия по
гитаре  с  детьми  в  ДК  "Яуза".  Отвечая  на  вопрос судьи о
причинах увольнения из клуба,  ГОТОВЦЕВ рассказал,  что у него
были  конфликты с дирекцией - он переносил время занятий,  так
как    в    назначенные    часы    ему    мешали     репетиции
вокально-инструментального   ансамбля,   а  директор  запрещал
перенос.  (Известно,  что дирекция клуба получала нарекания за
то, что приняла на работу ГОТОВЦЕВА - см. ниже.)
     ГОТОВЦЕВ рассказал также,  что, несмотря на все старания,
он  три  месяца не мог получить ни новый паспорт,  ни справку,
что его паспорт на обмене.
     В защитительной речи адвокат В.М.ШЕРШЕВСКИЙ указал на то,
что   одно   из   предупреждений   было   вынесено   ГОТОВЦЕВУ
необоснованно  и,  следовательно,  не  имеет юридической силы.
Кроме того, обвинение игнорирует объективную невозможность для
ГОТОВЦЕВА с марта по май 1979г.  устроиться на работу. Адвокат
сказал,  что поспешный арест ГОТОВЦЕВА  -  на  следующий  день
после   увольнения   -  производит  впечатление,  что  милиции
зачем-то  нужно  было  его  арестовать.  Он  просил  оправдать
ГОТОВЦЕВА ввиду отсутствия состава преступления.
     Приговор: 1 год лагерей общего режима.
                                                                       
                            *****
                                                                       
     Александр РОССИЙСКИЙ  известен  как  автор  и исполнитель
песен,  многие из которых написаны на гражданские темы. Он был
активным  участником  КСП  и  "Воскресений"  (Хр.41)  и  давно
находился в сфере внимания КГБ (Хр.43).  ГОТОВЦЕВ допрашивался
на  предварительном  следствии по делу своего тестя М.МОРОЗОВА
(суд - Хр.53), но показаний не дал (Хр.52).
                                                                       
                            *****
                                                                       
     Когда ГОТОВЦЕВ  находился  под арестом,  с ним беседовали
сотрудники КГБ.  (Один из них присутствовал в зале суда.)  Ему
обещали   прекратить  дело,  если  он  даст  показания  против
В.АБРАМКИНА и  напишет  о  нем  и  о  "Поисках"  обличительное
заявление. Во время перерыва в суде, перекинувшись несколькими
словами с АБРАМКИНЫМ (вход в зал суда был свободным), ГОТОВЦЕВ
успел  сказать,  что  на  допросах  ему говорили,  что тот уже
арестован.
     Еще до суда стало известно обращение (23 подписи)
                                                                       
                 В защиту Александра Российского
                                                                       
          Дело о  "тунеядстве" Александра Готовцева готовилось
     заранее  и  тщательно.  Вначале  с  администрацией   Дома
     культуры, где он работал, беседовал человек, предъявивший
     удостоверение сотрудника угрозыска,  затем  по  партийной
     линии  директора  клуба  стали  обвинять  в  том,  что он
     потворствует Готовцеву в создании сионистского кружка.  В
     конце  концов Российский вынужден был уволиться из клуба.
     Для того,  чтобы воспрепятствовать ему  в  устройстве  на
     новое  место  работы,  милиция  в  течение  трех  месяцев
     задерживала выдачу  паспорта,  отказываясь  также  выдать
     справку, что паспорт Готовцева находится на обмене. После
     жалоб в вышестоящие  инстанции  паспорт  ему  выдали,  но
     буквально    накануне    оформили    предупреждение    "о
     паразитическом существовании". Примерно таким же образом,
     как  и  в  первом  случае,  вынудив Готовцева уволиться с
     последнего  места  службы,  власти  арестовали   его   на
     следующий  же  после  увольнения  день,  даже  не дав ему
     возможности получить трудовую книжку (когда по  советским
     законам  человек  еще  не считается формально уволенным с
     работы).
          Для обвинения     Александра    Российского    будет
     использован пятимесячный перерыв в  работе,  трехмесячная
     часть   которого   организована  отделением  милиции,  не
     выдававшим ему паспорта. Впрочем, как и в десятках других
     подобных  случаев,  судьба Российского будет определяться
     не истинными обстоятельствами "дела", а его инакомыслием,
     содержанием     его    творчества.    Блюстители    нашей
     идеологической невинности боятся его песен - тех, что уже
     спеты, но еще более - тех, которые он может спеть.
          Охота на  инакомыслящих  в  СССР   приобретает   все
     больший  размах,  включив  теперь в свою орбиту не только
     правозащитников,  но  и  тех,  чье  творчество   неугодно
     властям,  и  тех,  чья деятельность способствует развитию
     свободного искусства.  Кроме Александра Российского здесь
     можно   упомянуть  и  осужденного  недавно  в  Ленинграде
     Георгия Михайлова,  и художника-нонконформиста  Вячеслава
     Сысоева.   Предъявленное   каждому   из   них   обвинение
     ("тунеядство",       "спекуляция",       "распространение
     порнографии") носит уголовный характер, но от этого цена,
     которую они платят за право на свободное  творчество,  не
     становится  менее  зловещей.  Обращаясь  ко  всем честным
     людям в нашей стране и за рубежом с призывом выступить  в
     защиту  Александра  Российского,  мы  прекрасно понимаем,
     что,  как  и  раньше,  это  вряд  ли  поможет  остановить
     расправу  над  безвинным человеком.  Но нет у нас ни иных
     средств, ни других возможностей ...
                                                                         
     (О СЫСОЕВЕ см. Хр.53 и "Письма и заявления" в наст. вып.)