ПРАВОЗАЩИТНЫЙ ЦЕНТР «МЕМОРИАЛ»

 

ЗДЕСЬ ЖИВУТ ЛЮДИ

Чечня: хроника насилия

Части 2\3

Январь– 2001 года

 

МОСКВА
«ЗВЕНЬЯ»
2006

 

 

Издательская программа Общества «Мемориал»

 

Редакционная коллегия

А.Ю.Даниэль, Л.С.Еремина, Е.Б.Жемкова,
Т.И.Касаткина
(председатель), М.М.Кораллов,
Н.Г.Охотин, Я.З.Рачинский, А.Б.Рогинский

Авторы-составители
У.Байсаев, Д.Грушкин

 

Подборка информации в электронных СМИ
Д.Шкапов

Фото
ПЦ «Мемориал»

 

Издание осуществлено при поддержке
УВКБ ООН и Швейцарской программы по правам человека

 

 

©Правозащитный центр «Мемориал», 2006



 

«Вы говорите о нарушениях прав человека. Чьих прав? Конкретно – имена, явки, фамилии! Мы должны знать и разговаривать на одном языке, а не использовать клише, общее клише, за которым ничего не видно. Не видно проблемы по существу».

В.В. Путин. Брюссель, октябрь 2001 г.






От авторов-составителей

Правозащитный центр «Мемориал» продолжает публикацию хроники насилия в Чеченской Республике. В части 2 описаны события, происшедшие с января по март 2001 года.

Хроника насилия — это ежедневное и беспристрастное описание нарушений прав человека и норм международного гуманитарного права, совершенных обеими сторонами конфликта (как российскими военными и сотрудниками милиции, так и участниками вооруженных формирований ЧРИ). Информация собиралась сотрудниками ПЦ «Мемориал» и волонтерами на территории охваченной войной республики и в сопредельной с нею Ингушетии. Однако наиболее полно освещены, быть может, лишь 25–30% случаев преступлений, в основном те, что совершены в местах, где открыты и действуют представительства нашей организации — г.Назрань, г.Грозный, г.Урус-Мартан, позднее — г.Гудермес и с.Серноводск.

В качестве дополнительного материала использовалась информация сетевых изданий, взятая из открытых источников.

По многим фактам нарушений прав человека ПЦ «Мемориал» вел переписку с органами прокуратуры РФ.В сборнике приводятся некоторые из ответов. Мы практически не даем комментариев: хроника — это изложение фактов, и только фактов. Их анализ — дело будущего.

***

В январе 2001 года командование ходом операции в Чеченской Республике формально было передано ФСБ.В связи с этим частично изменились методы ее проведения, усилились некоторые тенденции, слабо или не очень сильно проявлявшиеся в предыдущие месяцы. В первую очередь это касается операций по «проверке паспортного режима». Конечно, «зачистки» проводились и раньше, однако тогда они не были определяющими в тактике российских силовых структур. До 2001 года, как правило, они проводились бессистемно, задержания носили не массовый, а скорее адресный или случайный характер. Захваченных людей, если не освобождали или не убивали сразу, вывозили в воинские части или места дислокации других силовых структур. С 2001 года тактика изменилась: на окраине населенных пунктов стали создаваться временные фильтрационные пункты, куда сгоняли десятки и сотни мужчин (от подростков и до людей весьма преклонного возраста). Там их избивали и пытали. После ухода «зачищающих» на месте фильтрации стали обнаруживать трупы казненных, иногда просто взорванных без суда и следствия.

Задержанным в ходе «зачисток» часто вменялось в вину «участие в незаконных вооруженных формированиях» и «проведение терактов». Информация о такого рода задержаниях широко распространялась со ссылкой на официальных представителей силовых структур и формировала в общественном сознании представление о том, будто проведение подобных операций в условиях Чечни не только оправданно, но и якобы имеет высокую степень эффективности. На деле же очень часто все обстояло иначе. Многие широко разрекламированные случаи «задержания боевиков», как потом выяснялось, оказывались фикцией, пропагандой, призванной оправдать не вполне законные (или вовсе не законные) действия силовых структур. Наиболее характерным примером является захват 13 жителей с. Джалка Гудермесского района, сначала обвиненных в организации вооруженного нападения в Аргуне, в ходе которого погиб российский офицер, а двое военнослужащих получили ранения, а затем без лишнего шума отпущенных. В период содержания под стражей им не предъявили никакого официального обвинения, что, однако, не помешало подвергнуть всех этих людей избиениям и пыткам.

Еще одна особенность «зачисток», особенно зримо проявившаяся в описываемый период: если раньше к проведению подобного рода операций привлекались части российской армии и милиции, дислоцировавшиеся непосредственно у населенного пункта, то теперь для этого стали формировать специальные карательные подразделения. Они размещались в Ханкале и оттуда совершали рейды в различные регионы республики.

***

В первом полугодии 2001 года продолжалось похищение и бесследное исчезновение людей. В частях 2 и 3 хроники мы детально описали 267 таких случаев и составили по ним список.

Однако работа сотрудников ПЦ «Мемориал» в этом направлении была заведомо неполной и сталкивалась со многими трудноразрешимыми проблемами, в том числе и юридическими. С точки зрения российского законодательства практически невозможно дать точное определение похищению и очень сложно отграничить его от незаконного задержания. Те, кто уводит людей, не представляются, не говорят, где будут содержаться задержанные и какое им при этом предъявляется обвинение.

В комментарии к УК РФ сказано, что похищение человека (ст. 126) «предполагает его захват и перемещение в другое место помимо воли потерпевшего. Обычно это связано с последующим удержанием в неволе. Однако потерпевший может быть и немедленно освобожден там, куда его доставили. Такое случается, когда похищение происходит в целях совершения другого преступления (грабежа, разбоя, угона транспортного средства и др.)». И далее: «Похищение считается оконченным преступлением с момента захвата человека и начала его перемещения. Однако последующее удержание похищенного не требует дополнительной квалификации».

Таким образом, похищенными могут считаться все жители Чечни, которые хоть раз, пусть и на короткое время, были задержаны в ходе, например, проведения «зачисток». А через сито фильтрации только в описываемый нами период прошло много тысяч мужчин и подростков, большинству из которых пришлось перенести пытки и избиения. Это означает, что в отношении них совершались и «другие преступления». И уж совершенно точно, захват и перемещение этих людей осуществлялись против их воли.

Готовя к изданию части 2 и 3 хроники насилия в Чечне, сотрудники ПЦ «Мемориал» решили наибольшее внимание уделить пропавшим без вести. Данная категория людей, быть может, и не самая многочисленная, но судьба каждого из них — самая болезненная тема для республики, ее незаживающая рана. Согласно чеченским традициям, поиски пропавшего будут вестись родственниками и через год, и через пять, и через десять лет после совершения преступления. До тех пор, пока не найдут его труп или не будет получено неопровержимое свидетельство его гибели. Только в этих случаях произойдет захоронение, будут справлены поминки и родственники как-то успокоятся. Зная об этом обычае, российские военные через посредников из числа чеченцев нередко выражали «готовность» сообщить что-либо о судьбе исчезнувшего человека. Естественно, за деньги, которые практически всегда они выплачивались. Однако это вовсе не означало, что жители республики на деле узнавали что-то новое о своем пропавшем родственнике. Был изобретен легкий способ наживы, и военные, а впоследствии и представители других силовых структур широко им пользовались.

Борьба с заложничеством и похищениями людей — едва ли не главный аргумент, который в 1999 году использовался для оправдания возобновления боевых действий на территории Чечни. Однако этот аргумент звучит неубедительно для людей, хорошо знакомых со сложившейся в республике ситуацией, к примеру для правозащитников и сотрудников общественных организаций. В предвоенные годы в Чечне криминальными структурами с требованиями о выкупе было захвачено намного меньше людей. По данным тогдашней прокуратуры республики, на начало октября 1998 года в руках преступников находились 104 человека, похищенных в течение двух предыдущих лет. Всего же с октября 1996 года по октябрь 1998 года было захвачено 393 человека — местные жители, иностранцы и сотрудники российских силовых структур. Подконтрольным правительству Аслана Масхадова антитеррористическим группам (в частности особой следственной бригаде прокуратуры) и родственникам похищенных силой либо путем переговоров удалось освободить 288 из них. По имеющимся данным, возможно и неполным, 11 человек погибли во время проведения спец­опе­ра­ций.

С возобновлением боевых действий число похищений жителей республики значительно возросло. После насильственного увода без вести пропало не менее 5 тысяч человек. Более чем о 2 тысячах подобных случаев сотрудники ПЦ «Мемориал» поставили в известность органы российской прокуратуры, приложив необходимые документы. Значительная часть людей, оказавшихся в руках российских «силовиков», либо были убиты, либо за деньги выкуплены родственниками. Но даже те из них, кто по счастливому стечению обстоятельств оказались на свободе, не избежали пыток и избиений.

Важная особенность всех похищений, описанных в частях 2 и 3 хроники, то, что в большинстве своем совершены они были не какими-то криминальными элементами и не бандами, а представителями официальных силовых структур Российской Федерации. А кроме того, если в период президентства Аслана Масхадова власть пусть плохо и непоследовательно, но пыталась бороться с охватившим республику злом, то позже на это не было даже намека. Реагируя на обращения родственников, прокуратура формально возбуждала уголовные дела, но через какое-то время (обычно через два месяца) приостанавливала их в производстве в связи с якобы невозможностью обнаружить тех, кто подлежит привлечению к ответственности. В результате следствие «зависало» на долгие годы.

Незаконные задержания и похищения людей совершались в Чечне как сотрудниками элитных российских подразделений МО и МВД РФ, например «Витязь», «Русь», «Скиф», подразделениями ГРУ Генштаба МО РФ, так и задействованными в ходе каких-то локальных операций военнослужащими российских войск. Неоднократно отмечались факты похищения местных жителей сотрудниками ФСБ РФ. В частях 2 и 3 хроники называются отдельные воинские части, к примеру ДОН и Софринская бригада (МВД РФ), замеченные в захватах людей и незаконном их удержании. Этим же занимались и прикомандированные в республику сотрудники милиции.

Наличие большого числа подразделений, которым разрешалось задерживать жителей республики, снизило возможности контроля за происходящим со стороны органов государственной власти, и в частности прокуратуры. А это, в свою очередь, привело к увеличению числа внесудебных казней, росту похищений с целью получения выкупа, к торговле трупами, использованию в качестве главного и чуть ли не единственного способа ведения следствия пыток и избиений, а также к созданию в Чеченской Республике разветвленной системы незаконных мест содержания людей.

***

В описываемый период было обнаружено самое крупное захоронение людей (точнее — свалка трупов), убитых сотрудниками российских силовых структур после похищения или даже захвата на глазах множества свидетелей. О его существовании в окрестностях Ханкалы, главной российской военной базы в Чечне, впервые заговорили еще в 2000 году, но проверить циркулировавшие тогда по республике слухи долгое время не удавалось.

15 февраля 2001 года у российских военных был выкуплен труп уроженца г.Шали. Родственники убитого получили тело в дачном поселке, который журналисты впоследствии мрачно прозвали «Здоровье». После того как к месту обнаружения трупа потянулись десятки людей, разыскивающих своих исчезнувших после задержания родственников, скрыть наличие свалки трупов стало невозможно. Власти предприняли значительные усилия, чтобы снять ответственность за массовые казни с сотрудников российских силовых структур. Прокурор ЧР Всеволод Чернов, например, сначала заявил, что за этим преступлением стоят участники вооруженных формирований ЧРИ, а потом — что это трупы боевиков, убитых в ходе столкновений с федеральными силами.

Благодаря усилиям родственников погибших и сотрудников правозащитных организаций правда о захоронении близ Ханкалы стала до­стоянием общественности. Многих из убитых удалось опознать, было доказано, что это останки людей, похищенных сотрудниками российских силовых структур. Прокуратура была вынуждена возбудить уголовное дело по факту массового обнаружения трупов, которое тем не менее вскоре было «заволокичено» и к моменту выхода настоящего издания в очередной раз приостановлено.

На протяжении месяцев информация о событиях вокруг поселка «Здоровье» оставалась на первых полосах российских и зарубежных периодических изданий. К ней было приковано внимание правозащитных и общественных организаций, занимающихся проблемами Северного Кавказа. Урок обнаружения жителями Чечни свалки трупов и разгоревшегося вокруг него скандала властью был усвоен быстро и в полной мере. Уже 10 марта 2001 года под предлогом невозможности дальнейшего опознания останки людей были отвезены на кладбище с. Пригородное и там спешно захоронены. Однако местные жители успели сфотографировать их, что позволило в дальнейшем идентифицировать как минимум еще трех ранее неопознанных че­ловек.

Вполне вероятно, что в захоронение под Ханкалой сбросили значительно большее число убитых, чем было обнаружено. Дело в том, что российские военные позволили местным жителям осмотреть лишь одну улицу дачного поселка из десяти. Косвенно это подозрение подтверждается тем, что на протяжении нескольких дней в оставшуюся закрытой часть дачного поселка заезжали крытые брезентом грузовики, которые потом направлялись в сторону Аргуна. Жители Аргуна утверждают, что военные сбрасывали трупы на дно огромного котлована, оставшегося после выемки гравия, а затем путем подрыва обрушивали на них тонны земли. Звуки мощных взрывов оттуда слышны были в течение двух недель.

Дачный поселок у Ханкалы — это последнее крупное захоронение, обнаруженное в Чечне. Больше такой концентрации трупов в одном месте уже не допускали. В практику стала внедряться система подрыва убитых (в некоторых случаях и живых людей) и разброса их останков по всей территории республики. Но были и «излюбленные» места для этой экзекуции. Наиболее известными из них являлись, например, сад госхоза им.Мичурина рядом с г.Урус-Мартан («райские кущи», так прозвали его российские военные), чернореченский лес напротив съезда с трассы Ростов — Баку в сторону с. Гойты, лесные массивы у населенных пунктов Джалка и ст.Петропавловская (чеч. — Чурт-Тог1и, возвышенность Гойт-Корт у с. Мескер-Юрт. Взорванные трупы ранее похищенных людей обнаруживались не только там. Почти у каждой воинской части был свой «дачный поселок», пусть и меньшего масштаба.

***

В первой половине 2001 года в Чечне прошли массовые ненасильственные акции протеста. Они были вызваны произвольными захватами и убийствами людей, грабежами, ничем не мотивированными обстрелами населенных пунктов. Местные жители, возмущенные действиями российских военных и представителей силовых структур, не раз перекрывали дороги, блокировали здания администраций и места дислокации воинских частей. В нашем издании подробно описаны наиболее значительные события подобного рода. Однако не все, так как ПЦ «Мемориал», как это говорилось выше, охватывает мониторингом не всю территорию ЧР. Кроме того, некоторые из акций носили локальный характер, продолжались не долго и поэтому остались незамеченными. В частности это относится к акциям протеста, проводившимся жителями горных районов, мало досягаемых для наших сотрудников и по сей день.

В первое полугодие 2001 года почти все акции протеста имели ярко выраженный политический подтекст. На них звучали требования начать переговоры с президентом ЧРИ Асланом Масхадовым, вывести войска, наказать военных преступников.

Власть не умела, точнее, еще не научилась реагировать на такие выступления. В некоторых случаях митинги разгоняли, но часто без кровопролития и задержания участников этих мероприятий. В ход шли предупреждения, но порой демонстрировалось намерение применить силу. Например, открывалась стрельба в воздух или на людей направляли движущуюся на большой скорости бронетехнику. Учитывая общее чувство незащищенности населения республики, эти меры часто оказывались действенными. Люди расходились, освобождая дороги, подходы к административным зданиям и военным объектам.

Но иногда, чтобы успокоить местных жителей, одних угроз оказывалось недостаточно. В описываемый период имели место несколько очень мощных выступлений, спровоцированных вопиющими преступлениями федеральных сил в отношении гражданского населения. В подобных ситуациях для переговоров с митингующими выезжали делегации, включающие чиновников гражданской администрации, сотрудников комендатур и отделов внутренних дел, а также представителей воинских частей. Они выслушивали людей, выражали солидарность с ними, как правило, соглашались со всем, что им говорили, и, пообещав во всем объективно разобраться и наказать виновных, разъезжались. Ни разу эти обещания выполнены не были.

Были зафиксированы на территории республики и спонтанные выступления, закончившиеся кровопролитием и даже гибелью людей. Эти трагические события произошли во время операций, когда военные или сотрудники спецслужб неадекватно реагировали на протесты и открывали по местным жителям огонь. Сообщения о таких преступлениях приводятся в представленных читателю выпусках хроники.

***

Отток населения из Чечни продолжался. Масштабы этого процесса были, конечно, не те, что в начале войны, но тем не менее только по данным МЧС численность вынужденных переселенцев, осевших на территории соседней Ингушетии, с сентября 2000 года по апрель 2001 года увеличилась на 7585 и составила 148 933 человека. Из них только 53 890 разместились в местах компактного проживания, устроенных по большей части в малоприспособленных для проживания производственных зданиях и разрушенных помещениях бывших животноводческих ферм. Остальные, а это 95 043 человека, снимали за плату жилье или остановились у своих родственников и знакомых.

Это официальные цифры, реальное же число людей, покинувших пределы ЧР, было значительно больше. Многие из прибывших не регистрировались как беженцы, поэтому установить точное число жителей Чечни, нашедших приют в соседней республике, не представляется возможным. Но зато можно сказать, что искали они там прежде всего гарантий безопасности для себя и членов своей семьи, самых простых жизненных условий — устроить детей в школу, найти работу и т.д.

Отметим, что первые шесть месяцев 2001 года по сравнению с другими периодами были в Ингушетии для беженцев достаточно безмятежными. Нельзя сказать, что власти не пытались заставить их вернуться домой, однако боязнь резких протестов, как это случилось в ­декабре 1999 года, когда несколько железнодорожных вагонов со спящими людьми ночью были отбуксированы на территорию Чечни, вынуждали действовать осмотрительно. Еще только апробировались методы «цивилизованного» выдавливания, заключавшиеся в произвольном исключении из списков миграционной службы, в результате чего и без того обездоленные переселенцы лишались продуктов питания и оказывались перед вполне реальной угрозой не получить паспорта и иные удостоверяющие личность документы. В местах компактного проживания еще не проводились «зачистки», приравнявшие условия жизни беженцев в Ингушетии к жизни на родине, не отключались электричество и газ — последние блага, позволявшие не спешить с возвращением к разрушенным очагам. Более того, между палаток еще не ходили вооруженные люди в камуфляжной форме и масках, угрожающие объявить всех, кто не вернется, боевиками и повторяющие, что в таком случае они еще и лишатся возможности получить компенсацию за разрушенное войной жилье.

Все это будет, как будут и силовые ликвидации палаточных лагерей, однако в описываемое время у бежавших от войны и разрухи чеченцев жизнь в Ингушетии все-таки складывалась относительно сносно.

***

В процессе сбора информации сотрудники ПЦ «Мемориал» контактируют с тысячами людей, в основном со свидетелями и родственниками пострадавших. Чтобы зафиксировать, не дать забыть о каком-то преступлении, посещают различные населенные пункты по всей республике, добираются до самых труднодоступных и в географическом, и в военном отношении ее уголков. Но поиски очевидцев преступлений — это все-таки не самое трудное. Заставить людей заговорить, преодолеть страх, поверить, что их показания если не сейчас, то хотя бы потом могут лечь в основу обвинительного приговора над преступниками — самое тяжелое, с чем нам приходится сталкиваться. И с каждым годом, нет, с каждым днем достучаться до людей становится все труднее.

Фиксируя случаи нарушения прав человека в Чечне, ПЦ «Мемориал», к сожалению, не всегда мог опираться на свидетельства прямых очевидцев. В некоторых случаях на них не удавалось выйти, в других — они отказывались что-либо рассказывать. В силу этого некоторые наши материалы никак нельзя назвать полными, а в часть из них закрались неточности и даже ошибки. По мере работы над хроникой мы выявляем и исправляем их, дорабатываем и дополняем прежние свои сообщения. Ошибки и неточности, выявленные в первой части хроники, приводятся нами в приложении № 1.

Хроника насилия — это коллективный труд, в его создании участвует большое число людей — сотрудники ПЦ «Мемориал» в Чечне, Ингушетии и Москве, волонтеры, жители Чечни, оказавшие нам неоценимую помощь.

Наш адрес:

127051, Москва, Малый Каретный переулок, д.12. ПЦ «Мемориал»

Электронный адрес: memhrc@memo.ru

Страница в Интернете: http://www.memo.ru



Части 2 и 3, в совокупности охватывающие первое полугодие 2001 г., составители рассматривают как единое издание, в связи с чем приложения и послесловие к обеим книгам помещены в конце выпуска 3.

 

Первая часть (Здесь живут люди: Чечня: хроника насилия. Ч. 1. М.: Звенья. 2003) охватывает июль–декабрь 2000 г., когда в Чечне закончилась так называемая активная фаза боевых действий и начался «мирный период контртеррористической операции».

 

Сюда, во-первых, приходят все материалы от наших представительств в ЧР; во-вторых, мы получаем значительную долю информации от беженцев и жителей ЧР, обращающихся за бесплатной юридической консультацией по различным вопросам и за помощью в поисках родственников, пропавших без вести после задержания сотрудниками российских силовых структур.

 

Крупные «зачистки», например, проводились в августе 2000 г. в с.Гехи Урус-Мартановского района (см.: Здесь живут люди. Ч. 1. С. 134–154) и в пос.Черноречье Заводского района г.Грозный в конце августа — начале сентября 2000 г. (Там же. С. 193–210).

 

См. сообщение за 2 марта 2001 г.

 

См. приложение 4 в вып. 3.

 

Именно по факту похищения возбуждается уголовное дело. В данном случае «исчезновение после задержания сотрудниками силовых структур» — не юридический термин.

 

Возможно, имелся какой-то нормативный акт, регламентировавший действия силовых структур в ЧР в тот период, но ПЦ «Мемориал» он неизвестен.

 

Все цифры по похищениям в предвоенные годы взяты нами из доку­ментов прокуратуры ЧРИ, специальной следственно-оперативной бригады (ССОБ) при президенте ЧРИ и других официальных структур. Следует сказать, что между прокуратурами ЧРИ и РФ осуществлялось информационное взаимодействие. С этой целью в Грозном было открыто представительство российской прокуратуры, а в Москве — чеченской. Офис представительства прокуратуры ЧРИ располагался в Москве по адресу: Ленинградский проспект, д.47 и действовал до осени 1999 г.

 

Более подробно см. в помещенной в ч. 3 статье Александра Черкасова «За фасадом: „исчезновения“ людей и „неофициальная“ тюремная система в ЧР».

 

11 мая 2001 г. во время акции протеста в г.Аргун под колесо направленного на толпу БТРа попала Зара Усумова, сестра местного жителя, убитого военными.

 

Так, жители с.Ойсхара (пос.Новогрозненский) провели мощную акцию протеста после ничем не спровоцированного жестокого убийства своих односельчан. На встречу с ними выезжали чиновники администрации ЧР и военные, возглавляемые вице-премьером правительства республики полковником Ю.Эмом.

 

14 января 2001 г. во время «зачистки» в с.Старые Атаги местные жительницы попытались не допустить захвата больного человека. В ответ российские военные открыли огонь и убили Зулай Демильханова. Были ранены несколько женщин.

 



Список сокращений

БМП — боевая машина пехоты

БОМЖ — без определенного места жительства

БРДМ — боевая разведывательно-дозорная машина

БТР — бронетранспортер

ВВ — Внутренние войска

ВОВ — Великая Отечественная война

ВОВД — временный отдел внутренних дел

ВУБОП — временное управление по борьбе с оргпреступностью

ВУС — военно-учетный стол

ВФ ЧРИ — вооруженные формирования ЧРИ

ГАИ — Государственная автоинспекция

ГРУ — Главное разведывательное управление

ДОК — деревообрабатывающий комбинат

ДОН — дивизия особого назначения

ДСБ — Датский совет по делам беженцев

ЗВК — зона вооруженного конфликта

ИВС — изолятор временного содержания

КПП — контрольно-пропускной пункт

МВД — Министерство внутренних дел

МККК — Международный комитет Красного Креста

МКП — место компактного проживания

МО — Министерство обороны

МТФ — молочно-товарная ферма

МЧС — Министерство по чрезвычайным ситуациям

НВФ — незаконное вооруженное формирование

ОВ — отравляющее вещество

ОГВ (с) — объединенная группировка войск (сил) на Северном Кав­казе

ОМОН — отряд милиции особого назначения

ОРЧД — Общество российско-чеченской дружбы

ПАСЕ — Парламентская ассамблея Совета Европы

ПМК — передвижная механизированная колонна

ПОМ — поселковое отделение милиции

ППОП — пункт приема и обработки погибших

ПТУ — профессионально-техническое училище

ПУЖКХ — производственное управление жилищно-коммунальным хозяйством

ПЦ — Правозащитный центр

РИ — Республика Ингушетия

РОВД — районный отдел внутренних дел

РФ — Российская Федерация

РЭС — районные электрические сети

САУ — самоходная артиллерийская установка

СИЗО — следственный изолятор

СОБР — специальный отряд быстрого реагирования

СМИ — средства массовой информации

СНБ — служба национальной безопасности

СШ — средняя школа

УИН — управление исполнения наказаний

УБОП — Управление по борьбе с организованной преступностью

УВКБ ООН — Управление Верховного комиссара ООН по делам беженцев

ФПС — Федеральная пограничная служба

ФСБ — Федеральная служба безопасности

ЦВР — центр временного размещения беженцев и вынужденных переселенцев

ЧР — Чеченская Республика

ЧРИ — Чеченская Республика Ичкерия

ЮФО — Южный федеральный округ

 



Чечня: хроника насилия

По данным ПЦ «Мемориал» и материалам прессы

2001 год

ЯНВАРЬ

1 января

В начале января жители пос.Новые Алды Заводского района г.Грозный хоронили Асланбека Джамалдаева. На блокпосту при выезде из соседнего пос.Черноречье, что на полпути к кладбищу, российские военные остановили траурную процессию и подвергли всех тщательной проверке.

Они заставили развязать ковер, затем саван и осмотрели усопшего.

В тот же день прибывшие на похороны люди обнаружили на кладбище обезглавленный труп неизвестного мужчины.

В начале января в с.Новые Атаги Шалинского района похоронена мать двоих детей Луиза Бетишева.

Женщина была убита 27 декабря 2000 года в Грозном. В тот вечер на центральном рынке города российские военные пытались задержать неизвестного молодого мужчину. Когда он оторвался от погони, пытаясь скрыться в толпе пришедших за покупками людей, был открыт огонь. Одна из пуль, выпущенных военными, попала Луизе Бетишевой в живот и вышла через гортань.

Родственникам с трудом удалось добиться разрешения комендатуры города на вывоз трупа убитой для захоронения в Новых Атагах.

Житель с.Курчалой Бувайсар Усманов, 1970 г.р., отец троих детей, собираясь навестить своих родственников, выехал на автомобиле «Нива» в сторону с.Иласхан-Юрт Гудермесского района. Вместе с ним были его односельчане: Абубакар Узаев, 1962 г.р., и Мухаид Юсупов, 1963 г.р. Все они являлись работниками молочно-товарной фермы (МТФ) в с.Майртуп Курчалоевского района и проживали на ее территории. К ним подсел и житель соседнего с.Бачи-Юрт Усман Ахиядов, 1976 г.р.

Однако в километре от МТФ автомобиль заглох. Дальнейшие события происходили на глазах у множества свидетелей. Они утверждают, что в небе в это время кружили вертолеты. Один из них сначала снизился, а затем приземлился рядом с остановившимся автомобилем.

К месту посадки вертолета направились жители МТФ и проезжавшие по дороге люди. Но военные, угрожая оружием, а затем и открыв стрельбу в воздух, не подпустили их. На глазах у множества свидетелей они подняли в боевую машину четырех человек со связанными руками и с мешками на головах и улетели. Дальнейшая их судьба неизвестна.

23 января 2001 года в с.Курчалой родственники похищенных передали копию данного заявления сотруднику ПЦ «Мемориал». На тот момент судьба четверых похищенных молодых людей по-прежнему не была известна. Стиль, орфография и пунктуация оригинала сохраняются.

«Главе администрации ЧР Кадырову А.,

Копия: Коменданту ЧР ген.-лейтенанту Бабичеву И.И.;

Копия: Прокурору ЧР;

Копия: Военному прокурору в/ч 20102;

Копия: Коменданту Курчалоевского района Чеченской Республики;

Копия: Специальному представителю Президента РФ
по обеспечению прав и свобод человека и гражданина в ЧР

От Юсупова Мовлена, Джантамировой Корсы, Усмановой Марьям,
Узаева Лемы, проживающих в с.Майртуп Курчалоевского района,
и Ахиядовой Петимат, проживающей в с.Бачи-Юрт
Курчалоевского района ЧР

Заявление

По всей Чеченской Республике в последнее время участились случаи незаконных задержаний людей российскими военными, которые, по всей видимости, решили заменить чеченские бандгруппировки, занимавшиеся похищением людей при Дудаевско-Масхадовском режимах. Как тогда, так и сейчас испытания от бандитского беспредела выпадают на долю простых, законопослушных и беспомощных граждан нашей Республики. Такая беда настигла нас и наших сыновей 1 января сего года, омрачив оба праздника — Рамазан Байрам и Новый год, которые совпали велением времени.

Наши сыновья: Юсупов Мухаид, 1963 г.р., Узаев Абубакар, 1962 г.р., Усманов Бувайсар, 1970 г.р., проживающие на МТФ с.Майртуп Курчалоевского района, и приехавший к ним в гости, в связи с праздниками, Ахиядов Усман, 1976 г.р., проживающий в с.Бачи-Юрт Курчалоевского района ЧР.

1 января 2001 г. в 4 часу вечера все вчетвером на автомашине «Нива» с вышеуказанного МТФ выехали в с.Иласхан-Юрт (Белоречье) Гудермеского района (которое находится буквально в трех километрах от МТФ) с целью посещения наших родственников и поздравить их с праздниками. Не успели они отъехать от МТФ на один километр, как у них сломалась автомашина, и им пришлось на какое-то время остановиться. В это время пролетавшие над этим местом три вертолета (один Ми-8 и два боевых), заметив ребят, начали кружиться над ними. Этот момент наблюдали несколько десятков жителей МТФ и, поняв, что они задумали побежали в их сторону. В это время один из вертолетов (Ми-8) приземлился рядом с ребятами, а два остальных продолжали летать над ними. Из этого Ми-8 вышли несколько вооруженных людей в камуфляжной форме, уложили наших ребят прямо в грязь, обыскали автомашину. Однако обнаружить при них ничего не могли, т.к. кроме одного мешка муки, которую они везли для нашей родственницы, ничего у них не было. Документы у них были при себе, а у двоих даже были с собой и военные билеты. Тем не менее, эти военные одели на их головы что-то закрывающее им глаза и, обращаясь с ними очень грубо, подняли их на вертолет, а автомашину обстреляли, прямо изрешетили. После всего они сели на этот вертолет, он поднялся, и все три вертолета улетели по направлению в сторону г.Грозный.

Всех жителей МТФ, которые попытались прибежать на помощь, люди в военной форме встретили автоматными очередями и не дали им приблизиться. Им осталось смотреть вслед, увозящих наших ребят вертолетам, пока они не исчезли из вида.

К сожалению, ошарашенные увиденным беззаконием жители МТФ, наблюдавшие эту гнусную картину не догадались запомнить бортовой номер хотя бы одного из вертолетов. Вполне возможно, что эти номера совсем и не были видны, т.к. эти три вертолета без опознавательных номеров не один раз замечены жителями в разных районах нашей республики.

После случившегося, куда мы только не обращались с целью установления места их нахождения. Однако, все безрезультатно. По сегодняшний день мы не знаем, кто их забрал, где они находятся и в чем их обвиняют. Нигде (ни в Ханкале, ни в комендатурах, ни в гор. и райотделах МВД, ФСБ, и т.д.) они не обнаружены и их задержание нигде официально не зарегистрировано.

Как данный факт можно называть еще, как не похищением людей, мы не знаем.

Везде куда бы мы не обращались, с кем бы мы не говорили, нам не советовали официально, письменным заявлением обращаться к властям, говорили, что власти на этих «похитителей» не имеют никакого влияния, что они абсолютно бесконтрольны и в случае официального обращения мы своих людей можем не найти вообще.

Неужели это так на самом деле?

Очень тяжело и не хочется верить в эти страшные разговоры, тем более от официальных лиц.

Несмотря на все, после девяти бесполезных дней хождения по всем инстанциям, мы, родители, решили обратиться к Вам с этим официальным заявлением и с убедительной просьбой принять все возможные меры по выяснению обстоятельств по данному факту, установлению места нахождения наших сыновей и их освобождению.

Этих ребят знают все жители наших сел, и любой там может подтвердить, что кроме крестьянского труда ни чем другим они не занимались и ни в чем неповинны.

Мы хотим верить в то, что опасения, которые высказывались нам в течение последних 9 дней не имеют под собой никакого основания, что справедливость по отношению к простым жителям ЧР будет восстановлена и в то, что этот учиняемый беспредел в отношении беспомощных граждан и российскими, и чеченскими бандитами будет остановлен.

С уважением родители:
Юсупов М., Джантамирова К., Усманова М.,
Узаев Л., Ахиядова П.
10.01.2001 г.
».

Вечером в г.Урус-Мартан в дом к Мусе Аюбовичу Берсанову, проживающему на ул.Безымянная, вошли служащие российской армии. В это время Муса вместе с женой Заретой находился у соседей; дома оставались только его малолетние сыновья. Одного из них, предварительно избив, военные заперли в туалете, а второго отправили за родителями.

Спешно вернувшегося к себе Мусу Берсанова они тут же избили, требуя денег и драгоценностей. Хозяин дома отдал 400 рублей, однако вооруженные грабители отобрали у его жены еще и золотые серьги.

Пришедший на помощь сосед, Алу Накаев, также был избит военными. От нанесенного прикладом автомата удара по голове он получил сотрясение мозга.

На блокпосту у въезда в г.Аргун российские военные остановили автомобиль, за рулем которого находился Шахман (Шавкат) Шавалиевич Аюбов, 1960 г.р. Он ехал с праздничной вечеринки. Вместе с ним в салоне находилась и женщина. В руках у нее была гармонь.

Придравшись к тому, что водитель нетрезв, военные высадили его из автомобиля и увезли в неизвестном направлении.

В течение следующих четырех дней его родственники не знали, где он находится.

К вечеру 5 января к другу задержанного пришел сильно избитый человек (имя не называется по его просьбе), только что выпущенный из здания ВОВД г.Аргун. Он так и не сумел толком объяснить, за что туда был помещен и с кем там находился, так как, по рассказам видевших людей, говорил с большим трудом. Но из его рассказа стало ясно, что и Шахман Аюбов содержится в здании временного отдела милиции. Чтобы убедиться в этом окончательно, ему показали фотографию и спросили: «Это ты про него говоришь?» Кивком головы тот подтвердил, что да, про этого.

На следующий день родственники задержанного обратились к российским милиционерам. Как события развивались дальше, рассказывает его двоюродная сестра:

«…На следующий день я пошла в комендатуру за Шахманом. Я стала жаловаться, что нас не поставили в известность о его задержании. На это один из военных, который представился заместителем оперуполномоченного, сказал, что им для этого необходимы две машины с автоматчиками, нужно залить бензин и только после этого ехать сообщать. Ничего этого у них якобы не было.

Когда я сказала, что чуть выпившего человека нельзя задерживать на 5 суток, он заявил, что у Шахмана на теле имеются шрамы, а на ногах потертости. Я им объясняю, что ему 40 лет, мало ли какие шрамы могут быть у человека в его возрасте. А потертости на ногах оттого, что он всю жизнь прожил в горах, там туфли не носят. Носят — резиновые сапоги, ну и случаются потертости…

Этот оперуполномоченный и говорит: «Ну, раз есть потертости, значит — боевик».

В комендатуре шло совещание, я стала ждать его окончания, чтобы встретиться с начальником. Но оперуполномоченный сказал, что ждать его бесполезно, ничего нового для меня он не скажет. Мне также сказали, что у них установка держать задержанного человека в течение 10 суток. После чего за него нужно сдать автомат.

Я возмутилась: «Откуда у меня оружие?» Два дня как похоронила мужа, мать похоронила в прошлом году, сын — инвалид, был ранен во время обстрела. Я работаю на 860 рублей в месяц, у меня даже знакомых нет среди военных, у кого автомат можно было бы купить. Я бы все отдала, но купила бы его только, чтобы обороняться от вас…

Потом пришел начальник, но он сразу же спросил у оперуполномоченного: «Ты наши условия сказал ей?» Тот ответил ему: «Да, но у нее ничего нет».

Я сама объяснила начальнику свое положение, рассказала, что воспитываю сирот. А Шахман — мой брат, работает на «таблетке» (автомобиле УАЗ-452), чтобы прокормить семью. Ну, выпил в праздник, с кем не бывает. Это ведь не повод, чтобы человека в тюрьму бросать?

Но начальник заметил, что он был выпивший и… еще на гармошке играл.

Но, все равно, они пошли мне навстречу и позволили спуститься к брату в подвал. Это здание бывшей сельхозтехники, там, по-моему, были складские помещения. Со мной, не буду врать, они обращались нормально. Даже согласились, что боевик не будет разъезжать по дороге, на которой через каждые 10 метров стоят российские посты.

И вот, спускаемся мы в «боксы» — так их, кажется, называли военные. Там какие-то гаражи, машины, ворота. За воротами была железная решетка, за ней то и находился мой брат.

Там были и другие люди, за которых родственники не могут заплатить деньги или сдать, сначала купив у самих же военных, автомат. А русские на них, бедных, и отрываются.

Когда меня пропустили к боксам, я увидела там своего знакомого Тайсумова — инвалида детства. Этот Тайсумов душевнобольной, не знаю, почему русские его задержали, что он им мог сделать плохого? Сам он молодой, но пенсионер по инвалидности.

В боксах было человек 15, некоторые из них сидели в клетках по 3–4 месяца.

Шахман рассказывал, что задержанным инкриминировали участие в боевых действиях, нападения на военных, установку фугасов и т.д. И попробуй кто-нибудь из них не признать себя виновным! Соседский парень просидел в этих боксах полгода и вот три дня назад его, говорят, переправили в Чернокозово. Мать его — не чеченка, русская, ее зовут Лидия. Она говорила, что ее сыну военные даже передачу не всю отдают. Забирают из сумки все, что им понравится. Могут и совсем ее не отдать.

Так и сидят там эти ребята без суда и следствия.

6 января брата выпустили. Выкупа я не платила, но работники ГАИ — они тоже из России — отказались отдавать его документы без уплаты штрафа. Показали книжечку, в которой было сказано, что за управление автомобилем в нетрезвом состоянии его размер составляет 8–12 месячных окладов. Или же лишают на год права на вождение автомобилем. Я говорю им, что брат не работает, а они все равно не отпустили его, пока 1600 рублей не отдала. И только тогда брат забрал документы».

2 января

У блокпоста «Пост ГАИ» на Старопромысловском шоссе г.Грозный российскими военными был задержан двадцатилетний Анзор Рамзанович Берсанов. Поводом для этого явилась его не городская прописка: молодой человек проживает в с.Радужное (15-й молсовхоз) Грозненского (сельского) района.

На глазах у проходивших через блокпост людей пьяные военные стали избивать, требуя, чтобы он объяснил, почему оказался в городе. Затем стали задавать вопросы, из которых можно было понять, что его пытаются обвинить в связях с боевиками. В частности, спрашивали, где находятся участники вооруженных формирований ЧРИ и по каким дорогам входят в город. На требование возмущенных жителей города прекратить избиения, военные заявили, что у задержанного обнаружены часы с взрывным устройством.

Анзор Берсанов был отвезен в ВОВД Старопромысловского района. Там его продолжали избивать, пытаясь принудить сознаться в действиях, о совершении которых он не имел ни малейшего представления.

Родственники задержанного обратились в районную комендатуру, организовали пикетирование здания милиции. В результате 7 января молодой человек был освобожден. На его теле остались следы жестоких побоев.

Около 9 часов утра из автоматического оружия и крупнокалиберных пулеметов российские военные открыли огонь по окраине с.Ачхой-Мартан. В результате этого на ул.им.Горького и Колхозная были убиты несколько голов крупного рогатого скота. Из людей никто не пострадал только потому, что к началу обстрела, выгнав животных на выпас, они уже разошлись по своим домам.

В тот же день в центре села состоялся митинг. Его участники с возмущением говорили, что военные ведут себя особенно вызывающе именно там, где местные жители не оказывают им никакого сопротивления. Некоторые из митингующих выразили сожаление в своем участии в процессе мирного перехода райцентра под контроль российской армии и силовых структур. Если бы повторилась ситуация осени 1999 года, отметили они, то ни при каких условиях не стали бы требовать, чтобы участники чеченских вооруженных формирований без боя покинули Ачхой-Мартан.

На ул.Павла Мусорова в г.Грозный сотрудники ВОВД Октябрьского района, командированные в ЧР из Ханты-Мансийского автономного округа, задержали Зелимхана Астемировича Мурдалова, 1979 г.р. Довольно быстро выяснилось, что после этого его подвергли многочасовым истязаниям и пыткам, а потом, возможно, убили.

Молодой человек шел мимо здания временного отдела, когда от проходной к нему направились шесть вооруженных автоматами российских милиционеров. Свидетелями этого стали пассажиры автобуса, который остановился рядом. Они потом рассказали, что Зелимхан Мурдалов предъявил свое удостоверение личности. Но его все равно стали обыскивать.

Пассажиры видели, как милиционеры вытащили у него из кармана бумажник с деньгами, затем что-то сказали и, не дожидаясь ответа, стали избивать. Из автобуса выскочили несколько женщин. Они попытались оттащить молодого человека, но прикладами автоматов были избиты и сами. Одной из них, например, милиционеры выбили зубы, второй нанесли несколько сильных ударов в голову. В итоге Зелимхана Мурдалова завели или, как рассказали некоторые из очевидцев, силой затащили в здание ВОВД.

Извещенные о задержании сына, его родители, Астемир и Рукият Мурдаловы, к 8.20 3 января пришли к временному отделу. Мать осталась стоять у контрольно-пропускного пункта, где уже находились десятки женщин. Отца же постовые с трудом, но пропустили на его территорию, откуда отвели в кабинет заместителя начальника. Тот представился майором «Евгением», хотя, как выяснилось позднее, звали его Александр Сергеевич Прилепин. В ЧР он также приехал из Ханты-Мансийского автономного округа.

Кроме него самого, в кабинете находились еще два вооруженных человека. Одним из них был оперуполномоченный по борьбе с организованной преступностью Сергей Лапин. «Евгений» (А.Прилепин) отобрал у Астемира Мурдалова паспорт и через стол попытался перебросить его одному из милиционеров. В это время открылась дверь, и в помещение вошел Сайд-Хамзат Баталов, помощник прокурора республики, инспектировавший в то утро ИВС Октябрьского ВОВД. Увидев Астемира Мурдалова, он спросил у него по-чеченски, нужна ли помощь?

В присутствии сотрудника прокуратуры Александр Прилепин не решился отрицать случившееся. Он подтвердил, что да, Зелимхан Мурдалов находится у них и что у него якобы обнаружили марихуану. Если верить его рассказу, сразу же после задержания, то есть еще 2 января, было принято решение отпустить молодого человека, но тот отказался подписать какую-то бумагу без адвоката. Заместитель начальника временного отдела предложил нанять защитника, после чего обещал решить вопрос с его освобождением незамедлительно.

Выйдя из здания ВОВД, Астемир Мурдалов отправил жену, Рукият Мурдалову, за адвокатом. К 14.00 она вернулась вместе с ним. Однако Александр Прилепин (майор «Евгений») к ним уже не вышел. Родителей и нанятого ими юриста принял не представившийся сотрудник российской милиции, который сообщил, что Зелимхана Мурдалова в здании уже нет. Его якобы освободили в 9.00 3 января. Сказав, что сына им теперь надо ждать дома, он попросил их, как посторонних, удалиться. На требование родителей разрешить встречу с начальником отдела полковником Валерием Алексеевичем Кондаковым, было заявлено, что тот уехал в отпуск и вернется на службу не раньше чем через две недели.

5 января Астемир и Рукият Мурдаловы вместе с нанятым ими адвокатом снова пришли к зданию Октябрьского ВОВД. На этот раз их сопровождали прокурор города Юрий Пономарев, военный комендант Грозного полковник Николай Колянов и все тот же Сайд-Хамзат Баталов. Они проверили некоторые из камер для содержания задержанных людей. Во время осмотра сотрудники ВОВД принесли журнал, из которого следовало, что разыскиваемый человек действительно был задержан, но затем отпущен. Дату мнимого освобождения в ней проставили ту же, 3 января, однако время значилось уже другое — 10.45. Под «документом» стояла поддельная подпись Зелимхана Мурдалова. Впоследствии проводилась экспертиза, которая это подтвердила. Выяснилось также, что за задержанного в журнале расписался инспектор временного отдела Вячеслав Журавлев.

Как и в предыдущие, в тот день перед зданием временного отдела милиции стояли местные жители, в основном женщины, требовавшие освобождения Заура Ибрагимова и Казбека Дакаева (Докаева), 15 лет, проживавших поблизости от бульвара Дудаева в 4-м микрорайоне г.Грозный. Как утверждали собравшиеся, подростки занимались сбором цветного металлолома и с этой целью часто осматривали развалины жилых и производственных строений. 23 декабря 2000 года они выехали из дома на велосипедах и вечером не вернулись. Обеспокоенные родственники начали поиски и выяснили, что на ул.Лисицына сотрудники российской милиции остановили их и после короткого допроса отвезли в ВОВД Октябрьского района. Свидетельница — местная русская женщина — видела, как мальчишки плакали и умоляли их отпустить. В течение нескольких дней родственники без всякого успеха пытались получить хоть какую-либо информацию об их судьбе. О том, что с ними случилось, стало известно совершенно случайно и вопреки желанию задержавших их милиционеров.

При осмотре территории временного отдела Юрий Пономарев, Николай Колянов и Сайд-Хамзат Баталов неожиданно наткнулись на изуродованные трупы двух неизвестных. Выяснилось, что это были Ибрагимов и Дакаев, чьи родственники все последние дни простояли у КПП ВОВД Октябрьского района, требуя их освобождения. Подростков, видимо, убили после изощренных и долгих пыток: у них были выколоты глаза, сломаны конечности, в различных местах туловища обоих виднелись следы применения тока. Одного из них скальпировали.

В тот же день останки убитых подростков были переданы родственникам. Не дожидаясь проведения судебно-медицинской экспертизы и даже не настаивая на ней, те их незамедлительно похоронили.

6 января прокурор г.Грозный Юрий Пономарев встретился в Гудермесе с прокурором республики Всеволодом Черновым и военным комендантом генералом Иваном Бабичевым. Последний лично выехал в Октябрьский ВОВД. Там он допросил полковника Валерия Кондакова, который, как утверждалось ранее, должен был находиться в отпуске. Однако ни сам начальник отдела, ни его подчиненные от первоначальной версии не отказались. Они продолжали настаивать, что освободили Зелимхана Мурдалова.

7 января по факту задержания и «исчезновения» молодого человека по ст. 126 ч. 1 прокуратура г.Грозный возбудила уголовное дело № 15004 (№ 18004). В рамках его расследования были допрошены свидетели, в том числе начальник отдела полковник Валерий Кондаков, его заместитель майор Александр Прилепин и оперуполномоченный Сергей Лапин. Последний непосредственно участвовал в задержании Зелимхана Мурдалова, а затем, возможно, избивал его. Однако с самого начала следствие столкнулось со значительными трудностями. Так, Вячеслава Журавлева, на арест которого был выписан ордер, приказом начальника временного отдела откомандировали к месту постоянной службы. В отношении Сергея Лапина прокуратура также приняла решение о взятии под стражу, но и он в итоге беспрепятственно покинул Грозный.

8 января сотрудники Октябрьского ВОВД, заминировав, подорвали стоявший рядом и, несмотря на боевые действия в городе, оставшийся целым многоподъездный пятиэтажный дом (ул.Ленина, № 106). У здания временного отдела в это время дежурили родственники задержанных и «исчезнувших» после этого людей. В их числе была и Рукият Мурдалова. Она бросила одному из российских милиционеров, что те взрывают хорошо сохранившийся дом, чтобы скрыть следы своих преступлений. На это ей было сказано буквально следующее: «А ты, сука, попробуй, откопай. Если он живой, то докопаешься».

19 января родители исчезнувшего из здания ВОВД молодого человека с просьбой о содействии в его поисках обратились к Ахмаду Кадырову. Тот, по имеющейся информации, переправил их письмо президенту РФ В.Путину, директору ФСБ Н.Патрушеву и министру внутренних дел В.Рушайло. Но ни к каким положительным результатам это не привело. В течение трех последующих месяцев Астемиру и Рукият Мурдаловым не удалось узнать ничего нового о судьбе своего сына. Все это время они не только поддерживали постоянную связь с сотрудниками прокуратуры, но и сами предпринимали некоторые действия по установлению местонахождения пропавшего или поиску его тела, если убийство все же было (такое развитие событий родителями не исключалось никогда). С этой целью им пришлось выехать и исследовать несколько захоронений, обнаруженных в различных районах республики.

Однако 13 апреля в прокуратуре г.Грозный в рамках возбужденного уголовного дела дал показания человек, который в январе находился в ИВС ВОВД Октябрьского района. Он рассказал, что поздно вечером 2 января к ним в подвал спустили парня, избитого до такого состояния, что он уже не мог самостоятельно передвигаться. Камеры в то время там еще не были снабжены дверями — вместо них были только решетки — поэтому то, что происходило с ним, видели многие из заключенных.

Свидетель, чьи показания в апреле были записаны сотрудниками городской прокуратуры, утверждал, что молодого человека, находившегося в бессознательном состоянии, притащили в изолятор сотрудники временного отдела во главе с майором Александром Прилепиным. Начальник ИВС Александр Гульнев, бегло осмотрев задержанного, отказался его принимать. Завязался спор, в ходе которого решено было пригласить врача Николая Малюкина.

Врач, который пришел почти сразу же, сделав укол, привел задержанного в чувство. Но тот все равно не мог стоять на ногах, и тогда его решено было поместить, точнее — положить в одну из камер. Там-то он и рассказал соседям, как его зовут и откуда родом: избитым молодым человеком оказался Зелимхан Астемирович Мурдалов.

Со слов того же свидетеля, стало известно, что у него был открытый перелом руки (торчала кость), сломана грудная клетка, порвано и висело на коже ухо и разбита голова. Он утверждал, что в результате ударов ногами, нанесенных в пах, у молодого человека были отбиты половые органы. Это те раны, которые можно было увидеть при простом осмотре тела. О повреждениях же внутренних органов ничего определенного сказать было невозможно.

Однако свидетель утверждал, что слышал обрывки разговора врача с сотрудниками ВОВД, которые притащили Зелимхана Мурдалова в ИВС. Врач заявил, что он умирает и необходимо срочное хирургическое вмешательство. В ответ на это милиционеры потребовали, чтобы тот признал его биологическую смерть.

Но врач отказался это сделать, и избитый, умирающий молодой человек остался в камере. Ночь на 3 января он провел там. Все время был без сознания. А утром среди заключенных прошел слух, что в ВОВД прибыли сотрудники прокуратуры. Через некоторое время в ИВС заскочили четверо милиционеров во главе опять-таки с майором Александром Прилепиным. Имен двух других милиционеров свидетель, в апреле давший показания в прокуратуре Грозного, не знал, однако четвертого из этой группы назвал и по имени, и по фамилии: им оказался Сергей Лапин.

Увидев, что Зелимхан Мурдалов все еще лежит без сознания, они пригласили к нему врача, который, сделав несколько уколов (4 или 5), добился того, что тот слабо застонал. После этого Сергей Лапин и двое других сотрудников ВОВД потащили задержанного куда-то наверх. При этом майор Александр Прилепин торопил своих подчиненных, говоря, что дает им на это всего лишь минуту. Что в дальнейшем произошло с Зелимханом Мурдаловым, как сложилась его судьба, свидетель не знал, в подвалы ИВС его больше не приводили.

В ходе расследования уголовного дела было установлено, что в ВОВД его избивали, в частности, резиновой палкой, пытали током. Однако прокуратура не посчитала нужным привлечь к ответственности Александра Прилепина. Обвинение было предъявлено лишь Сергею Лапину. Как полагают Астемир и Рукият Мурдаловы, в деле похищения, избиения и, возможно, убийства их сына — это наиболее «засветившийся», но не самый главный персонаж.

Родственники людей, исчезнувших после задержания сотрудниками Октябрьского ВОВД, подозревали, что под развалинами взорванного 8 января дома могли находиться тела убитых. Может быть, и тех, кого разыскивали. Эти подозрения усилились весной, когда под действием жары оттуда стал доноситься трупный запах.

Они обратились к властям с требованием разобрать завалы этого дома. 6 апреля такие работы были начаты российскими военными. В это время там присутствовали родные и близкие более 20 без вести пропавших человек. Все, включая и двух находившихся там следователей, чувствовали резкий трупный запах. Тем не менее, начиная с 7 апреля, работы по разборке завалов неожиданно прекратили. Военные объяснили это тем, что существует опасность наткнуться на мины или другие взрывные устройства. Данный довод стал основанием и для того, чтобы в дальнейшем никого больше не подпускать к этому месту.

Однако люди, хотя их и не допускали непосредственно к месту проведения то приостанавливаемых, то вновь возобновляемых работ, не покидали днем территорию, примыкающую к зданию Октябрьского ВОВД. Взорванное здание оттуда хорошо просматривалось. 12 апреля военные объявили, будто в развалинах дома найден т.н. тротиловый змей — взрывчатое вещество высокой поражающей мощности. До 16 апреля они якобы пытались его обезвредить. А затем произвели подрыв какого-то взрывного устройства, в результате чего произошло обрушение последнего сохранившегося подъезда дома. Сразу же после этого властями было объявлено, что трупов под завалами не обнаружено.

И, действительно, трупный запах исчез. Но люди, ожидавшие результатов разборки этого дома, в том числе Астемир и Рукият Мурдаловы, подозревают, что имел место факт сокрытия трупов.

Сергей Лапин был арестован в январе 2002 года после того, как выступил с угрозами в адрес журналистки «Новой газеты» Анны Политковской, опубликовавшей в своей статье собранные Астемиром Мурдаловым сведения.

29 марта 2005 года решением Октябрьского районного суда г.Грозный Сергей Лапин был осужден на 11 лет лишения свободы в колонии строгого режима.

В Чечне была проведена масштабная спецоперация.
                Военнослужащие внутренних войск провели проверку паспортного режима в селениях Пригородное, Зандак и в Ленинском районе Грозного. На окраине с.Пригородное группа людей оказала военным вооруженное сопротивление. Трое боевиков были убиты; один участник ВФ ЧРИ погиб в перестрелке на окраине Грозного в Ленинском районе.

Как сообщил командующий группировкой генерал-лейтенант Валерий Баранов, в декабре 2000 года в Чечне в результате масштабных спецопераций, проведенных Объединенной группировкой федеральных войск, убиты семь полевых командиров. В их числе: Ширвани Басаев, Саид-Магомед Цагораев, Асланбек Дадиев, Руслан Эмадиев, Саламбек Адуев, Эдильбеков, Умар Балтугаев.
                По словам Валерия Баранова, в Веденском районе уничтожено вооруженное формирование численностью в 20 человек. Им руководил Анзор Мигашвили, родом из Ахметовского района Грузии.

Сообщения СМИ

3 января

В первой половине дня у здания администрации Урус-Мартановского района собрались жители райцентра, требовавшие у местных властей оградить их от чинимого военными произвола. Люди утверждали, что постоянно подвергаются нападениям со стороны воинских частей, размещенных к юго-западу от г.Урус-Мартан (245-й мотострелковый полк, ДОН-100 и др.).

Обращаясь к руководству района, они заявили, что будут ставить в известность средства массовой информации о происходящих в Урус-Мартане событиях. У здания администрации был составлен и подписан текст следующего обращения:

«Мы, жители города Урус-Мартан, проживающие по улицам Куйбышева, Горная и Пролетарская, обращаемся к вам за помощью. Просим вас защитить нас от российской армии.

В октябре 1999 года мы вынуждены были покинуть свои дома и республику, потому что не было житья от «ваххабитов». Мы уехали, оставив все, что у нас было. Но вот пришла российская армия. Мы вернулись домой, хотя многим из нас некуда было возвращаться. Мы думали, что российская армия защитит и поможет нам. Но оказалось, что это не так. Армия не только не помогла нам, но, напротив, она убивает ни в чем не повинных людей и грабит нас.

По ночам солдаты с оружием в руках и в масках врываются в дома, пугают детей и женщин и требуют деньги и драгоценности. Если мы сопротивляемся, они грозятся взрывать наши дома.

Мы хотим знать, до каких пор будет продолжаться этот беспредел? Нам не оставляют выбора, мы вынуждены снова покинуть дома и уехать в Ингушетию».

Обращение подписали: Х.Гакаева, А.Эдилова, Р.Магомадова, А.Анзорова, М.Айдамирова, М.Матиева, С.Тасуева, Л.Мусаева, Р.Хасуева, Л.Абубакарова, А.Тасуева, Т.Магомадова, Э.Эдалова, Л.Автаева, Р.Сагаипова, Л.Мантаева, М.Мантаева, Т.Элимханова, Л.Сайдулаева, С.Мушханова, С.Сайдулаева, Л.Дасаева.

Около 16 часов у блокпоста недалеко от совхоза «Пригородный» убит Казбек Инцаев восемнадцати лет, проживавший на ул.Пограничная в городке Иванова г.Грозный.

По свидетельству матери и сестры убитого, российские военные приостановили движение автотранспорта на дороге Грозный–Шатой и открыли беспорядочную стрельбу в разных направлениях. Казбек Инцаев погиб от пули, залетевшей в машину. На обвинение в убийстве представители федеральных сил заявили, что это сделали боевики.

Те же военные позднее остановили автобус «ПАЗ». Высадив и уложив на землю всех его пассажиров, в том числе женщин и детей, они открыли поверх них огонь из автоматов. Затем стали обстреливать дома, стоящие на окраине с.Пригородное. В результате этого многие строения получили серьезные повреждения.

По имеющейся информации, обстрел производился воинским подразделением, осуществляющим разминирование дороги Грозный — Шатой.

Вечером российскими военными было окружено здание средней школы № 4 в г.Урус-Мартан. Получив об этом известие, директор школы А.Х.Аслаханов и его заместитель по хозяйственной части немедленно направились туда.

Оккупировавшие двор учебного заведения вооруженные люди проверили у них документы, а затем порекомендовали «убраться отсюда как можно дальше». Директор и его заместитель вынуждены были подчиниться.

В 7.30 следующего дня они снова пришли в школу и обнаружили, что военные вывезли всю имевшуюся там документацию, тридцать стульев, пятнадцать столов, сняли с пола около 70 м2 линолеума. БТРами, на которые грузилось школьное имущество, была повреждена труба, подводящая к школе газ.

По факту грабежа, учиненного российскими военными, директор школы подал жалобу в администрацию района и в военную комендатуру.

В с.Старые Атаги Грозненского (сельского) района российские военные провели очередную «зачистку». Она сопровождалась грубыми нарушениями прав местных жителей.

Так, Руслан Бакриев, 1945 г.р., проживающий на ул.Нагорная, был схвачен на трассе при выезде из населенного пункта в сторону с.Чири-Юрт. Высадив его из собственного автомобиля и не объясняя мотивов своих действий, военные потребовали, чтобы он в обмен на свою свободу сдал 5 автоматов.

Задержанному позволили передать в село записку, после чего завязали глаза, разули и посадили в БТР. Оскорбляя и унижая, его там продержали до вечера. За освобождение этого человека родственникам пришлось сдать один автомат. Он был куплен у российских же военных.

В ходе «зачистки» якобы проверялась законность владения автомобилями. У Руслана Яндаева военные отобрали паспорт и документы на «BMV». Бумаги были в порядке, но хозяин не успел переоформить свою машину, заменив регистрационные знаки с 20-го на 95-й регион. В последующем ему не удалось получить их обратно, так как никто из должностных лиц не смог объяснить, служащие какого подразделения приходили к нему домой.

Военные пытались, но не смогли забрать с собой и сам «BMV». Дело в том, что в предыдущую «зачистку» с него уже сняли и унесли колеса.

На автомобилях, принадлежащих Исе Чараеву и Исмаиловым, жителям ул.Нурадилова, прикладами разбили стекла. Документы на них также были отобраны.

Угнаны машины следующих жителей с.Старые Атаги:

1. Ахмеда Тайсумова, к которому проводившие «зачистку» придрались из-за того, что в техпаспорте нет какой-то печати;

2. Саид-Ахмеда Шидаева, из-за того, что его в тот день не оказалось дома.

Эти автомобили их владельцам через три дня удалось вернуть из Шалинского ВОВД, но уже без магнитофонов, чехлов, отдельных деталей.

Из домов, которые подверглись «обыскам», военные забирали наиболее ценные вещи. Так, у Адама Садыкова (ул.Подгорная) они унесли 5 телевизоров и видеоаппаратуру. Абдул-Муслим Ойбуев, проживающий по адресу: ул.Тихая, 12, по их воле лишился своего компьютера, телевизора и видеомагнитофона.

У соседа семьи Ойбуевых забрали аккумулятор с автомобиля под предлогом того, что он якобы военный.

Из сельского универмага прибывшие на «зачистку» похитили принадлежавший Сайдашу Кушалиеву дизельный генератор. Он снабжал электричеством дома местных жителей и староатагинскую больницу.

У Хамзата Шахгириева, жителя совхоза «Атагинский», военные отобрали и зарезали корову, которая должна была отелиться в конце месяца. Неродившегося теленка затем выбросили на поле у птицефабрики, где в тот день располагался их штаб.

В доме у Раисы Хасановой (госхоз «Атагинский») ими была задержана 18-летняя девушка, имевшая в паспорте волгоградскую прописку. Она является родственницей Хасановых и приехала к ним в гости. Девушка была освобождена только после вмешательства главы сельской администрации Вахи Гадаева и командира местного блокпоста.

В с.Старые Атаги Грозненского (сельского) района прошли похороны Малкан Увайсовны Исраиловой, 1965 г.р.

Она проживала в г.Грозный в доме, расположенном недалеко от магазина «Березка» на Старопромысловском шоссе. По данным, полученным от соседей, в конце декабря 2000 года к ней в квартиру проникли вооруженные люди в камуфляжной форме. Они унесли оттуда ценные вещи и 10 тысяч рублей.

В момент грабежа с рынка домой вернулась Малкан Исраилова. Неизвестные, которые, предположительно, были российскими военными, убили ее.

В Старопромысловском районе Грозного группа боевиков обстреляла из автоматов и подствольных гранатометов разведывательный дозор внутренних войск МВД РФ. В результате нападения, которое произошло недалеко от КПП, один военнослужащий получил ранение.
                В Грозном на просп. Кирова участники вооруженных формирований ЧРИ подорвали на радиоуправляемом фугасе бронетранспортер, на котором следовали бойцы ОМОН. В результате диверсии один милиционер получил ранение.
                Еще двое милиционеров получили ранения в Аргуне в результате обстрела боевиками автомобиля «Урал», на котором ехали бойцы ОМОН УВД по ЧР.

Сообщение СМИ

4 января

В первой половине дня на чечено-ингушской административной границе у блокпоста «Кавказ-1» состоялся митинг. Его организаторами были представители общественных организаций. Люди держали в руках самодельные, наспех приготовленные транспаранты с антивоенными лозунгами. Власти Ингушетии не чинили им никаких препятствий.

Однако после завершения акции на ее участников неожиданно начались гонения. Вечером того же дня по указанию Умара Гадаборшева, заместителя начальника Сунженского РОВД республики, был арестован Ваха Истамулов. В райотделе милиции его продержали более двух суток и отпустили только к вечеру 7 января.

По имеющейся информации, этот человек обвинялся в организации несанкционированного властями митинга. На деле же он только зачитал итоговую резолюцию с призывом к российской стороне незамедлительно начать переговоры о прекращении боевых действий с «законными органами власти Чечни».

Согласно рассказу Вахи Истамулова, его заставили заплатить за освобождение 300 долларов США. Поначалу милиционеры просили 500 долларов, грозя в противном случае отправить в СИЗО г.Пятигорск. Затребованные сунженской милицией деньги собрали родственники и вынужденные мигранты из палаточного городка «Согласие».

Прокуратура Шалинского района после неоднократных обращений родственников возбудила уголовное дело № 23001 (ст. 126 ч. 2 УК РФ) по факту похищения уроженца с.Новые Атаги Саид-Хусейна Сайд-Магомедовича Имакаева, 1977 г.р.

17 декабря 2000 года на собственной машине ВАЗ-2106 он возвращался с рынка из соседнего с.Старые Атаги. На окраине родного населенного пункта его остановили, а затем и задержали неустановленные российские военные. Пересадив молодого человека в автомобиль УАЗ­452, они увезли его в неизвестном направлении.

Впоследствии данное уголовное дело несколько раз приостанавливалось, затем возобновлялось снова. В последний раз его «прикрыли» 5 ноября 2002 года согласно ст. 208 п. 2 УПК РФ.

Однако еще в феврале 2002 года, когда стало очевидным, что сотрудники прокуратуры не заинтересованы в объективном расследовании этого преступления и наказании тех, кто его совершил, родители Саид-Хусейна Имакаева подали жалобу в суд по правам человека в Страсбурге.

Их обращение в эту европейскую судебную инстанцию не осталось без «ответа».

2 июня 2002 года около 7 утра российские военные, прибывшие в Новые Атаги на БТРах с номерами 1252, 889, 569 (567) и 344, проникли в домовладение, расположенное по адресу: ул.Орджоникидзе, 11, и увезли Сайд-Магомеда Умаровича Имакаева, 1955 г.р., отца ранее похищенного ими человека. Впоследствии он также бесследно «исчез». В задержании участвовал военный, представившийся «Александром Григорьевичем Бумерангом».

По факту похищения Сайд-Магомеда Имакаева 28 июня 2002 года прокуратура Шалинского района возбудила уголовное дело № 59140 (ст. 126 ч. 2 УК РФ). В конце октября того же года его передали в военную прокуратуру, где присвоили новый номер: 15/25-1284д-02.

Около 21 часа в Аргуне у себя дома на ул.Гудермесская убит Сайпуди Актамиров, 1948 г.р., член т.н. совета старейшин, являвшийся одновременно и заместителем главы городской администрации.

Преступление совершено неизвестными людьми в масках. На теле убитого в области сердца обнаружено четыре огнестрельных ранения.

В Чечне принято решение создать поселковые и сельские отделения милиции. Об этом сообщил начальник штаба УВД МВД РФ по ЧР полковник Ахмед Дакаев.
                По его словам, «в первую очередь новые органы появятся в наиболее крупных населенных пунктах, а также селах, где сложилась тяжелая криминогенная обстановка». Всего пока планируется открыть 54 отделения.
                А.Дакаев говорит, что личный состав в зависимости от сложности задач будет насчитывать от 12 до 20 человек. Они получат оружие, обмундирование.
                «Особое значение уделяется подбору кадров. Каждый кандидат должен представить поручительство главы местной администрации, имама, двоих взрослых родственников», — отметил начальник штаба.
                Как заявил на специальном совещании правоохранительных органов Чечни комендант республики генерал-лейтенант Иван Бабичев, «новые меры связаны с сохраняющейся напряженностью, ростом числа терактов и покушениями на жизнь госслужащих и лиц, лояльных к федеральным органам власти».
                И.Бабичев подчеркнул, что муниципальная милиция, формируемая из числа местной молодежи, обязана будет выявлять, задерживать, а если потребуется — уничтожать участников вооруженных формирований ЧРИ в своих селах. Он предполагает, что процесс организации отделений милиции должен завершиться в течение одного месяца.
                «Муниципальная милиция не подменит так называемые сельские гарнизоны, о формировании которых было объявлено в конце 2000 года начальником Генштаба Вооруженных Сил России Анатолием Квашниным», — пояснил комендант.

Сообщение СМИ

5 января

В ночь на 5 января на 20-м участке в Октябрьском районе г.Грозный неизвестными убита 20-летняя Марьям Абдурахманова.

Девушка пекла хлеб, когда к ней в дом неожиданно ворвались двое мужчин. Пригнув к полу, они выстрелили ей в ухо.

Одиннадцатилетний брат Марьям Абдурахмановой спал в это время в соседней комнате. Услышав выстрелы, он проснулся и выбежал наружу. Один из убийц ударил его сначала кулаком в лицо, затем ногой в пах. Мальчик упал. Преступники выскочили на улицу и уехали в неизвестном направлении.

Их отъезд успел заметить старший брат убитой, 21-летний Арби, ночевавший в домике во дворе. По его словам, они сели в «Жигули» белого цвета. Регистрационный номер автомобиля, однако, запомнить ему не удалось.

На следующий день к этому дому приехали сотрудники районной прокуратуры. Они забрали с собой гильзу, опросили брата убитой и также уехали.

Известно, что эта девушка оформляла документы на опекунство своих несовершеннолетних братьев и сестер. Ее мать умерла, а старший брат Руслан Абдурахманов в возрасте 17 лет пропал без вести еще в первую чеченскую войну.

При схожих обстоятельствах в Октябрьском районе Грозного в эту зиму убиты еще несколько человек. Так, 20 декабря 2000 года в соседнем с 20-м участком пос.Новые Алды людьми, подъехавшими на автомобиле «Жигули» белого цвета, в середине дня у себя во дворе застрелен 65-летний Нажа Дакаев.

Около 5 утра из принадлежащей ему квартиры пятиэтажного д.37 в т.н. пос. цементного завода в с.Чири-Юрт Шалинского района российские военные увезли Руслана Ташаева, примерно 40 лет.

О дальнейшей судьбе этого человека, как и о возможных причинах его задержания, ничего неизвестно.

В с.Цоцин-Юрт Курчалоевского района проведена «зачистка», в ходе которой, по некоторым данным, российскими военными убиты два его жителя. Еще восемь человек задержаны и увезены к месту дислокации 15-го мотострелкового полка МО РФ, дислоцирующегося севернее с.Джугурты Ножай-Юртовского района, где имеются ямы для содержания заключенных.

Некоторые из задержанных сумели откупиться при помощи посредников: как военных, так и гражданских. Тем не менее освобожденные уже были жестоко избиты.

Свидетели утверждают, что российские военные грабили проверяемые ими дома, изъяли у владельцев из числа местных жителей четыре единицы автотранспорта.

Как рассказали жители Цоцин-Юрта, один из убитых, Ризван Мачигов, 1973 г.р., ехал мыть машину. Прибывшие на «зачистку» военные, видимо, требуя, чтобы он остановился, открыли ему вслед автоматный огонь. Однако водитель выстрелов не услышал и продолжил движение. Тогда огонь был открыт уже по нему.

Молодой человек был ранен. Находившемуся с ним в машине племяннику военные разрешили сбегать домой, чтобы сообщить о случившемся родственникам, и сказали, что сами сделают раненому перевязку. Но вскоре Ризван Мачигов умер. Его труп военные в тот же день отдали родственникам для захоронения.

У погибшего остались две дочери.

В результате «зачистки» с.Гелдагана Курчалоевского района задержаны четырнадцать человек.

Операция сопровождалась грабежами. Были сожжены три частных автомобиля.

Представителей местной администрации никто заранее не оповестил о начале «зачистки». Более того, все попытки с их стороны вмешаться в происходящее были пресечены военными в грубой форме.

9 января администрация района составила обращение, в котором действия российских военных, в том числе и в с.Гелдагана, охарактеризованы как противоправные и дестабилизирующие обстановку в этом регионе Чечни.

В нем, в частности, сказано:

«Военные дискредитируют администрацию района и республики в глазах общественности. А все тяготы проводимых антитеррористических мероприятий переносят на плечи мирных жителей.

Просим Вас принять соответствующие меры для предупреждения фактов беззакония и произвола со стороны военных, проводящих различные мероприятия в Курчалоевском районе».

Обращение, подписанное главой администрации Курчалоевского района М.Тарамовым и председателем т.н. совета старейшин А.Иблиевым, адресовано заместителю представителя президента РФ в Южном федеральном округе Г.Боковикову, военному коменданту ЧР И.Бабичеву и главе администрации республики А.Кадырову.

В 11 утра российскими военными, приехавшими в с.Танги-Чу Урус-Мартановского района на БТРе и БМП № 106, был задержан и увезен в неизвестном направлении Умар Махмудов, 1964 г.р., проживающий на ул.Школьная, 70.

Родственники задержанного в тот же день выехали в г.Урус-Мартан, пытаясь выяснить причину его задержания, а также определить место, где он теперь находится. Однако во временном отделе внутренних дел района и в комендатуре им заявили, что о его судьбе ничего не знают.

6 января перед зданием комендатуры района родственники увидели и опознали БМП, на котором в Танги-Чу приезжали военные, задержавшие Умара Махмудова. Тем не менее работники комендатуры в категорической форме отказались признать факт его ареста.

Сотрудникам ПЦ «Мемориал» позднее стало известно, что после десяти дней содержания под стражей он был освобожден.

Глава администрации Урус-Мартановского района Ширвани Ясаев подготовил письмо за № 14 о ситуации в этом регионе Чеченской Республики. 11 января оно было зачитано по местному телевидению «Марта»:

«Главе администрации Чеченской Республики Кадырову А.А., Командующему объединенной группировкой войск в Чеченской Республике Баранову В.П., коменданту Чеченской Республики Бабичеву И., Заместителю полномочного представителя в Южном федеральном округе Боковикову Г.Н., прокурору Чеченской Республики Чернову В.

Администрация Урус-Мартановского района встревожена складывающейся общественно-политической обстановкой в районе. И без того сложная криминогенная (криминальная) обстановка ежедневно накаляется пиратскими налетами на населенные пункты района военнослужащими федеральных сил.

Во всех административных органах района имеются многочисленные заявления граждан по фактам мародерства и беспредела, чинимых военнослужащими в Урус-Мартановском районе. Кроме того, разбираются здания госучреждений, в последнее время добрались до самого святого — кладбища, где разобраны хозпостройки, увезен шифер, доски, кирпич, лопаты и другой инвентарь, хранившийся там, ограблена средняя школа № 4 в г.Урус-Мартан, о чем имеется заявление директора школы. Таких примеров можно привести сотни.

Наши неоднократные письменные обращения во все вышестоящие организации — коменданту ЧР, командующему объединенной группировкой, прокурору ЧР, представителю Президента РФ о всех творимых бесчинствах, включая задержания, ограбления, исчезновения людей без вести и прямых необоснованных убийств, остаются без внимания. Ни одно громкое убийство, совершенное за последнее время, не раскрыто, ни один преступник не наказан и не призван к ответу согласно законам РФ.

Так, например, остались без наказания преступники, совершившие убийства имама Урус-Мартановского района Идрисова Умара, имама мечети с.Гойты Самбиева Магомеда, заведующего отделом городской администрации Шимаева М., семьи Агаевых, сотрудников пензенского ОМОН в с.Гойты, убийство начальника штаба ВОВД и его водителя и масса других преступлений. Бессилие власти выражается в его бездействии. Безнаказанность порождает новое зло. В первую очередь от военнослужащих, призванных защищать мирное население, что к великому сожалению не выполняется сегодня. Население района оказалось меж двух огней: федеральными силами, устроившими террор мирному населению, и террористами, подвергающими население также террористическим актам. Так, например, в с.Алхан-Юрт совершен теракт, унесший жизнь более 20 человек, убийство двух невинных девушек, работниц районной администрации сестер Джабраиловых Л. и Т.

Если вы не в состоянии усмирить военнослужащих, остановить беспредел и призвать к ответу виновных, то мы, законопослушные граждане, тем более не в состоянии это сделать. Против орудий, бронетехники, ракетных установок мы не можем противопоставить силу. Нам остается одна возможность — отдать район на совместное растерзание военнослужащим и боевикам. Ибо создается впечатление, что творимый беспредел — это совместные акции, направленные против обездоленного, безвинного народа с целью вынудить его покинуть свои дома, обратиться ко всем международным организациям и заявить о всех творимых бесчинствах на весь мир.

Глава администрации Урус-Мартановского района Ш.Ясаев».

В декабре 2000 года в Урус-Мартановском районе с целью оказания бесплатной юридической помощи местным жителям был открыт консультационный пункт ПЦ «Мемориал». Его сотрудники одновременно стали собирать данные о случаях похищений, незаконных задержаний и убийств местных жителей, совершенных как российскими военными, так и, возможно, участниками вооруженных формирований ЧРИ.

Ниже приводится первая обзорная справка по ситуации в этом районе, подготовленная сотрудниками консультационного пункта. Во многом факты, приведенные в ней, согласуются с заявлением Ширвани Ясаева.

«В декабре 2000 г. в Урус-Мартановском районе убиты 33 человека. Все эти люди относятся к категории мирного населения.

Непосредственно в г.Урус-Мартан убиты:

1. Лема, Хаважи и Нажмудди Агаевы (4 декабря);

2. Алхазур Абуязидович Багаев (13 декабря);

3. Аслан Ахмедович Дудаев, Валид Вахидович Магомадов, Ахмед Алаудинов, Хусейн Сайд-Алиевич Виситаев (с 13 по 15 декабря);

4. Зарема Ахмадова, Роза Магомадова, Зулихан Магомадова (с 24 по 25 декабря);

5. сестры Тамила и Лаура Джабраиловы (28 декабря);

20 человек погибли в результате взрыва в с.Алхан-Юрт. Трагедия произо­шла 9 декабря из-за преступной халатности военнослужащих, преждевременно снявших оцепление вокруг заминированного автомобиля.

Во всех этих убийствах (кроме убийства сестер Джабраиловых) родственники погибших обвиняют военнослужащих федеральных сил или сотрудников правоохранительных органов РФ.

В истекшем месяце в районе продолжались необоснованные задержания, избиения и исчезновения мирных граждан. Так, 18 декабря на пересечении улиц Кирова и Андреева в г.Урус-Мартан, были задержаны пять молодых человек. Их избили, затем перевезли в Ханкалу, где пытки и допросы продолжались до вечера 19 декабря. После этого военнослужащие вывезли четырех из пяти задержанных в открытое поле недалеко от г.Аргун и оставили там. Военные не отпустили Аслана Дундаева, 1976 г.р., проживавшего в г.Урус-Мартан по адресу: ул.Кирова, 40. О его дальнейшей судьбе родственникам ничего неизвестно, силовые структуры РФ отказываются указать место, где находится этот человек.

Из ранее пропавших граждан Урус-Мартановского района в течение декабря 2000 г. ни один не был найден. Однако за это время списки пропавших пополнились другими фамилиями. Кроме Аслана Дундаева, такая участь, например, постигла Ризвана Джамиловича Заурбекова, 1973 г.р. (г.Урус-Мартан, ул.Переселенческая, д.24), и Рамзана Хамидовича Умарова, 1969 г.р. Они оба пропали 11 декабря 2000 г.

Федеральные силы в течение всего этого месяца проводили «зачистки» населенных пунктов, в частности, с.Алхан-Юрт и г.Урус-Мартан. Причем эти операции специально планировались в дни мусульманского праздника — 27, 28 и 29 декабря. При обысках частных домовладений ни разу не был зафиксирован факт предъявления санкции прокуратуры.

В течение всего месяца продолжались и обстрелы населенных пунктов, а также хозяйственных и иных объектов на территории Урус-Мартановского района. К примеру, 13 декабря произведен обстрел северной окраины райцентра в районе улицы Куйбышева. В ходе него были ранены 80-летний Магомед Магомадов и 23-летний Шайха Цуцаев.

В ночь с 9 на 10 декабря артиллерия федеральных сил нанесла удар по фруктохранилищу госхоза им.Мичурина. После прямого попадания снаряда в балку, рухнуло перекрытие здания из сборных железобетонных плит. На то время это было единственное строение госхоза, не разрушенное в ходе обеих войн. С 1996 года здесь находился зерноток хозяйства (место для обработки зерна).

В том же месяце военнослужащие батальона внутренних войск, дислоцирующегося на территории бывшего районного объединения «Сельхозхимия», подвергли обстрелу северо-восточную окраину г.Урус-Мартан. В течение 40 минут огонь из стрелкового оружия и подствольных гранатометов велся по ближайшим городским кварталам. Наибольшие разрушения понесли постройки по улице Шерипова. К счастью, на этот раз среди населения жертв не было.

Ежедневно артиллерия российских войск наносит «беспокоящие» удары по лесам района. При этом снаряды часто пролетают над предгорными селами Гой-Чу (Комсомольское), Мартан-Чу, Танги-Чу, Рошни-Чу и Гехи-Чу.

В истекшем месяце не прекращались и разбойные нападения на жителей района. 21 декабря представители силовых структур РФ ворвались в дом Арби Исаевича Солтамурадова, проживающего в с.Алхан-Юрт, и избили его брата, Айнди Солтамурадова и его жену. От побоев у А.Солтамурадова произошел разрыв аппендицита.

Судебные органы в Урус-Мартановском районе не начали функционировать, хотя в райцентре уже отремонтировано и давно готово для использования здание суда. В случае необходимости власти предлагают жителям района ехать в Гудермес, который находится в 80 км от райцентра. Однако чтобы обратиться в суд этого города простому человеку нужно миновать с десяток российских блокпостов с многокилометровыми очередями, простаивать здесь часами и, вдобавок ко всему, заплатить военным за проезд. Даже если удастся успешно провести эти комбинации, вернуться в Урус-Мартан до наступления комендантского часа вряд ли удастся. Для простого человека это уже чревато серьезными опасностями.

Подавляющее большинство населения района — безработные. Власти не оказывают им ни малейшей помощи. Те же, кто имеет работу, уже много месяцев не получают заработную плату.

Брошены на произвол судьбы жители с.Гой-Чу (Комсомольского), разрушенного в ходе военных действий. Сюда до сих пор не подведены питьевая вода и электричество. Возвратившимся в село жителям (а их здесь около 117 семей) власти выделили по 3 килограмма гвоздей.

Кроме того, примерно, пятой части населения Гой-Чу МЧС РФ выделило палатки. Однако у некоторых из них (семья Исраиловых, например) даже они были конфискованы при «зачистке». Предлог выдвигался один: это, мол, «военное имущество».

В Гой-Чу (Комсомольском), как и во всех предгорных не газифицированных селах района, остро стоит проблема печного топлива. Уголь в республику не завезен. Из-за острой нехватки дров в селах люди вынуждены идти в лес, подвергая себя риску попасть под обстрел или же набрести на многочисленные заминированные участки местности.

Весной и летом 2000 года в Урус-Мартановский район вернулось большинство населения, покинувшее его ранее. Однако в силу всех тех причин, о которых сказано выше и, в первую очередь, из-за отсутствия безопасности для себя лично и членов своей семьи, многие из них вновь вынуждены были уехать из республики».

В 19.30 в офис «Общества российско-чеченской дружбы», расположенный в г.Карабулак, ворвались сотрудники УФСБ по РИ. Находившаяся в это время в здании Мария Черникова, мать пропавшего в Чечне солдата, подверглась унизительной процедуре проверки документов и допросу. Сотрудники спецслужбы спрашивали у нее об организаторах и участниках антивоенного митинга, прошедшего накануне у блокпоста «Кавказ-1» на чечено-ингушской административной границе. И особо — о флагах и транспарантах, которые держали в руках митингующие.

Они в грубой форме заявили, что не допустят на территории Ингушетии действий, противоречащих политике российского руководства в Чеченской Республике.

Из четырех сотрудников УФСБ, задействованных в этой «операции», по крайней мере один был сильно пьян.

У ОРЧД непростые отношения с правоохранительными органами. 17 сентября 2000 года на блокпосту «Кавказ-1» был задержан его руководитель Имран Эжиев. Он направлялся в Гудермес на встречу главы временной администрации А.Кадырова с представителями чеченских общественных организаций, комендантами лагерей беженцев и представителями командования российских войск в Чечне. Шум, поднятый в СМИ, сыграл свою роль: достаточно быстро — всего через четыре дня — его выпустили из военной комендатуры Ачхой-Мартановского района.

Вскоре, однако, печальную славу преследователя ОРЧД взяло на себя УВД г.Карабулак. 13 октября того же года «стражи порядка» снова арестовали Имрана Эжиева и, сославшись на отсутствие документов, изъяли из офиса имевшуюся там оргтехнику и компьютер. Не найдя в действиях правозащитника ничего предосудительного и под давлением организаций, наблюдающих за соблюдением прав человека в Ингушетии, на следующий день его освободили. 23 октября из милиции удалось забрать и компьютер. Но к тому времени его уже «зачистили»: вся информация с жесткого диска была удалена.

Поздним вечером 15 октября 2000 года в ингушском с.Яндаре, недалеко от лагеря беженцев, где он проживал, неизвестными лицами ударом ножа в спину убит один из сотрудников этого общества, Руслан Ахматов.

Аргун был заблокирован сотрудниками российских силовых структур для проведения спецоперации по выявлению лиц, причастных к вооруженным формированиям ЧРИ, изъятию оружия и боеприпасов.
                «Зачистка» осуществлялась силами временного и постоянного отделов внутренних дел и сотрудников комендатуры, в помощь которым приданы спецподразделения федеральных сил.
                Одной из причин принимаемых мер стало убийство в Аргуне главы совета старейшин Сайпуди (Аксактамирова) Аксактемирова, который также возглавлял один из отделов городской администрации. Эту информацию подтвердил побывавший на месте прокурор Чечни Всеволод Чернов.
                Также в Управлении внутренних дел республики появились сообщения о том, что в Аргуне погибли трое бойцов ОМОН ЧР. Прокурор республики В.Чернов и аргунская городская комендатура не подтвердили факт гибели омоновцев.
                Данные о результатах «зачистки» не сообщались.

В 15.40 в Грозном в результате подрыва радиоуправляемого фугаса подорван автомобиль «Урал» с работниками сводного отряда милиции Новгородского УИНа. Один человек погиб, трое ранены.

Сообщения СМИ

6 января

Около полудня сотрудниками УФСБ по РИ была задержана Хеда Саратова, сотрудница московского фонда «Гласность». После короткого допроса на одной из улиц г.Карабулак ее отпустили.

По имеющейся информации, работники спецслужбы интересовались у Хеды Саратовой, в том числе и деятельностью ПЦ «Мемо­риал».

Прокуратура г.Грозный приостановила производство по уголовным делам № 12247, 12248 и 12249, возбужденным 6 ноября 2000 года по факту задержания и последующего «исчезновения» Магомеда Магомедовича Шамилева, 1960 г.р., Саид-Ахмеда Абуевича Бицалова, 1958 г.р., и Александра Михайловича Ковенчука, 1952 г.р.

Сделано это, как написано в постановлении, в связи «с неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого» (ст. 195 ч. 3 УПК РСФСР).

Однако родственники этих людей полагают, что сотрудники прокуратуры не желают объективного расследования этого преступления. По данным, которые они получили после опроса множества свидетелей, военнослужащие российской 205-й отдельной мотострелковой бригады вывели их из подвала дома 42 по ул.Комсомольская и увели в сторону разрушенного в ходе боевых действий здания цирка. Случилось это 3 февраля 2000 года во время «зачистки» жилых кварталов города после отступления из него чеченских вооруженных отрядов.

Магомед Шамилев — инвалид по слуху, а Саид-Ахмед Бицалов был сотрудником газеты «Грозненский рабочий». Об Александре Ковенчуке, кроме того, что он являлся жителем города, ПЦ «Мемориал» ничего более неизвестно.

Розыскные дела на них соответственно № 06, 08 и 09 ведет Заводской РОВД г.Грозный.

В с.Рошни-Чу Урус-Мартановского района в присутствии военного коменданта этого района Г.Гаджиева и начальника ВОВД З.К.Куряева проведена «зачистка». В ходе нее был задержан Ахдан Овхадович Тамаев, 1972 г.р., житель г.Грозный, прописанный по адресу: ул.Тухачевского, д.16, кв.61.

В начале военных действий в Чечне он с семьей (женой и тремя дочерьми) приехал к своим родителям, Овхаду и Аси Тамаевым (Рошни-Чу, ул.Ленина, 3), и проживал вместе с ними. Был зарегистрирован в администрации села как «внутриперемещенное лицо».

Когда началась операция, у него с собой не было паспорта. Он находился у родителей, которые выехали из села за гуманитарной помощью. Справка, что является беженцем, в свою очередь, оказалась просроченной (ее не удалось продлить из-за праздничных дней).

Вместе с ним военные задержали братьев Муслима и Алихана Маукеевых, местных жителей.

Все трое на автомобиле УАЗ были доставлены в ВОВД Урус-Мартановского района. В тот же вечер Маукеевых отпустили, и они вернулись домой.

Узнав о задержании Ахдана Тамаева, родители обратились во временный отдел милиции и в военную комендатуру района, которые находятся в здании бывшей школы-интерната в самом центре г.Урус-Мартан. Сотрудники этих учреждений обещали, что после проверки личности отпустят и их сына тоже. Но через несколько дней те же самые люди неожиданно стали заявлять, что его местонахождение им неизвестно.

Родственники, в числе которых была и жена задержанного, побывали в СИЗО Чернокозово, но там его не нашли. Через посредников выяснили, что он не содержится и в расположении группировки российских войск «Запад», где до этого часто оказывались захваченные жители района.

Поиски Ахдана Тамаева затянулись. Обращения в различные структуры власти как ЧР, так и РФ не дали никаких результатов. Хотя достаточно быстро, уже через десять дней после «исчезновения» этого человека прокуратура Урус-Мартановского района возбудила уголовное дело по ст. 126 ч. 1 УК РФ («похищение»).

В течение месяца родственники письменно обращались в следующие органы власти:

1. 10 января написали и отдали заявление на имя прокурора Урус-Мартановского района Леонида Илюшенко;

2. 12 января отослали заявление специальному представителю президента РФ по обеспечению прав и свобод человека и гражданина в ЧР Владимиру Каламанову;

3. В тот же день адресовали подобное же прошение военному коменданту Урус-Мартановского района Гейдару Гаджиеву;

4. 25 января снова отослали заявление прокурору Урус-Мартановского района;

5. 31 января обратились к главе администрации этого района Ширвани Ясаеву;

6. 3 февраля, так и не получив вразумительного объяснения «исчезновения» Ахдана Тамаева, его родственники обратились в военную прокуратуру.

За все это время из перечисленных выше инстанций ими получено несколько ответов. Часть из них попала в распоряжение ПЦ «Мемориал». Так, 19 января прокуратура ЧР переправила прокурору Урус-Мартановского района заявление отца задержанного. В приписке к нему сказано:

«Для организации проверки в порядке ст. 109 УПК РСФСР направляется заявление О.М.Тамаева о незаконном задержании его сына А.О.Тамаева работниками Урус-Мартановского ВОВД, имевшем место 6.01.01 г. при проверке режима регистрации граждан. О принятом решении прошу сообщить заявителю».

На что 2 февраля в официальном письме за № 153 прокуратура Урус-Мартановского района известила отца задержанного человека Овхада Тамаева:

«На Ваше заявление об исчезновении сына — Тамаева Ахдана, поступившее в прокуратуру 16.01.01 г., сообщаю, что 27.01.01 г. возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 126 УК РФ — похищение человека. Расследование проводится прокуратурой района. О полученных результатах Вам будет сообщено дополнительно».

Около 19 часов в г.Урус-Мартан во дворе собственного дома убит Хас-Магомед Умалатов, имам Урус-Мартановского района. Убийцы подстерегли его, когда он возвращался из мечети после совершения вечернего намаза (молитвы).

По данным правоохранительных органов, в пожилого человека сзади произведено семь выстрелов из пистолета с глушителем. Преступники сумели уйти незамеченными. О случившемся жена и соседи кадия узнали лишь через два часа: во время действия комендантского часа в городе никто не решается выйти из дома.

Прокуратурой Урус-Мартановского района по факту преступления возбуждено уголовное дело.

На рассвете в Гудермесе совершено убийство сотрудника милиции, лейтенанта Магомеда Жамулаева и его отца Ваида Жамулаева.
                Как сообщил заместитель начальника УВД МВД РФ по ЧР полковник Султан Сатуев, неизвестные проникли в дом Жамулаевых и расстреляли их из стрелкового оружия.
                Возбуждено уголовное дело.
                Этой же ночью в г.Аргун в центре вывешена голова мужчины, личность которого не установлена.

Сообщение СМИ

7 января

7–8 января в с.Курчалой проводилась «зачистка»; задержаны 26 местных жителей и девять человек, прибывших в село к родственникам и знакомым.

7 января на рассвете этот районный центр был блокирован российскими подразделениями, прибывшими для проведения операции по проверке паспортного режима.

Согласно сведениям, полученным от Альбека Эльбиева, главы администрации села, в первый день «зачистки» под различными предлогами были задержаны 15 местных жителей. Восемнадцать работников и стажеров Курчалоевского РОВД — разоружены и избиты.

На следующий день были задержаны еще 20 человек, из которых 11 — жители Курчалоя, 5 — жители с.Бачи-Юрт Курчалоевского района, 3 — жители Гудермеса и 1 — житель с.Майртуп.

Список жителей населенного пункта, задержанных российскими военнослужащими 7 января:

1. Магомед-Эми Магомадов, ул.Шерипова;

2. Райбек Успаров, ул.Западная;

3. Гумки Хамазбиев, ул.Речная;

4. Сулим Гаибов, ул.Речная;

5. Асланбек Гаибов, ул.Речная;

6. Хож-Бауди Бехоев, ул.Шерипова;

7. Ибрагим Бехоев, ул.Шерипова;

8. Анди Мустафаев, ул.Курчалоевская;

9. Саид-Магомед Эсенбаев, ул.Курчалоевская;

10. Шамиль Бисиев, ул.Южная;

11. Хусейн Бисиев, ул.Южная;

12. Супьян Таларов, ул.Гикало;

13. Хаси Мидаев, ул.Речная;

14. Муса Бисиев, ул.Речная;

15. Саид-Султан Ибрагимов, ул.Дружбы.

Список жителей с.Курчалой, задержанных 8 января:

1. Рамзан Устарханов, ул.Дружбы;

2. Расул Устарханов, ул.Дружбы;

3. Ражап Исаев, ул.Советская;

4. Умар Багадуров, ул.Дружбы;

5. Шаа Хадиев, ул.Южная;

6. Абубакар Вагапов, ул.Западная;

7. Али Яхъяев, ул.Восточная;

8. Магомед Айдамиров, ул.Советская;

9. Бувайсар Айдамиров, ул.Советская;

10. Хамзат Сурхаев, ул.Южная;

11. Иса Юсупов, ул.Нурадилова.

В ходе «зачистки» были задержаны и подвергнуты избиениям следующие жители с.Бачи-Юрт и Майртуп, а также г.Гудермес, приехавшие в Курчалой к родственникам и знакомым, а также по работе:

1. Умар Шамилевич Аслахаджиев;

2. Нурмагомед (Нур-Махма) Гайраевич Бамбатгириев;

3. Нурсолта Магомадов, г.Гудермес;

4. Хож-Бауди Масаев, с.Бачи-Юрт;

5. Турко Педаев, г.Гудермес;

6. Исмаил Ильясов, с.Бачи-Юрт;

7. Солт-Ахмед Албекхаджиев, г.Гудермес;

8. Турпал-Али Бексолтович Наибов, с.Бачи-Юрт;

9. Чимерзаев, с.Майртуп.

Большинство из задержанных военные доставили в пустующий дом на окраине села. Здесь их содержали в подвале и в течение нескольких дней допрашивали. Допросы сопровождались избиениями и издевательствами: многие из них впоследствии вынуждены были пройти медицинское обследование и лечение.

Несколько человек были отвезены в другие места — в Ханкалу или в расположение воинской части где-то в районе населенных пунктов Ойсхара (Новогрозненский) Гудермесского района и Центорой Курчалоевского района.

Через 3–4 дня большинство из этих людей освободили. Все они были избиты, некоторые имели травмы (перелом ребер и т.п.).

19 января были отпущены еще 2 человека из числа тех, кто был задержан 7 января. Их содержали в воинской части в ямах, вырытых в земле, поднимая во время допросов наверх и избивая (см. показания).

Не удалось установить местонахождение жителя Курчалоя Шамиля Хусейновича Бисиева, 1971 г.р., страдающего с детства эпилепсией. Не были отпущены и три человека, задержанные 8 января: Турпал-Али Бексолтович Наибов, 1967 г.р., проживал в с.Бачи-Юрт Курчалоевского района, Умар Шамилевич Аслахаджиев, 1972 г.р., прописанный в с.Сытное Икряненского района Астраханской области, и Нурмагомед (Нур-Махма) Гайраевич Бамбатгириев, 1960 г.р., имевший прописку в Таврическом районе Омской области. Причем двое последних также были выходцами Бачи-Юрта и имели там немало родственников.

У местных жителей российские военные изъяли шесть автомобилей и несколько самодельных станций по выработке электричества. Две машины они затем сожгли.

О душевном состоянии людей, переживших «зачистку», говорится в заявлении Нины Дмитриевны Бисиевой, 1944 г.р., которое она написала на имя Владимира Каламанова, специального представителя президента РФ по соблюдению прав человека и гражданина в Чеченской Республике:

«7 января во время «зачистки» в селе Курчалой были задержаны мой муж, Хусейн Юсупович Бисиев, 1940 года рождения, и сын Шамиль, 1971 года рождения. Российские военнослужащие угнали и принадлежавшую нам машину марки «Нива».

На мужа, шестидесятилетнего старика, они надели наручники, а затем, затолкав в БТР, продержали там всю ночь. Утром следующего дня на вертолете его переправили в Ханкалу. После допроса моего мужа военные отпустили, но документы не вернули. Вместо них выдали справку, что личность его установлена, и он следует домой в село Курчалой.

До настоящего времени, несмотря на неоднократные обращения в милицию и в военную прокуратуру, мы не можем отыскать документы мужа, автомашину, а, главное — ничего не можем выяснить о судьбе нашего сына.

Мы очень беспокоимся о его здоровье: он с детства страдает эпилепсией и должен регулярно принимать лекарства.

Я — несчастная мать, имею еще одного сына-инвалида, требующего за собой постоянного ухода. Надеялась, что после моей смерти, за ним будет следить его пропавший брат. Кроме того, у самого Шамиля трое малых детей, скоро, возможно, появится и четвертый. Кто будет их растить? Верните им отца.

Мы с мужем много лет проработали в школе, учили своих и чужих детей только добру. За что нам такая участь? Ведь родственникам даже отъявленного преступника сообщают, за что он арестован и где находится. Разрешают носить передачи и устраивают свидания. Почему у меня, матери абсолютно ни в чем не повинного парня, нет тех прав, что имелись, к примеру, у родных небезызвестного Чикатило?

16 января 2001 года».

Показания жителей с.Курчалой (записаны представителем ПЦ «Мемориал» 22–23 января 2001 года).

Аслан (имя изменено), 19 лет:

«7 января утром началась «зачистка». Два БТРа отделились от других и свернули на нашу улицу. Я и наш сосед в это время, ничего не подозревая, шли на работу и оказались в оцеплении.

Мы предъявили наши документы (у моего соседа вместо паспорта было временное удостоверение). Однако нас все равно посадили в БТР, предварительно завязав глаза.

По дороге нас били, спрашивали, у кого в селе есть деньги, оружие, наркотики, где содержатся российские пленные солдаты?

Ямы, где нас содержали, были глубиной 4–3 метра. Мы там были вдвоем. Ширина ям — полтора метра. Оставив место для лестницы, яму сверху закрывают.

Первые 7 дней кушать давали 1 раз в день утром, а в другие 5 дней — 3 раза в день.

На допросах нас избивали дубинками и ремнями. Пытали током — к пальцам привязывали провода и давали разряд.

Всего мы были в ямах 12 дней и 11 ночей. Все это время мы были босиком и раздеты (обувь и верхнюю одежду сняли сразу, когда привезли).

В яме у нас постоянно горела банка с соляркой.

Земля в яме была сырой. Нам приходилось со стен соскабливать землю и сыпать ее под ноги. Все время мы сидели на корточках, оперевшись на холодную стену.

В день освобождения к нам спустились десантники, завязали нам глаза и приказали подняться, сказав, что нас отпускают.

Нас посадили на БТР и повезли куда-то. Через некоторое время, военные спустили нас с БТРа, сказали, что мы отпущены и минут через 10 можем снять повязки. После этого они уехали.

Когда мы развязали глаза, то увидели, что находимся в лесу. Мы вышли из леса и оказались на дороге, ведущей к Новогрозненскому. Недалеко стоял блокпост, мы решили обойти его и выйти на другую сторону, и через лес пошли обратно, а вышли снова прямо на пост.

Пришлось подойти объяснить, в чем дело, затем они вызвали начальника, и в это время к нам подъехал представитель Кадырова. Он уже знал, что нас забрали из села, знал наши адреса, так как нас разыскивали.

Представитель Кадырова сказал, чтобы мы оставались на месте, никуда не уходили, а он вернется с родителями, что он и сделал».

Отец Аслана:

«В тот же день, когда ребят забрали, я взял копии документов сына и с главой администрации поехал в Гудермес в администрацию Кадырова. Там мы написали заявление о произошедшем.

Так получилось, что когда наших детей освободили, то их встретили люди из охраны Кадырова, и они быстро организовали мой приезд на тот пост, где находился мой сын.

А наши ребята были похожи на негров, кроме зубов и глаз, ничего не было видно от копоти — ведь все 11 дней в яме горела солярка в банке.

Документов у моего сына и его друга не было, — им их не отдали, и вот до сих пор ребята без них.

Моему сыну 19 лет, он не занимался ни чем плохим. Сам я работаю, воспитываю детей, а кроме Аслана у меня еще 4 сына. В тот день, когда их забрали, я понял, что у меня нет ни родительских, ни гражданских прав. Их забрали без всякой вины, за то, что они чеченцы».

Магомед (имя изменено), 21 год:

«Забрали меня вместе с Асланом. Били и пытали нас обоих, но Аслана больше. У меня ноги обморожены, нос немножко, у обоих воспаление легких. Сейчас занимаемся лечением.

Я даже предложил федералам деньги, чтобы нас отпустили, но не потому, что они у нас есть, просто подумал, что помогут односельчане.

Первые семь дней я не знал, где мы находились, а следующие пять дней, по словам военных, мы находились у села Центорой, откуда родом А.Кадыров, Курчалоевский район. Там вертолеты, десант, спецназовские базы, каждые из которых занимаются, чем хотят, и друг друга они не знают, так, по крайней мере, говорят. Нам сам один солдат говорил, что здесь творится беспредел.

Нас, наверное, забирало ГРУ. В тот день они разоружили Курчалоевское РОВД, включая начальника милиции и его охранников».

Отец Магомеда:

«Нас 9 человек в семье, живущих на мою пенсию и зарплату.

В этот день забирали всех, не взирая на возраст. Ничего не спрашивали, хватали как скот и все. Например, забрали в тот день Шамиля Бисиева вместе с его отцом и дядей. Дядю и отца отпустили на второй день. А о Шамиле вообще ничего неизвестно до сих пор.

Трое ребят, из Бачи-Юрта, которых тогда же забрали, пропали без вести. Еще двое — из села Аллерой, их взяли прямо в центре села Курчалой. О них мы тоже ничего не знаем».

Зина:

«7 января на рынке у мясной будки неожиданно остановились танки и два БТРа. Все мы кинулись туда. В мясную будку заскочили трое парней с криком: «Не дайте нас забрать!» Военные хотели забрать еще двух подростков. Женщины буквально вступили с ними в драку, отстаивая ребят.

Военные отступили, но начали стрелять и бросать дымовые шашки и грозились бросить в киоск гранату. Там была молодая женщина с маленькой дочерью, Иблиевы. Мать в истерике крикнула: «Здесь никого нет, кроме девочки, у которой вчера брата забрали, хотите и ее убить?!» Солдаты приказали показать девочку. Мать ее вывела. После этого они ушли.

Уходя, они кричали: «Все вы твари! Сегодня вы еще торгуете, а завтра посмотрим, что мы с вами сделаем. Мы и до вас дойдем, как только покончим с вашими мужчинами».

Военные забрали трех подростков, жителей села Майртуп. В тот день еще забрали мальчика 13–14 лет, потом его отпустили.

Тогда же задерживали троих милиционеров. Четверых их коллег, которые пошли заступаться, тоже забрали. Потом забрали еще пятерых милиционеров, которые тоже пытались помочь своим товарищам. За ними пошел начальник милиции, он сказал солдатам: «Почему, вы позорите меня? Зачем вы все это делаете?» Его разоружили, только потом отпустили».

Зайнап:

«7 января в 9-м часу утра мой сын выехал на своем автомобиле на улицу, он был с двумя друзьями. Рядом с ними остановился БТР. Солдаты спросили документы — у них с собой не было документов. Солдаты хотели забрать всех, но соседские женщины, увидев это, заступились за них.

Тогда солдаты отправили парней за паспортами, а машину оставили у себя. У одного парня документов не было, он пришел с ксерокопиями. Но не своего сына, ни его товарища, я обратно не пустила, хотя паспорта у них были. Уже было известно, что они забирают людей не зависимо от того, есть документы или нет.

Через некоторое время у наших ворот остановился БТР. Солдат у меня спрашивает:

— Чья машина? Я ответила, что моя.

— А где водитель и пассажиры?

— Вы же за документами их послали. Они пошли к себе домой.

— Что, еще не пришли?

— Нет.

— Тогда мы заберем машину.

— Забирайте. Отгоните в комендатуру, а как ребята придут, я их пришлю туда и заберу свою машину.

Солдат сел в машину, но она никак не заводилась, тогда он говорит мне:

— Если через десять минут ты не приведешь ко мне парня, у которого не было документов, то я разобью машину БТРом.

Я сказала, что ничего не смогу сделать, так как я не знаю, о ком идет речь. Тогда он трижды наехал БТРом на мою машину и превратил ее в кучу железа.

Я не могла поступить иначе, они и так в этот день забирали всех подряд: с документами и без них. Так и моего сына не отпустили бы.

Так забрали двух парней. О них ничего не было известно, пока кто-то не приехал и не сказал, что они в яме по дороге на Новогрозненский. Когда их привезли домой, на них было страшно смотреть: избитые, измученные — 12 дней они провели в мокрой яме. Их до сих пор возят по больницам».

Хусейн Бисаев, 60 лет:

«Меня забрали 7 января. Целую ночь я просидел в БТРе, а утром на вертолете меня доставили на Ханкалу и сдали в комендатуру. Там состоялся такой разговор:

Комендант: «Вы же знаете, что у меня нет места».

Сопровождающий уговаривал принять.

Комендант: «А что вы с ним нянчитесь. Хлопнули бы, как сейчас во­дится…»

«Он нам нужен».

Я старый человек, 35 лет проработал в школе, был тренером по борьбе. Никогда порога милиции не переступал. Я воспитал сотни здоровых парней, которые воевали среди единоверцев, афганцев. Я даже свою дочь выдал замуж за парня, который воевал в Афганистане.

Все эти годы учил гордиться тем, что мы живем в России. Какой же я был дурак!

На Ханкале мне задавали какие-то абсурдные вопросы. Говорят, откуда у тебя ретранслятор? Я им говорю, сначала объясните, что это такое. Ни у меня, ни у сына нет понятия об этом.

— Это мы у вас при обыске нашли.

— Быть такого не может, я и видеть-то не видел. Вы не могли найти это у меня, если я это не имею.

Тогда я думал, что, может быть, мне его подбросили, но когда вернулся домой, выяснил, что ничего подобного они у меня не находили.

Потом они говорили мне, что я построил мечеть, и воспитываю там ваххабитов.

Я ответил:

— Слушайте, за всю свою жизнь мне не посчастливилось хорошо знать свой родной чеченский язык, а арабский я тем более не знаю, чтобы в такой фундаментальной религии, как ислам, придумать какую-то новую идеологию. Вы на всю страну показываете, как какой-то новый русский выделяет деньги для строительства церкви в какой-то деревне. Он у вас сразу становится героем. А мне мечеть вы хотите приписать как обвинение. Да если бы у меня были бы деньги, я бы построил мечеть на своей территории, хотя бы для того, чтобы Аллах простил мне хоть один грех.

Потом меня обвинили в финансировании взрывов.

Все это время я просил отпустить моего сына-эпилептика, отца 3 детей, хотел найти в них понимание, человечность, но видать этим самым я наоборот усугубил дело сына. Теперь мы не можем установить его местонахождение, хотя забирали нас вместе.

Я нигде и никогда не работал у Масхадова, не был полевым командиром, а они обвиняли меня в финансировании взрывов, что у меня были на постое Басаев, Хаттаб, значит, у меня есть доллары, забирают у меня сына в надежде получить за него деньги. В моем возрасте, а мне 60, зачем я им нужен.

Когда меня забирали, на голову надевали колпак какой-то, и не снимали, пока не отпустили. Ты ничего не видишь, ни с кем разговаривать не можешь.

Через два дня меня отпустили, а сына — нет. Его забрали вместе со мной. До сих пор о нем ничего не известно. Без документов я не могу выйти на его поиски. Забрали его 7 числа. Писали письма к коменданту, в нашу милицию, Чернову, Бабичеву, военные приезжали из Ханкалы, но никакого ответа нет.

Но я, Бог даст, дойду до всех, добьюсь ответа. Моего сына увезли с еще двумя курчалоевцами, молоденькими парнишками. Ночь они провели втроем. Рано утром их куда-то повезли, потом по дороге моего сына высадили, а этих ребят повезли дальше и 7 суток держали в одной яме, 5 суток в другой. Они рассказывали, как они спали в этой яме. «Загребем землю со стенки, чтоб посуше было, один ложится на нее, другой на него, чтоб хоть как-то согреться». У них ноги обморожены.

За 40 лет непомерного труда у меня появилась новая «Нива», заработанная своим потом, все остальные мои машины, которые я когда-то приобретал, были старыми. «Ниву» у меня забрали, забрали паспорт, пенсионное удостоверение, права, которые мне так и не вернули. Сейчас я хожу без документов».

Днем в доме Самради и Макки, жителей с.Курчалой, российские военные учинили погром. Во дворе дома они обстреляли из автоматического оружия трактор, привели в негодность цистерну для перевозки питьевой воды и емкость с дизельным топливом.

Военные матерились и оскорбляли родителей в присутствии их детей. В доме они забрали со стола конфеты, печенье, другие сладости, приготовленные по случаю дня рождения одной из дочерей. Обнаружив у хозяйки дома, больной тромбофлебитом, шприцы, потребовали себе наркотики.

Свои требования они сопровождали избиениями женщины прикладами автоматов. Уходя, унесли с собой шприцы и пообещали вновь вернуться.

(Фамилии Самради и Макки не называются по их просьбе.)

Недалеко от поворота на военную базу в Ханкале ракетой, выпущенной с вертолета, убит Рамзан Далхадович Татаев, 1956 г.р. Вместе с женой и дочерью он проживал рядом с комендатурой в Старопромысловском районе г.Грозный. В тот день три знакомых российских офицера-омоновца из Смоленской области попросили отвезти их в штаб ОГВ (с) РФ в Чеченской Республике.

По дороге туда на своем автомобиле «Жигули» Рамзан Татаев обогнал военную технику, двигавшуюся по ул.Ханкальская. Когда он отъехал метров на 100 вперед и находился в непосредственной близости от поворота на военную базу, с прикрывавшего колонну с воздуха вертолета выпустили ракету. В результате взрыва погибли все четыре находившихся в салоне автомобиля человека: три российских офицера и водитель.

В этот и на следующий день в средствах массовой информации сообщалось, что якобы в Грозном на колонну бронетехники совершили нападение боевики, в результате чего погибли три офицера. Об убитом местном жителе российские журналисты ничего не сказали, видимо, произвольно зачислив его в число мифических террористов, «частью рассеянных, а частью уничтоженных ответным огнем с вертолетов…».

Рамзана Татаева похоронили на кладбище с.Старые Атаги Грозненского (сельского) района.

В Заводском районе г.Грозный в подвале конторы завода им.Анисимова найдены тела Мусы Мутушевича Дадаева, 1954 г.р., Мовсара Саид-Магомедовича Габзаева, 1977 г.р., и Лом-Али Ясуева, 1972 г.р. Все они являлись выходцами из населенных пунктов Урус-Мартановского района: первые два — с.Гойского, а третий — Алхан-Юрта.

По свидетельствам жителей пос.Кирова, они исчезли 26 декабря 2000 года во время «зачистки» в их населенном пункте предположительно подразделениями 245-го мотострелкового полка и ДОН-100, дислоцирующихся в районе с.Танги-Чу Урус-Мартановского района.

Мусу Дадаева военные увезли около 15 часов с ул.Новогрозненская. Около 10 часов у пожарной части рядом с заводом им.Анисимова были задержаны Мовсар Габзаев, Лом-Али Ясуев и третий человек, фамилия которого неизвестна.

Найденные в подвале заводской конторы трупы были сожжены, а затем, видимо, подорваны. Но на них все же остались следы нечеловеческих пыток. Жители пос.Кирова, например, полагают, что ручной пилой им отрезали конечности и дробили их кувалдами. Эти «инструменты» были найдены в том же подвале.

Мусу Дадаева его родственники опознали по двум золотым зубам и сохранившимся фрагментам лица. Труп Мовсара Габзаева с отсутствующими руками и ногами идентифицировали по кускам несгоревшей одежды. Его конечности не были найдены. Лом-Али Ясуева узнали по обугленным, но сохранившимся усам.

К месту, где были найдены трупы, жители поселка пригласили сотрудников милиции. Но возбуждено ли уголовное дело по факту гибели людей — неизвестно. По сообщениям очевидцев, 26 декабря в их поселке находился старший лейтенант Гаджиев. Взобравшись на БТР, он якобы кричал в сторону жителей поселка, что «приехал из Дагестана мстить за своих». Люди запомнили его слова: «Пока я здесь, ваши люди будут пропадать».

8 января

В ночь на 8 января в пос.Западный Малгобекского района РИ неизвестными людьми в масках из дома, где временно проживали, были увезены вынужденные мигранты из Чечни: Шахрудин Рашидович Михиев, 1959 г.р., и Анзор Ирисханов. 4 января они участвовали в антивоенном митинге у блокпоста «Кавказ-1». Вечером того же дня работники Сунженского РОВД задержали Ваху Истамулова, одного из активных участников митинга.

По словам родственников задержанных, ворвавшиеся к ним вооруженные автоматами неизвестные открыли беспорядочную стрельбу. Они не предъявляли каких-либо документов, не представлялись и не объяснили цели своего визита. Есть основания предполагать, что это были сотрудники российских силовых структур, прикомандированные в ЧР.

Со двора дома, где проживал Анзор Ирисханов, «силовики» забрали и две принадлежащие его семье автомашины: «Волгу» и «Жигули».

Родственники похищенных людей обратились в прокуратуру Ингушетии.

В конце января Шахрудин Михиев и Анзор Ирисханов были найдены в поле в Наурском районе Чечни. Оба были жестоко избиты, на их телах имелись следы пыток.

Около 4.30 в с.Дышне-Ведено Веденского района российские военные, приехавшие на БТРах и зеленого цвета автомобиле «Нива», похитили из своего дома Сайд-Хусейна Хасановича Байтукаева, 1962 г.р. Перед тем как увести, они ударили этого человека прикладом автомата по голове.

В тот же день военные захватили еще одного жителя Дышне-Ведено — некоего Супьяна Садыкова.

По факту похищения этих людей (ст. 126 ч. 2 УК РФ) 16 февраля 2001 года прокуратура района возбудила уголовное дело № 37005. В связи с «неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого» (ст. 195 УПК РФ) ровно через два месяца оно было приостановлено.

К середине 2004 года родственникам не удалось узнать что-либо определенное о месте возможного нахождения Сайд-Хусейна Байтукаева. О дальнейшей судьбе Супьяна Садыкова также ничего неизвестно.

На рассвете российские военные увезли в неизвестном направлении 38-летнего жителя с.Чири-Юрт Шалинского района Руслана Гамаргаева.

Похищенный проживал в одной из квартир пятиэтажного дома (№ 8) в т.н. поселке цементного завода. Родственникам ничего неизвестно о месте его дальнейшего содержания.

В г.Урус-Мартан в собственном доме, расположенном по адресу: ул.Спортивная, 27, неизвестными убиты Аюб Идрисов, 1927 г.р., и его сын Хамзат, 1965 г.р.

Убийцы, одетые в гражданскую одежду и маски, постучались около 18 часов, в самом начале действия «комендантского часа». Ворота открыл Аюб Идрисов. В него сразу же были произведены выстрелы из огнестрельного оружия с глушителем. Затем преступники вошли в дом и, встретившись в коридоре с выходившим во двор Хамзатом Идрисовым, застрелили его из автомата.

Убийцы уехали на автомашине ВАЗ-2106, принадлежавшей семье убитых ими людей. Завернув в тупик в конце ул.Гучигова, расположенной в двух километрах от места преступления, они сошли с автомобиля, подожгли его и скрылись в неизвестном направлении.

По факту данного преступления возбуждено уголовное дело. Аюб Идрисов — брат Умара Идрисова, бывшего кадия Урус-Мартановского района, убитого при схожих обстоятельствах весной 2000 года.

По одному из каналов российского телевидения в эти дни несколько раз показали сюжет об имаме Урус-Мартановской мечети Хас-Магомеде Умалатове, расстрелянном неизвестными преступниками у порога своего дома. Комментируя перед журналистами случившееся, Аюб Идрисов выразил уверенность, что убийцы этого человека обязательно будут пойманы и уничтожены. Но вскоре и он сам, и его сын, тоже отец троих детей, стали жертвами, возможно, все тех же преступников.

В с.Тевзана Веденского района были задержаны, избиты, а потом заключены в яму на территории воинской части несовершеннолетние жители этого населенного пункта.

В окрестностях соседнего с.Хатуни дислоцируются три десантных полка, но из них особо дурной славой у местного населения пользуется 137-й. Люди из окрестных сел однажды пытались установить контакт с офицерами этого подразделения, однако его командир заявил ожидавшим людям, что он «с дикарями не разговаривает».

Во время прохода бронетехники именно этого полка по с.Тевзана, один из БТРов неожиданно выехал из колонны, намереваясь, как предполагают очевидцы, задержать детей, игравших на обочине. Когда те разбежались, боевая машина не вернулась на свое место, а, свернув с дороги, остановилась у ворот ближайшего дома.

Соскочившие с нее десантники ворвались во двор, где в это время находились сыновья хозяина дома: Сулейман, ученик одиннадцатого класса; Шамиль, ученик восьмого класса, и четырнадцатилетний Хасанбек Папаловы. Кроме них, там были и их соседи: Абу-Хасан Дачаев, ученик девятого класса, и Денилбек Межидов, окончивший школу летом 2000 года. Собравшись вместе, они чинили автомашину.

Российские военные, по выражению одного из очевидцев, набросились на подростков, «как собаки». Открыв стрельбу из автоматов, приказали и им, и выбежавшим из комнат женщинам встать на колени. Сначала они отделили от других и, уведя в сад, избили ногами и прикладами Денилбека Межидова. Затем, нанося удары саперными лопатками, протащили по двору до БТРа Шамиля и Сулеймана Папаловых. Туда же отвели и Абу-Хасана Дачаева.

14-летнего Хасанбека Папалова, которого десантники также волокли по земле к воротам, матери все же удалось отстоять.

Напуганный выстрелами и криками, в одной из комнат начал плакать двухлетний ребенок. Российские военные не пустили к нему мать. Тогда она попросила вынести его во двор, но и эта ее просьба не была выполнена.

Десантники обыскали дом, забирая оттуда все понравившиеся вещи. Среди таковых, в частности, оказались автомобильный магнитофон и игровая приставка к телевизору («Денди»). И только после этого уехали в сторону с.Хатуни, где временно дислоцируется 137-й полк. Посадив в БТР, они забрали и указанных выше четырех подростков.

Несмотря на просьбы женщин, им не дали одеться и обуть теплую обувь. Уже в бронемашине замотали им головы и снова избили. Потом заставили Денилбека Межидова опустить к груди голову и завести за нее руки. До приезда на территорию воинской части на нем, как на кресле, сидел один из десантников. Когда, не выдерживая веса, подросток опускался на пол, его поднимали, били рукояткой пистолета по голове и говорили: «Ты же кресло, сиди спокойно».

В расположении части их всех пропустили сквозь «коридор». Выглядело это так: военные, выстроившись в два ряда, наносили удары кулаками и ногами по проходившим между ними мальчишкам.

После избиений они были брошены в яму. Но издевательства, как выяснилось, не закончились и на этом. Оскорбляя, десантники плевали в яму и кидали туда камни. Время от времени подростков вытаскивали наверх и снова избивали. При этом никто даже не поинтересовался, кто они и за что задержаны. В довершение всего, пригрозив, что закопают их живыми, военные стали забрасывать яму землей.

За время, проведенное в расположении воинской части, допросу подвергся лишь один из них: одиннадцатиклассник Сулейман Па­палов.

После освобождения они рассказали, что в яме находился и человек, который болел астмой. Ему было приблизительно сорок пять лет. О его судьбе ничего неизвестно.

Родители задержанных вместе с главой администрации с.Тевзана выехали в расположение 137-го полка. К ним вышли сотрудник ФСБ «Сергей Козлов» и замполит полка «Юрий Викторович» (так они представились). Узнав, что военные вверенной им части задержали и бросили в яму школьников, они несколько растерялись. Но быстро справились с собой и распорядились их отпустить. И действительно, вскоре трое из них были отданы родителям.

Денилбек Межидов вышел на свободу только на четвертые сутки. Все это время он находился в яме, глубина которой составляла 3–4 метра. Так как на нем не было верхней одежды и обуви, он заболел и после возвращения домой провел в постели более двадцати дней.

Следует отметить, что отец братьев Папаловых, являясь председателем избирательной комиссии села, к российской власти до этого случая относился более чем лояльно.

А их мать, узнав о приезде в Чечню лорда Фрэнка Джадда, отправилась в с.Знаменское Надтеречного района, где попыталась встретиться с ним. Ей это не удалось, но историю, случившуюся с сыновьями, она поведала журналистам, освещавшим этот визит. Женщина боится, что теперь военные могут снова прийти к ним домой. Несмотря на то, что Сулейману Папалову в этом году надо оканчивать школу, она заявила, что не может оставить его в селе. Пример того же Денилбека Межидова, задержанного и помещенного в яму во второй раз, лишний раз убеждает ее в этом мнении.

В первый раз его, только что вернувшегося из Саратова и не имевшего представления об особенностях жизни в современной Чечне, 28 декабря 2000 года схватили вместе с двенадцатью другими односельчанами. В Тевзане в тот день проходила «зачистка». Как и все остальные задержанные, а это были по преимуществу молодые люди, при себе он имел паспорт. Но военные увезли его в расположение 137­го полка, посадили в яму и до 22 часов «устанавливали личность». Потом объявили, что может быть свободным. Но «свободно» он и остальные задержанные могли добраться только до соседнего Хатуни. Путь к родному селу в это время суток был закрыт, потому что между ним и Тевзани стоит блокпост. Всем им пришлось заночевать в чужом населенном пункте.

Дважды за 10 дней побывавшего в ямах Денилбека Межидова сразу после его выздоровления родители заставили уехать за пределы Чечни.

Прокуратура Ачхой-Мартановского района возбудила уголовное дело № 25002 (ст. 105 ч. 1 УК РФ) по факту обнаружения на дне оросительного канала между пашнями госхозов «Самашкинский» и им.Чилаева (с.Серноводск) трупа Хусейна Хаджиевича Газиева.

Убитый являлся жителем Шовдан-Юрта (Давыденко) Ачхой-Мартановского района и был задержан 21 ноября 2000 года у поворота к своему селу, когда на этом месте на мине подорвался автомобиль «Урал» со спаренным зенитным пулеметом (ЗУ 23-2) на борту. В результате этого один военнослужащий ВВ МВД РФ погиб, двое получили ранения. Сошедшему в этот момент с рейсового автобуса Хусейну Газиеву надели на голову мешок, посадили в БТР и увезли в неизвестном направлении.

В отличие от данных прокуратуры, по сведениям, имеющимся у ПЦ «Мемориал», взорванный труп Хусейна Газиева был обнаружен в конце декабря между селами Шаами-Юрт и Хамби-Ирзе Ачхой-Мартановского района.

Прокуратура Ачхой-Мартановского района приостановила производство по уголовному делу № 26053, возбужденному по факту похищения и возможного убийства Беслана Рамзановича Джабраилова, 1979 г.р., проживавшего в с.Катыр-Юрт по адресу: ул.Ленина, 137.

Этот человек «исчез» из своего дома в начале февраля 2000 года, когда вырвавшиеся из кольца блокады Грозного чеченские вооруженные отряды отступали в сторону гор, заходя по дороге в населенные пункты Грозненского (сельского), Ачхой-Мартановского и Урус-Мартановского районов (Алхан-Калу, Кулары, Закан-Юрт, Хамби-Ирзе, Шаами-Юрт и др.). Многие из них были подвергнуты массированным артиллерийским и авиационным ударам, почти во всех прошли «зачистки», сопровождавшиеся убийствами и похищениями ни в чем не повинных людей.

После обеда 3 февраля 2000 года, например, специальная операция по поиску и задержанию участников чеченских вооруженных формирований была проведена в с.Валерик. В ходе нее российские военные убили выстрелами в затылок двух местных мужчин: Ахмеда Дрезова, около 27 лет, и его сверстника Ису (по другим данным, его звали Мусой), а потом сожгли их трупы вместе с домом.

Другого жителя этого села, 17-летнего Мурада Гайтукаева, душевнобольного и в силу этого очень пугливого, российские военные застрелили на глазах матери. Когда во дворе раздались автоматные выстрелы, подросток находился в туалете. Он выскочил из него и побежал в сторону соседнего дома. Несмотря на мольбы матери, военные убили его, а потом положили на БТР и забрали с собой.

Задержанные в ходе этой «зачистки» жители Валерика видели труп Мурада Гайтукаева на блокпосту при въезде в соседний Катыр-Юрт. Он лежал в кузове военного автомобиля КамАЗ. Находившиеся там же военные, как потом выяснилось служащие ДОН-100 и Пензенского ОМОНа, пытались выяснить у них, не является ли убитый боевиком. Позднее труп исчез, а все попытки родственников найти его и предать земле кончились безрезультатно.

Не прошло и часа после этих преступлений, как войска перекрыли все дороги, ведущие из соседнего Катыр-Юрта в близлежащие населенные пункты. В тот же Валерик, райцентр Ачхой-Мартан и Шаами-Юрт. На южную окраину этого села, как сообщали тогда местные жители, были выдвинуты до 15 единиц только танков. Там же находились десятки БТРов и БМП, а также огромное количество автомобильной техники с живой силой.

В дополнение к восьми тысячам местных жителей и тысячам беженцев из Грозного в Катыр-Юрт в течение нескольких предыдущих дней, иногда целыми семьями, прибывали люди из соседних населенных пунктов. Они искали спасения от «зачисток» и обстрелов, которыми российские войска сопровождали операцию по преследованию отходивших в сторону гор чеченских боевиков. Как полагали многие, это село, еще в начале второй чеченской войны объявленное российским командованием «зоной безопасности», подходило для этого как никакое другое.

Но вскоре именно здесь развернулись наиболее кровавые события того периода.

Заметив концентрацию войск, жители Катыр-Юрта и прибывшие туда беженцы в тот же вечер предприняли первую и неудачную попытку выбраться из села. Выйдя на дорогу, пешком и на машинах они двинулись по направлению к Ачхой-Мартану и Валерику. Военные и сотрудники российской милиции, дежурившие на блокпостах, приказали им вернуться назад, угрожая в противном случае применить оружие.

К примеру, тех из них, что двинулись в сторону Ачхой-Мартана, еще на подходе к себе остановили бойцы ОМОН из Ижевска (Удмуртия), прикомандированные к комендатуре и размещенные на западной окраине населенного пункта в здании СШ № 2. Подойти они разрешили лишь одному старику, которому и заявили, что у них есть приказ не выпускать из села никого, в том числе женщин и детей.

Люди вынуждены были вернуться назад. Они были уверены, что отряды боевиков, находившиеся в соседнем Шаами-Юрте, направятся в горы или же через Катыр-Юрт, или рядом с ним и тогда обстрела села почти не избежать. Пока еще не стемнело, все начали готовить подвалы и устраиваться на ночь в них.

Ночь на 4 февраля прошла спокойно. Но к 8 часам следующего дня в обход выставленных российских постов и без боя в Катыр-Юрт вошли ВФ ЧРИ. В центре села у дома Рамзана Сайдулаева их заметили ижевские омоновцы, по некоторым данным, ехавшие на «Урале» за водой. Боевики обстреляли их, однако российским милиционерам, потерявшим убитыми двух своих сослуживцев, все же удалось уйти.

Не прошло и пяти минут после этого, как сначала по окраинам Катыр-Юрта, а затем и по его центру были нанесены удары из самоходных артиллерийских установок (САУ) и систем залпового огня «Град». После этого над селом появились штурмовики. Они обстреляли ракетами главную мечеть, расположенную на ул.Ленина, и разрушили ее. Еще через некоторое время бомбардировке с воздуха (местные жители говорят о сброшенных на парашютах тяжелых бомбах) подверглись самые большие в населенном пункте дома, построенные на ул.Чкалова. В их подвалах к тому времени искали укрытия десятки и сотни местных жителей. В одном из них погибли сразу восемь человек. В частности, Бирлант Шахаева, 45 лет, ее 12-летний сын и 40-летняя родственница Зайнап, а также пятеро неизвестных нам людей, двое из которых были подростками.

Артиллерийские обстрелы Катыр-Юрта, сменявшиеся налетами авиации и вертолетов, последние из которых с низкой высоты из пулеметов расстреливали всех, кто осмеливался выглянуть на улицу или же подняться из подвалов наверх, продолжались вплоть до 15 часов 4 февраля. Затем неожиданно наступила тишина, которая, в свою очередь, очень скоро сменилась криками и плачем людей. Выйдя из укрытий, они обнаруживали своих убитых и раненых родственников, соседей или же просто односельчан.

Там, в частности, лежал труп Билала Гудуевича Осмаева, 1957 г.р., проживавшего по адресу: ул.Ленина, 44. Во время обстрела он вместе со своей семьей находился в подвале. Вышел оттуда, чтобы посмотреть, можно ли перебраться в более защищенное место, и был застрелен в голову. Выстрелы производились с вертолета, барражировавшего над этой частью села.

Точно так же погибли 60-летняя Хижан и 65-летняя Липа Сатуевы, проживавшие в д.115 по ул.Ленина. Когда от близких разрывов стали обваливаться стены подвала, в котором укрывались, они решили выбраться наверх. Но с вертолета их заметили. Боевая машина снизилась и из пулеметов расстреляла женщин.

При попытке перебраться в другое укрытие был тяжело ранен и Хож-Ахмед Атуев, 1972 г.р. Как только он выбрался из-под обломков разрушенного дома, в его сторону из вертолета выпустили ракету.

На окраине Катыр-Юрта проживали две семьи братьев Юнусовых. Когда российская артиллерия и авиация перенесли огонь в центр села, военные, стоявшие по его периметру, вошли в ближайшие дома. Они заставили Юнусовых спуститься в подвал, а потом сделали по нему несколько выстрелов из подствольных гранатометов. Находившиеся в помещении один из братьев, их жены и дети: 3 девочки и 4 мальчика, самому старшему из которых исполнилось тогда только 12 лет, были ранены.

В больницу Ачхой-Мартана родственники доставили их лишь через сутки. Все это время подходы к подвалу с ранеными детьми держал под прицелом российский снайпер.

Еще не стемнело, когда по селу пополз слух, что военные предоставили двухчасовой коридор для гражданского населения. На машинах и пешком, с детьми на руках или же сопровождаемые ими, местные жители и проживавшие в Катыр-Юрте беженцы двинулись по улицам, как и за сутки до этого, сразу в двух направлениях, западном и восточном: в сторону райцентра Ачхой-Мартан и соседнего Валерика. Однако эта, вторая уже по счету, попытка выбраться из обстреливаемого села имела для них более трагические последствия.

Толпа людей и машины, двигавшиеся в западном направлении примерно в 15.30 еще в черте села были атакованы боевыми вертолетами. Выпущенные с них ракеты попали в микроавтобус. Находившийся в нем Зелимхан Магомедович Исаев, 1976 г.р., проживавший в Катыр-Юрте по адресу: ул.Октябрьская, 6, погиб сразу. Были ранены его мать Зара Исаева, 1950 г.р., отец Магомед Исаев, 1950 г.р., брат Анзор, 1979 г.р., и сестра Лайла, 1986 г.р. Получили тяжелые ранения родственницы погибшего: 8-летняя племянница Седа Медаева и Хава Исаева, а также проживавшие по соседству Гарип Битиев и Хамзат Дадаев.

Позднее, в перерыве между обстрелами и бомбардировками, их все же доставили в Ачхой-Мартан и поместили в больницу, а убитого на следующий день похоронили на одном из кладбищ районного центра.

Были ранены и умерли в больнице двоюродные сестры Зелимхана Исаева, которых также пытались вывезти из Катыр-Юрта: 15-летняя Зарема, 13-летняя Хеда и восьмилетняя Марьям Батаевы. Его двоюродный брат Заур Батаев, 1980 г.р., получил тяжелые ранения и стал инвалидом.

Среди убитых были и жители других населенных пунктов. Так, одна из выпущенных ракет попала в автомобиль «Волга», принадлежавший жителю с.Закан-Юрт 44-летнему Мансуру Абакарову. Вместе с ним в салоне находились его жена 44-летняя Хава Заумаева и дети: 14-летний Магомед Абакаров, 12-летний Руслан Абакаров, восьмилетняя Таиса Абакарова, семилетняя Мадина Абакарова, а также племянница восьмилетняя Хава Абакарова.

По сведениям, полученным от родственников этих людей, в результате последовавшего затем взрыва автомобиль разнесло на две части. Почти сразу же были убиты сам Мансур Абакаров, его супруга, сын Магомед и племянница Хава. Младший сын Руслан, у которого были оторваны обе ноги, умер по дороге в Ачхой-Мартан. В больницу этого райцентра удалось доставить двух младших дочерей. Но врачи не сумели оказать необходимой помощи и в тот же день переправили их в Назрань (Республика Ингушетия). На второй день после этого от полученных ранений (оторвана была пятка ноги, повреждены внутренние органы, имелись многочисленные ожоги) умерла младшая из них, Мадина Абакарова.

Таиса Абакарова — одна выжила из всей своей семьи. Полтора месяца она провела в республиканской больнице в Ингушетии, а затем долгое время лечилась в Волгограде. Для получения квалифицированной помощи родственники в последующем вынуждены были вывезти ее в Норвегию.

По утверждению людей, все же добравшихся до блокпоста на выезде из Катыр-Юрта в сторону Ачхой-Мартана, на вертолете туда вскоре прибыл командующий Западной группировкой российских войск в Чечне генерал Владимир Шаманов. Сойдя на землю, он стал кричать на подбежавших к нему военных, требуя, чтобы они не выпускали из села ни одного человека: ни женщин, ни детей. Отдав этот приказ, генерал сел в вертолет и улетел.

В то же время часть людей, направлявшихся в сторону Валерика, беспрепятственно, возможно, из-за простой халатности, была пропущена через блокпост. Успели спастись более 200 человек, но очень скоро военные опомнились и перекрыли полностью и эту дорогу тоже. Всем, кто еще оставался в Катыр-Юрте, а это были, как уже говорилось выше, около восьми тысяч его жителей и тысячи людей, прибывших туда из других населенных пунктов, пришлось провести еще одну полную лишений и смертей ночь.

Вскоре после того, как на колонну беженцев совершили налет вертолеты, артиллерийский обстрел села, перемежаемый бомбардировками и ударами ракет с воздуха, возобновился с новой силой. С редкими перерывами он затем продолжался до обеда 5 февраля. За это время на ул.Ленина был убит 70-летний Абдурахман (фамилия осталась неизвестной). В подвале дома на ул.Орджоникидзе нашли свою смерть сразу две семьи. Из семьи Сосламбековых там погибла 60-летняя Зайнап вместе с 38-летним сыном Супьяном и его женой Раисой, которой было около 35 лет. В семье Арсанукаевых жертвами стали уже четыре человека: Тамара, которой к тому времени исполнилось около 45 лет, и ее три сына. Самому старшему из них, Магомеду, в момент смерти было всего 25 лет, Тимуру — 23, а младшему, имя которого, к сожалению, неизвестно, не было и 18.

Среди десятков других людей, что погибли и получили ранения различной степени тяжести в течение всего 4 февраля и до обеда следующего дня, в частности, был 28-летний Усман Мовлидович Исламханов, проживавший на ул.Ленина и погибший.

В переулке от той же ул.Ленина в результате взрыва снаряда у входа в подвал погибли жена Имрана Расаева, около 22 лет, Рустам Хамиев, 1978 г.р., и хозяин этого дома 45-летний Ахтаханов.

В этом же подвале были ранены 24-летний Имран Расаев и его мать Саа, а также Леча Бакиевич Хамиев, около 45 лет, со своей матерью Жовжат, примерно 70 лет.

Возле дома Ахтахановых прямо на улице лежали убитые при артиллерийском обстреле неизвестные беженцы, в частности, 30-летняя женщина и прижатый ею к груди ребенок, которому на вид было два или три года.

На ул.Кирова в своем доме погиб Руслан Магомедович Абуев, 1979 г.р. (показания, записанные со слов его матери, помещены ниже).

Получил осколочное ранение и умер 23-летний Татаев, проживавший на ул.Чкалова.

Во дворе д.39 по ул.Дружбы были ранены Мовсар Курейшевич Хасуев, 28 лет, Лом-Али Ижаев, около 38 лет, и его 19-летний сын Магомед-Али Ижаев, а также Абдурахман Шовхалов и Шамиль Чендиев, которым было больше 40 лет.

5 февраля в середине дня обстрел Катыр-Юрта на этот раз уже окончательно прекратился. Пользуясь затишьем, люди снова попытались уйти из села. Однако, в отличие от первых двух попыток, теперь на это решились не все. Большинство жителей села старшего возраста не стали рисковать и более не покидали свои укрытия до полной развязки ситуации. В свою очередь, многие молодые мужчины присоединились к боевикам и вместе с ними в течение ночи с 4 на 5 февраля 2000 года по бездорожью, обходя российские заслоны, уже ушли в сторону Гехи-Чу и далее — в горы. Опасность быть задержанным во время «зачистки» и подвергнутым потом пыткам представлялась для них более существенной, чем возможность погибнуть в результате прямого боевого столкновения с российскими военными.

Ушедших с боевиками, по некоторым источникам, было не менее 400 человек.

Часть молодых мужчин покинули Катыр-Юрт самостоятельно, используя для этого свое знание местности. По ложбинам, руслам речушек и оврагам они в течение ночи на 5 февраля уходили к ближайшим населенным пунктам. Там же, где путь пролегал по полям, им приходилось ползти. Как, например, Руслану Бочаеву, 1966 г.р., и двум его товарищам, выбиравшимся в сторону Ачхой-Мартана.

Тем не менее около 500 человек, среди которых были и раненые, днем 5 февраля выдвинулись в сторону Валерика. Они все еще не теряли надежду, что их пропустят через блокпост. Если же нет, рассуждали многие, можно будет остаться у позиций российских войск, где не было обстрелов. Однако толпу людей остановили предупреждающими выстрелами в воздух в сотне метров от блокпоста.

Вскоре от Валерика туда подъехала машина «скорой помощи». Минут тридцать ее водитель вел переговоры с военными, добиваясь от них разрешения на вывоз раненых. В итоге машину пропустили. На ней удалось отвезти в больницу пять или шесть человек. Затем на этой же машине разрешили забрать из толпы пытавшихся выйти из села людей раненых матерей с маленькими детьми.

Остальных же загнали в большой пустовавший дом Терлоевых на окраине Катыр-Юрта, в том месте, где это село почти смыкается с Валериком. Военные применили против этих людей оружие, в результате чего были ранены восемь человек (по другим данным, 11). Например, Хасана Митаева ранил в плечо снайпер, а племянник водителя ­КамАЗа Саламбек Баудинович Умалатов, 1984 г.р., проживавший в д.16 по ул.Ахархой, был убит огнем из автомата с блокпоста (рассказ о его гибели дается в конце материала в изложении матери).

К блокпосту на западной окраине Катыр-Юрта люди стали подходить и подъезжать уже к 7 утра. Военные встретили их такой командой: «За четыре минуты всем обратно в село, иначе расстреляем в упор». Машины развернулись, но назад не поехали. А уже к 10 часам здесь собралась многотысячная толпа.

Их всех согнали с дороги и около часа держали на поле. С другой стороны оцепления в это время стояли пустые автобусы, присланные из Ачхой-Мартана за ранеными женщинами и детьми. Сесть в них никому не дозволялось.

Ближе к обеду людей все же начали пропускать, но только пешком. При этом молодых мужчин после проверки документов они либо отправляли обратно в село, где еще шел спорадический обстрел, либо задерживали.

По некоторым данным, основывающимся на показаниях местных жителей, при обстрелах и последовавшей затем «зачистке» жилых кварталов российские военные и милиционеры убили от 200 до 300 человек.

Трупы лежали по всему селу: на проезжей части улиц, в домах и подвалах, автомобилях, сожженных в результате прямого попадания снарядов. Их подбирали потом в течение полутора недель. Из-за огромного количества погибших и невозможности хоронить каждого в отдельной могиле при помощи экскаваторов на территории местного кладбища вырыли ямы. В них были закопаны несколько десятков только неопознанных трупов, принадлежавших в том числе и людям, приехавшим в Катыр-Юрт из других населенных пунктов. В основном, это были старики, женщины и дети, в том числе и грудные.

По оценке самих местных жителей и людей, которые потом вели захоронение трупов, в селе погибли не более 25 участников ВФ ЧРИ. Большинство — при обстреле ракетами здания главной мечети.

В тот же день в Катыр-Юрт вошли войска, и в нем на протяжении последующих нескольких дней проводилась «зачистка». Были задержаны десятки молодых мужчин. Некоторые из них также были убиты, другие — бесследно исчезли.

Из д.112 по ул.Ленина, например, увезли его хозяина 33-летнего Элу Гелаева и остановившихся у него двух беженцев: 42-летнего Мовсара и 38-летнего Билала. Через неделю их трупы нашли в поле. У всех троих колючей проволокой были связаны руки, а на телах имелись следы многочисленных пыток и жестоких избиений. У одного из них отсутствовала голова, двое других были застрелены.

В ночь на 6 февраля исчез и Беслан Джабраилов. По словам отца, с которым он все это время укрывался в подвале собственного дома, молодой человек вышел во двор, сказав, что хочет задать корм животным, и не вернулся. На всех улицах Катыр-Юрта тогда стояли российские военные, видимо, ими он и схвачен. По факту его возможного убийства 2 ноября 2000 года в прокуратуре Ачхой-Мартановского района возбудили уголовное дело № 26053. Как уже говорилось выше, 8 января 2001 года его приостановили в производстве согласно ст. 195 УПК РСФСР.

По состоянию на начало 2004 года местонахождение Беслана Рамзановича Джабраилова не установлено.

Записано со слов Малики (Маруси) Абуевой, матери погибшего Руслана Магомедовича Абуева:

«Мы живем в Катыр-Юрте по адресу: ул.Кирова, 38. Это северная его окраина по дороге на Шаами-Юрт. Именно оттуда ночью 3 февраля к нам и стали заходить боевики. Они были уставшие, буквально засыпали на ходу, мокрые. Некоторые, заходя в дома, просили есть и пить. Люди им, конечно, помогали.

Особенно много их зашло в село на рассвете 4 февраля. Но обстрелов не было примерно до 8 часов утра. В это время в центре, как нам рассказали, боевики лицом к лицу столкнулись с омоновцами из местной комендатуры. Они их расстреляли, и вот тогда все и началось.

Вскоре к нашей улице подошли российские военные. Поначалу они не стреляли по ближайшим домам, старались наносить удары по центру села. Но около 10 часов утра в небе появились самолеты, затем прилетели вертолеты, а после них стали стрелять и из артиллерии.

Оставаться дома стало небезопасно. Мы с мужем решили уйти на другую улицу, она называется Ахархой. Туда уже перебрались и все наши соседи. Вместе с детьми, с приемными дочерью и сыном, соответственно, 1994 и 1995 г.р., сыновьями Русланом, Борисом и Мусой, последний из которых — инвалид, мы перебежали в более-менее, как тогда казалось, надежный подвал. В нем уже находились десятки людей. Было тесно, не хватало воздуха. Но на улице шел сильный обстрел. Мы слышали, как падали и взрывались снаряды. Выйти даже по нужде решались немногие.

Вечером мой сын, Руслан Магомедович Абуев, 1979 г.р., все же ушел из подвала. Спать он устроился в доме своего дяди, который находится в нашем же дворе. Но туда попала ракета.

Обо всем этом я узнала только на следующее утро, когда, воспользовавшись затишьем от обстрелов, пошла кормить скотину. У себя во дворе увидела людей. Они стояли у трех трупов, вытащенных из разрушенного дома деверя. Среди них были и останки моего сына. Ему в голову попал осколок, взглянуть на лицо мне не позволили.

Вместе с Русланом погибли еще два молодых человека, которые пришли в село с боевиками. Они были из Наурского или Надтеречного района, точно не помню. Фамилия одного из них Мусостов. Их трупы, как и труп моего сына, соседи похоронили в яме, вырытой под окном нашего дома. Там они пролежали до 10 февраля.

Днем 5 февраля по селу прошел слух, что российские военные предоставили гражданскому населению двухчасовой коридор. Я бросилась на ул.Ахархой. Оттуда через речку к блокпосту на выезде из Катыр-Юрта в сторону Валерика уходили два КамАЗа. Места на них ни мне самой, ни членам моей семьи не хватило. Мы шли рядом с автомобилем. Многие держали в руках белые простыни и тряпки.

Но в нас все равно открыли огонь. На ул.Шоссейная выстрелом из снайперской винтовки со стороны российского блокпоста был ранен Салман Мамаев, 45, примерно, лет. Пуля попала ему в руку. В ней-то он и держал белый флаг…

Военные отказались выпустить нас из села. Требовали, чтобы вернулись обратно, грозили расстрелять. Уже ближе к вечеру, когда поняли, что уйти мы не собираемся, предложили зайти в пустовавший дом Терлоевых. Он стоит на самой окраине села. Обещали, что не будут по нему стрелять. Но на следующее же утро, т. е. 6 февраля, ранили одиннадцать человек, которые там укрывались, и убили одного.

Об этом я узнала от своих старших сыновей и мужа. Сама же вместе с несовершеннолетними приемными детьми еще 5 февраля оказалась в Валерике. На автомобиле скорой помощи туда нас вывезли чеченские ополченцы.

В село я вернулась одной из первых. Это было 9 февраля. На улицах лежали трупы убитых людей, десятки трупов. Среди них были и боевики. У двоих, помню, ноги были связаны железной проволокой. Российские военные, видимо, таскали их за своими БТРами. Может быть, даже живыми. Но все же среди убитых большинство составляли мирные жители: сами катыр-юртовцы и беженцы из других сел. Это были старики, женщины и дети, в том числе и грудные.

Подбором трупов занимались сами сельчане. Организовал их туркх Яраг1и, что живет за средней школой на ул.Шоссейная. Все трупы свозились к кладбищам. Там их опознавали и хоронили. Убитых жителей других сел забирали родственники. Останки боевиков увозили военные.

Сына мы перезахоронили 10 февраля. Погибшие вместе с ним молодые люди были оставлены в яме во дворе. Мы попытались найти их родственников. Послали через выезжающих туда людей сообщение в Слепцовскую в Ингушетии, где находилось много беженцев из северных районов Чечни. Через некоторое время оттуда приехала жена дяди Мусостова. Она расспросила об обстоятельствах его гибели и уехала. Чуть позже их обоих забрали родственники».

Рассказ Дагман (Мани) Умалатовой, матери убитого Саламбека Баудиновича Умалатова, 1984 г.р.:

«С ул.Ахархой, где проживаем в доме № 12, на КамАЗе деверя 5 февраля мы выехали в сторону Валерика. В кузове нашего автомобиля находились десятки людей, больше — женщин и детей. Но военные с блокпоста нас не пропустили. Они сказали, что у них есть приказ не выпускать из села никого.

Когда на дороге перед блокпостом скопилось слишком много людей, военные стали угрожать и стрелять поверх наших голов и под ноги. Они потребовали освободить проезжую часть. Потом сказали, чтобы вообще вернулись в село. Вечером, когда стало ясно, что мы никуда не собираемся уходить, предложили зайти в ближайшие от блокпоста дома, обещав не открывать по ним огонь.

Так я вместе со своей семьей оказалась во дворе дома Терлоевых. Там были сотни людей. Все уставшие и напуганные. Были и раненые. Один из них — 11­летний мальчик. У него при вертолетном обстреле лопнули барабанные перепонки, и из ушей шла кровь. К следующему утру ему стало хуже. Он постоянно жаловался на боль, просил пить и есть.

Мой сын, Саламбек Баудинович Умалатов, 1984 г.р., вспомнил о банке варенья в кабине нашего КамАЗа. Он сказал, что принесет ее, и вышел со двора дома, куда нас накануне загнали российские военные. Было это около 9 часов утра. Минут через пять после этого мы услышали автоматные очереди, треск стекла и крики людей.

Я выбежала со двора. У самых ворот увидела раненых людей. Сколько их было, не помню, так как все время думала о сыне. Потом мне сказали, что ранения получили 11 человек. Среди них были и мои знакомые: 26-летний Русланбек (Руслан) Тармалиев, его ровесник Хасан Митаев, Малижа и Малика Бютукаевы.

Ранили и моего сына, находившегося в это время в салоне КамАЗа. Выстрелы в него раздались, когда, сидя в пассажирском кресле, он наклонился к банке с вареньем. Одна из пуль, раздробив кости позвонка, попала ему в шею, четырьмя пулями, которые вошли в левую руку от локтевого сустава и до плеча, все это место у него было разорвано и превращено в кровавое месиво. Еще двумя пулями он был ранен в левое бедро и в кисть руки. На лице имелись десятки мелких ран от разбитого выстрелами лобового стекла.

Стреляли в него со стороны птицефермы (другого строения Терлоевых), на крыше и вокруг которого примостились российские военные, и от блокпоста.

Все это я узнала только часа через два. До этого времени меня не подпускали к КамАЗу. Когда пыталась пройти к нему, военные с блокпоста открывали предупреждающий огонь. Меня удерживали соседи, хватали за руки и не пускали. Мой сын умирал, а я ничего не могла сделать.

После 11 дня, подняв над собой простыню, я пошла к машине. На этот раз никто не стал стрелять. Повесив простыню на КамАЗ, я открыла дверцу. Саламбек сидел на пассажирском кресле. Его голова лежала на панели, там, где находится дверца от бардачка, рука же находилась на банке. Видимо, выстрелы раздались, когда он хотел поднять ее.

Сын увидел меня и произнес: «Мама, мама». Я подняла его и осторожно вытащила из салона. Но оттащить во двор дома Терлоевых не смогла, не хватило сил: Саламбек не по годам был здоровый, носил обувь 43-го размера. Обернувшись в сторону стоявших у ворот людей, я крикнула, чтобы они помогли мне.

На мой крик прибежала Петимат Сайдуллаева, она 1975 г.р. Девушка взяла сына за ноги, я же, стараясь не задевать ран, ухватилась за плечи. После того как мы затащили его во двор, я пошла к блокпосту. Решились туда со мной пойти мать Петимат Сайдуллаевой и еще одна женщина. Мы попросили военных, чтобы они разрешили нам вывезти Саламбека. Но они и слышать этого не захотели. Заявили, что у них приказ не выпускать из села мужчин старше 12 лет.

Я стала их уговаривать, рассказала, что сыну всего 15 лет, что он ученик 8 класса. И услышала в ответ: «Все вы террористы». В сердцах я крикнула: «У вас что, нет матери? Что вы за люди?» Одного из военных мои слова, видимо, задели, в нем проснулось что-то человеческое. Он подошел ко мне и сказал, чтобы я немного подождала. По его словам, должны были подъехать ополченцы из Валерика, которые вывозят женщин и детей.

И действительно, они приехали туда через полчаса. С их помощью я доставила Саламбека в Урус-Мартановскую больницу. Там ему кое-как сделали перевязки, а потом, уже утром 7 февраля, врачи посоветовали везти Саламбека в другую больницу. Желательно, сказали, за пределы республики.

Я побежала в Урус-Мартановскую администрацию. Заставила там выписать справку, что мой сын ранен не в бою, нашла русского коменданта и с трудом уговорила его подписаться под ней. Затем повезла его в сторону Ингушетии. Военные с блокпоста «Кавказ» попытались снять повязки и осмотреть раны. Сопровождавший меня врач отвел их в сторону и что-то долго говорил. Я не знаю, может, он им дал деньги, но вскоре нас пропустили через этот блокпост.

В дороге Саламбек спросил несколько раз, почему он не чувствует рук и ног. Я сгибали ему пальцы и говорила: «Видишь, они будут работать. Не волнуйся». Он делал вид, что верит мне.

В 14 часов доехали до Назрани. В приемном отделении республиканской больницы, куда мы сразу же поехали, врача не было. Медсестра сообщила, что тот ушел в поликлинику. По нашей просьбе она согласилась пойти позвать его. Но врач не пришел. Через медсестру прислал устное сообщение: «У меня нет материала, лекарств. Пусть везут во Владикавказ».

Надо было что-то делать, и мы снова тронулись в путь. Когда приехали во Владикавказ, часы показывали 16.30. В больнице, в которой нас приняли, сразу же спросили, почему сыну не сделан противостолбнячный укол. Я не смогла ничего ответить. Врачам Урус-Мартановской больницы я отдала все деньги, что у меня были, а они даже простого укола, оказывается, не сделали.

В 20.30 того же дня Саламбек, помещенный в реанимационное отделение, умер. На следующий день я повезла его обратно в Чечню, но похоронить сразу не смогла. Российские военные продолжали в Катыр-Юрте «зачистку». Там в это время еще гибли люди».

С 8.40 до 11 часов российские саперы, производившие проверку на наличие взрывных устройств дороги Аргун—Шали, обстреливали близлежащие частные и многоэтажные дома на ул.Шоссейная пос.Сахарный завод в г.Аргун.

Сначала огонь велся из стрелкового оружия и пулеметов. Затем к обстрелу жилого сектора подключились артиллерия и вертолеты. По многоэтажным домам прямой наводкой вели огонь танки. В результате один местный житель убит, а несколько человек получили ранения различной степени тяжести. Разрушены, сгорели десятки квартир, почти во всех были выбиты стекла.

С воздуха обстреливались и корпуса аргунского сахарного завода. Вертолеты заходили на него несколько раз. Погибли рабочий этого завода и сторож. Один из этих людей, Майрбек Садаев, 1936 г.р., был уроженцем с.Цоцин-Юрт Курчалоевского района. Еще один рабочий с осколочными ранениями доставлен в больницу.

Местные жители утверждают, что повода для столь массированных действий в густонаселенном городском квартале у военных не было. Саперы не подвергались нападению со стороны участников вооруженных формирований ЧРИ, на дороге, где они проходили, не было подрыва фугаса или мины.

В Чечне в результате обстрела боевиками воинской колонны убиты три бойца ОМОН ГУВД Смоленской области.
                Около 16.30 на автодороге Аргун—Грозный в 800 метрах от КПП войсковая колонна, возвращавшаяся на базу в Ханкалу, была обстреляна из автоматического оружия и гранатометов.
                В результате обстрела загорелась и взорвалась автомашина ВАЗ-2106, в которой находились милиционеры. Среди погибших, уточнили в правоохранительных органах республики, — заместитель ОМОН ГУВД Смоленской области и командир роты этого ОМОН.

Днем в населенном пункте Чернокозово в Чечне на подъездных железнодорожных путях к исправительной колонии подорвались на «растяжке» пятеро сотрудников этого учреждения, местные жители.
                Как сообщили в Центре общественных связей Главного управления исполнения наказаний Минюста РФ, двое раненых госпитализированы и находятся в тяжелом состоянии. Одному из них, сержанту внутренней службы Улубаеву, оторвало обе ноги. У другого, старшего прапорщика внутренней службы Алхазурова, серьезные ранения головы и живота. Остальные получили легкие ранения и от госпитализации отказались.

Сообщения СМИ

9 января

Около 7 часов утра в с.Герменчук Шалинского района совершено убийство 70-летнего Магомеда (Мохьмада) Баудиевича Хасуева.

По свидетельствам родственников, этот человек, более 10 лет являвшийся имамом местной мечети, собирался совершить утренний намаз, когда его настигли пули. Его убили выстрелами в голову. Всего было выпущено 19 пуль.

Услышав стрельбу, сын имама выбежал на улицу и споткнулся о труп. Он не сразу заметил, что перед ним лежит бездыханное тело ­отца.

Мотивы убийства Магомеда Хасуева неизвестны, неизвестны и имена преступников. Тем не менее на вопрос сотрудника правозащитной организации, что он будет делать дальше, сын ответил: «Я не буду убивать и резать, но я буду мстить».

В 8.20 российские саперы, осуществлявшие плановую проверку дороги Аргун — Шали, снова обстреляли многоквартирные дома в г.Аргун.

По имеющейся информации, несколько человек из числа гражданского населения получили ранения.

Утром в 1-м микрорайоне г.Грозный убита молодая женщина. Личность убитой не установлена, поскольку при ней отсутствовали документы. Об этом сообщили в администрации столицы Чечни.

Сообщение СМИ

На окраине с.Старые Атаги Грозненского (сельского) района неизвестными был похищен американский гражданин, координатор международной организации «Врачи без границ» (Голландия) Кеннет Глак.

Преступление совершено около полудня на западной окраине села у птицефабрики. По свидетельствам очевидцев, четыре автомобиля, на которых из Старых Атагов выезжали похищенный американец, а также Джонатан Литтель, сотрудник гуманитарной организации «Действие против голода», их охрана и врачи местной больницы во главе с Андарбеком Бакаевым, были блокированы двумя автомобилями «Жигули» шестой модели. В них находились неизвестные люди в масках.

Водитель, который следовал в колонне последним, сумел свернуть обратно в село. Вслед удалявшейся машине был открыт автоматный огонь. По некоторым данным, находившийся в ее салоне Джонатан Литтель получил легкое касательное ранение щеки.

Похитители подошли к остановившейся «Ниве» и потребовали, чтобы из нее вышел Кеннет Глак. Водитель-чеченец попытался защитить иностранца, но его тут же ударили прикладом автомата. Андарбек Бакаев, главврач староатагинской больницы, также вступившийся за него, был избит и сброшен в придорожную канаву.

Координатор «Врачей без границ» по первому же требованию похитителей собрал свои вещи и вышел из салона «Нивы». Его пересадили в другой автомобиль и увезли в сторону села.

Обстрел, блокирование и захват сотрудников международных гуманитарных организаций происходил на расстоянии прямой видимости с российских блокпостов. Они оборудованы на всех окрестных дорогах вокруг Старых Атагов, на расстоянии не менее одного километра от него. Движение транспорта по ним не перекрывалось до 14 января. В самом селе после похищения в течение пяти дней не проводились мероприятия, которые хотя бы отдаленно можно было бы принять за розыскные.

Кеннет Глак и его сотрудники приехали в Чечню, имея два вида пропусков. Именные пропуска, дававшие право на осуществление гуманитарной миссии в Чечне конкретным сотрудникам организации «Врачи без границ», были подписаны военным комендантом г.Грозный В.Приземлиным. Кроме того, эта организация запаслась пропусками на свои автомобили, гарантировавшими беспрепятственный проезд в любой населенный пункт. На этих документах стоит подпись генерала И.Бабичева, военного коменданта ЧР.

10 января прокуратура Грозненского (сельского) района возбудила уголовное дело № 19004 (ст. 126 ч. 2) по факту этого похищения. 14 января оно направлено для дальнейшего расследования в прокуратуру ЧР.

Уехал из Ингушетии в г.Гудермес и не вернулся Ибрагим Алиевич Темирбулатов, 1953 г.р. Вместе с семьей (женой и двумя детьми) он проживал в качестве вынужденного мигранта в с.Гамурзиево Назрановского района.

Пропавший человек собирался получить справку из ВТЭКа, которая была ему необходима для оформления пенсии по инвалидности. При себе имел необходимые для этого документы и паспорт (серии IV-ОЖ № 684024).

Согласно рассказу Айсары Темирбулатовой, удалось установить, что 9 января ее муж действительно был в Гудермесе. 10 января уже оттуда он поехал в Грозный, переночевал у знакомых, а утром следующего дня снова вернулся в Гудермес.

На этом его следы обрываются. Родственники искали пропавшего в фильтропункте Чернокозово, в местах дислокации воинских частей, обращались в комендатуры и временные отделы внутренних дел Грозного и Гудермеса.

Об исчезновении Ибрагима Темирбулатова поставлены в известность спецпредставитель президента РФ по соблюдению прав человека и гражданина в Чечне В.Каламанов и военный комендант ЧР И.Бабичев.

В ответ на серию «зачисток» населенных пунктов Курчалоевского района, проведенных сотрудниками российских силовых структур и сопровождавшихся массовыми и немотивированными задержаниями гражданских лиц, избиениями, грабежами имущества местных жителей, а также убийствами, руководство этого региона Чечни выступило с достаточно резким заявлением. Глава администрации района М.Тарамов и председатель совета старейшин А.Иблиев фактически обвинили российских военных в дестабилизации ситуации и необоснованных репрессиях местного населения.

Приводим полный текст этого заявления (стиль и орфография сохранены).

«Заместителю полномочного представителя президента по Южному федеральному округу генерал-лейтенанту Боковикову Г.В., Военному коменданту Чеченской Республики генерал-лейтенанту Бабичеву И.И., Главе администрации Чеченской Республики Кадырову А.А.

9 января 2001 года

Администрация Курчалоевского района от имени населения района выражает особую тревогу и неудовлетворение действиями федеральных войск, дислоцированных на территории района. Мы неоднократно доводили до Вашего сведения факты многочисленных правонарушений со стороны федеральных войск, подрывающих авторитет власти и веру мирных людей в справедливость (см. наш исх. № 364 от 22.11.2000 г.). В настоящее время обстановка в районе осложнилась в результате так называемых «зачисток», проведенных в районе с 4 по 8 января 2001 года.

5 января сего года в селе Цоцан-Юрт во время «зачисток» убито 2 человека, 8 мирных жителей задержаны, изъято 4 единицы автотранспорта, есть случаи мародерства. В селе Гельдиген 5 января 2001 года задержано 14 человек, сожжено 3 единицы личного транспорта. Особо грубо и цинично действовали военные на территории села Курчалой 7 и 8 января.

7 января ими задержано 15 жителей, 17 работников и стажеров Курчалоевского РОВД разоружены, все жестоко избиты, в настоящее время они проходят медицинское обследование. Судьба троих молодых людей до сих пор неизвестна.

8 января задержано во время «зачистки» в с.Курчалой еще 11 местных жителей, 5 жителей Бачи-Юрт (трое из них до сих пор неизвестно, где находятся), 3 жителя г.Гудермес, 2 жителя с.Майртуп.

Издевательства над мирными жителями вызвали широкий общественный резонанс. Вызывает особое возмущение тот факт, что проводимые «зачистки» не согласовываются с администрацией района, более того, любая попытка разобраться в происходящем грубо обрывалась, и оскорблялась военными.

Налицо грубые нарушения законности и правопорядка со стороны тех сил, которые по долгу своей службы должны устанавливать этот порядок. В итоге своими противоправными действиями военные дестабилизируют обстановку, дискредитируют администрацию района и республики в глазах общественности. А все тяготы проводимых антитеррористических мероприятий ложатся на плечи мирных жителей.

Исходя из вышеизложенного, просим Вас принять соответствующие меры предупреждения фактов беззакония и произвола со стороны военных подразделений, проводящих различные мероприятия в Курчалоевском районе. Просим Вас потребовать от командиров подразделений и, прежде всего, от коменданта Курчалоевского района согласовывать свои действия с администрацией района и отказаться от противоправных методов работы, дискредитирующих представителей законной власти на местах.

От имени населения Курчалоевского района Глава администрации Курчалоевского района М.Тарамов Председатель Совета старейшин Курчалоевского района А.Иблиев».

Примерно в это же время в распоряжение ПЦ «Мемориал» попала копия справки о ситуации в Курчалоевском районе Чеченской Республики, подготовленной 22 ноября 2000 года сотрудниками районной администрации (стиль и орфография сохранены):

«Справка о ситуации в Курчалоевском районе Чеченской Республики

№ 364, 22 ноября 2000 г.

Администрация Курчалоевского района ЧР обращается к Вам по поводу многочисленных фактов и происшествий в районе, осложняющих общественно-политическую обстановку, мешающих восстановлению законности и правопорядка, подрывающих веру мирных людей в справедливость. В последнее время участились закладки и подрывы фугасов, убийства мирных людей.

Самые тяжелые происшествия:

9.09.2000 убит глава местной администрации с.Цоци-юрт (Цоцин-Юрт) Ахматов Б.

16.10.2000 убит глава местной администрации с.Хиди-Хутор Ешуркаев (…)

14.11.2000 произошло покушение на бывшего главу местной администрации с.Бачи-юрт Алиева Л.М. В настоящее время находится с ранениями в боль­нице.

24.10.2000 убит заместитель начальника Курчалоевского РОВД по тылу Мусахаджиев Руслан.

Дважды подвергались обстрелам на дорогах в пути следования Глава администрации Курчалоевского района и его охрана.

Из гранатомета обстреляно новое здание районной администрации, нанесен ущерб, заложено взрывное устройство и взорвана граната во дворе РОВД.

По основным фактам возбуждены уголовные дела, ведется расследование, но нет никакой уверенности, что виновники будут наказаны.

Крайне негативно влияют на обстановку в районе и вызывают широкий общественный резонанс преступления и происшествия, совершаемые федеральными войсками, представителями различных служб и подразделений. Не прекращаются случаи задержания мирных людей, издевательств над ними, во время так называемых «зачисток» увозят людей, и дальнейшая их судьба остается неизвестной. И зачастую такие проверки и зачистки проводятся без согласования с главами администраций, а их попытки участвовать в проверках отметаются военными в грубой и циничной форме.

Другими словами, офицеры или представители спецслужб, которые проводят «зачистки» открыто дискредитируют представителей исполнительной власти и нарушают законы совершенно безнаказанно.

Так, например, только в селе Курчалой зарегистрированы следующие факты:

2.10.2000 г. во время адресной зачистки по ул.Курчалоевская в доме Магомадова А. произведен несанкционированный обыск, забрали их сына Магомадова Аюбхана Адамовича, 1969 года рождения, неизвестно куда. 12.10 его мать получила после долгих мытарств по инстанциям от КМ (криминальной милиции — очевидно, от зам. по КМ) Ивановского В.В. справку о том, что Магомадов Аюбхан задержан по подозрению в тяжком преступлении. 2.10.2000 г., и в связи с неподтверждением этого факта якобы был отпущен 3.10.2000 г.Но нигде нет никаких записей, нет доказательство того, что его отпустили. Судьба его по сей день неизвестна. Нами отправлено письмо прокурору Чеченской Республики Чернову В., но никакого ответа не получено.

15.11.2000 г. на окраине с.Курчалой недалеко от блок-поста № 3 подорвался автобус с сотрудниками Курчалоевского ВОВД, следовавший для смены наряда, на фугасе, установленном неизвестными лицами. Двое сотрудников ВОВД скончались на месте, 12 человек получили осколочные ранения. В течении нескольких часов были заблокированы все подъездные дороги к Курчалою. Задержали при зачистке в районе блок-поста № 3 «Курчалоевский», которые производили сев озимых, а также лиц, занятых сбором дров и поиском КРС. Все они были жестоко избиты и водворены в ИВС Курчалоевского ВОВД, отпущены после вмешательства РОВД в тяжелом состоянии:

Даудов Сайд-Эми, 1970 г.р., получил сквозное ранение бедра, повреждение мягких тканей, шок 1 степ.

Денильханов Сайд-Хусейн, 1956 г.р., получил ушиб грудной кл., переломы VI–VIII ребер справа, ушиб поясницы.

Вахидов Иса, 1949 г.р., получил повреждение грудной клетки, переломы ребер справа и слева, сотрясение головного мозга, гематома головы, перелом носа, госпитализирован в тяжелом сост.

Усманов Асруди, 1966 г.р., ушиб грудной клетки, ссадины лица, конечностей, гематома лица, перелом носа.

Усманов Сулиман, 1979 г.р., сотрясение головного мозга, ушиб грудной кл., переломы ребер, ссадины головы, гематома лица.

На всех блок-постах ведется целенаправленное издевательство над проезжающими местными жителями. Оскорбляют и унижают работников местной милиции. Чинимый беспредел со стороны федеральных войск делает ситуацию взрывоопасной. Администрация района, руководители всех уровней, РОВД постоянно призывают людей к благоразумию и терпению.

Налицо нагнетание обстановки в районе, стремление определенных сил в рядах ВС РФ в создании очагов напряженности путем захвата мирных жителей, несоблюдением и открытым нарушением законов РФ, попранием прав и свобод граждан.

Постоянно пополняется список лиц, жителей Курчалоевского района, пропавших без вести, задержанных на блокпостах, на дорогах, у себя дома, во время выпаса скота или заготовки дров. Другими словами, страдают мирные люди, а бандиты чувствуют себя вольготно, т.к. они свободно передвигаются через любые блокпосты и границы.

Приводим еще факты и происшествия, которые дестабилизируют обстановку, усиляют недоверие к существующей власти:

19.10.2000 г. учащиеся Курчалоевской СШ № 1 после занятий вышли на окраину села и недалеко от своего дома подорвались на мине. Магомадов Шахбулат, 1987 г.р., скончался на месте, а Хизриев Бекхан, 1987 г.р., получил множество осколочных ранений, ему ампутировали ногу, находится в больнице в шоковом состоянии. В тот же день по каналам ТВ прозвучала информация что школьники подорвались на мине, которую, мол, сами устанавливали. ВОВД и комендатура сказали, что они такую информацию не давали. Возникает вопрос: кому это выгодно?

16 ноября 2000 г. на машине федеральных войск, дислоцирующихся возле с.Ахкинчу-Борзой, при сопровождении двух солдат пятеро жителей этого села ездили на заготовку дров для школы. Все семеро найдены зверски убитыми вечером за р. Гумс. Убиты работники школы, культработник, рабочие госхоза и двое солдат.

21.11.2000 г. утром на окраине села Курчалой подорвался на мине еще один школьник — Мегишев Руслан, 1985 г.р.

Эта докладная записка еще писалась, когда сегодня утром 23 ноября 2000 г. глава ОМС с.Майртуп приехал с заявлением о том, что в 4 часа утра в село на бронетехнике ворвались военные, которые устроили в некоторых домах разбой, издевались над жителями и увезли в неизвестном направлении 7 человек:

1. Масаева Рамзана Денилбековича, 1959 г.р., имеет 5-х детей. Его отца Денилбека жестоко избили прикладами.

2. Исламханова Хожу Абдулхамидовича, 1959 г.р.

3. Эдилханова Ахмеда Элсиевича, 1973 г.р., его отца Эдилханова Элси Эдилгириевича, 1951 г.р.

4. Табурова Юсупа Абдулхаликовича, 1949 г.р.

5. Муртазова Минкаила Матаевича, 1956 г.р.

6. Хатаева Анди Абуезидовича, 1950 г.р.

Люди возмущены бесчинствами военных, которых за любые их деяния никто не привлекает ни к какой ответственности.

Все мы работаем в тяжелых условиях, рискуя своей жизнью и своих близких. Никто из глав администраций по-настоящему не защищен. Возникла необходимость в обязательном порядке выдать оружие для личной безопасности главам местных администраций, обеспечить их охраной 1–3 человек.

Как Глава администрации Курчалоевского района понимаю всю ответственность, возложенную на меня для установления мирной жизни на территории района.

Также считаю своим долгом довести до Вашего сведения сложную обстановку в районе и необходимость принятия соответствующих мер, направленных на укрепление законности и правопорядка в Курчалоевском районе.

Глава администрации Курчалоевского района М.Тарамов».

Многие факты, приведенные в справке, описаны в части 1 книги «Здесь живут люди. Чечня: хроника насилия». Например, об избиении братьев Усмановых (15 ноября) в ней сообщается на с. 382–385, а о похищении Аюбхана Магомадова (2 октября) говорится на с. 292–293.

Об обстоятельствах задержания Аюбхана Магомадова рассказывает А.Эльбиев, глава администрации села Курчалой:

«2 октября проводилась «адресная зачистка» (этим термином в Чечне обозначают выборочные обыски и задержания в отдельных домах населенного пункта) в селе Курчалой.

Я, как глава администрации, узнав, что в центре села проводится спецмероприятие (блокировали целый квартал), подошел к одному из военных, представился и спросил: «В чем дело?», сказав, что хочу присутствовать при проверке. В ответ он послал меня подальше и сказал, что, если я не отойду сейчас же, то уйду простреленный. Он был в маске. Я просил вызвать старшего, он сказал: «Никакого старшего нет, пошел вон!»

После этого я пошел в комендатуру, заявил там, что меня не пускают на «зачистку». Комендант в тот день отсутствовал, был где-то на совещании, но были его заместители. Они позвонили во Временный отдел внутренних дел, там ответили, что военные уже начали «работу». Сказали также, что эти военные скорее всего какие-то приезжие, «залетные». Сказали, что сейчас они проверят и уйдут, ничего не случится.

Так никто ни из Временного отдела внутренних дел, ни из комендатуры туда не пошел. Хотя я их умолял, говорил, что обязательно будет ЧП: или заберут кого-то, или подбросят что-нибудь. Потому что такое уже бывало. Но никто мне не помог.

Тогда я снова пошел на место происшествия. Навстречу мне бежит мать Магомадова, кричит: «Сына забрали!»

И вот сегодня 29-е ноября, а о нем до сих пор ничего неизвестно. Мы его искали везде. В районном Временном отделе внутренних дел Октябрьского района Грозного нам дали бумагу, в которой было сказано, что Магомадов был задержан по подозрению в каких-то преступлениях, но в связи с тем, что подозрения не подтвердились, его вывели из отдела и отпустили. Но домой он не пришел, и мы его не можем найти по сей день».

Мать Аюбхана Магомадова написала заявления в прокуратуру, в управления ФСБ и внутренних дел республики с просьбой к их руководителям содействовать в установлении местонахождения сына.

Около 8 утра в с.Цоцин-Юрт Курчалоевского района похищен Лема Салманович Даудов, 1950 г.р., начальник военно-учетного стола (ВУС). Держа в руках паспорта некоторых из жителей населенного пункта, он шел по ул.Турко Алиева, когда рядом остановился автомобиль ВАЗ-2106. Из него вышли три человека и по-чеченски предложили подвезти его. Но тот отказался, сказал, что любит ходить пешком.

Однако прибывшие на автомобиле люди схватили Лему Даудова за руки и, несмотря на его сопротивление, насильно затолкали в салон. Автомобиль на большой скорости сразу же уехал с этого места. Но куда, долгое время оставалось неустановленным.

Труп похищенного нашли вмерзшим в лед в камышовых зарослях родника, называемого местными жителями «Дуки-шовда», на восточной окраине населенного пункта. Случилось это 31 января. По рассказам людей обмывавших тело перед захоронением, Лема Даудов был убит из огнестрельного оружия. Всего в него произвели шесть выстрелов: две пули вошли в плечи с обеих сторон, еще две в почки, одна — в сердце. Шестой выстрел, в затылок, видимо, был контрольным.

Убитый скорее всего оказывал сопротивление. Рукав куртки, в которой он был в момент похищения, оказался разорванным. Сама же куртка была натянута ему на голову. Возможно, уже мертвого его перетаскивали к роднику, ухватив за воротник.

Документы, которые были у этого человека в момент похищения, считались утерянными. Однако через некоторое время после обнаружения трупа их подкинули во двор местной жительницы, чей паспорт также был в числе исчезнувших.

Во время похорон двигавшейся к кладбищу процессии нужно было миновать блокпост. Российский военный, дежуривший на нем, поинтересовался у местного жителя:

— Что, нашли его?

— Конечно, — ответил тот, а потом добавил: — Вы же знаете, кто это сделал?

— Вы друг друга убиваете, а это уже не наше дело, — сказал российский военный.

30 июля 2001 года в день рождения Лемы Даудова была убита и его жена Шайман. В соответствии с традициями и в память о своем усопшем муже она раздала милостыню неимущим и соседям и ночью вернулась домой. Около полуночи к ней кто-то постучал. Выглянув в окно, она увидела, что весь двор заполнили российские военные. Некоторые из них стояли у двери дома и требовали впустить в помещения.

Женщина сначала отказалась это сделать, но, когда ей сказали, что проводится обычная ночная «зачистка», впустила. Когда она открыла дверь, первое, что сделали военные, разбили лампу во дворе.

Шайман Даудова прошла в глубь помещения и встала у двери в дальнюю комнату, где находились три ее взрослых сына. Вместе с ней стояли две дочери, Хава и замужняя Хаврат, и восьмилетний сын Муса. Они-то и стали свидетелями того, что произошло в дальнейшем.

Один из военных, ничего не говоря, поднял автомат и стал стрелять в женщину. Выстрелы производились из оружия с глушителем, дочери слышали лишь звук падающих на пол пустых гильз.

Расстреляв Шайман, военные вышли из дома и пешком двинулись к окраине села. Крича и плача, следом за ними шли дочери убитой. На них никто не обращал внимания, их не отгоняли, им даже не угрожали. Когда убийцы свернули в сторону местного кладбища, девушки отстали от них.

На следующее утро место происшествия осмотрели следователи районной прокуратуры. Они сделали несколько фотоснимков и, забрав гильзы, уехали. Было ли возбуждено уголовное дело по факту убийства Шайман Даудовой, а если да, то на какой стадии оно находится, ПЦ «Мемориал» неизвестно.

В с.Курчали Веденского района вошла колонна российской бронетехники. Вскоре началась «зачистка», в ходе которой военные производили обыски домов, досматривали принадлежащий местным жителям авто- и мототранспорт, проверяли их личные документы.

О числе задержанных и о том, были ли они вообще, данные отсутствуют.

В Чечне неизвестными застрелен начальник поселкового отделения милиции ст.Каргалинская Шелковского района вместе с семнадцатилетним сыном.
                Как сообщили в аппарате помощника президента России Сергея Ястржембского, боевики устроили засаду на дороге, ведущей из ст. Каргалинская в глубь Чечни.
                Оба погибших — чеченцы по национальности.

В Чечне ранен заместитель начальника охраны главы администрации республики Руслан Яхъяев.
                Это произошло на автотрассе между населенными пунктами Новогрозненский (Ойсхара) Гудермесского района и Бачи-Юрт Курчалоевского района. Неизвестные открыли по машине Р.Яхъяева огонь из стрелкового оружия.
                В пресс-службе администрации Чеченской Республики журналистам сообщили, что Р.Яхъяев со сквозным пулевым ранением в ногу доставлен в Ханкалу, где ему оказали помощь военные врачи.

Около 21.40 в Чечне в частном доме в ст. Червленная Шелковского района обнаружены тела 18-летних подростков — юноши и девушки, застреленных неизвестными преступниками.
                Как сообщили в УВД МВД РФ по Чеченской Республике, убитые — Александр Лукьяненко и Мелани Мурзаева — предположительно погибли «только из-за того, что их связывали романтические чувства».
                Подростки получили огнестрельные ранения в грудь и голову.

Сообщения СМИ

10 января

В с.Ца-Ведено Веденского района в ходе «зачистки» российские военные увезли из дома потерявшего ногу при бомбежке села в первую чеченскую войну, инвалида первой группы Рахмана Аддиевича Хамзатханова, 1976 г.р.

Задержан и Умар Миталаев, который пас скот на окраине населенного пункта.

На следующий день из дома был увезен Ибрагим Миталаев, 1971 г.р. Никто из местных жителей не знает, военные какого подразделения, куда и зачем забрали их односельчан.

Достоверные данные о дальнейшей судьбе этих людей отсутствуют.

В 8.00 между населенными пунктами Даттах и Зандак-Ара Ножай-Юртовского района неизвестные обстреляли из огнестрельного оружия автомобиль ВАЗ-21213. Находившийся в машине глава администрации с.Даттах Р.А.Дакалов был ранен.

В 18.10 в г.Урус-Мартан у себя дома убит Ваха Ахмадов, 1953 г.р., заведующий складом местного госхоза «Солнечный», отец шестерых детей, проживавший по адресу: ул.Кавказская, 14.

Хозяин дома смотрел телевизор, когда к нему вошел неизвестный в маске и в камуфляжной форме, и одиннадцать раз выстрелил из пистолета. Несколько пуль попали в потолок и в стены комнаты.

Жена убитого видела человека в маске, выходившего из их дома и направлявшегося в сторону мечети. Она утверждает, что на улице его ожидал сообщник, возможно, и не один, на автомашине марки ГАЗ­2410. На ней убийца и скрылся с места преступления.

По свидетельству соседей убитого, Ваха Ахмадов никогда не состоял в вооруженных формированиях и не работал в правоохранительных структурах. По факту его убийства прокуратурой Урус-Мартановского района возбуждено уголовное дело.

Житель с.Кошкельды Гудермесского района Руслан Дадалаев, участник первой чеченской войны, узнав о начавшейся в населенном пункте «зачистке», решил уйти из дома. На его беду в окрестностях села, куда он вышел, неожиданно раздался ружейный выстрел. Видимо, кто-то охотился в соседнем лесном массиве. В ответ на выстрел задействованные в «зачистке» военные открыли массированный огонь. Руслан Дадалаев был ранен. О его дальнейшей судьбе ничего неизвестно.

В настоящее время в госпиталях системы ВВ МВД РФ находятся на излечении 175 военнослужащих внутренних войск, получивших ранения в ходе т.н. контртеррористической операции в Чечне.
                Такие данные привел журналистам заместитель командующего ВВ МВД РФ генерал-лейтенант Станислав Кавун при посещении центрального клинического госпиталя внутренних войск.
                Как сообщил он «Интерфаксу», всего за время «контртеррористической операции» на Северном Кавказе ранено около 2300 военнослужащих внутренних войск.

В Чечне в ходе операции по поиску похищенного сотрудника международной благотворительной организации «Врачи без границ» К.Глака в с.Старые Атаги Грозненского (сельского) района освобожден российский заложник. Это житель Ульяновска Рафик Гафуров.
                Как сообщил журналистам начальник пресс-центра объединенной группировки войск на Северном Кавказе Сергей Артемов, Р.Гафуров в Чечню приехал к родственникам из Ульяновска и был похищен 15 ноября прошлого года.

Сообщения СМИ

 



Под «боевыми» авторы письма, видимо, имеют в виду вертолеты Ми-24.

 

12 февраля 2001 г. обезображенные трупы Бувайсара Усманова, Абубакара Узаева, Мухаида Юсупова и Усмана Ахиядова были обнаружены в яме в лесополосе недалеко от ст.Петропавловская (чеч. — с.Чурт-Тог1и) Грозненского (сельского) района. По имеющейся информации, родственники уплатили российским военным деньги за указание места захоронения.

 

В Чечне поселковые или сельские отделы милиции, а также временные отделы внутренних дел местные жители по привычке называют комендатурами, а их сотрудников соответственно военными.

 

Более подробно об этом деле см.: www.memo.ru, а также Политковская А. Дело Кадета: Тертый палач // Новая газета. № 24 (1049). 2005. 4–6 апреля.

 

Здесь и далее шрифтом выделены сообщения средств массовой информации.

 

В этот день из с.Новые Атаги были увезены еще три человека, имя одного из них нам известно — это Ислам Уцаев.

 

О Наже Дакаеве см. в кн.: Здесь живут люди. Ч. 1. С. 364.

 

Ризван Заурбеков и Рамзан Умаров были задержаны около 14 часов 11 декабря 2000 г. в Грозном на ул.Жуковского. Их автомобиль ВАЗ-21099 (регистр. знак Р 607 НА 95/rus) остановили российские военные, передвигавшиеся, по словам очевидцев, на двух УАЗах. Пересадив к себе этих людей, они уехали в сторону Ханкалы. В ту же сторону был отогнан и принадлежащий им автомобиль. За его рулем теперь уже сидел один из военных. Организовавшим поиски родственникам удалось выяснить, что автомобиль ВАЗ-21099, в котором ехали задержанные, некоторое время находился в Ханкале в расположении спецподразделения ФСБ РФ «Альфа». К началу 2004 г. о дальнейшей судьбе этих людей ничего не было известно. 11 июня 2001 г. по факту их похищения и в соответствии со ст. 126 ч. 2 УК РФ прокуратура г.Грозный возбудила уголовное дело № 11182. Через два месяца предварительное следствие по нему было приостановлено согласно ст. 195 п. 3 УПК РСФСР («в случае неустановления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого»). 12 октября 2002 г. дело вернули на доследование. Однако через месяц снова приостановили на прежнем основании.

 

Некоторые из сотрудников ОРЧД предполагают, что этого человека убили не случайно. В момент нападения на нем была куртка Имрана Эжиева. Кроме того, никаких следов ограбления обнаружено не было: деньги, а также личные документы убитого остались в карманах его одежды.

 

Уголовное дело № 25014. 6 марта того же года оно было направлено в военную прокуратуру (в/ч 20102), где ему присвоили номер 14/33/0168–01. 27 апреля оно было приостановлено согласно п. 3 ст. 195 УПК РСФСР. В прокуратуру ЧР его возвратили 29 июня 2001 г., а оттуда в районную прокуратуру (12 сентября). Уголовное дело было возобновлено 29 декабря, но, как оказалось, лишь для того, чтобы через месяц, 29 января 2002 г., вновь его приостановить все по той же ст. 195 УПК РСФСР.

 

«Новая газета» за 29 января — 4 февраля 2001 г. (на с. 6, автор заметки майор В.Измайлов) ссылается на копию справки, подготовленную начальником ВОВД Курчалоевского района полковником В.Г.Ерохиным. В ней говорится, что в ходе этой операции действительно задерживались 10 сотрудников постоянного отдела внутренних дел (формируется из местных жителей) и 8 кандидатов, отобранных для работы в нем. После избиений, утверждалось в справке, все они были отпущены. Но по информации «Новой газеты», совпадающей с данными ПЦ «Мемориал», двое из этих людей, У.Аслахаджиев и Н.Бамбатгириев, «исчезли». С просьбой о содействии в их розыске к В.Измайлову обращались родственники, а также сотрудники службы охраны А.Кадырова.

 

Согласно показаниям одного из местных жителей, были задержаны и двое жителей с.Аллерой. Однако ПЦ «Мемориал» такими фактами не располагает.

 

Умар Аслахаджиев, Нурмагомед (Нур-Махма) Бамбатгириев и Турпал-Али Наибов, которых задержали сотрудники российских силовых структур, приехавшие на автомобиле «Урал» (рег. знак 10–18 ЕА), считаются пропавшими без вести. Уголовное дело № 39007 по факту их похищения (ст. 126 ч. 2 п. «ж» УК РФ) возбуждено Аргунской межрайонной прокуратурой 29 января. В соответствии со ст. 195 п. 3 УПК РСФСР 29 марта 2001 г. оно было приостановлено.
                Вместе с Шамилем Бисиевым был задержан и его отец, Хусейн Юсупович Бисиев. Однако его на следующий день освободили из Ханкалы, главной базы российских войск в Чечне. 17 апреля 2001 г. Аргунская межрайонная прокуратура возбудила уголовное дело № 39021 по факту похищения Шамиля Бисиева (ст. 126 ч. 2 п. «а» УК РФ). 17 июня того же года дело приостановили согласно ст. 195 п. 3 УПК РСФСР.
                Никаких новых сведений о дальнейшей судьбе всех четырех вышеперечисленных людей в ПЦ «Мемориал» не поступало.

 

См.: Здесь живут люди. Ч. 1. С. 513–514.

 

См. сообщение за 4 января 2001 г.

 

По поводу задержания Супьяна Садыкова существуют противоречивые данные. Согласно одной из версий, он был схвачен в ту же ночь, что и Сайд-Хусейн Байтукаев, но совсем в другом месте — в с.Мескер-Юрт Шалинского района. Как бы то ни было, по факту похищения обоих этих людей прокуратура Веденского района сочла необходимым завести одно уголовное дело (№ 37005).

 

См. сообщение за 6 января 2001 г.

 

О задержании Д.Межидова см. в кн.: Здесь живут люди. Ч. 1. С. 519.

 

Подробнее см.: Здесь живут люди. Ч. 1. С. 395.

 

Оцепление вокруг Катыр-Юрта не снималось в течение нескольких недель, пока там продолжалось захоронение убитых при обстрелах и «зачистке» людей. Трупы приходилось вытаскивать из-под обломков разрушенных домов, заваленных подвалов, взорванных и сожженных машин. Их подбирали на улицах и в окрестностях села. Однако в это время там случились и новые убийства. 11 марта, например, российский снайпер застрелил Рамзана Магомедовича Базиева, 1972 г.р., проживавшего по адресу: ул.Чкалова, 63. Мужчина шел навестить брата Салмана, живущего на окраине Катыр-Юрта в районе новостроек. Он уже заходил во двор, когда пуля, выпущенная со стороны блокпоста, попала ему в голову.

 

«Туркх» — распорядитель при исполнении некоторых мусульманских обрядов.

 

В начале марта 2000 г. на телеканалах западных стран прошел сюжет о том, как российские военные, цепляя тросами к БТРам и грузовикам, оттаскивают трупы убитых людей к яме, после чего сбрасывают их туда ногами. На окраине с.Танги-Чу Урус-Мартановского района 19 июля того же года местные жители вскрыли захоронение, в котором находились останки 74 человек, в основном участников ВФ ЧРИ. Возможно, что среди них были и трупы боевиков, убитых в Катыр-Юрте.

 



11 января

В Ростове-на-Дону состоялся суд над Анзором Асановичем Арсаевым, 1980 г.р., уроженцем с.Самашки Ачхой-Мартановского района Чеченской Республики. Являясь участником вооруженного формирования ЧРИ, 20 марта 2000 года он добровольно сложил оружие. Решением Ворошиловского районного суда его приговорили к трем годам лишения свободы.

Слушание данного дела не было первым в череде процессов, ко­торые прошли в районных судах этого города и области зимой 2000/2001 года над чеченскими бойцами, сдавшимися в плен во время боев в с.Гой-Чу (Комсомольское) Урус-Мартановского района. За обе войны — это, пожалуй, единственный случай, когда вооруженное подразделение, противостоявшее российским войскам, в полном составе добровольно сложило оружие.

Имена взятых тогда в плен людей приводятся по списку, составленному следователем мобильного отряда МВД РФ майором юстиции Т.А.Бушмановой:

1. Салман Ахъятович Атабаев, 1974 г.р.;

2. Асхаб Даудович Алханов, 1970 г.р.;

3. Саид-Али Хасанович Мусаев, 1975 г.р.;

4. Рустам Вахоргович Цакалов, 1979 г.р.;

5. Шамсудин Авганович Эмкоев, 1963 г.р.;

6. Хамзат Вахидович Сулеманов, 1969 г.р.;

7. Мансур Ахъятович Лабазанов, 1979 г.р.;

8. Рустам Абдурахманович Мандриев, 1981 г.р.;

9. Умар Алхазурович Дуртаев, 1957 г.р.;

10. Кюра Амсадович Юсупов, 1971 г.р.;

11. Асламбек Ахмедович Могаев, 1975 г.р.;

12. Асланбек Вахиевич Хасгериев, 1973 г.р.;

13. Умар Ибрагимович Хаджиев, 1977 г.р.;

14. Казбек Имранович Магомадов, 1973 г.р.;

15. Гараса Абдуевич Муртазалиев, 1951 г.р.;

16. Ахъят Омарович Насипов, 1979 г.р.;

17. Куйра Заиндиевич Хаджиев, 1956 г.р.;

18. Муса Каримович Хапизаев, 1967 г.р.;

19. Арсен Халтемирович Оздамиров, 1976 г.р.;

20. Магомед Ярали-Хаджиевич Ашаханов, 1974 г.р.;

21. Землихан Сулейманович Алханов, 1973 г.р.;

22. Олег Закирович Ашаханов, 1971 г.р.;

23. Идрис Саидович Бакаев, 1971 г.р.;

24. Лом-Али Заиндиевич Хаджиев, 1964 г.р.;

25. Магомед Сульманович Хадисов, 1973 г.р.;

26. Алх Сулейманович Алханов, 1975 г.р.;

27. Магомед Хамидович Байгираев, 1975 г.р.;

28. Иса Дадашевич Шакаев, 1972 г.р.;

29. Артур Вахидович Макаев, 1976 г.р.;

30. Умар Алиевич Амиров, 1980 г.р.;

31. Рустам Барделович Турнуев, 1975 г.р.;

32. Руслан Мальсагович Ахматов, 1975 г.р.;

33. Руслан Душтаевич Чабаев, 1972 г.р.;

34. Анзор Асанович Арсаев, 1980 г.р.;

35. Рустам Магомедович Сулейманов, 1978 г.р.;

36. Лема Амирович Алиев, 1982 г.р.;

37. Апти Салманович Абдулмуслимов, 1972 г.р.;

38. Хасан Магомедович Хакуев, 1977 г.р.;

39. Рамзан Зайнулаевич Хаджиев, 1974 г.р.;

40. Ислам Якубович Чучев, 1980 г.р.;

41. Арби Хусейнович Вахаев, 1976 г.р.;

42. Анзор Делимбекович Ахмадов, 1976 г.р.;

43. Рашид Шадидович Мадиев, 1971 г.р.;

44. Мухмад Маликович Омаев, 1973 г.р.;

45. Берланд Анарбековна Абубакарова, 1975 г.р.;

46. Хасан Султанович Мусаев, 1975 г.р.;

47. Липа Адлановна Билуева, 1977 г.р.;

48. Рустам Вахаевич Арсанукаев, 1977 г.р.;

49. Абубакар Имранович Магомадов, 1971 г.р.;

50. Муса Моусарович Магомадов, 1980 г.р.;

51. Осман Алиевич Музгеев, 1966 г.р.;

52. Ваха Вахидович Тунжуханов, 1967 г.р.;

53. Арсан Алиевич Читаев, 1978 г.р.;

54. Вахид Усамович Тимаев, 1958 г.р.;

55. Бислан Гарасаевич Муртазалиев, 1977 г.р.;

56. Алигаджи Гасанович Ахмадов, 1968 г.р.;

57. Леча Хамидович Алдамов, 1950 г.р.;

58. Маолди Магомедович Кагерманов, 1977 г.р.;

59. Салман Мансурович Салманов, 1951 г.р.;

60. Бекхан Ильясович Берснукаев, 1973 г.р.;

61. Иса Халидович Махтиев, 1971 г.р.

Под документом имеется приписка: «12 неопознанных трупов и умершие после доставки в Ханкалу переданы МЧС ЧР для захоронения».

Некоторые имена и фамилии в этом списке приведены с ошибками. Кроме того, особо следует подчеркнуть, что в него не занесены те, кто сдался в Гой-Чу (Комсомольском). Согласно сведениям, полученным в том числе и от родственников чеченских бойцов, всего тогда в плен попало более 100 человек (по другим данным, около 150). Некоторые из них были узнаны родственниками на двух (как минимум) видеопленках, снимавшихся российскими военными на месте события в течение нескольких часов. Судьба этих людей, которым были обещаны безопасность и амнистия, сложилась трагично.

Около 16.30, примерно через пять часов после начала сдачи в плен (процедура длилась с 12 до 19 часов), российские военные отделили из толпы 25 человек. В большинстве тех, кто имел легкие или средней степени тяжести ранения. Выстроив в ряд, их отвели в соседнюю балку и с заведенными за голову руками заставили лечь на склоне. Затем трое военнослужащих (по другим источникам, четверо), идя друг за другом вдоль ряда лежащих людей, открыли огонь из автоматов и пулемета сначала по их ногам, затем — по телам. Все это происходило еще до отъезда командующего Северо-Кавказским округом внутренних войск МВД РФ генерала Михаила Лабунца, присутствовавшего при сдаче в плен чеченских бойцов.

В итоге 12 человек (по другой информации, их было 13) погибли сразу, многие получили ранения различной степени тяжести. Несколько человек не пострадали. Имена и фамилии двоих из них ПЦ «Мемориал» известны: Беслан Бучигов и Хамзат Магомадов. В списке, составленном майором Т.А.Бушмановой, последний записан как Казбек Имранович Магомадов.

Сразу же после расстрела военные отобрали четверых непостра­давших, в том числе и двоих вышеупомянутых людей, и заставили их копать могилу. При этом им сказали, что в ней будут похоронены и они.

Когда яма была вырыта на глубину 50–60 см (как рассказал родственник одного из этих людей, копавшие углубились в землю по колено (чеч.: «голелца ког къайлабаккхал ор декхинчу хенахь»)), находившийся там офицер по рации получил какой-то приказ. Он заставил копавших могилу людей бросить работу и вместе с другими оставшимися в живых отвел их обратно к месту сбора сдававшихся в плен чеченских бойцов. Трупы расстрелянных так и остались лежать не захороненными. В начале апреля после завершения боев в Гой-Чу местные жители похоронили их на кладбище соседнего с.Гойское.

По описанию этих людей, убитые лежали на спине. На телах большинства из них, кроме свежих ран, из которых на землю стекла и высохла кровь, имелись и старые, кое-как перевязанные и нагноившиеся. Это свидетельствует о том, что в балке расстреляны по преимуществу уже пострадавшие в ходе боев чеченские боевики. В головы им были произведены и контрольные выстрелы.

Забравшие трупы местные жители утверждают, что видели рядом с ними россыпи пустых автоматных и пулеметных гильз. Яму, в которой военные поначалу планировали их похоронить, к тому времени почти сровняла с землей бронетехника, не переставая передвигавшаяся по балке еще несколько дней после окончания здесь боев.

20 марта, видимо, были уничтожены еще несколько групп чеченских боевиков, решившихся на сдачу в плен. На видеозаписях, сделанных в тот день российскими военными, родственники впоследствии опознали десятки людей. Многих из них нет в списке Т.А.Бушмановой, некоторых затем нашли мертвыми в развалинах домов с.Гой-Чу и в его окрестностях. ПЦ «Мемориал» известно как минимум о нескольких таких случаях.

В частности, на одной из пленок был опознан Беслан Сардалов. Впоследствии его нашли убитым. Был убит и обнаружен сотрудниками МЧС ЧР и местными жителями Арсен Дудаев. Такая же участь постигла Асламбека Ахмадова, Хасана Чучиева и Магомеда Нальгиева, запечатленных на съемке в числе тех, кто сдался в плен. Последний из них по национальности ингуш. Обнаружен убитым и Беслан Бучигов, один из тех, кто рыл могилу для расстрелянных сразу же после сдачи в плен чеченских бойцов.

На обеих пленках, имеющихся в распоряжении ПЦ «Мемориал», видно, как со стороны разрушенных домов на одеяле, заменявшем носилки, на пригорок, к месту дислокации российского подразделения выносят тяжело раненного Тауса Богураева. Этот человек перед началом второй чеченской войны занимал должность префекта Наурского района. Его труп со следами пыток, с отрубленной, по-видимому, саперной лопаткой, головой был найден в окрестностях населенного пункта. В списке доставленных в Ханкалу он, естественно, также отсутствует.

В двух разрушенных домах недалеко от этого места были найдены в одном случае восемь, в другом — десять тел расстрелянных участников ВФ ЧРИ. Местные жители и сотрудники МЧС считают, что они также принадлежали к сдавшимся в плен. ПЦ «Мемориал» не удалось установить имена ни одного из них.

О том, что тогда сдалось существенно больше участников вооруженных формирований ЧРИ, чем объявлялось в СМИ, говорит и такой факт: Мовла Алдамов (в списке Т.А.Бушмановой он значится как Леча Хамидович Алдамов) по договоренности с военными вернулся в Гой-Чу и вывел из развалин по разным данным еще от 50 до 80 человек. Он от лица российского командования гарантировал им амнистию и личную безопасность.

Имена этих людей по большей части также не установлены. Неизвестно доподлинно и то, что с ними случилось потом. Однако в апреле, когда началось массовое захоронение погибших участников ВФ ЧРИ (всего в этом селе и в его окрестностях их обнаружено около 625), местные жители и те, кто прибыл на поиски родственников из других концов республики, отмечали, что некоторые из найденных трупов не имели видимых следов разложения.

Бои за Гой-Чу начались в самом начале марта и продолжались непрерывно в течение двух последующих недель. Полный же контроль над селом российским войскам удалось установить лишь к 20 марта. Те, кто в тот день сдался в плен, по-видимому, были последними из боевиков, которые в какой-то степени еще способны были оказать вооруженное сопротивление. Затем еще не менее десяти дней проводилась «зачистка» населенного пункта: в поисках выживших участников чеченских вооруженных формирований военные и сотрудники специальных подразделений РФ осматривали подвалы и развалины домов, подбирали оружие и боеприпасы. При этом совершались массовые казни раненых.

Местных жителей и людей, которые хотели бы найти родственников, стали запускать в село лишь в первых числах апреля. Учитывая, что тогда, как, впрочем, и большую часть марта, стояли теплые, погожие дни, обнаружение значительного числа хорошо сохранившихся трупов произвело на них, по крайней мере, странное впечатление. Кроме того, они заметили, что в тех местах, где уже подобрали тела убитых, на следующий после этого или же через несколько дней стали появляться новые.

По этому поводу распространялось множество слухов. В частности, утверждалось, что, воспользовавшись ситуацией, российские военные и сотрудники иных силовых структур сбрасывают в Гой-Чу трупы людей, убитых ими при других обстоятельствах и в других местах. Один из опрошенных сотрудниками ПЦ «Мемориал» людей (в целях безопасности семьи он просил не называть свое имя) утверждал, что нашел здесь сына, увезенного из дома и содержавшегося некоторое время в СИЗО «Чернокозово» в Наурском районе.

Среди трупов участников вооруженных формирований ЧРИ были найдены и тела Хаважи Хасуева и Руслана Тимаева. Эти люди, по словам родственников, были задержаны представителями российских силовых структур в январе 2000 года у въезда в ст.Николаевская (чеч. — Салтийн-г1ала) Наурского района.

Известно, что некоторые из сдавшихся в плен чеченских боевиков были доставлены в военную комендатуру Урус-Мартановского района. Все они, возможно, впоследствии были убиты. Может быть, именно их трупы на протяжении всего апреля появлялись в развалинах домов и на улицах Гой-Чу, к тому времени вдоль и поперек исследованных разыскивающими своих родственников жителями республики.

И только 73 человека, наиболее здоровые и имевшие не очень серьезные раны, оказались в Ханкале. Туда они были доставлены вечером 20 марта. На территории главной российской военной базы в Чечне их сразу же избили прикладами автоматов, дубинками и ногами, подвергли пыткам, в том числе и током. Как минимум, у двух чеченских боевиков (еще живых!) были отрезаны уши. На видеозаписи, сделанной сотрудниками Министерства юстиции РФ при погрузке сдавшихся в вагоны в районе железнодорожной станции Червленная, видно, как у одного из них свисает почти полностью срезанное и держащееся только на коже правое ухо.

Неизвестно, выжил ли этот человек, однако ни среди тех, кто потом попал на скамью подсудимых в судах Ростова-на-Дону, ни в числе тех, кого за деньги освободили родственники, по имеющейся у ПЦ «Мемориал» информации (неполной, так как отдельного расследования описываемых событий не проводилось) его не было.

В Ханкале сдавшихся в плен содержали в двух «воронках». Под них были оборудованы грузовые автомобили ГАЗ-53 и «Урал». На первом из них имелась надпись: «Минюст РФ». Из них забирали на пытки, туда же запихивали после их окончания. Ни сесть, ни тем более лечь там было невозможно. Чеченские бойцы мучались от жажды, воды им не давали. Впрочем, не давали и пищу. Им не оказывалась медицинская помощь, из-за чего старые раны и те, что были получены при пытках, стали гноиться. Но самым тяжелым испытанием оказалась давка и отсутствие доступа свежего воздуха.

В результате умерли: Муса Магомадов, Леча Алдамов, Маолди (Мовлди) Кагерманов, Осман Музгеев, Ваха Тунжуханов, Хасан Хакуев, Лема Алиев, Умар Амиров, Артур Макаев, Рустам Мандриев и др.

Их трупы вместе с оставшимися в живых в тех же «воронках», в которых содержали в Ханкале, 25 марта были отправлены в Червленную в Шелковском районе. В окрестностях этой станции, вдалеке от посторонних глаз началась перегрузка плененных из автомобилей в железнодорожные вагоны. Трупы умерших их выжившие товарищи складывали у насыпи. Из третьей видеозаписи видно, что большинство сдавшихся были крайне истощены, они выглядели значительно хуже, чем тогда, когда выходили к российским позициям после более чем двухнедельных непрерывных боев. Многие оказались раздетыми догола. Спрыгнув из «воронков» на землю, они с трудом поднимались на ноги, забирали одежду, а затем пытались бежать к вагону. Все это делалось под окрики и удары ногами и прикладами автоматов. Охранники при этом смеялись.

«Умершие после доставки в Ханкалу», о которых говорится в справке следователя МО МВД РФ майора юстиции Т.А.Бушмановой, возможно, были переданы сотрудникам МЧС Чечни именно здесь.

Из Червленной оставшиеся были переправлены в Таганрог и Новочеркасск. Вероятно, по дороге умерло еще несколько человек. Согласно имеющейся, но неподтвержденной из других источников, информации, в находящиеся в этих городах места заключения были помещены лишь 48 человек из числа тех, кто добровольно сложил оружие в боях за с.Гой-Чу и 20 марта 2000 года вышел к позициям российских войск.

Избиения сдавшихся в плен участников ВФ ЧРИ не прекращались до середины июня 2000 года, до того момента, когда места заключения после многочисленных обращений родственников не посетили сотрудники Международного Комитета Красного Креста (МККК). Особенно тяжело приходилось тем, кто оказался в Новочеркасске. Некоторые потом рассказывали своим родственникам, что охранники били их здесь «железными прутьями», в результате чего несколько человек получили переломы конечностей. В холодное время они выстраивали на плацу людей и обливали водой из брандспойтов. Эта пытка называлась «Карбышев».

Еще до приезда сотрудников МККК 12 человек, плененных в Гой-Чу (Комсомольском), были отпущены на свободу из СИЗО г.Таганрог. Всем им была оформлена амнистия. Однако, как утверждают родственники некоторых из них, за освобождение им пришлось заплатить значительный денежный выкуп.

Позднее участники ВФ ЧРИ, содержавшиеся в следственных учреждениях Новочеркасска и Таганрога, были переведены в Ростов-на-Дону (учр. 61/1, ул.Горького, 219).

В середине декабря 2000 года в районных судах этого города началось рассмотрение дел чеченских боевиков, сложивших оружие в боях за с.Гой-Чу (Комсомольское). По имеющейся информации, с самого первого дня слушания проходили с существенными нарушениями процессуальных норм и с игнорированием добровольности сдачи в плен подсудимых.

Так, 18 декабря в Ленинском районном суде этого города состоялось судебное заседание по делу участника «незаконного вооруженного формирования» Шамсудина Авгановича Эмкаева, 1963 г.р. Оно длилось всего три часа.

На суде не было родственников подсудимого, так как адвокаты узнали о дне слушания дела лишь вечером 17 декабря и не сумели их вовремя проинформировать. Кроме того, обвинительное заключение они получили во время судебного заседания. Из материалов дела исчезла видеопленка, по сути являвшаяся главным вещественным доказательством того, что чеченские боевики вышли из Гой-Чу (Комсомольское) добровольно, в результате состоявшихся с представителями российского командования переговоров. Она была предоставлена Главному управлению Генеральной прокуратуры Российской Федерации по Северному Кавказу родственниками обвиняемого и фигурировала в материалах предварительного следствия. До суда она почему-то не дошла.

Шамсудин Эмкаев на основании ст. 208 ч. 2 и ст. 222 ч. 1 УК РФ по совокупности был приговорен к трем с половиной годам заключения. Приговор адвокатами обжалован.

Примерно по тому же сценарию в те же дни был организован процесс и над Ахъятом Омаровичем Насиповым, 1979 г.р. Разница лишь в том, что на заседании, проходившем в Железнодорожном районном суде Ростова-на-Дону, защитников не было вообще. Адвоката обвиняемому назначили прямо в зале судебного заседания.

Суд продолжался не более четырех часов. Ахъят Насипов по ст. 208 ч. 2 и ст. 222 ч. 1 УК РФ был осужден по совокупности на четыре года.

29 декабря в Ленинском районном суде этого города заслушано дело Апти Салмановича Абдулмуслимова, 1972 г.р. На заседание прибыли родственники и адвокат. Однако вещественные доказательства по делу, в числе которых и видеопленка с записью выхода боевиков из Гой-Чу (Комсомольского), к материалам следствия, как выяснилось, приобщены не были. Не были вызваны и допрошены свидетели, указанные в обвинительном заключении.

Исходя из ст. 208 ч. 2 и ст. 222 ч. 1 УК РФ, суд лишил Апти Абдулмуслимова свободы на три с половиной года.

Инициатором сдачи в плен является Абубакар Имранович Магомадов, 1971 г.р. Утром 20 марта 2000 года он вышел к позициям российских войск у с.Гой-Чу (Комсомольское) и, обговорив с офицерами условия сдачи, вывел из развалин десятки вооруженных людей.

Слушание дела Абубакара Магомадова состоялось в Ростовском областном суде с 26 по 28 декабря. Ему было предъявлено обвинение в организации вооруженной группы по ст. 208 ч. 1 УК РФ.

Защитники подсудимого, учитывая опыт предыдущих процессов, через десять минут после начала судебного заседания потребовали включения в материалы дела злосчастной видеопленки. Судья вынужден был объявить перерыв на совещание.

К концу третьего дня слушаний, когда суд просмотрел видеокассету и взял во внимание многие замечания защиты, сложилось впечатление, что подсудимый будет оправдан. Но этого не произошло. Самое большое, на что решился суд, — это изменение по отношению к нему части ст. 208.

Обвинительное заключение почти целиком было составлено из предположений о возможности его участия в незаконном вооруженном формировании. Не доказан даже факт наличия у подсудимого оружия: суду не был представлен протокол изъятия, не названа марка, номер и его особые приметы. Тем не менее Абубакар Магомадов осужден к трем с половиной годам по ст. 208 ч. 2 и ст. 222 ч. 1 УК РФ.

В приговоре суда сказано буквально следующее: «Магомадов, предположительно, мог убить пятерых военнослужащих». Почему не десятерых или, например, одного, объяснено не было.

На всех упомянутых процессах суд не интересовало, предлагалось ли по отношению к подсудимым применить акт об амнистии.

На дороге Грозный — Гудермес ранены два бойца ОМОН УВД РФ по ЧР. Это произошло на дороге, ведущей в Гудермес, когда омоновцы возвращались на свою базу, выполнив боевую задачу в Грозном.
                В руководстве ОМОНа сообщили, что два сотрудника получили тяжелые ранения и доставлены в госпиталь. Одного из них удалось «вытащить» практически с «того света», так как пуля прошла близко от сердца, и операция была исключительно тяжелой.

В результате инцидента на блокпосту погиб 22-летний житель Урус-Мартана.
                Трагический инцидент произошел в центре Урус-Мартана. Сотрудники блокпоста открыли огонь по машине, водитель которой якобы не отреагировал на требования остановиться.
                От полученных ран он скончался. Погибшим оказался 22-летний житель этого города Тимур Тасуев. Об этом «Интерфаксу» сообщили в местном отделе внутренних дел.
                При осмотре машины в ней не были обнаружены оружие или взрывчатые вещества. В ОВД утверждают, что бойцы ОМОН сделали предварительно предупредительные выстрелы в воздух, прежде чем стрелять по машине.

Сообщения СМИ

12 января

В с.Нагорное Грозненского (сельского) района российские военные сожгли четыре автомашины: два КамАЗа и два «Урала», приспособленные для перевозки нефти.

По имеющейся информации, одного из водителей, Руслана Баудиновича Сулибанова, 1980 г.р., они забрали с собой. Его товарищ Солтамурад Часыгов, 1975 г.р., ингуш по национальности, был расстрелян и сожжен вместе с автомашиной. Родственники вывезли останки этого человека в Республику Ингушетия и похоронили на кладбище с.Яндыри.

Очевидцы происшедшего утверждали, что убийство совершено сотрудниками 33-й бригады СОБРа, которые дислоцировались в с.Самашки Ачхой-Мартановского района и неоднократно совершали налеты на населенные пункты соседнего с ним Грозненского (сельского) района.

И действительно, вскоре на территории этой части (№ 3727) сотрудниками правоохранительных органов был найден труп Руслана Сулибанова. По факту его обнаружения (ст. 105 ч. 2 УК РФ) прокуратура Ачхой-Мартановского района 26 января возбудила уголовное дело № 27004.

В первой половине дня в г.Урус-Мартан перед зданием военкомата российские военные, подъехавшие на двух БТРах, открыли огонь из стрелкового оружия и убили восемнадцатилетнего Тепсаева, проживавшего в районе «Старой почты» на ул.Красноармейская.

Убийство совершено на глазах у многочисленных свидетелей. Они утверждают, что молодой человек, у которого не было с собой документов, увидев приближающиеся БТРы, попытался убежать. Выстрелы в него были произведены без соответствующего предупреждения.

Труп Тепсаева военные забрали с собой.

Около полудня в результате прямого попадания снаряда в дом погиб Бекхан Амамедов, одиннадцатилетний житель с.Керла-Юрт Грозненского (сельского) района.

Взрывом мальчика расчленило на части. Согласно сведениям, полученным от местных жителей, снаряд в населенном пункте упал во время боя, происшедшего между командированными в с.Побединское милиционерами и бойцами 33-й бригады СОБРа.

В Урус-Мартане впервые за последние годы пятничную молитву не возглавлял имам. Глава администрации Урус-Мартановского района Ширвани Ясаев заявил, что ему и муфтияту Чечни не удалось пока найти богослова, имеющего соответствующую подготовку и готового занять пост имама районной мечети.
                Он отметил, что наиболее известные представители духовенства покинули район и не хотят возвращаться, опасаясь за свою жизнь.
                Ш.Ясаев говорит, что вынужден пригласить на пост религиозного лидера Урус-Мартана человека из других районов. «Я думаю, что удастся найти в республике человека, готового в трудную минуту прийти на помощь верующим», — сказал он.
                Ш.Ясаев утверждает, что администрация, местные жители и правоохранительные органы сумеют на этот раз обеспечить безопасность нового имама и не допустить, чтобы он разделил участь убитых ранее двух имамов Урус-Мартановского района.

«На сегодняшний день у нас имеется десять уголовных дел, в ходе расследования которых проверяется законность действий тринадцати лиц высшего офицерского состава, которые проходят службу не только в министерстве обороны, но и в других силовых ведомствах», — заявил главный военный прокурор России Михаил Кислицын в интервью газете «Московский комсомолец».
                Он сообщил также, что с октября 2001 года в Чечне органами военной прокуратуры принято к производству свыше 700 уголовных дел о преступлениях военнослужащих. В то же время «это отнюдь не означает, что там творится беспредел — в группировке федеральных войск уровень преступности в два раз ниже, чем в среднем по всем поднадзорным войскам».
                Что касается преступлений, совершенных нашими солдатами в отношении местного населения, то они, по словам М.Кислицына, «имеют особую общественную значимость». Сейчас расследуется 37 подобных дел, еще 8 дел уже направлены для рассмотрения в суд. Среди них — уголовное дело полковника Юрия Буданова, обвиняемого в убийстве 18-летней чеченской девушки Эльзы Кунгаевой.

Около 20 часов в Гудермесе в результате взрыва неустановленного устройства погиб местный житель.
                Как сообщили в правоохранительных органах Чечни, взрыв произошел в одном из общественных туалетов Гудермеса. Прибывшим на место происшествия нарядом милиции был обнаружен обгоревший труп мужчины и документы на имя рабочего железнодорожной станции.

Прокуратура Чечни возбудила за последние три месяца 126 уголовных дел по фактам незаконных задержаний граждан.
             Как сообщил прокурор республики Всеволод Чернов, речь идет о сигналах о пропаже людей, которые поступают со стороны населения Чечни.
             По словам прокурора, как правило, исчезновение людей связано с их задержанием органами внутренних дел либо федеральными войсками в период осуществления различных операций по «зачистке» и поиску боевиков.
             В.Чернов признал также, что нередко органам прокуратуры приходится освобождать задержанных в случае, если не установлено достаточных оснований для содержания их под стражей.
             Касаясь состояния преступности в Чечне, В.Чернов сообщил, что за прошлый год в республике было зарегистрировано более четырех тысяч преступлений, причем более 50 процентов от этого числа — тяжкие и особо тяжкие преступления: бандитизм, убийства, разбои, грабежи и т.д.
             Прокурор отметил, что в 2000 году на территории Чечни было совершено примерно 400 убийств. 15% этих преступлений раскрыто.

Сообщения СМИ

13 января

В с.Катыр-Юрт Ачхой-Мартановского района при попытке задержания подорвал себя гранатой местный житель, Абдулла Джабраилов, 1964 г.р.

Погибший являлся участником первой русско-чеченской войны. Одной из причин того, что он взял в руки оружие, явилась смерть матери и двух братьев. В одном из сел России, где те находились на сезонных работах, их зарубили. Случилась эта трагедия в 1987 году, по национальности преступники были русскими.

Во вторую войну он остался дома, полагая, что в ее развязывании в немалой степени виноваты и сами чеченцы. И хотя за месяц до описываемых событий женился, особых иллюзий по поводу своей дальнейшей судьбы, видимо, не питал. В разговорах с односельчанами не раз подчеркивал, что лучше умрет, нежели окажется в руках сотрудников российских силовых структур.

В то утро, увидев входящих к нему во двор российских военных, Абдулла Джабраилов поначалу решил бежать. Однако за своим домом, что находится на окраине села, был блокирован. Тогда, сделав вид, что хочет сдаться, подпустил вплотную одного из военных и выхватил у него из рук автомат. Он застрелил его, затем ранил другого, а когда кончились патроны, снял чеку с заранее приготовленной гранаты и подорвал себя.

Около 17 часов российские военные захватили, а затем жестоко убили жителей с.Побединское Грозненского (сельского) района Беслана Сайгаевича Ибрагимова, 1972 г.р., Руслана Зайндиевича Юсупова и Валида Моилдиевича Хасанова, оба последних — 1975 г.р.

Все эти люди проживали по соседству на ул.Победы. В тот день на грузовике ГАЗ-53 («автолавка») они выехали в сторону Сунженского хребта по направлению к с.Самашки Ачхой-Мартановского района. Отец Валида Хасанова владел там кошарой, где хранились запасы корма для домашнего скота. Его-то они и собирались привезти.

В 4–5 километрах от соседнего с.Радужное их нагнали российские военные. Они были на двух БТРах (по другим данным, на одном БТРе и автомобиле «Урал»). Молодых людей высадили из автомобиля и после пыток и избиений убили.

Местные жители нашли их тела лишь утром 14 января. Осмотрев останки Руслана Юсупова, они установили, что ему были нанесены огнестрельные ранения в голову, живот и сердце. Пальцы рук у него оказались сломанными. На трупе Валида Хасанова отсутствовала часть черепа. А тело Беслана Ибрагимова было разорвано взрывом на части.

У всех убитых руки и ноги были скручены проволокой. Военные поместили трупы этих людей в автомобиль ГАЗ-53, который затем взорвали.

По неподтвержденной информации, в тот же день, возможно теми же самыми военными, совершены убийства и в с.Закан-Юрт Ачхой-Мартановского района.

14 января

В ночь на 14 января из д.9 по ул.Гвардейская в г.Урус-Мартан российскими военными были увезены проживавшие там постоянно братья Муслим Хасанович Барзукаев, 1970 г.р., Руслан Хасанович Барзукаев, 1972 г.р., их племянник Арби Лечаевич Цацаев, 1979 г.р., а также родственники: Асланбек Имранович Духаев, 1972 г.р., Беслан Имранович Духаев, 1974 г.р. Последние двое — жители с.Мартан-Чу Урус-Мартановского района.

По словам родственников, операция проведена сотрудниками военной комендатуры района. По крайней мере, так они представились. Ими же было обещано, что молодые люди будут освобождены, «если окажутся невиновными». Но в чем их подозревают и куда доставят, военные сообщать не стали. Они были без масок и вели себя не очень агрессивно, сказали даже, чтобы задержанные надели теплые вещи.

Все это, как полагали тогда родственники, давало им повод надеяться, что с ними обойдутся «по справедливости».

В ту же ночь военные конфисковали три автомобиля, принадлежавшие Барзукаевым: бензовоз ГАЗ-52, ВАЗ-2106 и ВАЗ-21099. Младший из братьев, Руслан, занимался продажей нефтепродуктов и изъятый бензовоз арендовал для этой цели. При задержании у него была отобрана и большая сумма денег, полученная от реализации бензина. На них он собирался приобрести новую партию горючего.

Автомобиль ВАЗ-2106 (год выпуска — 2000-й) принадлежал ему же. Он приобрел его в Ингушетии и до задержания ездил по доверенности, выданной бывшим хозяином, ингушом по национальности. На машине имелись номера с указанием «06» региона, означающим, что это транспортное средство стоит на учете в Республике Ингушетия.

Третья конфискованная военными автомашина — ВАЗ-21099 — принадлежала братьям Духаевым.

14 января в военной комендатуре района отказались признать факт задержания пятерых человек. Сотрудники этого учреждения, а позднее и ВОВД заявили в разговоре с их родными, что задержание произведено не ими, а кто это сделал, — неизвестно.

Тем не менее родственники впоследствии получили убедительные свидетельства того, что похищенных все же доставили в здание бывшего интерната, где в то время вместе с комендатурой находился ВОВД, а также УФСБ РФ в ЧР по Урус-Мартановскому району. Из рассказов тех, кто содержался там и позднее был освобожден, стало известно и то, что молодых людей подняли в камеры на третьем этаже. Там в это время находилось управление ФСБ.

Свидетели, которые рассказали об этом родственникам, при наличии гарантий безопасности готовы дать соответствующие показания и в прокуратуре, и в суде.

Из их рассказов следовало, что через две недели после задержания в сопровождении военных из 245-го мотострелкового полка МО РФ сотрудники ФСБ повезли Асланбека Духаева в горы. В течение этих двух недель он и его брат Беслан Духаев постоянно находились в здании комендатуры.

5 февраля в автомобиле УАЗ, выезжавшем со двора комендатуры, знакомые узнали обоих братьев Барзукаевых и Арби Цацаева. Последнего видели на третьем этаже здания бывшего интерната и до этого, примерно 20 января.

Кроме того, вскоре и сами российские военные подтвердили, что эти люди находятся у них, в комендатуре района. Произошло это через четыре дня после их задержания в с.Мартан-Чу.

Проводя в доме проживающих там Духаевых обыск, военные объяснили его необходимость тем, что задержаны их сыновья и что теперь нужно найти якобы принадлежавшее им оружие.

Оружие в Мартан-Чу найдено не было, а сам этот обыск стал грубейшим нарушением уголовно-процессуального законодательства РФ. К примеру, на его проведение не было постановления следователя. По крайней мере, оно никому не предъявлялось. Не были приглашены понятые, а по итогам обыска не составлялся протокол.

О задержании молодых людей и последующем их «исчезновении» были поставлены в известность руководители всех властных структур района, прокуратура ЧР. И не только.

6 марта того же года Тамара Барзукаева, мать Муслима и Руслана Барзукаевых (Арби Цацаев — ее внук), обратилась за помощью в Урус-Мартановское отделение специального представительства президента РФ по обеспечению прав и свобод человека и гражданина в ЧР (руководитель Владимир Каламанов). Но никаких мер по установлению местонахождения исчезнувших властями предприняты не были. Имея убедительные свидетельства того, что задержанные были водворены в здание бывшего интерната и содержались там на третьем этаже, родственникам пришлось смириться и просто ждать. В течение нескольких месяцев ничего нового о дальнейшей судьбе родных они так и не узнали.

В начале марта 2001 года ВОВД Урус-Мартановского района был укомплектован сотрудниками МВД Башкортостана. К ним-то по поводу задержания и исчезновения своих родственников и обратились Барзукаевы. Один из новых следователей временного отдела, узнав, что сохранился технический паспорт, посоветовал им подать в розыск конфискованный военными автомобиль ВАЗ-2106. Недели через две или три после того, как это было сделано, тот же следователь сообщил, что его обнаружили в Ингушетии. Хозяевам он предложил поехать туда, взять новую доверенность от прежнего владельца и забрать его домой.

Однако те не стали с этим спешить, все еще ожидая освобождения задержанных молодых людей.

В начале мая 2001 года сотрудникам ВОВД стало известно, что в феврале в горах южнее с.Мартан-Чу Урус-Мартановского района сотрудники правоохранительных органов Шатойского района обнаружили три трупа со следами насильственной смерти. Одежда и внешний вид убитых, судя по описанию, были схожи с данными, с указанием которых месяцем раньше, в марте, подали в розыск братьев Муслима и Руслана Барзукаевых, и их племянника Арби Цацаева. На месте обнаружения трупов были произведены съемки. Следователь ВОВД известил об этом родственников задержанных, после чего те немедленно выехали в Шатой.

По фотографиям трупы были опознаны. Действительно, они принадлежали трем указанным выше молодым людям. Было указано и точное место в горах, где их бросили. Однако, как выяснилось, останки Арби Цацаева, принятого за русского, сотрудники силовых структур Шатойского района отправили в морг г.Ростов-на-Дону. Трупы двух других были оставлены в горах.

14 мая туда на автомобиле «Урал» выехали более десяти жителей Урус-Мартана. Но в тот день трупы они не нашли. Люди вернулись домой лишь вечером, чтобы возобновить поиски уже с утра следующего дня. Однако и в этот день им ничего не суждено было найти. Обнаружение трупов стало возможным только после приезда сотрудника прокуратуры Шатойского района, лично повезшего людей в горы. Похороны найденных убитыми Муслима и Руслана Барзукаевых состоялись 19 мая.

Вскоре из ростовского морга привезли для захоронения и останки схваченного вместе с ними племянника. Из документов судебно-медицинской экспертизы стало известно, что он был убит приблизительно 10 февраля 2001 года. По словам людей, видевших труп, у него были отрезаны уши, нос, выколоты глаза, сломана грудная клетка. На спине имелись колотые раны. Голова была прострелена двумя выстрелами.

После похорон родственники убитых людей поехали в Ингушетию с тем, чтобы забрать принадлежащий им автомобиль ВАЗ-2106. От прежнего владельца им стало известно, что работниками МВД РИ еще в феврале он был изъят у российских военных, пытавшихся проехать в Северную Осетию. Но в мае из ЧР приехали работники ФСБ, которые снова его забрали. И после этого следы автомобиля затерялись окончательно.

Неизвестна и дальнейшая судьба Асланбека и Беслана Духаевых. Ни живыми, ни мертвым они не обнаружены. По факту их похищения (ст. 126 ч. 2 УК РФ) 24 ноября 2001 года прокуратура Урус-Мартановского района возбудила уголовное дело № 25153. В соответствии со ст. 195 п. 3 УПК РСФСР 21 января 2001 года оно было приостановлено.

По факту похищения (ст. 126 ч. 2 УК РФ) Муслима и Руслана Барзукаевых и Арби Цацаева 12 марта 2001 года прокуратурой Урус-Мартановского района возбуждено уголовное дело № 25232. К середине 2001 года оно было приостановлено согласно ст. 195 п. 3 УПК РСФСР «в случае неустановления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого».

Рано утром в с.Старые Атаги Грозненского (сельского) района началась операция по проверке паспортного режима продлившаяся три дня. Согласно сведениям из официальных источников, она явилась ответом на захват в этом селе американского гражданина, сотрудника голландского отделения международной организации «Врачи без границ» Кеннета Глака.

Однако ни в день его похищения (см. материал за 9 января), ни позднее российскими силовыми структурами никаких действенных мер по его розыску предпринято не было.

Блокпосты, которые находятся на всех окрестных дорогах на расстоянии не менее километра от Старых Атагов, не перекрывались. Движение транспорта осуществлялось в обычном режиме. В самом селе не проводились действия, которые хотя бы отдаленно можно было бы принять за розыскные мероприятия.

Через пять дней после случившегося, то есть утром 14 января, российские военные подразделения расположились в районе птицефабрики на западной окраине села. Разбив в поле палатки, они заблокировали трассу Грозный — Шатой. Артиллерия и танковые орудия были повернуты в сторону жилых домов. Одновременно с этим военные оцепили село и по р.Аргун: Старые Атаги оказались со всех сторон в кольце блокады.

На «Шатойской» трассе, проходящей вдоль села, военные останавливали машины, направлявшиеся в Старые Атаги и выезжавшие из него. Все водители и пассажиры, несмотря на наличие у них документов, были задержаны, а транспорт отогнан к птицефабрике. Позже некоторых людей и часть автомашин удалось выкупить. Те из задержанных, чьи родственники не успели или не смогли заплатить, были увезены в неизвестном направлении. Невыкупленные автомашины были сожжены.

Затем началась и сама «зачистка». Первым делом был разоружен местный отряд ополчения, созданный с разрешения районного коменданта, члены которого имели право на ношение оружия. Вслед за этим заблокировали помещение поселкового отделения милиции и отобрали у милиционеров средства радиосвязи. После завершения подготовительных мероприятий российские военные, рассредоточившись по улицам села, начали продвигаться к его центру, заходя в дома и проверяя документы у их обитателей. Принадлежащее им имущество подвергалось разграблению.

Из д.32 по ул.Калинина военные унесли телевизор. Их не остановило даже то, что за два дня до этого умер его хозяин, 67-летний Иса Умарович Курбанов, и похоронные мероприятия еще не были завершены. Дочерям усопшего — Рамисе, Тамиле, Луизе и Лайле — грабители сказали так: «Вашего отца жалко, но телевизор все же придется забрать. Он ему уже не нужен».

Из дома родственника бывшего и.о. президента ЧРИ Зелимхана Яндарбиева (его дяди) военные забрали компьютер.

На ул.Нагорная в д.134 у Хасмагомеда Вахаевича Эльжуркаева, инвалида, больного туберкулезом, в ходе обыска были обнаружены старые газеты, в одной из которых («Ичкерия») была помещена фотография президента ЧРИ Аслана Масхадова. Придравшись к этому, военные попытались задержать его. На недоуменные вопросы родственников командовавший офицер ответил: «Разберемся — отпустим!»

Хасмагомеда Эльжуркаева вывели на улицу, где к этому моменту уже собралась толпа. Родственники и соседи, в основном женщины, зная, чем может обернуться «разбирательство», требовали объяснить, в чем его конкретно обвиняют. Не получив внятного ответа, они вырвали задержанного из рук военных и окружили кольцом. На шум и крики прибежали еще несколько десятков женщин. «Живое кольцо» вокруг больного человека увеличилось.

Командовавший военными, как утверждают очевидцы происшествия, офицер в звании подполковника, вызвал по рации подкрепление из числа служащих 205-й российской мотострелковой бригады. К месту инцидента они прибыли на нескольких машинах. Подполковник скомандовал: «Взять его или пристрелить!» Снайпер на БТРе занял позицию и стал ловить в прицел отбитого у них человека. Стоявшие вокруг женщины заслонили его собой.

Военные попытались силой отбить Хасмагомеда Эльжуркаева, но натолкнулись на сопротивление. Итогом завязавшейся потасовки стало избиение женщин. Военные наносили им удары прикладами автоматов, руками и ногами. Схватив за волосы, они, например, ногой несколько раз ударили в живот двадцатитрехлетнюю Ларису Айбуеву. Многие получили ушибы и синяки. Против женщин было применено отравляющее вещество, возможно, слезоточивый газ, в баллончиках высотой около двадцати сантиметров. У многих начался сильный кашель, стали слезиться глаза. Находившаяся в толпе Луиза Сангариева (она проживает на ул.Шоссейная) потеряла сознание. Позже ее госпитализировали с диагнозом «химическое отравление тяжелой степени».

Когда и эти меры не дали желаемого результата, офицер приказал открыть огонь. Началась стрельба поверх голов — в воздух, по крышам и стенам близлежащих домов, очереди ударили и под ноги людей. Одна из женщин в истерике крикнула: «Что вы делаете, изверги?» — и вцепилась в автомат ближайшего от нее военного. Тот, не прекращая стрельбу, дернул оружие и при развороте ранил одного из своих товарищей. После этого офицер приказал стрелять по толпе на поражение.

На земле остались более десятка жителей Старых Атагов, а одна из них, Зулай (Дзура) Демильханова, от полученных ранений скончалась на месте. Был ранен и Хасмагомед Эльжуркаев. Когда он упал, офицер дал команду: «Все, отходим, с объектом покончено». Забрав своих пострадавших, военные тут же покинули место происшествия.

На ул.Нагорная в ходе вышеописанного инцидента получили огнестрельные ранения, отравления и ушибы:

1. Хасмагомед Вахаевич Эльжуркаев, 1966 г.р. (ул.Нагорная, 134), огнестрельное ранение правой стопы;

2. Асет Мохадиновна Эциева, 1947 г.р. (ул.Нагорная, 141), сквозное огнестрельное ранение левой голени и левого бедра;

3. Яхита Умаровна Талгаева, 1959 г.р. (ул.Подгорная, 80), сквозное огнестрельное ранение обеих бедер и правой голени, слепое огнестрельное ранение в области правого коленного сустава;

4. Минга Пикиева, 1948 г.р. (ул.Шоссейная, 50), слепое огнестрельное ранение средней трети левого бедра, ушиб правой голени;

5. Луиза Алиевна Сангариева, 1964 г.р. (ул.Шоссейная, 48), химическое отравление тяжелой степени;

6. Сужан Сайдселимовна Демильханова, 1940 г.р. (ул.Нагорная, 163), сквозное огнестрельное ранение живота без повреждения внутренних органов;

7. Таус Султановна Абубакарова, 1957 г.р. (ул.Подгорная, 52), касательное огнестрельное ранение правого бедра;

8. Зулай (Дзура) Баудиновна Демильханова, 1949 г.р. (ул.Нагорная, 138), множественные огнестрельные ранения нижних конечностей, огнестрельный перелом обеих бедер и голени, геморрагический шок четвертой степени. Умерла на месте;

9. Луиза Якубова, военные разбили ей прикладом лицо.

Всего в Старых Атагах пострадали четырнадцать человек, кроме Хасмагомеда Эльжуркаева, все они — женщины.

В ходе «зачистки» в селе были задержаны:

1–2. Зелимхан Аптиевич Яндарбиев, 1979 г.р., и его мать Тамара Яндарбиева.

Находясь в гостях у сестры Тамары Яндарбиевой в с.Чечен-Аул, они услышали о блокировании Старых Атагов и поехали к себе домой. Но были задержаны и доставлены на территорию птицефабрики. Мать с сыном считают, что военным не понравилась их фамилия.

3. Салман Зелимханович Хамзатов, 1935 г.р., инвалид 2-й группы, бывший работник МВД (его показания о задержании приводятся ниже);

4. Зайнди Хамзатов, 1964 г.р.;

5. Мовлди Хамзатов, 1969 г.р.;

6. Хасан Айгумов, 1969 г.р.

В Старых Атагах Хасан Айгумов гостил у своей сестры. Он прописан в Ростовской области, но при себе имел документ о временной регистрации. Военные увели его без каких-либо объяснений, не потребовав даже паспорт.

7. Лема Алаудинович Юшаев, 1970 г.р.

Соседи утверждают, что Лему Юшаева военные увели из дома, подбросив туда патрон.

8. Идрис Мамаев, 1968 г.р.;

9. Рамзан Магомедович Мусаев, 1961 г.р.

Рамзану Мусаеву удалось откупиться. Военнослужащим он заплатил одну тысячу рублей.

10. Рамзан Салтаматов;

11. Хусейн Салтаматов.

Рамзан и Хусейн Салтаматовы имеют в паспортах грозненскую городскую прописку. В Старых Атагах они проживали в качестве бе­женцев.

12. Сайпуди Такаев, 1963 г.р.;

13. Муса Асламбеков;

14. Салях Усманов.

Муса Асламбеков и Салях Усманов были задержаны на дороге, когда возвращались домой из Ставрополя.

15. Сайд-Ахмед Мусхатов, 1951 г.р.;

16. Идрис Лемавич Барзаев, 1980 г.р.;

17. Хамзат Хасаров, 1975 г.р.;

18. Ахмед Заурбеков, 1973 г.р., уроженец с.Курчалой, вырос и жил в Старых Атагах у своей матери.

Хамзат Хасаров и Ахмед Заурбеков были задержаны на перекидном мосту между Новыми и Старыми Атагами в первый день «зачистки». Впоследствии они исчезли.

Всех захваченных атагинцев отвезли к птицефабрике. Туда были отогнаны и машины, отобранные у владельцев в населенном пункте.

Там же содержались люди из других сел, остановленные на трассе Грозный—Шатой и их автотранспорт.

О своем задержании рассказывает инвалид труда, 66-летний Салман Зелимханович Хамзатов:

«14 января 2001 года к воротам нашего дома на БТРе с замазанными опознавательными знаками подъехала группа военнослужащих под руководством подполковника, который отказался представиться. Они заскочили в комнату моих племянников и, угрожая оружием, вывели их во двор. Услышав шум, я вышел посмотреть, что случилось. Пьяные солдаты в масках, ничего не объясняя и не предъявляя никаких обвинений, погрузили в бронетранспортер меня, двоих племянников, еще одного родственника и повезли в сторону здания птицефермы на окраине села. Оттуда нас доставили к палаткам, разбитым неподалеку, и предназначенным, как оказалось, для пыток задержанных. Нас с завязанными глазами завели в палатку, заставили снять головные уборы, заложить руки за головы и лечь лицом вниз на мерзлую землю и в таком положении продержали более трех часов, после чего увезли в Шали.

Там в отделе уголовного розыска ВОВД меня избили, несмотря на мой возраст и слабое здоровье, потом стали спрашивать, что я знаю об убийстве женщин и стрельбе в Старых Атагах. Я не имел никакого понятия об этом, так как мы были задержаны еще до происшедшего инцидента на улице Нагорной. Вечером, примерно в 19.40, меня отпустили, а утром 15 января был выпущен мой племянник Зайнди под слово, что сдаст оружие.

Доехав вместе до Новых Атагов, мы решили по пешеходному мосту через речку Аргун пройти в родное село. На другом конце моста стоял тот же БТР, с тем же экипажем под руководством того же подполковника, который нас вчера забирал из дома. Лично он повторно отобрал у нас документы и, не слушая наших объяснений, затолкал обоих в БТР и в полдень опять привез на птицеферму. Нас заперли в холодную будку — вагончик. Примерно в 16.20 меня отпустили, а племянника Зайнди опять повезли в Шали, где свели с майором, который его ранее допрашивал, и, недолго продержав, вновь отпустили

Как потом выяснилось, женщин на улице Нагорной расстреляли солдаты именно с указанного бронетранспортера и лично по команде того самого подполковника. Это могут подтвердить Масуд и Зура Апаевы и их соседи, возле дома которых происходила стрельба.

А чтобы вызволить двух своих племянников, я на занятые у соседей деньги 16 января купил в районе Шалинской комендатуры два автомата и сдал их в ВОВД».

Все три дня «зачистки» более тысячи человек из местных жителей митинговали у комендатуры села, а женщины, в основном родственницы задержанных, — у птицефабрики. Они требовали остановить произвол и освободить заложников, вернуть транспортные средства их владельцам. В акции, устроенной у птицефабрики, участвовали также женщины из сел Новые Атаги, Белгатой, Шали, Чишки, Чечен-Аул и др.

Митингующим в итоге удалось добиться освобождения семи жителей Старых Атагов: Идриса Барзаева, который был сильно избит, Рамзана и Хусейна Салтаматовых, Сайпуди Такаева, Лемы Юшаева, Зелимхана и Тамары Яндарбиевых.

Часть задержанных атагинцев на вертолете увезли в неизвестном направлении. Других на автобусе отвезли в Шалинскую комендатуру.

Из Старых Атагов военные забрали тринадцать легковых и грузовых автомобилей. Два из них хозяевам удалось выкупить. Один, грузовой, в разобранном виде на буксире хозяева оттащили к дому, остальные же были сожжены. Уничтожены также автомобили жителей соседних сел, задержанных на трассе.

О готовящейся специальной операции не знали ни комендант села, ни местная администрация. В ходе «зачистки» военные не подпускали их к себе.

Ниже приводятся диктофонные записи показаний жителей с.Старые Атаги, сделанные в день «зачистки». (В целях безопасности фамилии и имена интервьюируемых не называются.)

Первый мужчина:

«Федералы хотели забрать Хасмагомеда Эльжуркаева. Формальная причина его задержания состояла в том, что в его доме нашли какие-то старые газеты, и больше ничего. Тот, кто пришел сначала, позвал на помощь подполковника, чтобы забрать Хасмагомеда. Подъехал подполковник. Мы говорили ему, что газета — не основание для его ареста, мы, как ребенка, уговаривали его. Но он твердо сказал: «Нет». А солдатам велел: «Если не сможете забрать, расстреляйте его на месте». А ведь этот парень — инвалид, его даже из армии комиссовали. Когда подполковнику предъявили его военный билет, он положил его к себе в карман и приказал забрать парня.

Окружившие этого парня женщины объясняли, что он туберкулезник и никогда не держал в руках оружие. Женщины заслоняли Хасмагомеда и пытались объяснить военным, что они забирают его без причины. Подполковник стал кричать: «Мужчина, выходи, что ты за женщинами прячешься». Потом он отдал приказ стрелять. Автоматные очереди раздались в тот же миг, стали стрелять в стену рядом с женщинами. Потом прозвучал приказ: «Стрелять вниз». Ранило людей. Даже своих двоих солдат ранили рикошетом. У одного солдата из рук выпал автомат, и он упал на землю. Раненые женщины падали на него и рядом с ним.

Командир и те, кто пришли с ним, сразу же схватились за газовые баллончики, которые у каждого из них были с собой, и стали прямо в лицо ими брызгать женщинам.

Потом, когда увидели, что женщины истекают кровью, что их одежда, руки и лица в крови, военные взяли своих солдат и собрались уходить. Откуда-то раздался приказ: «Покинуть место». Женщины стали кричать им вслед: «Вы с женщинами воюете, за что же вы женщин убиваете?» А они в ответ: «Это ваши стреляли». Скорее всего, они так и передадут в средства массовой информации, что напали боевики и расстреляли мирное население».

Второй мужчина, представившийся как инвалид Советской Армии:

«Я сказал: „Товарищ подполковник, как вы можете говорить ему, если ты мужчина — выходи! Это человек, получивший туберкулезное заболевание в рядах Советской Армии. Он же больной! Вы приехали сюда воевать с инвалидами, женщинами и детьми, вместо того чтобы наводить порядок…“»

Первая женщина:

«Военные избили женщину, Ларису Айбуеву. Дергали ее за волосы и пинали ногами в живот. Таскали ее за волосы по земле. Это было ужасно: шла стрельба, крики, газ».

Второй мужчина:

«Мы мирные жители, мы не террористы и не боевики. Нас тут уничто­жают».

Вторая женщина:

«Если во время зачистки у нас в доме нет золота или денег, так они настолько обнаглели, что срывают его прямо с женщин. Даже конфеты, которые мы покупаем для детей, забирают, не говоря о телевизорах и другом имуществе. У всех людей забрали кассеты, у всех».

Третий мужчина:

«Я, как и все здесь присутствующие, очевидец. «Федералы», они ищут зацепки и находят их, потому что они сами их и создают. Например, на днях в речку бросили (гранату или что-то другое, но взрывное) и до сих пор ее не нашли. Прислали бы кого-то из комендатуры, чтобы навести порядок, но они говорят: «Это не мы бросили». Это не единичный случай, они подкидывают что-то постоянно.

Эльжуркаева хотели забрать только потому, что в его доме нашли газету «Ичкерия». Неизвестно, как эта газета попала к нему, да и сам Эльжуркаев безграмотный человек. Я сказал этому подполковнику: «Товарищ подполковник, вместо того чтобы его увозить, вы бы лучше позаботились бы о нем, он же доживает свою болезненную жизнь».

Когда же мы будем жить нормальной жизнью, когда же мы будем мирно созидать?..»

Первая женщина:

«Я никогда до этого дня не видела эти баллончики, они обрызгивали ими женщин и детей. Баллончики были где-то 20 сантиметров. После этого состояние людей было очень плохое, их тошнило, у них появилась рвота, головокружение, стали слезиться глаза. Я только сейчас могу открыть глаза. Когда они меня обрызгали, я не могла видеть даже этот флакон».

Третья женщина:

«Во время «зачистки» они (т.е. военнослужащие) вошли в дом. В люльке был ребенок. Солдат подошел и спросил: «Кто? Мальчик или девочка?» Мать растерялась, но сказала, что девочка. Солдат и говорит: «Благодари Бога, что она девочка». Не знаю, что и делать, теперь они и к малышам придираются. Через каждые десять дней проводят «зачистку» и уносят все имущество. Помимо этого, забирают молодых людей. Почему молчит мировая общественность? Вы видите этих женщин? Видите, с кем они воюют?

Зачем они проводят эти «зачистки»? Ребят, которых они забирают, приходится выкупать за крупные суммы, за доллары. Причем выкупаем уже калек. Сегодня тоже забрали ни в чем не повинных ребят. До сих пор не отпускают Сайд-Хусейна Бачаева, увезенного из села два-три месяца назад. В тот день не было «зачистки». Его взяли, когда он шел по дороге. Военные вообще творят беспредел. С утра, когда люди еще спят, БТРы, набитые солдатами, въезжают в село. А потом наставляют оружие на людей, не исключая и детей, и забирают тех, кого хотят. Факт налицо: ранены женщины. Они сейчас лежат в больнице».

ПЦ «Мемориал» получил копию обращения жителей с.Старые Атаги, которое было принято ими на митинге. В тексте, который подвергнут нами лишь минимальной правке, в частности говорится:

«Шестнадцатый месяц под предлогом проведения «контртеррористической операции» российские войска безжалостно уничтожают чеченский народ, прошедший круги ада войны 1994–1996 гг., избравший демократическим путем своего президента и парламент, признанные потом легитимными всем мировым сообществом, в том числе и Российской Федерацией. Разрушается основа его существования, святыни, в пыль стерты десятки сел, город Грозный, десятки тысяч человек убиты и эти убийства продолжаются ежедневно.

Проводится осознанная политика вытеснения чеченцев с родной земли, под видом «зачисток» и проверок паспортного режима грабят населенные пункты, задерживают невинных людей, которых родственникам приходится выкупать.

Все эти прелести карательно-полицейского режима в полной мере испытывают мирные жители с.Старые Атаги, 57 из которых убиты российскими войсками в результате бомбежек, артобстрелов, бессудных расстрелов, издевательств и пыток.

14 января 2001 г. подразделения российских войск под командованием полковника Дегтярева (так он представился) осуществляли очередной (седьмой) грабеж — «зачистку» села, в ходе которого повально обыскивались дома, забиралась приглянувшаяся аудио-, видеоаппаратура.

На улице Нагорная российские военные, придравшись к тому, что в доме № 147 были обнаружены старые номера газеты «Ичкерия», собрались задержать и увезти с собой больного туберкулезом Эльжуркаева Хас-Магомеда Вахаевича.

Прекрасно зная, что подобные задержания завершаются смертью или инвалидностью наших молодых людей, за него вступились женщины. Подъехавший к месту инцидента офицер с погонами подполковника, дал приказ применить слезоточивый газ, а после — открыть огонь на поражение. Солдаты открыли огонь по женщинам, большинство из которых годились им не только в матери, но и в бабушки. Раненая Демильханова Зулай, 1949 г.р., умерла в больнице. Состояние Эциевой Асет Мохадиновны, 1947 г.р., Талгаевой Яхиты Умаровны, 1959 г.р., Пикиевой Минги, 1948 г.р., Сангариевой Луизы, 1964 г.р., Абубакаровой Таус Султановны, 1950 г.р., и Демильхановой Сужан Сайдселимовны, 1940 г.р., пока остается тяжелым.

После этой трагедии российским офицером было заявлено, что подобное отношение к чеченцам будет продолжаться и никто военных не остановит.

Ворвавшись в дом Хамзатовых по ул.Шоссейной военные забрали, не предъявив документов, не представившись (это никогда ими не делается), инвалида, 65-летнего Хамзатова Салмана, двух его племянников и гостившего у них родственника, которые никогда ни в чем предосудительном замечены не были.

Из дома Зубайраевых по ул.Нагорная (глава семьи Салавди был убит в ночь на 17 сентября 2000 г. с четырьмя другими атагинцами) вывезено все мало-мальски ценное. После мифических террористов и боевиков самую большую опасность для российских военнослужащих представляют, по всей видимости, новые телевизоры, видеомагнитофоны, компьютеры, которые «арестовывают» и увозят. У населения создается впечатление, что подразделениям российских войск, чей срок службы в Чечне заканчивается, командованием предоставляется возможность получить часть вознаграждения за счет нашего имущества.

Не стоит говорить, что с «борцами с террором» не было ни представителей прокуратуры, ни администрации, а ополченцев они просто разоружили и грозились задержать.

Сводный отряд милиции из Санкт-Петербурга, дислоцирующийся в селе, судя по всему, имеет еще меньше прав, чем чеченцы и, наверное, поэтому «зачищающие» подразделения не разрешают им находиться рядом с собой и даже позволяют себе угрозы в их адрес.

После разрушения Грозного и Комсомольского, пыток в Чернокозово, Ханкале, в «зинданах» всевозможных спецназов, дела полковника Ю.Буданова, убийства студентов в декабре 2000 г. в Грозном, мы далеки от наивных представлений, что «президент В.Путин или А.Кадыров ничего не знают», что российские законы, Конституция, органы правопорядка не работают, что армия действует самостоятельно, а не по указке руководства России.

Но, продолжая, может быть, и наивно, верить в справедливость, мы требуем, чтобы преступление, совершенное 14 января в нашем селе и другие убийства наших односельчан были расследованы, а виновные понесли наказание».

Под этим обращением подписались более 600 человек. В нем же приводится и список атагинцев, погибших или убитых с начала военных действий в Чечне. На тот период в нем значились следующие люди:

1. Межидов Олег Семенович (имя, отчество дали в детдоме), 1934 г.р.;

2. Межидова Мовлат Львовна, 1936 г.р.;

3. Межидов Беслан Олегович, 1969 г.р.;

4. Межидова Амина Олеговна, 1973 г.р.;

5. Межидова Света Олеговна, 1985 г.р.

Все они погибли в результате танкового обстрела в с.Знаменском 5 октября 1999 года, похоронены там же.

6. Нахаев Иса Усамович, 60 лет, убит при ракетной атаке 21 октября 1999 года на центральном рынке г.Грозный;

7. Эльбуздукаев Шамиль, 20 лет, убит при ракетной атаке 21 октября 1999 года на центральном рынке г.Грозный;

8. Эзерханова Лиза, убита 21 октября 1999 года на центральном рынке г.Грозный;

9. Чанкаева Тамара, 65 лет, убита 27 октября 1999 года в результате ракетного обстрела в районе магазина «Луч» в Октябрьском районе г.Грозный. На ее похоронах в с.Старые Атаги 28 октября 1999 года два российских штурмовика атаковали кладбище, в результате чего был убит 1 человек, а 5 — ранено. Кроме того, сожжен автобус, повреждены 6 частных автомашин;

10. Мовтаева, убита в г.Грозный в январе 2000 года, перезахоронена в Старых Атагах в начале июня того же года;

11. Хадисова Малкан Кюриевна, 12 лет, 27 октября 1999 года погибла в результате авиообстрела в Октябрьском районе г.Грозный;

12. Шахгириев Хусейн Шамаевич, 26 лет, 30 октября 1999 года убит ракетным ударом с самолета, когда ехал с дровами домой;

13. Юсупов Дашалу, 66–67 лет, умер 31 октября 1999 года от раны (оторвало руку), полученной в результате обстрела колонны беженцев у с.Шаами-Юрт 29 октября 1999 года;

14. Джабраилова Яха, 55 лет, убита ракетой с самолета 3 ноября 1999 г. на автобусной остановке на окраине села у трассы Грозный—Шатой;

15. Цамаева, 25 лет, убита ракетой с самолета 3 ноября 1999 года на окраине села, когда набирала воду из канала;

16. Мударова Айна, 42 года, умерла (8 ноября 1999 г.) от ран, полученных 21 октября 1999 года на центральном рынке г.Грозный;

17. Шапиева Халипат, 60 лет, умерла от ран, полученных 29 октября 1999 года в результате обстрела ракетами колонны беженцев у с.Шаами-Юрт;

18. Жабаев Иса, 39 лет, умер 15 ноября 1999 года в результате избиений и издевательств дагестанских милиционеров, которые задержали его в конце октября при перевозке своих вещей на грузовике;

19. Эльмурзаев Саид-Магомед, 22 года, убит ракетой с самолета 29 ноября 1999 года на окраине с.Старые Атаги;

20. Осмаев Ширвани, 64 года, убит 3 декабря 1999 года во время артобстрела с.Старые Атаги;

21. Ибрагимов Хамзат, 62 года, убит 3 декабря 1999 года во время артобстрела с.Старые Атаги;

22. Яхъяев Саид-Хасан, убит в результате атаки с воздуха 5 декабря 1999 года, когда на тракторе перевозил сено в соседнее с.Чири-Юрт. Был женат, имел 2 детей;

23. Осмаева Разет, 60 лет, умерла 10 декабря 1999 года от ран, полученных 3 декабря 1999 года во время артобстрела с.Старые Атаги;

24. Мунаев Саид-Эмин Хасанович, 49 лет, убит 11 декабря 1999 года близ с.Алхазурово, когда вез на машине покойника из Ингушетии, машина была беспричинно расстреляна солдатами. Имел 3 детей и 2 внуков;

25. Хаджиева Лайла, убита 26 января 2000 года со своей дочерью в ходе обстрела пос.Калинина (г.Грозный). Похоронены были во дворе своего дома, а затем 10 февраля 2000 года перезахоронены в Старых Атагах;

26. Хаджиева Луиза, убита вместе с матерью в пос.Калинина (г.Грозный);

27. Апкаров Билал Вахаевич, 15 лет, погиб 31 января 2000 года от взрыва мины, найденной после «зачистки» с.Старые Атаги. При этом были ранены еще двое детей;

28. Насуров Мовла, 35 лет, убит вместе с братом в своем дворе в г.Грозный (пос.Калинина) 27 января 2000 года. Были похоронены во дворе. В феврале 2000 года их перезахоронили в Старых Атагах. Имел 2 детей и жену;

29. Насуров Мовлди, 38 лет, убит вместе с братом в своем дворе в г.Грозный (пос.Калинина) 27 января 2000 года. Остались жена и двое детей;

30. Садыков Шамсуддин Султанович, 43 года, замучен российскими военными в г.Грозный, похоронен в своем дворе;

31. Тамаев Асрудди, 26 лет, убит на окраине Старых Атагов. Его раздавленная танком машина найдена 3 декабря 1999 года, труп же обнаружен в канале только 9 апреля. Похоронен в Старых Атагах 28 апреля 2000 года. Женился только весной 1999 года;

32. Сальмурзаев Салман Альвиевич, отец 2 детей, болел туберкулезом, увезен на БТРе российскими военными 15 января 2000 года. Труп найден 2 мая 2000 года на окраине села в полузасыпанной траншее. С ним обнаружен еще один труп, кому он принадлежит — не установлено;

33. Салаев Адам Балавдиевич, 45 лет, подорвался на мине 30 мая 2000 года у пешеходного моста через р.Аргун;

34. Ойбуев Султан, 63–65 лет, умер от разрыва сердца, когда бежал к месту задержания своей снохи российскими военными на окраине села 3 июня 2000 года;

35. Гиреев Саид-Хусейн;

36. Гиреев Саид-Эмин, брат Саид-Хусейна;

37. Гиреев Арби, его двоюродный брат;

38. Сугаипов Муса Мюсиевич, 50 лет.

Эти люди были беспричинно задержаны российскими спецназовцами и увезены ночью 27 января 2000 года. Их страшно изувеченные тела со следами многочисленных пыток найдены 14 июня 2000 года недалеко от с.Старые Атаги.

39. Даудов Хасан Сулейменович, душевно больной, 24 года, убит 21 июля 2000 года сотрудниками МВД РФ, дислоцирующимися в конторе госхоза «Атагинский»;

40. Идигов Эмедди, 45–47 лет, схвачен солдатами, когда удил рыбу на канале на окраине села 25 июля 2000 года. Найден убитым (забит до смерти) 28 июля 2000 года. Отец семерых детей.

41. Садыков Умар Мовсарович, 20 лет, умер от отравления ОВ нервно-паралитического действия 30 июля 2000 года. Был женат, имел ребенка;

42. Хазгириева Хадижат, 21 год, умерла от отравления ОВ нервно-паралитического действия 1 августа 2000 года, остался сын 3 лет;

43. Хазгириев Сайдаш Мовсарович, 19 лет, умер от отравления ОВ нервно-паралитического действия 7 августа 2000 года;

44. Дадулагов Ислам, 17 лет, убит 11 августа 2000 года у своего дома в результате неспровоцированного обстрела из автомашин, в которых находились, предположительно, военнослужащие российской 205-й бригады. Одновременно ранен (5 пулевых ранений) его двоюродный брат Джамалдинов Саид-Хасан, 17 лет;

45–50. Кунтаев Имран Вахаевич задержан 20 декабря 1999 года с двумя родственниками по дороге в с.Гойты. Вместе с ним были задержаны Садаев Адам Султанович и Абдурзаков Аднан Алиевич, его родственники. Все они найдены убитыми 13 сентября 2000 года. Рядом с их захоронением в лесополосе обнаружен увезенный из староатагинской больницы 7 сентября 2000 года раненый житель с.Побединское (15-го молсовхоза) Исаев Эдилбек Джабраилович, 1967 г.р. У последнего был снят скальп, сломана правая рука, имелось большое отверстие на левой стороне груди и отсутствовало сердце.

В тот же день близ усадьбы совхоза «Степняк» найдены два трупа молодых людей, убитых выстрелами в голову. Документов у них не было.

51. Абубакаров Муса, 70 лет, убит группой неизвестных около 2 часов ночи 17 сентября 2000 года. Под видом ареста его вывели из дома и расстреляли в ста метрах от него;

52. Демильханов Абубакар Гиланиевич, 1981 г.р., убит в собственном доме группой неизвестных около 2 часов ночи 17 сентября 2000 года;

53. Зубайраев Салавди, 1934 г.р., около 2 часов ночи 17 сентября 2000 года его вывели из дома под видом ареста и застрелили;

54. Эльмурзаев Ваха, 70 лет, выведен из дома во втором часу ночи 17 сентября 2000 года и застрелен во дворе Демильхановых;

55. Эльмурзаев Иса Вахаевич, 30 лет, убит во втором часу ночи 17 сентября 2000 года в собственном доме.

Во всех пяти вышеперечисленных случаях действовали неизвестные в форме российских военнослужащих, разговаривали только по-русски, были в масках.

56. Чикуев Магомед, 1956 г.р., около 3 часов ночи 18 сентября 2000 года убит группой неизвестных в собственном доме. Преступники были одеты в камуфляжную форму, их лица закрывали маски и говорили по-русски без акцента;

57. Бильбаев Умар Эдильбекович, командир сельского ополчения, убит 27 декабря 2000 года недалеко от своего дома неизвестными, прибывшими на белой «шестерке» (ВАЗ-2106). Имел жену и двоих детей;

58. Сапарбиев Рустам Нажаевич, 25 лет, беспричинно убит военными 30 декабря 2000 года в пос.Катаяма (г.Грозный) вместе со своим троюродным братом. Их трупы имели множественные пулевые (пистолет) и ножевые ранения. Оба похоронены в Старых Атагах 1 января 2001 года;

59. Исраилова Малкан Увайсовна, 1965 г.р., 3 января 2001 года убита в г.Грозный в своем доме из огнестрельного оружия при невыясненных до конца обстоятельствах;

60. Татаев Рамзан Далхадович, 1956 г.р., 7 января 2001 года убит ракетой с вертолета близ Ханкалы, куда подвозил на своих «Жигулях» 3 смоленских омоновцев. Они тоже погибли. У убитого остались жена и дочь;

61. Демильханова Зулай, 1949 г.р., убита 14 января 2001 года подразделением российских войск, проводивших в селе «зачистку».

Под списком, датированным от 15 января 2001 года, стоят подписи председателя схода граждан (так официально сами атагинцы назвали свой митинг) Вахи Гадаева и его секретаря Аббаса Осмаева. Он был заверен печатью сельской администрации.

В с.Новые Атаги Шалинского района возле станции технического обслуживания российские военные задержали Бекхана Шахабовича Баргаева, 1979 (1981) г.р., Саид-Магомеда Абазовича Дебизова, 1967 г.р., и Изнаура Усмановича Сербиева, 1967 г.р.

По другим данным, на этом месте был захвачен еще один человек, однофамилец и скорее всего родственник Изнаура Сербиева. Его имя нам неизвестно, однако, утверждается, что ему было около 50 лет.

Военные увезли этих людей в неизвестном направлении. В дальнейшем родственники обращались в различные официальные инстанции, но никаких сведений о месте, где они могли бы содержаться, и о сути предъявляемых им обвинений получить не смогли.

20 января по факту похищения Бекхана Баргаева и Саид-Магомеда Дебизова прокуратура Шалинского района возбудила уголовное дело № 23031 (по другим данным, уголовное дело № 23034) по ст. 126 ч. 2 УК РФ («похищение человека»).

Неизвестно, возбуждалось ли дело по факту задержания и последующего «исчезновения» Изнаура Сербиева. По состоянию на июнь 2004 года его местонахождение, как и местонахождение двух других задержанных вместе с ним людей, оставалось невыясненным. Все они бесследно исчезли.

Около 11 часов в двадцати метрах от блокпоста на въезде в с.Старая Сунжа Грозненского (сельского) района перед рынком автозапчастей произошла перестрелка между российскими военными, прибывшими к этому месту на двух автомобилях УАЗ, и неизвестными.

Четыре человека, находившиеся в «Жигулях» шестой модели (регистрационный номер: 320 95/rus), погибли. По неподтвержденной информации, они являются уроженцами г.Урус-Мартан. Жертвы имеются и среди военных: один из них погиб на месте, а другой скончался на вторые сутки после перестрелки.

Трупы убитых людей военные забрали с собой. Чинивший крышу своего дома Анзор Рамзанович Ахмадов, 1984 г.р., во время перестрелки был тяжело ранен. Сейчас он находится в реанимационном отделении городской больницы № 9 г.Грозный.

В Грозном в результате обстрела получили ранение трое сотрудников милиции, сообщили в центральной военной комендатуре города.
                Неизвестные на ул.Дьякова (Ленинский район) из автомашины ВАЗ-2106 открыли огонь по сотрудникам уголовного розыска ВОВД.
                Сразу же после обстрела в Грозном был введен план «Сирена» и машина объявлена в розыск. «Жигули» обнаружили на выезде из города (в сторону с.Старая Сунжа. — ПЦ «Мемориал») и попытались остановить на одном из блокпостов.
                Находившиеся в автомобиле люди открыли огонь. Военнослужащие вступили в бой. В результате перестрелки четверо местных жителей, находившихся в машине, были убиты, отметили в военной комендатуре.
                В автомобиле были обнаружены пулемет, несколько автоматов, гранатометы, огнемет «Шмель», 400 граммов тротила, 400 патронов, а также комплект госномеров на автомобиль.
                Военные не исключают, что столкнулись с так называемой передвижной огневой точкой боевиков.

Сообщение СМИ

После 11 часов у завода «Электроприбор» в Старопромысловском районе г.Грозный неизвестные подорвали автомобиль «Урал». Погибли двое российских военных. В результате взрыва потерявший управление автомобиль совершил столкновение с проезжавшими по дороге «Жигулями». Находившиеся в его салоне люди — мужчина и женщина с ребенком — пострадали, но остались живы.

15 января

В с.Старые Атаги вместе с вооруженной охраной прибыла группа сотрудников гражданской администрации, прокуратуры, ВОВД и комендатуры Грозненского (сельского) района. В их числе, в частности, были исполняющий обязанности военного коменданта Николай Васильев и прокурор района Константин Кубаев. Приехал туда и заместитель прокурора ЧР Черняев.

Блокировавшие населенный пункт российские милиционеры, прикомандированные к отделу внутренних дел соседнего Шалинского района, поначалу отказались их пропустить. Для того чтобы попасть туда и осмотреть место гибели Зулай (Дзуры) Демильхановой, прибывшим должностным лицам пришлось обратиться к командованию 205­й отдельной мотострелковой бригады, базирующейся южнее Старых Атагов. На БТРе этой части они и въехали в село.

В это время перед зданием поселкового отделения милиции (в Чечне ПОМы часто называют комендатурами) продолжался начатый днем ранее многолюдный митинг. Собравшиеся жители говорили о фактах противоправных действий российских военнослужащих: о грабежах во время «проверок паспортного режима», о насилии над гражданским населением, о пытках и избиениях задержанных, их убийствах.

Должностные лица выступили перед участниками митинга. Они, в частности, попросили, чтобы по каждому факту совершенного правонарушения люди подали письменные заявления. Со своей же стороны обещали поставить в известность о случившемся командующего ОГВ (с) РФ в Чечне В.Баранова, главу администрации ЧР А.Кадырова и возбудить уголовные дела после проверки обоснованности предъявленных жителями претензий. Но при этом не преминули подчеркнуть, что дела, по которым в качестве обвиняемых проходят военные, все равно заберут в военную прокуратуру и там приостановят в производстве. Впрочем, и сам приезд этих чиновников никоим образом не сказался на ситуации, сложившейся в этом селе. «Зачистка» там не прекращалась ни в этот, ни на следующий день.

Сотрудник ПЦ «Мемориал» записал большинство выступлений. Мы приводим выдержки некоторых из них без упоминания имен и фамилий.

Ведущий:

«Вчера в нашем селе случилось большое горе, об этом уже доложили главе администрации и правительству. От имени села готовится обращение, мы больше не можем так жить. Мы пытаемся сделать все, чтобы такого не случалось. Но есть и другая сила. Зачем нужно было красть этого иностранца, а его украли из нашего села.

Приказ стрелять по женщинам дал человек, должность которого — командир полка. Он будет наказан, мы будем делать все, чтобы он ответил за свой поступок. Чтобы наказать его и рассказать о том, что случилось на самом деле, мы пригласили сюда коменданта района. Он говорит, что это случилось без его ведома и что он доложит о случившемся Баранову (командующему российскими войсками в Чечне). Их фамилии мы записали. Насчет тех 4 ребят, которых забрали у Хамзатовых: одного из них уже отпустили, троих обещали отпустить после проверки. Еще с села были увезены 2–3 человека. Двоих мы привели, оставшихся тоже постараемся привезти. То, что можем, мы сделаем. Если у вас срок на удостоверениях просрочен, его надо продлить, чтобы не придирались.

Передаю слово коменданту и заместителю префекта».

Мовлди (фамилию не назвал), заместитель главы администрации Грозненского (сельского) района:

«Приношу свои соболезнования семье убитой, а также желаю скорейшего выздоровления пострадавшим. Префект сегодня отсутствует, так как выехал в Знаменское на встречу с представителем по правам человека (скорее всего, речь идет о приехавшем в то время в Чечню лорде Фрэнке Джадде, председателе политического комитета ПАСЕ. — ПЦ «Мемориал»). О случившемся он осведомлен. В комендатуре, в прокуратуре и в префектуре не знали о том, что здесь случилось. На последнем совещании было обговорено, что при проведении любой «зачистки» или задержании нас, комендатуру, временный райотдел, прокуратуру, будут ставить в известность. Нас не поставили в известность, мы выехали с утра, по дороге стоит Шалинский райотдел и задерживает комендатуру Грозненского района (возможно, он имеет в виду отказ сотрудников ВОВД Шалинского района пропустить приехавших на митинг представителей органов власти Грозненского (сельского) района. — ПЦ «Мемориал»). Вот такие вещи здесь происходят.

Все данные записаны, виновный будет наказан. Как нам известно, солдатам 3 раза давали команду «стрелять», он потом еще раз сказал: «Давай», и только потом солдаты стали стрелять. Следственно-оперативная группа будет заниматься этим делом.

На совещании также было обговорено, что во время «зачистки» будут присутствовать представитель комендатуры, представитель временного райотдела, курирующий эту местность. Есть ополченцы, в их присутствии должно было все это делаться».

Николай Георгиевич Васильев, и. о. военного коменданта Грозненского (сельского) района:

«Я временно исполняю обязанности коменданта. Очень прискорбно то, что произошло. Я считаю, что это беззаконие. Мы переговорили с вашими уважаемыми людьми, главой администрации. Мы вместе поедем к Кадырову, Баранову и Бабичеву, переговорим с ними. Без ведома комендатуры, без ведома временного отдела, который находится на этой территории, силовые мероприятия не должны проводиться. Вот этот беспредел идет немножко сверху. Я, как узнал, сразу выехал сюда. Здесь сложная ситуация, войска опять начинают чудить. Мы добьемся того, чтобы в нашем районе был порядок».

Голос из толпы:

«Федералы во время «зачистки» мародерничают».

Николай Васильев, и.о. военного коменданта района:

«Давайте так: по всем фактам мародерства и насилия пишите заявления, будем рассматривать. Все это будет передано Кадырову, Бабичеву, Баранову».

Еще один голос из толпы:

«Я хотел бы задать вопрос и сделать некоторые уточнения. Мы хотим, чтобы здесь присутствовали наши и зарубежные журналисты, а также представители ОБСЕ, потому что мы никому не верим и знаем, что в ваших руках ничего нет. И если вы сверху видите несправедливость, то должны присоединиться к нам и вместе с нами потребовать ответа за незаконные действия. И любое проводимое мероприятие должно быть на правовой основе. А здесь ее нет, вот стоит прокурор и все прекрасно знает. Вы вот говорите нарушения: пошлите нарушителю повестку, если он не явится, возьмите два БТРа с пулеметами, автоматами, минометами и конкретные меры принимайте по отношению к нарушителю. А то, что происходит — беспорядок. Я был на месте выстрела неподалеку, 3 бронетехники, беспорядочная стрельба, вверх — вниз. Мы сейчас стоим здесь, и нас, наверное, специально отвлекают, а мы не знаем, что там творится. Сейчас необходимо вывести всех солдат из села и поставить все на правовую основу. Вы сможете это потребовать.

Сегодня на рассвете я подошел к руководителю этого мероприятия и говорю: «Там трупы, это беспредел, назначьте наших ополченцев, чтобы его прекратить». Он отвечает: «Такой команды у нас не было». Они ранили своих солдат, а в СМИ говорится, что на них напали террористы.

Я — пенсионер, учитель. Воруют, грабят, убивают. Надевают на головы мешок и уводят, хорошо, если найдем. Вчера была передача „Зеркало“, там рассказывали об убитых 13 литовских гражданах и еще одного в Грузии. Здесь убивают тысячами, и никто не отвечает. Где прокурор, правовая основа?»

Сотрудник прокуратуры ЧР (не представился):

«Уважаемые жители, здесь был задан правильный вопрос: Какова правовая основа мероприятий, проводимых в селах. Здесь несколько раз звучало слово «зачистка». Я, как правовед, юрист, не приемлю его, в законодательстве его нет. Есть «проверка паспортного режима», говорить слово «зачистка» здесь было бы неправильно, зря оно получило такое распространение. Оно ассоциируется с чем-то плохим.

Здесь был вопрос о фактах противоправных действий военнослужащих, хищения предметов, причинения телесных повреждений. Мы приехали разбираться, и мы всем сказали, чтобы о таких фактах не молчали, что ко всем нарушителям будут приниматься конкретные меры. Здесь сейчас находится следственная группа по поводу проверки случившегося вчера убийства женщины, возбуждено уголовное дело, будут проводиться следственные действия.

Пока мы здесь стоим, мы не знаем, что у нас происходит, т.е. что делают солдаты, которые пошли в сторону села, я пойду туда».

Голос из толпы, обращаясь к и.о. коменданта района, сотрудникам прокуратуры и администрации:

«Хорошо, что вы приехали. Первое, документы, которые вы готовите, осядут в кабинетах, не будут приняты никакие меры. Наверное, вы будете бегать, но далеко это не пойдет. Во-вторых, здесь стоит комендатура, но на кой черт она здесь стоит, если во время проверок ничего ни делает, только жрут и пьют. Комендатура, если она стоит в селе, должна знать обо всем в селе. Все, кто чем занимается и чем дышит. Спецоперации должны проводиться совместно. Комендатура должна знать, к кому и куда идти.

В-третьих, пока мы здесь стоим, я видел своими глазами, когда шел сюда, БТРы остановились у магазина, «затарили» два ящика водки и пива. Можем номера этих БТРов назвать. Оскорбляют женщин, а это высшее оскорбление для нашего народа. Начали уже стрелять в женщин. Если вы хотите навести конституционный порядок, закон — очистите лицо милиционера. Я сам бывший милиционер. И никогда не было такого, чтобы милиционер заскакивал в дом и как сорока налетал на все светящееся…»

ПЦ «Мемориал» закончил работу над докладом, в котором приводятся факты насилия над жителями с.Алхан-Кала Грозненского (сельского) района. Он подготовлен на основе записанных в декабре 2000 года — начале января 2001 года рассказов проживающих там людей, в том числе и родственников погибших.

Приводим краткие выдержки из этого доклада:

«Алхан-Калу по названию близлежащей железнодорожной станции иногда еще называют Ермоловкой. Его население составляло около 20–25 тысяч человек.

Село это приобрело мрачную известность в связи с именем его уроженца полевого командира Арби Бараева.

Он стал известен в Чечне в 1997–1999 годах и как один из основных похитителей людей и работорговцев, и как один из лидеров т.н. ваххабитских отрядов. В Чечне ходят упорные слухи о его связях с ФСБ. В российской прессе неоднократно появлялись статьи об этом и о том, что в последний год он беспрепятственно проживал в Алхан-Кале, свободно проезжая через федеральные блокпосты. В настоящее время подконтрольные ему отряды действуют на территории города Грозного, Грозненского (сельского) и Урус-Мартановского районов.

С зимы 2000 года Алхан-Кала контролируется федеральными войсками, которые регулярно проводят там «зачистки». Между тем в эти «мирные» месяцы там погибли уже 38 человек.

Так, 20 ноября 2000 года на сайте «Кавказ — Центр» появилось сообщение о том, что «моджахедами Арби Бараева уничтожены четыре национал-предателя». На следующий день стало известно, что из четырех находившихся в одном помещении человек при теракте были ранены двое, один из которых — фотокорреспондент агентства «Ассошиэйтед пресс» Адам Тепсуркаев — истек кровью и умер из-за невозможности своевременно оказать медицинскую помощь. Сообщение об «уничтожении национал-предателей» с сайта исчезло, вместо него появилось другое: «министерство шариатской госбезопасности (МШГБ — аналог МВД) ЧРИ ведет расследование убийства, и уже выяснена причастность к нему людей Беслана Гантемирова».

В ночь с 10 на 11 декабря 2000 года, между 24 и 2 часами в с.Алхан-Кала ­были убиты Зура Хадиковна Калиева, 1965 г.р., и ее муж Руслан Уцаев, 1962 г.р. Они были расстреляны через окно двумя очередями из автоматического оружия.

В сообщениях информационных агентств от 11 декабря со ссылкой на администрацию ЧР ошибочно утверждалось, что Зура Калиева была главой администрации с.Алхан-Кала. На самом деле последние десять лет она работала там в должности управляющего делами…

Жители связывают убийство семьи Зуры Калиевой с именем Арби Бараева. Журналистское расследование деятельности полевого командира вел также брат убитой Рустам Калиев.

15 декабря в Алхан-Кале были убиты еще четыре жителя.

Все это происходит несмотря на «проверки паспортного режима», чуть ли не еженедельно проводимые в селе внутренними войсками МВД РФ. Последняя «зачистка» прошла за 3–4 дня до убийства Зуры Калиевой. Жители села жалуются на поборы и неизбирательные задержания, преимущественно молодых людей с последующим вымоганием выкупа. Так, в начале ноября был задержан 12-летний Аслан с улицы Мира, 13-летний Исмаил с улицы Кирова и 70-летний Истанбул Курбанов. Избитых подростков и старика, впрочем, освободили на следующий день.

Когда 15 декабря 2000 года Алхан-Калу вновь блокировали внутренние войска, объявив об очередной «проверке паспортного режима», жители фактически сорвали ее, начав акцию протеста. Они вышли навстречу войскам, вынесли тела убитых и потребовали, во-первых, прекратить «зачистки», превратившиеся в средство обогащения сотрудников МВД, а во-вторых, обеспечить безопасность от бандитов. На здание администрации вывесили лозунг «Долой ваххабизм». Войска блокировали село еще несколько дней, но операция была фактически сорвана. Это была одна из наиболее заметных акций ненасильственного протеста в Чечне во второй половине 2000 года.

Жители Алхан-Калы, как и многих других сел, устали от насилия и желают наведения порядка. Но до сих пор они, по сути, брошены на произвол вооруженных бандитов, представляющих обе стороны вооруженного конфликта.

Даже в тех случаях, когда военнослужащие федеральных сил или представители федеральных структур пытаются защитить местных жителей от насилия своих «коллег», им это не всегда удается».

В 15 часов в Старопромысловском районе г.Грозный на блокпосту у ремонтно-механического завода российские военные высадили из маршрутного микроавтобуса двух молодых мужчин и девушку.

Поводом к задержанию последней, в частности, стало то, что справка формы № 1, которая удостоверяла ее личность, была просрочена на три дня. Возмущенные пассажиры микроавтобуса попытались не допустить увода этих людей. Однако военные заявили, что отпустят всех после обычной проверки в комендатуре.

Молодых людей посадили в машину, надели на головы мешки и отвезли в комендатуру Заводского района. Но внутрь здания заводить не стали, отвели в развалины разрушенного дома, где избили ногами и прикладами автоматов. Подверглась избиениям и девушка.

После этого их снова посадили в машину и держали в ней в течение нескольких часов. Как только стемнело, военные приказали девушке уходить не оглядываясь. Когда она прошла несколько сот метров, сзади послышались два одиночных выстрела. Она предполагает, что военные застрелили задержанных вместе с нею мужчин. Их имена и место жительства ей неизвестны.

Избитая, вся в синяках и кровоподтеках, около двух часов ночи девушка постучалась в незнакомый дом рядом с автобусной остановкой «Грознефтяная».

(Рассказ записан со слов потерпевшей. Ее имя и адрес не называются в целях безопасности.)

В 17 часов сотрудники правоохранительных органов Республики Ингушетия задержали в г.Карабулак вынужденного переселенца из Чечни Ислама Руслановича Осмаева, 1980 г.р. Согласно рассказу матери, ее сын ни в чем не виноват и все, что случилось с ним — провокация, устроенная с целью получения выкупа.

Той же ночью к родителям молодого человека, проживающим в палаточном городке «Барт», приехали сотрудники городского отдела внутренних дел. Они-то и сообщили о задержании сына. Один из милиционеров (не сообщая своей фамилии и должности, он назвался Батыром) заявил, что у него обнаружены наркотики и за освобождение потребовал 1000 долларов США.

Родители были доставлены в ОВД г.Карабулак, где им показали избитого и сидевшего в наручниках сына. Они успели переговорить с ним. По его словам, когда возвращался из бани, пассажиры стоявшей на обочине дороги автомашины, попросили купить для них два пакетика анаши. Ему назвали адрес дома, даже показали, где тот находится, и передали 100 рублей. При этом в качестве вознаграждения предложили 10 рублей.

Когда Ислам Осмаев вернулся назад, автомашины там уже не оказалось. Люди, что послали его за наркотиком, подъехали туда спустя две или три минуты. На этот раз на них была милицейская форма. Надев наручники, они доставили молодого человека в городской отдел милиции.

Одна из главных проблем, которой занимается в Чечне спецпредставитель президента РФ по правам человека в Чеченской Республике Владимир Каламанов, — поиск пропавших без вести.
                Как сообщил В.Каламанов на встрече в с.Знаменское с делегацией Парламентской ассамблеи Совета Европы (ПАСЕ), сегодня без вести пропавшими числятся в Чечне 462 человека.
                Как отметил В.Каламанов, «мы единственные, кто имеет полную информацию на этот счет, поскольку получаем данные от всех министерств и ведомств».
                В.Каламанов напомнил, что глава МВД РФ Владимир Рушайло 4 ноября 2000 года подписал приказ о создании специальной группы следователей, которая за два месяца работы в Чечне возбудила 360 розыскных и уголовных дел. 46 без вести пропавших найдены, сказал В.Каламанов.
                Он высказал мнение, что число заявлений о без вести пропавших на территории Чечни может достигнуть тысячи, потому что пока, по его словам, имеются данные из шести районов Чечни и на очереди получение информации из более чем 10 районов.
                Кроме того, как сообщил В.Каламанов, за 2000 год было выпущено из тюрем на территории Чечни (непонятно, о каких тюрьмах идет речь, ведь официально на территории Чечни тюрем нет, кроме СИЗО в Чернокозово. — ПЦ «Мемориал») свыше 1200 человек, 300 — по амнистии, а остальные — поскольку против них не были выдвинуты обвинения.
                Каждому из выпущенных задавался вопрос, применялись ли к нему пытки. «Ни одного такого заявления мы не получили», — подчеркнул он.
                Вместе с тем спецпредставитель президента высказал мнение, что через три-четыре месяца такие заявления появятся, «когда люди перестанут бояться».

Сообщение СМИ

16 января

В с.Побединское Грозненского (сельского) района сотрудники комендантской роты задержали военных, предположительно, из 245-го мотострелкового полка МО РФ. Оправдывая свои действия борьбой с незаконной добычей и переработкой нефти, они врывались в домовладения местных жителей и проводили там несанкционированные обыски. Не обошлось и без грабежей.

Задержанных доставили в комендатуру района в с.Девлитгирин-Юрт (Толстой-Юрт). Однако на следующий день их оттуда отпустили. В ту же ночь освобожденные военные, как полагают местные жители, вернулись в Побединское и при помощи подкрепления, прибывшего с места дислокации 245-го полка, обстреляли расположение сводного отряда МВД РФ. Один из сотрудников милиции при этом был убит.

По непроверенным данным, из села нападавшие увезли трех человек, которых затем убили, а их трупы сожгли.

18 и 19 января у здания администрации Грозненского (сельского) района собрались возмущенные жители этого села и соседних с ним населенных пунктов: Нагорного, Радужного и Долинского. Они потребовали от властей оградить их от произвола российских военных, в течение предыдущих пяти-шести дней казнивших бессудно уже несколько человек.

Делегация Парламентской ассамблеи Совета Европы (ПАСЕ) во главе с руководителем ее политического комитета лордом Фрэнком Джаддом посетила в г.Грозный представительство ПЦ «Мемориал». Офис этой организации располагается в квартире на первом этаже сохранившегося пятиэтажного дома на ул.Маяковского. Ее сотрудники, а среди них есть квалифицированные юристы, ведут прием граждан, помогают пострадавшим оформлять жалобы в официальные инстанции, составляют исковые заявления и направляют запросы в государственные органы.

Здесь же, но в других комнатах разместились и работники специального представителя президента РФ по обеспечению прав и свобод человека и гражданина в Чеченской Республике. Аренду всех этих помещений оплачивает из своих средств ПЦ «Мемориал».

Делегацию ПАСЕ сопровождали официальные лица. В их числе были спецпредставитель президента РФ по обеспечению прав и свобод человека и гражданина в ЧР В.Каламанов, военный комендант республики генерал-лейтенант И.Бабичев, заместитель председателя комитета Государственной Думы РФ по международным делам Л.Слуцкий.

На встрече правозащитники сообщили о многочисленных фактах грубого нарушения прав человека и норм гуманитарного права в Чечне, которые совершаются обеими противоборствующими сторонами. Они рассказали о постоянных обстрелах населенных пунктов, ведущих к гибели людей, немотивированных и неизбирательных захватах мирных жителей представителями федеральных сил (часто с целью получения выкупа), случаях исчезновения задержанных, пытках и жестоком обращении с ними. Кроме того, поставили в известность о существовании секретных нелегальных мест содержания задержанных в районах дислокации воинских частей, о грабежах и насилии, сопровождающих «зачистки» населенных пунктов.

Членам делегации ПАСЕ дал показания житель Грозного, незаконно задержанный представителями российских силовых структур в сентябре 2000 года. Он в подробностях поведал, как его держали в вырытой в земле яме и подвергали пытке током. К сожалению, выслушать жалобы всех присутствовавших на этой встрече родственников исчезнувших людей европейские гости не смогли, так как сопровождающие их официальные лица заявили, что «на это уже нет времени».

По окончании встречи В.Каламанов заявил сотрудникам ПЦ «Мемориал», что, несмотря на существенное различие в оценках ситуации в Чечне, он с уважением относится к работе этой организации.

Впрочем, в тот же день информационное агентство ИТАР–ТАСС (16.01.2001 в 16.00) передало сообщение, что специальный представитель президента РФ по обеспечению прав и свобод человека и гражданина в ЧР назвал произошедшее «недостойным спектаклем, подготовленным на слухах и непроверенных фактах».

На Театральной площади г.Грозный состоялся митинг местных жителей с требованиями к руководству РФ прекратить насилие в Чечне и незамедлительно сесть за стол переговоров с легитимными представителями республики в лице ее президента и парламента, избранных в 1997 году.

Митингующие прошли к офису ПЦ «Мемориал», где находилась делегация Парламентской ассамблеи Совета Европы (ПАСЕ) во главе с лордом Фрэнком Джаддом. Однако европейские парламентарии не пожелали с ними встретиться.

В сопровождении официальных лиц на вертолете они вылетели на российскую военную базу в Ханкале.

На восточной окраине г.Урус-Мартан, недалеко от районной больницы, на фугасе, заложенном на обочине дороги, подорвался БТР. Российские военные не пострадали, тем не менее они открыли беспорядочную стрельбу из стрелкового оружия по близлежащим домам. Среди гражданского населения также не было жертв.

Через некоторое время к поврежденному БТРу подъехала большая группа военных. Они оцепили прилегающую местность и осмотрели ее на наличие взрывных устройств. Вскоре на дороге саперы обнаружили еще один фугас. Он был ликвидирован путем подрыва.

В аппарате С.Ястржембского отметили, что с момента начала т.н. контртеррористической операции в Чечне органами военной прокуратуры принято к производству 947 уголовных дел, из которых 857 — о преступлениях, совершенных военнослужащими, в том числе о незаконном сбыте оружия, о хищении оружия и боеприпасов, об утрате военного имущества, о нарушении правил обращения с оружием и вождения боевых машин.
                Как отметили в аппарате, большое количество дел возбуждено об уклонении военнослужащих от военной службы, которые возбуждаются по всем фактам исчезновения военнослужащих.
                «По 210 уголовным делам предварительное следствие завершено и они переданы для рассмотрения в суд. Среди них дела об убийстве, причинении смерти по неосторожности, а также дела по вышеперечисленным деяниям», отметили в аппарате.
                По данным аппарата, всего привлечено к уголовной ответственности с направлением дел в суд 211 военнослужащих, из которых 16 офицеров, 12 прапорщиков, 153 военнослужащих по призыву, 30 солдат и сержантов по контракту.
                В настоящее время в производстве органов военной прокуратуры находится 162 уголовных дела, из которых 118 о преступлениях, совершенных военнослужащими, отметили в аппарате.

Глава находящейся в Чечне делегации Парламентской ассамблеи Совета Европы лорд Джадд выразил «обеспокоенность в связи с фактами незаконных действий военнослужащих федеральных сил по отношению к гражданскому населению Чечни».
                Как заявил он в интервью журналистам в Ханкале после встречи с командующим ОГВ (с) на Северном Кавказе Валерием Барановым, члены делегации в ходе двухдневной поездки в Чечню получили много информации от населения о поборах на блокпостах, вымогательстве, запугивании местного населения представителями федеральных сил.
                Вместе с тем он отметил прогресс по некоторым позициям в Чечне, который имеет место с момента его предыдущих поездок в регион.
                «По мнению Совета Европы, даже в трудных условиях войны есть ценности, гуманитарные принципы, которые должны уважаться», — подчеркнул он.
                До встречи в Ханкале делегация ПАСЕ провела встречу в Грозном с представителями общества «Мемориал», которые говорили о незаконных действиях военнослужащих по отношению к мирному населению, в частности, во время так называемых «зачисток». Лорд Джадд попросил представить ему эти материалы в письменном виде для анализа и возможного использования в готовящемся им докладе.

Сообщение СМИ

17 января

Около полудня в результате внезапной адресной специальной операции российские военные увезли из с.Алхан-Кала Грозненского (сельского) района Ису Баудиновича Лорсанова, 24 лет, и Супьяна Махаева, 25–27 лет. В тот же день в этом населенном пункте были захвачены еще три человека: Руслан Айдамиров, Халид и Шахид Аздиевы. Последний из них, по утверждениям односельчан, слепой.

Некоторых задержанных, в частности Руслана Айдамирова, потом отпустили. Но в таком состоянии, что его сразу же отправили в лечебницу за пределами Чечни. По словам Малики Умажевой, ставшей впоследствии главой сельской администрации и убитой сотрудниками российских силовых структур, он «кусками кровь харкал».

Судьба Исы Лорсанова оказалась более трагичной. Через два дня после задержания военные устроили обыск в его доме. Свидетелями этого были родственники и соседи. Однако на их настойчивые требования рассказать, где содержится и какие ему предъявлены обвинения, властные структуры района и республики не среагировали. Более месяца он считался «пропавшим без вести».

25 февраля сотрудники МЧС ЧР привезли в Октябрьский РОВД г.Грозный три трупа, найденные в дачном поселке «Здоровье» недалеко от военной базы в Ханкале. В одном из них жена и опознала этого человека.

По факту задержания Исы Лорсанова 19 февраля 2001 года было возбуждено уголовное дело № 19013 по ст. 127 УК РФ («незаконное лишение свободы»), которое расследовалось органами прокуратуры ЧР.

Свидетельствует Луиза, жена Исы Лорсанова (сотрудник ПЦ «Мемориал» записал ее показания в начале марта 2001 года):

«…Ису забрали в 12 часов дня. Мы были дома. Он сидел на диване, читал газету. Солдаты пришли на нашу улицу. Заскочила соседка с криком: «Русские».

Иса вышел во двор. Они увидели его и забрали. Он не оказывал никакого сопротивления. Они приходили специально за ним. Мы поняли это потому, что сначала они пришли в дом его отца на соседнюю улицу, а потом к нам. Спросили фамилию, имя. Вошли в дом. В доме ничего не нашли. Ему (И.Лорсанову) сказали: «Оденься нормально». Дали одеться и увезли.

На улице их ждали «Волга» и белые «Жигули». Они (военные) были на гражданских машинах, хотя и в масках. Они ехали на машине, а его заставили вдоль улицы идти пешком. Кружились вертолеты, на дороге стояли БТРы.

С этого дня мы искали его. Они ничего не сказали, ни причину задержания, ни откуда они.

19 числа, через день после задержания, к обеду «федералы» в масках приехали опять. Та же «Волга», те же «Жигули», тот же БТР. Где-то должен быть записан его номер, домашние записали. Оцепили дом, зашли через огороды.

У нас есть во дворе заваленный досками старый погреб. Нашли его, все раскидали, проверили. Потом вошли в дом, все перерыли, сделали обыск. Вывели меня во двор, спрашивают: «Что это?»

— Погреб (а это был погреб с окнами).

— Где оружие отсюда?

— Нет, не было, — говорю им.

— Где склад с оружием?

Потом начали запугивать:

— Мы тебя заберем! Сколько у тебя детей? Могла бы еще жить!

Дотащили меня до калитки, говоря, что забирают.

— Нам сказали, что здесь было оружие. Мы знаем, говори!

— Да не знаю. Кто сказал, тот пусть и говорит. Не было, нет.

Уходя, один сказал:

— Ты будешь вдовой.

А я крикнула ему: «Не буду!»

— Будешь, ты будешь вдовой.

В доме было два колеса для машины, свекру сосед дал продать. Унесли с собой и их. Мы подали заявления в районную, республиканскую прокуратуру, но ответа не было. 23 февраля выступила журналистка по телевизору, а 24-го показали яму, из которой достали три трупа. Я сама не видела, но мне сказали. Наш глава администрации, мой свекор, ничего мне не говоря, поехали с утра туда. У моей соседки Ровзан 8 месяцев назад забрали деверя, она тоже ищет. К обеду зашла она и сказала, что нашли ямы с трупами наших парней, и спросила, поеду ли я. Я пошла спросить у свекра, но его не было дома. Тогда я поехала с ней.

Мы приехали в Ханкалу, но там нам сказали, что ничего не знают. Мы поехали в сторону Аргуна. Там район, оцепленный большим количеством российских солдат, в дачном поселке. Они нас долго не пропускали. Мы ходили вокруг. Потом увидели наших парней, милиционеров, выходящих оттуда. Они сказали, что три трупа вывезли в Октябрьское РОВД. А здесь есть еще четыре. Узнать можно только по одежде. Они дали нам описание их одежды.

И мы поехали в Октябрьское РОВД. Он (И.Лорсанов) был среди них. По лицу его узнать было невозможно. Я узнала его только по нижней одежде. И по шраму на лице, который шел возле правого глаза.

Куртку, штаны и обувь с него сняли и надели военную форму. Когда его забирали, на нем была черная куртка, плащовка, темно-серые штаны из плащовки, темно-коричневые туфли. Их, видимо, с него сразу сняли, потому что под носками были портянки. Видимо он был босым, потому что ноги были в грязи. Портянки были из какой-то байковой ткани. Штаны были ватные, военные.

Глаз не было. Видимо, жгли током. Волосы поседели, стояли дыбом. У него черные волосы были, седые лишь на висках. А теперь — все седые.

Руки сожженные, кисти рук сожженные. Кровоточащие раны на руках. На спине в районе почек следы от электротока. Голова с левой стороны разбита, у уха кровь.

Ножевых и пулевых ранений нет. Тело само чистое. Язык запал. Может, они в рот его током били?.. Лицо темно-коричневое. Глаз нет, большие темные пятна вокруг глаз. Мне показалось, что это от сильного удара током. Губа прокушена.

На нижней губе след от четырех зубов, он, видимо, терпел.

На второй день после возвращения его тела мы подали заявление в прокуратуру Грозненского района. Прокурор оттуда приезжал, взял у меня показания. Потом пришел еще раз, забрал военную форму, в которую он (И.Лорсанов) был одет. Сказал, что разберется, кто и что сделал».

На рынке г.Шали убиты двое российских военных и один тяжело ранен.

Они собирались купить золотые изделия и разговаривали с продавцом, когда сзади подошли два молодых человека и застрелили их из пистолета. Неизвестные подобрали сумки и оружие, принадлежавшие военным, и только потом, не спеша, покинули территорию рынка.

В г.Грозный задержан Баудин Тутаевич Ахмаев, 1979 г.р., уроженец Урус-Мартана, проживавший в этом городе по адресу: ул.Советская, 22. Известно, что в течение нескольких дней он содержался в ВОВД Ленинского района, затем, по слухам, был переведен в СИЗО Чернокозово в Наурском районе Чечни.

Его мать, Нура Дакуева, обратилась с заявлением в ПЦ «Мемориал». В нем она пишет, что 24 января к ней домой пришли сотрудники неизвестной силовой структуры. Не объясняя мотивов своего визита, не представляясь и не предъявляя каких-либо документов, они провели в комнатах и во дворе обыск. Затем, не найдя нигде ничего, что запрещено законами РФ к хранению, полезли на чердак дома. Младшая из дочерей этой женщины, девятилетняя Лариса, увидела, как «силовики» положили туда какой-то сверток. Девочка сообщила об этом своей старшей сестре Элизе. Та полезла на чердак, но прибывшие на обыск вооруженные люди столкнули ее с лестницы.

Элиза Ахмаева была беременна. Падение на землю вызвало у нее преждевременные роды.

Во время обыска в доме находилась еще одна дочь Нуры Дакуевой, 28-летняя Луиза. Но и ей не удалось проконтролировать сотрудников силовых структур. Они держали девушку рядом с собой, не давая никуда отойти и утверждая, что она наркоманка.

Прибывшие на обыск пригласили соседей, видимо, в качестве понятых. Завели во двор и Баудина Ахмаева, которого, как выяснилось, все это время держали в машине. В их присутствии с чердака был снят сверток с какими-то боеприпасами. Сотрудники силовых структур спросили у задержанного человека, кому они принадлежат. Как пишет в своем заявлении Нура Дакуева, ее сын заявил, что и сверток, и все, что внутри него, видит впервые. После этого его снова посадили в машину и увезли в неизвестном направлении.

В последующем он был осужден на значительный срок заключения. Однако ПЦ «Мемориал» неизвестно, где происходил судебный процесс и были ли на нем соблюдены в полной форме права Баудина Тутаевича Ахмаева.

Российские военные, следовавшие на бронетехнике по трассе Аргун—Шали, задержали и увезли в неизвестном направлении Хизри Зубайраевича Баматгириева, 1923 г.р., жителя с.Мескер-Юрт.

Старик работал сторожем в торговом центре «Меркурий» у трассы недалеко от его родного села. На глазах у десятков свидетелей военные схватили его на рабочем месте, посадили в БТР и увезли в неизвестном направлении.

В поисках Хизри Баматгириева его родственники обратились с заявлениями в администрацию А.Кадырова, в прокуратуру ЧР, а также органы власти Шалинского района.

Дальнейшая его судьба ПЦ «Мемориал» неизвестна.

В прошлом году пограничники Северо-Кавказского регионального управления ФПС РФ на чеченском участке границы России с Грузией убили более 50 участников вооруженных формирований ЧРИ, освободили из чеченского плена девять граждан России. Об этом сообщил на пресс-конференции в Москве начальник управления генерал-полковник Евгений Болховитин.
                На вооружении группировки «Граница» минометы, зенитные установки, гранатометы. Пограничники «действуют как самостоятельно, так и в составе Объединенной группировки федеральных войск на Северном Кавказе», сказал Е.Болховитин.
                Вместе с тем начальник Управления сообщил, что в боестолкновениях с боевиками в прошлом году погибли четверо пограничников.

Сообщение СМИ

18 января

Прокуратура Ножай-Юртовского района возбудила уголовное дело № 34004 по факту похищения (ст. 126 ч. 2 УК РФ) жителей с.Замай-Юрт Весмирта Аловича и Висаита Аловича Эскиевых, соответственно 1957 и 1955 г.р.

Первый из братьев был женат, имел детей. Они были увезены из своего дома около 11 утра 26 декабря 2000 года сотрудниками силовых структур РФ, прибывшими на легковых автомобилях и бронемашинах с замазанными грязью номерами. Удалось разглядеть лишь окончание номера «Нивы». По словам очевидцев, на нем был указан 05 регион, т.е. автомобиль был зарегистрирован в Республике Дагестан.

Ворвавшиеся в дом «силовики» в масках жестоко избивали братьев на глазах у других членов семьи, не объясняя мотивов своих действий.

Родственники в тот же день обратились в военную комендатуру района. Его сотрудники заявили, что ничего не знают о похищении Эскиевых. Однако сказали, что ранее якобы поступала информация об их участии в боевых действиях против федеральных сил и о наличии у них оружия.

Все это опровергается показаниями родственников и односельчан. Согласно их рассказам, Висаит Эскиев был дорожным мастером. Весмирт Эскиев действительно какое-то время работал в службе национальной безопасности (СНБ) довоенной Чечни, но он был инвалидом второй группы и уже поэтому не мог принимать какого-либо деятельного участия в вооруженных формированиях.

В поисках этих людей родные и близкие посетили различные районные и республиканские инстанции. Писали письма и обращения в подразделения военной прокуратуры (в/ч 20102 и в/ч 20116). Однако на начало 2004 года местонахождение похищенных им установить не удалось.

Единственным результатом предпринятых родственниками усилий стало возбуждение указанного выше уголовного дела. Но в соответствии со ст. 195 п. 3 УПК РСФСР 18 марта 2001 года его приостановили.

В анкете, заполненной 10 февраля 2004 года женой Весмирта Эскиева, Зулай Тобузовной Умаевой, приводятся приметы похищенных братьев. По описанию этой женщины, ее муж был высокого роста, наполовину седой. Носил обувь 42-го размера. Был одет в футболку серого цвета и черный свитер, в бежевые брюки и черные носки. Висаит Эскиев, как и старший брат, также был высокого роста, волосы имел с проседью, нос горбинкой. Носил обувь 42-го размера. При похищении на нем были бордовый свитер и серая вельветовая куртка. На ногах у обоих были резиновые галоши.

Прокуратура Ножай-Юртовского района возбудила уголовное дело № 34005 по факту похищения (ст. 126 ч. 2 УК РФ) Нашхо Саитмаметовича Эльдарова, 1980 г.р., и Сурхо Саитмаметовича Эльдарова, 1982 г.р.

По сведениям, полученным от родственников, братья — уроженцы с.Галайты. Оба принимали участие в боевых действиях, но добровольно прекратили сопротивление и явились в правоохранительные органы РФ. 28 апреля 2000 года по отношению к ним был применен акт амнистии.

Однако 26 декабря того же года российские военные увезли Нашхо и Сурхо Эльдаровых из собственного дома. По свидетельствам очевидцев, их доставили в воинскую часть, дислоцировавшуюся между населенными пунктами Ойсхара (пос.Новогрозненский) и Центорой Курчалоевского района. Однако в дальнейшем его командование наотрез отказалось признать этот факт.

Предварительное следствие по уголовному делу № 34005 на основании ст. 195 п. 3 УПК РСФСР 18 марта было приостановлено.

В середине дня в Грозном неизвестными убиты двое российских военных. В ответ на это были перекрыты для движения как центр города, так и прилегающие к нему улицы и переулки, слышалась стрельба. В некоторых кварталах началась «зачистка», производились задержания местных жителей и приезжих.

На площади «Минутка» военные снимали людей с проезжающего автотранспорта и загоняли в подземный переход. Неизвестно, все ли они потом были отпущены. Так же неизвестно, сколько всего человек подверглось в городе немотивированному задержанию.

Сотрудник ПЦ «Мемориал» Дока Ицлаев попытался встретиться с военным комендантом Урус-Мартановского района полковником Гейдаром Гаджиевым.

Двумя днями ранее в г.Грозный об этом была достигнута устная договоренность между исполнительным директором организации Татьяной Касаткиной и военным комендантом Чеченской Республики генерал-лейтенантом Иваном Бабичевым, который присутствовал на встрече правозащитников с руководителем политического комитета ПАСЕ лордом Фрэнком Джаддом.

Генерал обещал содействовать в пропуске сотрудника «Мемориала» в ИВС Урус-Мартановского ВОВД для изучения условий содержания заключенных. На это должны были быть отданы соответствующие указания.

Однако охрана отказалась доложить военному коменданту района о визите правозащитника, сославшись на то, что начальник якобы отсутствует.

Оставшийся у КПП Дока Ицлаев вскоре узнал голос Гейдара Гаджиева, кричавшего на кого-то, и потребовал сообщить ему о своем приходе. В противном случае он пригрозил поставить в известность генерала Ивана Бабичева. Это возымело действие. Один из охранников прошел в здание. Через некоторое время оттуда вышел полковник В.Горюнов, заместитель коменданта района. Он сказал, что ему поручено выяснить причину, по которой правозащитник добивается этой встречи.

После того как сотрудник «Мемориала» рассказал о цели своего визита, полковник заверил, что в тот же день в 15.30 его допустят в ИВС. Он предложил подойти к зданию комендатуры именно к этому времени.

В указанное время заместитель военного коменданта района к Доке Ицлаеву не вышел. Правозащитник вынужден был ждать его более 40 минут. Но и встретившись с ним позже, он не обеспечил допуск на территорию школы-интерната, в здании которого оборудован в том числе и ИВС. Оставив сотрудника «Мемориала» перед воротами временного отдела внутренних дел района, полковник ушел «договариваться» с его начальством. А когда вернулся, заметил, что комендатура не против посещения изолятора, но с этим якобы не согласен начальник временного отдела внутренних дел.

В.Горюнов предложил правозащитнику сообщить об этом коменданту ЧР генералу Ивану Бабичеву.

В г.Урус-Мартан началась «зачистка», которая с перерывами продолжалась шесть дней.

Все это время райцентр оставался блокированным российскими войсками по всему периметру. Тем не менее в город можно было проехать. Для этого требовалось заплатить военным и бойцам ОМОН, осуществлявшим дежурство на передвижных и стационарных блокпостах. Ставки колебались в зависимости от вида проезжающего автотранспорта и от умения их водителей договариваться с «представителями» закона.

18, 20 и 21 января в Урус-Мартане проводилась сплошная «зачистка». Она заключалась в том, что военные совместно с сотрудниками других силовых структур производили обыски во всех домах и надворных постройках по всему городу.

23 января началась адресная «зачистка», целью которой являлась поимка конкретных граждан, разыскиваемых правоохранительными структурами России. Задержанные люди доставлялись во временный отдел внутренних дел Урус-Мартановского района. Основаниями для ареста могли быть любые причины: отсутствие местной прописки, «подозрительный» внешний вид, родственные отношения с людьми, проходящими по спискам разыскиваемых, одинаковые с ними фамилии и т.д.

Так, например, 23 января был задержан Саид-Магомед Цакаев, отец участника боевых действий против российской армии. Родственникам этого человека было заявлено, что он будет отпущен после того, как его сын сдастся властям.

В дни «зачистки» перед зданиями ВОВД и комендатуры собирались жители Урус-Мартана, чьи родственники оказались захваченными. Об их количестве точной информации нет. Списки задержанных людей не вывешивались, как это было в начале лета 2000 года. Но если судить по заявлениям главы администрации Урус-Мартановского района Ширвани Ясаева, выступившего по местному телевидению вечером 23 января, их все же было немало. Обращаясь к местным жителям, он заявил, что у него не остается времени для хозяйственных дел, так как все последние дни приходится заниматься вызволением необоснованно задержанных граждан.

19 января

В с.Гойты Урус-Мартановского района сотрудники отделения милиции, командированные из различных регионов РФ, произвели задержание местного жителя Шамиля Шамсуддиновича Шаипова, 1974 г.р.

«Силовиков», ворвавшихся в д.35 по ул.Тбилисская, возглавлял Юрий Николаевич Храмеев. Взяв под прицел тех, кто там проживал, они приказали всем оставаться на своих местах. Затем произвели в комнатах несанкционированный обыск. При этом разбрасывали вещи и топтали их ногами. Местами был перекопан и огород.

Сотрудники российской милиции ничего незаконного ни при обыске дома, ни при осмотре двора не нашли.

Несмотря на это, не позволяя надеть даже теплые вещи, они, как уже говорилось выше, забрали с собой Шамиля Шаипова. Причины его задержания членам семьи сообщены не были.

В последующие дни Юрий Храмеев поведал родственникам, что якобы этот человек передан в военную комендатуру Урус-Мартановского района. И тут же обещал, что вернет его домой живым и здоровым, «таким же, каким он и был при задержании». Успокоенные этими словами, родственники не стали обращаться, так как были уверены, что офицер сдержит свое слово. Тем более что при каждом последующем обращении тот всегда подтверждал сказанное им ранее.

Так продолжалось более месяца, до тех пор, пока в сельском (или, как его официально называют, поселковом) отделе милиции не произошла полная ротация ее сотрудников. Вместе со своей сменой уехал из Чечни и Юрий Храмеев. Офицер, занявший его должность, о Шамиле Шаипове ничего не знал. Тогда-то родственники и приступили к поискам по-настоящему.

Мать похищенного, Таус Шаипова, обратилась в районные органы власти, в том числе и военную комендатуру, куда, по словам уехавшего офицера, он был доставлен. Но выяснить что-либо определенное о судьбе сына ей не удалось. Сотрудники комендатуры, например, даже не стали слушать женщину, заявив, что о человеке с такой фамилией им ничего неизвестно.

Родственники решили обратиться в представительство президента РФ по обеспечению прав и свобод человека и гражданина в ЧР, которое возглавлялось Владимиром Каламановым. А 28 февраля пришли в ПЦ «Мемориал».

6 июня 2001 года родные и близкие пропавшего молодого человека поехали в с.Алхазурово, на кладбище которого, по дошедшим до них слухам, находилась одежда, снятая перед захоронением с убитого, обнаруженного в лесополосе к северо-востоку от этого населенного пункта. Одежду они узнали, в нее был одет Шамиль Шаипов во время увода из дома.

Как выяснилось впоследствии, его труп был обнаружен 3 апреля в лесополосе у старой фермы госхоза «Труд». Нашел его местный житель-арендатор. Во время одной из своих встреч с родственниками об этом месте упомянул и Юрий Храмеев. Он сказал, что 14 февраля сотрудники Урус-Мартановской военной комендатуры на обратном пути из Ханкалы отпустили задержанного в районе с.Алхазурово. Офицер показал это место на карте и добавил, что его освободили «на сопке № 289». Тогда родственники не обратили на эти слова особого внимания, всецело полагаясь на его обещание вернуть задержанного им человека «живым и здоровым».

По словам родителей, Шамиль Шаипов не был участником каких-либо вооруженных формирований. Он имел высшее образование, хорошо разбирался в электронной технике. До начала нынешнего вооруженного конфликта работал на телевидении ЧРИ специалистом по обслуживанию компьютеров.

По факту похищения этого человека (ст. 126 ч. 1 УК РФ) 1 августа 2001 года прокуратура Урус-Мартановского района возбудила уголовное дело № 25349. Оно было приостановлено согласно ст. 195 ч. 3 УПК РСФСР 1 октября того же года («в случае неустановления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого»).

В ПЦ «Мемориал» поступила копия обращения жителей ст.Петропавловской (чеч. — с.Чурт-Тог1и) Грозненского (сельского) района, адресованного Владимиру Каламанову.

В нем приводятся примеры насилия над мирными жителями, однако, на наш взгляд, его «ценность» определяется не только этим. В каждой строчке обращения, которое проживающие в этом населенном пункте люди посчитали нужным направить представителю В.Путина «в области прав человека», сквозит безумная усталость от насилия, творимого «федерального войсками», и надежда, пусть и слабая, что ему все же будет положен конец.

Обращение подписано 143 жителями населенного пункта. Стиль и орфография оригинала сохранены полностью:

«…Само собой разумеется, главнейшим и первостепенным и непререкаемым атрибутом любого государства должна быть целостность государства и его стабильность. Соблюдение устоев и всех государственных правовых и конституционных норм обязанность его граждан. И борьба с антигосударственными проявлениями понятна и нами всемерно поддерживается. Но…

Огромные усилия, затраты и разные методы, казалось бы, должны быть направлены на действительное соблюдение свобод и прав человека. Мы, жители ст. Петропавловская, да и не только мы, поставлены в такие условия, когда смерть более желанна, чем жизнь. Никто, ни стар, ни млад не уверены в том, что доживут до следующего дня. «Люди» в камуфляжной форме, вооруженные самым современным оружием, в масках, в любое время дня и ночи врываются в дома, рушат все и вся, сея страх и боль в душах людей. Они хватают ни в чем не повинных людей и увозят. Рискуя жизнью, родственники ищут и часто находят их тела изуродованными и расчлененными на обочинах дорог. Иногда после многочисленных прошений, унижений и подавления в себе всякого чувства человеческого достоинства удается выпросить или выкупить труп со следами садизма и вандализма, потратив на это свои последние средства. Дальше у людей возникают проблемы с похоронами, потому что российская армия не дает спокойно предать земле тело убитого: в любую минуту начинается либо артналет, либо авианалет, либо прямой обстрел людей, собравшихся на кладбище, с ближайшего блокпоста или проходящей военной колонны.

О каких правах человека может идти речь, когда в средствах массовой информации самые высокопоставленные военные даже грудных младенцев с самого рождения объявляют потенциальными наследственными бандитами, создавая перед мировым сообществом образ чеченца-бандита.

На фоне происходящего в нашей республике говорить о свободе, справедливости, равенстве и прочих гуманистических ценностях — это просто цинизм и бессовестность.

Массовые убийства людей, сотни тысяч домов, превращенных в пепелища, заминированные поля и пастбища, уничтоженные посевы. Как это объяснить людскому сознанию? Как это можно забыть? Разум человеческий не может без содрогания и ужаса воспринимать происходящее, невозможно понять эту первозданную дикость, казалось бы, высокоразвитой цивилизации.

Мы обращаемся к Вам с просьбой, принять безотлагательные меры по расследованию этих страшных преступлений, к поиску и освобождению людей, до сих пор томящихся в неволе, и, самое главное, принять меры по предотвращению в дальнейшем подобного произвола.

21–22 ноября 1999 года в нашем селе убиты муж и жена Абдурзаковы, и трое их детей остались сиротами. На второй день убит, а точнее, разорван в клочья Тепсаев Умалт, в этот же день Ахматову Усману оторвало обе ноги. И это на территории, где нет участников войны («боевиков»), где не идут боевые действия. Здесь проводились многократные «зачистки», то есть, облавы, в результате которых захватывают абсолютно ни в чем неповинных людей. Только некоторых из этих людей удается вырвать из садистских рук после многочисленных хождений, жалоб, просьб и уплаты денег, но уже в искалеченном состоянии. Эти люди автоматически попадают в список бандитов, террористов, экстремистов, исламистов, ваххабитов, фундаменталистов и так далее, в конечном счете, они становятся изгоями. Опасаясь новых репрессий, эти люди уже не рискуют ни жаловаться, ни протестовать.

Преступлениям нет конца. В конце апреля (2000 г.) двое подростков Тохтаров и Мамаев пошли за дровами в лесок на окраине села. К их несчастью, в этот день рядом с лесом остановилась колонна с российскими военными. В результате, мальчишки бесследно исчезли.

Последний случай переполнил чашу терпения и заставил нас обратиться к Вам за помощью. В 4 часа утра подъехали военные к дому и забрали Сабирова Султана, 23-х летнего юношу, а затем с другого конца села захватили отца семейства Разакова Гилани. Делалось это с угрозами расстрела всей семьи. В результате этой «антитеррористической операции» два полусожженных трупа этих двух ни в чем не повинных людей найдены на дороге. С самого начала эта «антитеррористическая кампания» вылилась в безумно-злобствующий беспредел военных. Бесконечные унижения мирного населения вынуждают обращаться к Вам. Если Вы, действительно, призваны защищать права и свободы граждан Российской Федерации, то ПОМОГИТЕ НАМ.

Объясните нам, о какой Конституции, о каком Великом государстве можно говорить, если ни в чем неповинные люди гибнут ежедневно от рук тех самых «наводителей порядка». Это кровавый беспредел. От страха наши дети не спят по ночам, они постепенно умирают от недоедания. А в последнее время мы наблюдаем такое явление: в самый неожиданный момент начинается жестокая всеобщая пытка — артиллерийская дуэль между разными военными подразделениями. Дрожат стены, сыплется штукатурка, над селом стоит сплошной гул летящих снарядов. В страхе мечутся женщины, не зная, где укрыться, как спастись. И это называется «антитеррористической операцией».

Мы рассказали лишь о мизерной части всех ужасающих фактов беспредела, достоверность которых очень легко проверить. Мы готовы всемерно содействовать тем силам, которые хотят мира и спокойствия нашему народу и нашему общему государству. Мы еще надеемся, что это государство вновь обретет свое былое величие и мощь, а самое главное, доверие и уважение людей.

Уважаемый господин Каламанов, надеемся на Вашу гуманную миссию, действенность и влиятельность вашей работы на благо всех.

Полагаем, что мы вправе, при крайней необходимости, обратиться в Международные организации, призванные защищать и соблюдать права и свободы человека. Надеемся, что мы обойдемся без вмешательства третьих сил».

В г.Гудермес прошел митинг с участием нескольких тысяч человек. На него из различных районов Чечни приехали люди, чьи родственники либо были убиты, либо пропали без вести в результате действий российских силовых структур. Но среди них немало было и тех, кто, хотя лично и не пострадал, не мог и далее равнодушно наблюдать за происходящими событиями.

Митингующие привели многочисленные свидетельства внесудебных казней, похищений, избиений гражданского населения республики, хищения их имущества. Подчеркнули, что эти действия во многом стали нормой поведения сотрудников российских силовых структур. И в этой связи выразили недоумение позицией т.н. гражданской администрации во главе с А.Кадыровым, покрывающей во всем военных преступников.

Они потребовали вывести российские войска из Чечни, характеризуя их как «неуправляемую бандитскую группировку». Они призвали руководство РФ начать политические переговоры с легитимными властями и, в частности, с президентом ЧРИ А.Масхадовым.

Через некоторое время после начала митинг был разогнан сотрудниками российской и местной милиции.

По данным начальника инженерных войск Северо-Кавказского военного округа генерал-майора Александра Красникова, за 1999–2000 годы в Чечне саперами Объединенной группировки войск обезврежено более трех с половиной тысяч фугасов и взрывных устройств.
                Кроме того, саперы обезвредили свыше 70 тыс. опасных боеприпасов.
                По его словам, в Чечне «наиболее сложной остается обстановка, связанная с применением взрывных устройств в Грозном, на основных дорожных магистралях Аргун—Шали, Пригородное—Дуба-Юрт, Алхан-Юрт—Урус-Мартан».

Президент Ингушетии Руслан Aушев намерен обратиться в Генпрокуратуру, Министерство обороны и к главе государства Владимиру Путину с просьбой разобраться в ситуации с похищением офицеров МВД республики.
                Начальник отдела МВД Ингушетии по обеспечению безопасности на административной границе полковник милиции Амирхан Дударов и его водитель Ахмед Кусиев были похищены три дня назад на территории Ингушетии и вечером 19 января отпущены.
                Р.Аушев обвинил в этом похищении людей из охраны главы чеченской администрации Ахмада Кадырова. Как сообщил глава Ингушетии «Интерфаксу», «местные правоохранительные органы располагают достоверными данными на этот счет». «Это похищение было совершено с целью обмена на задержанного нами гражданина Чечни Байсарова, который обвиняется в убийстве. При задержании у Байсарова был изъят пистолет Стечкина и два удостоверения — военнослужащего Минобороны, подписанного командующим группировкой федеральных сил в Чечне Барановым, и другое, за подписью Кадырова, о том, что Байсаров является сотрудником его личной охраны», — сказал Р.Аушев.
                Ссылаясь на письменное объяснение А.Дударова, глава республики утверждал, что все эти трое суток «Дударов и Кусиев содержались на базе федеральных сил в Ханкале».
                «К нам за это время неоднократно поступали требования от людей из окружения Кадырова с предложением об обмене наших офицеров на Байсарова. После того как вся эта неприглядная история стала достоянием общественности и начал назревать серьезный скандал, нашего полковника и его водителя привезли на границу Ингушетии, вернули им оружие и отпустили», — сказал Р.Аушев.
                Он подчеркнул, что правоохранительным органам его республики известны имена похитителей. «Мы намерены разобраться, на каком основании наших офицеров содержали по сути как заложников в Ханкале. Что же это получается? Федеральная власть борется с похищениями, в то время как люди из официальных структур Чечни берут в заложники сотрудников МВД. Этот случай мы просто так не оставим», — пообещал ингушский руководитель.
                Командование федеральных сил пока никак не отреагировало на высказывания Р.Аушева.
                Между тем чеченское руководство категорически отвергло причастность службы безопасности главы администрации к похищению ингушских милиционеров. Об этом заявил «Интерфаксу» пресс-секретарь чеченской администрации Таус Джабраилов. По его словам, «все сотрудники охраны Кадырова находятся на своей базе и не покидали ее в день, когда ингуши исчезли». «Мы с недоумением воспринимаем утверждения президента Ингушетии Руслана Аушева о том, что милиционеры увезены охраной Кадырова», — сказал Т.Джабраилов.

Сообщения СМИ

20 января

В г.Урус-Мартан российские военные передали родственникам для захоронения останки Асламбека Дедиева, убитого в конце декабря 2000 года.

Информация, что за труп этого человека военные требуют денежный выкуп, вышла далеко за пределы Чечни. Первыми на это событие откликнулись журналисты правозащитного информационного агентства «Прима». Об этом же факте было упомянуто и на встрече сотрудников ПЦ «Мемориал» с руководителем политического комитета ПАСЕ лордом Фрэнком Джаддом, состоявшейся 16 января в г.Грозный.

Видимо, это обстоятельство и вынудило военных проявить расторопность в выдаче родственникам убитого ими человека.

Согласно рассказам очевидцев, труп Асламбека Дедиева на вертолете доставили из Ханкалы в военную комендатуру Урус-Мартана, а уже оттуда на грузовике отвезли в дом его родителей.

Родственники убитого полагали вначале, что требование выкупа — инициатива только лишь сотрудников комендатуры района. Теперь они убеждены, что в этом были замешаны и высокие чины с главной российской военной базы в Чечне.

Исчез, а затем был найден убитым Хусейн Муртазов, 1959 г.р., житель с.Пригородное Грозненского (сельского) района.

По словам сестры, Малики Муртазовой, в полдень, сказав, что идет на охоту, этот человек ушел из дома. С собой взял охотничье ружье и собаку. Недалеко от села на территории бывших милицейских дач у него имелся собственный домик. Туда-то, по сведениям сестры, он и направился, чтобы уже не вернуться.

Родственники стали проявлять о нем беспокойство около 21 часа. Однако в селе действует «комендантский час», и поэтому поиски решено было отложить до рассвета.

На следующее утро искать пропавшего вышли его сестра и два брата. Они почти сразу наткнулись на кровавый след собаки, который привел их к дачам у военной базы в Ханкале вдоль дороги, ведущей в города Аргун и Шали. В погребе одного из стоящих здесь домиков и был обнаружен труп Хусейна Муртазова.

Малика Муртазова рассказала, что голова брата была разбита. Рядом валялась окровавленная железная труба. Руки убитого были согнуты в локтях, пальцы сжаты в кулаки. Видимо, несколько человек держали его за руки, пока кто-то наносил удары трубой по голове.

Сестра и братья убитого полагают, что на территории дач неожиданно для себя он столкнулся с российскими военными. Недалеко от трупа виднелись следы БТРа, ведущие в сторону Ханкалы.

На место обнаружения Хусейна Муртазова по требованию родственников выезжала комиссия, состоявшая из сотрудников российских силовых структур. Какого-либо видимого результата это не дало. Следствие по этому делу не ведется.

Во второй половине дня российские военные задержали Ислама Хамзатовича Тазуркаева, 1968 г.р., жителя пос.Новые Алды Заводского района Грозного, возглавлявшего в предвоенные годы один из таможенных постов в Шелковском районе.

Произошло все в Октябрьском районе города за блокпостом на площади «Минутка». Автомашина «Волга», в которой он находился вместе с двумя своими родственниками (по другим данным, с ним там было еще три человека, в том числе и сотрудники милиции), миновав его, поехала по направлению к ул.8 Марта. Практически сразу же после этого сзади появилась «Нива» с затемненными стеклами. А еще через некоторое время дорогу спереди блокировал БТР. Соскочившие с него военные подбежали к остановившейся «Волге» и вытащили из его салона всех, кто там находился. Затем отделили от остальных Ислама Тазуркаева, надели на голову мешок и затолкали в люк бронемашины.

Его попутчикам, оставшимся стоять на проезжей части, они посоветовали уехать как можно быстрее. Но раньше них покинули это место сами военные и те, кто находился в «Ниве». Эта автомашина исчезла так же неожиданно, как и появились.

Родители похищенного написали заявление в прокуратуру, используя посредников, пытались разыскать сына в Ханкале. В дальнейшем они обращались в различные официальные инстанции, однако никаких новых сведений о нем получить не смогли.

Неизвестно, возбуждалось ли органами прокуратуры уголовное дело по факту его «исчезновения».

 



Кассеты с этими видеозаписями были выкуплены у российских военных, растиражированы и имеются теперь у родственников почти всех сдавшихся тогда в плен людей.

 

Эта, третья по счету, пленка была выкуплена у сотрудников спецназа ГУИН, осуществлявших охрану и перевозку сдавшихся в плен в боях за Гой-Чу. Благодаря усилиям журналистки Анны Политковской (Русское видео: Амнистия до полного уничтожения помилованных // Новая газета. № 25(955). 2004. 12–14 апреля) о ее существовании стало известно не только в Чечне.

 

За освобождение Вахида Усамовича Тимаева, например, его родственники отдали 4000 долларов США. Была оформлена и амнистия. Однако 22 июня 2001 г. из дома № 22–32 по ул.Могилевская в Грозном, куда он приехал из Ингушетии, его похитили российские военные. Они прибыли туда на трех автомобилях: двух УАЗах 452-й модели и ВАЗ-2106 белого цвета. По факту похищения Вахида Тимаева (ст. 126 ч. 2 УК РФ) прокуратура г.Грозный 15 августа 2001 г. возбудила уголовное дело № 13129. По состоянию на начало 2004 г. этот человек считался пропавшим без вести.

 

В помощь российским военным и сотрудникам милиции в некоторых селах ЧР были созданы т.н. отряды ополчения. Их состав определялся администрациями населенных пунктов с одобрения религиозных деятелей и утверждался представителями федеральных сил.

 

Убитых опознали как Магомеда Сайдаровича Магазиева, 1971 г.р., жителя с.Закан-Юрт Ачхой-Мартановского района (ул.Кооперативная, 89), и Магомеда Усмановича Межиева, 1956 г.р., из г.Грозный, с начала боевых действий временно проживавшего у родственников в Закан-Юрте. См.: Здесь живут люди. Ч. 1. С. 243–249.

 

См. сообщение за 14 января 2001 г.

 

Выдержки из выступлений вышеупомянутых должностных лиц приводились и в докладе «Контртеррористическая операция», посвященном событиям в Старых Атагах в период с сентября 1999 г. по май 2002 г. Доклад подготовлен ПЦ «Мемориал» в октябре 2002 г. и издан московским издательством «Звенья».

 

См. сообщения за 12 и 13 января 2001 г.

 

См. сообщение за 25 февраля 2001 г.

 

См. сообщение за 14 января 2001 г.

 

Подробнее об этом см. в сообщении за 13 февраля 2001 г.

 

О задержании Асламбека Дедиева см.: Здесь живут люди. Ч. 1. С. 508. Однако там его фамилия названа с ошибкой — Ди­даев.

 

21 января

Во время «зачистки» с.Аллерой Курчалоевского района, продолжавшейся с 20 по 22 января, российские военные похитили Тажди Каимовича Талхадова, 1928 г.р., отца погибшего в начале второй войны Ильяса Талхадова, командира президентской гвардии ЧРИ.

Согласно свидетельствам родственников, к дому этого человека военные приходили дважды. В первый раз, утром, они даже не спросили у него и его жены документы. Затем, около 15.20, к воротам подъехал БТР. Выскочившие из него люди были в масках. Тем не менее некоторые из очевидцев в одном из них узнали коменданта района полковника Сергея Кислова.

Военные вбежали в дом и вывели во двор Тажди Талхадова. Его жену, попытавшуюся воспрепятствовать уводу мужа, один из них ударом приклада в плечо отбросил назад. Быстро затолкав старика в бронемашину, похитители направились к окраине села. Бросившихся вслед за ними родственников остановили другие военные, которые на время «зачистки» блокировали населенный пункт по периметру. Они заявили, что мимо них ни на БТРе, ни на автомашинах никто не проезжал.

На следующий день жители Аллероя вышли на митинг протеста и с требованием освободить незаконно задержанного Тажди Талхадова направились к российской части, расположенной на высоте между этим селом и соседним Центороем, но были остановлены военными.

Пройти туда аллеройцы смогли лишь после окончания специальной операции. 23 января, когда они встали у контрольно-пропускного пункта, ведущего в расположение части, к ним вышел какой-то офицер и пообещал отпустить задержанного ими пожилого человека. Но ни в этот, ни на следующий день его не освободили. В знак протеста односельчане продолжили пикетирование части. 25 января к ним снова вышел офицер и заявил, что Тажди Талхадова у них нет, так как его якобы увезли в Ханкалу.

Известно, однако, что в течение как минимум нескольких дней он содержался в фильтрационном пункте «Титаник», длительное время функционировавшем на территории этой части. Об этом рассказали содержавшиеся там, а затем отпущенные люди. Они, в частности, слышали, как военные в беседах между собой упоминали о задержанном в Аллерое старике. Кроме того, в течение недели военные не отрицали, что Тажди Талхадов находится у них, и обещали односельчанам, ставшим в пикет, освободить его.

Родственники похищенного человека обратились к Ахмаду Кадырову, который, являясь уроженцем Центороя, лично был с ним знаком. Глава промосковской администрации Чечни обещал содействовать в поисках, несколько раз даже обнадеживал, что того через короткое время отпустят. Однако по истечении полутора-двух месяцев заявил, что ничего не может сделать, и посоветовал родным и близким обратиться в суд.

Не помогли родственникам и заявления, поданные в Курчалоевский и Гудермесский РОВД, в военную комендатуру. После их письменного обращения в прокуратуру ЧР, во главе которой стоял тогда Всеволод Чернов, и к Генеральному прокурору РФ Владимиру Устинову 9 апреля 2001 года по ст. 126 ч. 1 УК РФ (похищение человека) Аргунская межрайонная прокуратура возбудила уголовное дело № 39016. Но согласно ст. 195 п. 3 УПК РСФСР 9 июня того же года оно было приостановлено.

На июль 2002 года местонахождение этого человека установить не удалось.

Сотрудник комендантской роты, осуществляющей охрану больницы № 1 в г.Гудермес, расстрелял четырех своих сослуживцев.

Очевидцы происшествия из числа посетителей и персонала этого лечебного учреждения утверждают, что инцидент произошел утром. Находившийся в караульном помещении 22-летний Аюб Довлетукаев неожиданно открыл огонь по прибывшему ему на замену наряду. Завязалась перестрелка, в ходе которой находившиеся снаружи служащие комендантской роты — все местные жители — понесли серьезные потери: по имеющимся данным, трое из них погибли сразу, еще один получил ранение (по другой информации, были убиты четыре человека).

К больнице на бронетехнике и автомобилях «Урал» прибыли российские военные и сразу же вступили в перестрелку. Но и среди них вскоре появились жертвы. Как утверждают очевидцы, были сражены пулями и умерли двое из них. По зданию, из которого теперь уже раздавались только одиночные автоматные выстрелы, военные стали вести огонь из пулеметов и гранатометов. Массированный обстрел продолжался несколько минут; караульное помещение было полностью разрушено. Его остатки военные сровняли с землей при помощи БМП.

Когда все стихло, к развалинам первым подошел служащий комендантской роты. Он услышал голос Аюба Довлетукаева и помог тому выбраться из-под кучи мусора. Выяснилось, что у него были сломаны рука и нога. Подбежавшие военные пытались застрелить молодого человека, но им не позволили это сделать его бывшие сослуживцы.

Под развалинами и вокруг них никто больше — ни живой, ни мертвый — найден не был.

Аюб Довлетукаев является уроженцем с.Джалка Гудермесского района. В комендантскую роту, как и многие другие, пошел, чтобы избежать возможного призыва в российскую армию. Через год, когда стало ясно, что это еще и выгодно из-за высокого денежного вознаграждения, продлил контракт. После расстрела сослуживцев он был осужден и отбывал срок в психиатрической больнице.

В тот же день в г.Гудермес произошел еще один случай, который привел к человеческим жертвам. После 14 часов кто-то из четырех российских военных, обедавших в кафе «Стелла» на ул.Терешковой, бросил из окна наружу гранату. Остальные поддержали его, открыв огонь из автоматов по проезжавшему по дороге автомобилю «Нива». Находившийся в нем боец ОМОН ЧР (его фамилию и имя ПЦ «Мемориал» установить не удалось) получил смертельные ранения и скончался. По словам очевидцев, военные были пьяны.

Стрельба велась и внутри кафе, в результате чего оно было приведено в негодность. Пьяный дебош, который привел к гибели человека, по свидетельствам жителей города, продолжался долго. До тех пор, пока военные сами не решили прекратить его. Выйдя из разгромленного здания, они сели в автомобиль «Урал» и уехали оттуда в неизвестном направлении.

События 21 января 2001 года в Гудермесе получили большой резонанс и отклик в сетевых СМИ. По информации представителей командования группировки МВД, в Гудермесе проходило боестолкновение вооруженных формирований ЧРИ с сотрудниками стрелковой роты военной комендатуры города. Бой длился около восьми часов, шел в непосредственной близости от больницы № 1 и завершился лишь с наступлением темноты; погиб один военнослужащий, еще один ранен. Захвачен в плен раненый чеченский боевик. Западные информационные агентства приводят другие сведения. Так, агентство Reuters сообщает, что погибли не менее 22 российских военнослужащих.

Военный комендант Чечни генерал-лейтенант Иван Бабичев сообщил о трех погибших военнослужащих. Генерал отметил также, что количество участвовавших в этом боестолкновении было незначительно. По словам И.Бабичева, несмотря на внезапность нападения со стороны боевиков, подразделения федеральных сил «отреагировали должным образом» и «нанесли противнику существенные потери». Их количество в настоящее время уточняется, подчеркнул военный комендант Чечни.

В аппарате помощника президента РФ Сергея Ястржембского уточнили: «Небольшая группа боевиков, используя фактор внезапности, напала на чеченских милиционеров, охранявших одну из городских больниц». В результате боевого столкновения трое милиционеров погибли, один получил тяжелое ранение и впоследствии от полученных ран скончался (позднее, по данным сотрудников аппарата, в больнице скончался еще один милиционер). При этом жертв среди военнослужащих городской комендатуры не было.

Таким образом, число погибших достигло пяти человек. В аппарате помощника главы государства сообщили также, что в Гудермесе произошел взрыв безоболочного взрывного устройства в одном из кафе. В результате взрыва несколько мирных жителей получили ранения различной степени тяжести, пострадал также один военнослужащий федеральных сил.

Начальник временного пресс-центра Объединенной группировки войск на Северном Кавказе Сергей Артемов заявил в интервью РТР: в Гудермесе примерно в 14 часов группа боевиков прибыла в район городской больницы № 1. Из автоматического оружия был убит один из бойцов ОМОН ЧР. Через несколько минут туда прибыла оперативная группа временного отдела внутренних дел, и этот отряд боевиков был блокирован. Боевикам предложили сдаться, на что они ответили отказом. В результате спецоперации все боевики были убиты.

Однако, как следует из собственного расследования, проведенного сотрудниками ПЦ «Мемориал», противоречивая информация, приводимая сетевыми СМИ, информагентствами и официальными лицами, не соответствует действительности.

Около 11 часов в с.Сельментаузен Веденского района вошло подразделение российских войск, и через некоторое время здесь началась т.н. адресная «зачистка». Вопреки сложившейся практике на этот раз обошлось без грабежей имущества местных жителей. Хотя неожиданный визит военных и доставил им немало неудобств. К примеру, как обычно по воскресеньям, многие направлялись на базар в соседнее с.Махкеты. Но на выезде из населенного пункта они были блокированы и вынужденно простояли там несколько часов.

В самом селе военные захватили четырех человек. И хотя документы у всех были в порядке, без предъявления каких-либо обоснованных обвинений их увезли в неизвестном направлении.

В поисках достоверной информации о дальнейшей судьбе задержанных родственники обратились к командованию 137-го десантного полка, расположенного рядом с Сельментаузеном. Но там ответили, что ничего не знают о военных, проводивших «зачистку», и о том, куда они могли бы увезти жителей этого села.

Их нашли в Гудермесе. Освободили же на пятые сутки. Все эти люди были избиты, голодны, одежда на них была порвана. Они не стали рассказывать родственникам подробностей того, что с ними происходило. Возможно, чтобы не причинять им излишней боли. Однако никто из односельчан не сомневается в том, что задержанных людей, подвергая пыткам и запугиванию, содержали в ФСБ.

На дороге между с.Курчалой и с.Иласхан-Юрт в районе асфальтного завода обнаружена автомашина ВАЗ-2109 красного цвета с пулевыми пробоинами. Рядом с нею был найден труп Лемы Нуридовича Тазбаева, директора Курчалоевского лесхоза.

Проезжающими по дороге людьми были подобраны на этом месте и два раненых человека, по-видимому, находившихся в обстрелянной автомашине: Рамзан Абдулхамидович Абдулмежидов, 1958 г.р., проживающий на МТФ госхоза «Курчалоевский», и житель Курчалоя Сайд-Эми Абусолтович Ахматханов, 1952 г.р.

В г.Аргун российские военные ворвались в д.12, расположенный на ул.8 Марта, и увезли из него в неизвестном направлении Руслана Ахмедовича Магомадова, 1964 г.р.

По факту его похищения и возможного убийства (ст. 126 и 105 УК РФ) 3 февраля 2001 года Аргунская межрайонная прокуратура возбудила уголовное дело № 45017. Через два месяца оно было приостановлено в производстве «в случае неустановления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого» (ст. 195 п. 3 УПК РСФСР).

В 15.20 в с.Гелдагана Курчалоевского района сотрудники российских силовых структур в масках, прибывшие на БТРе и автомашине «Урал», захватили и увезли в неизвестном направлении Рустама Албик-Ажиевича Тайсумова, 1974 г.р., и Алавди Албик-Ажиевича Тайсумова, 1980 г.р.

Родственникам похищенных вскоре удалось узнать, что их, возможно, доставили в Ханкалу. Через посредников они выяснили и то, что на территории этой военной базы (у так называемого штаба Кривцова) долгое время стояла угнанная со двора Тайсумовых автомашина ВАЗ-2106 с регистрационным знаком: Х 428 ХЛ 20/rus. Она исчезла оттуда лишь в мае 2001 года.

По состоянию на начало 2003 года местонахождение братьев не было установлено.

9 апреля 2001 года по факту похищения (ст. 126 ч. 2 п. «ж» УК РФ) Рустама и Алавди Тайсумовых Аргунская межрайонная прокуратура возбудила уголовное дело № 39017 (по другим данным, № 29017). Из-за «неустановления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого» (ст. 195 п. 3 УПК РСФСР), 9 июня того же года оно было приостановлено.

Около 20 часов на восточной окраине г.Урус-Мартан, на ул.Объездной недалеко от центральной районной больницы российские военные сначала ограбили, а затем, помощью боевой техники разрушили магазин и два кафе.

Одно из них принадлежало Раисе Мовсаровой, временно проживающей вместе с родителями-инвалидами по адресу: ул.Чапаева, 11. В 1994 году она приобрела вагончик размером 10ґ3 метра и переоборудовала его под кафе. Купила стулья, столы, газовую плиту и холодильник, поставила туда магнитофон и вентилятор, затратив тридцать четыре миллиона (неденоминированных) рублей.

О факте разрушения кафе она поставила в известность органы власти района и намерена в судебном порядке добиваться возмещения нанесенного ей ущерба.

Еще одно кафе и магазин принадлежали Хеде Айдамировой, матери пятерых детей, проживающей по адресу: ул.Нурадилова, 5. В августе 2000 года ее муж, Казбек Лечаевич Вахаев, был задержан сотрудниками Урус-Мартановского ВОВД и, возможно, убит.

Свои потери эта женщина оценивает в сорок четыре тысячи пятьсот рублей. Она обратилась в прокуратуру, ВОВД и администрацию Урус-Мартановского района с требованием найти и наказать граби­телей.

21–23 января сотрудниками российских силовых струтур, в том числе и специального назначения, проводилась «зачистка» г.Аргун.

В ходе этой операции были задержаны десятки молодых людей. По некоторым данным, их число превышало 50 человек. По крайней мере, 26 января в военной комендатуре города содержалось около 30 местных жителей, еще 15 были отпущены оттуда в предыдущие дни. Нет точных данных о количестве находившихся на территории элеватора, куда также свозились захваченные у себя дома и на улицах люди.

Три дня горожане не имели никакой достоверной информации о судьбе задержанных. Серьезное беспокойство за родственников подтолкнуло их на организацию массовой акции протеста. Они перекрыли дороги, находящиеся в черте города, и пикетировали здание военной комендатуры. На встречу к возмущенным жителям Аргуна на третий день «зачистки» прибыл военный комендант ЧР генерал-лейтенант Иван Бабичев. Он обещал разобраться в происходящем и отпустить невиновных. После этого военные действительно стали освобождать людей. Но многие из них нуждались в срочной помощи врачей, так как подверглись сильным избиениям и пыткам. Из-за содержания в холодных помещениях и на улице некоторые были обморожены.

Жителя города Эстемирова, например, пришлось везти домой на санках, так как из-за сильного обморожения его не смогли усадить в машину. Кроме того, у него были сломаны ребра и повреждены легкие. В больнице ему сделали операцию. По признанию родственников, состояние этого человека остается тяжелым.

Среди задержанных были двое пожарных: Ильяс Бачаев, 1957 г.р., и его 17-летний сын Идрис. Помимо них были захвачены: Саламбек Вараев, 1966 г.р., Миша Вараев, 1969 г.р.; Хаджимурадов; Исрапил Юнусов; Казбек Матаев, 1964 г.р.; Ахмед Мусанинов, 1959 г.р. Военные забрали из дома и тренера детской борцовской секции Бекхана Абдулазиева, братьев Имсултановых, Сайд-Хасана и Сайд-Хусейна, 25 и 17 лет соответственно.

При задержании последних, проживавших в многоэтажном доме т.н. сахарозаводского поселка (д.111, кв.21), предположительно сотрудники ГРУ Генштаба МО РФ открыли огонь из автоматов. Сделали они это в ответ на требование матери объяснить причину задержания ее сыновей. Затем обматерили и ударом приклада отшвырнули женщину в сторону.

В том же подъезде был захвачен 30-летний Рамзан Закаев. Оттуда же увезли следующих людей:

1. 30-летнего Джамбулата (кв.23);

2. 26-летнего Хасана Гелаева (кв.20);

3. 40-летнего Ису Гагаева (кв.53) и его ровесника Супьяна (кв.85);

4. 42-летнего Аюба Юсупова (кв.81) и гостившего у него Ваху Мугданова.

В ходе «зачистки» избиты 29 чеченцев, сотрудников МВД РФ и бойцов республиканского ОМОН.

По неподтвержденным данным, в результате пыток и избиений, учиненных российскими военными, умер один человек.

На территории аргунского элеватора задержанные подвергались жестоким пыткам: по отношению к ним применялся электрошок и пытка, называемая «растяжкой». Избиения военные сопровождали словами: «Бей сильней, народ живучий». В двадцатиградусный мороз разутых и раздетых людей держали в помещениях без окон и дверей на бетонном полу.

По словам жителей Аргуна, избивали людей сотрудники спецподразделений ГРУ Генштаба МО РФ. Военный комендант города на требования митингующих освободить задержанных, в частности, ответил, что ничего не может сделать, так как «зачистка» проводится без его ведома подразделениями, которые ему не подчиняются.

Зура, мать задержанного:

«Это было уже 22 января в 4.20 утра. Я проснулась, услышав какой-то шум, и вышла во двор. Оказалось, что это БТР ломает нашу ограду из шифера. А во дворе уже повсюду были солдаты. Я быстро вбежала в комнату сына, где горел свет, и увидела, что в комнате все вверх дном, а сын уже одевается. На мой вопрос, что вы хотите делать, они (т.е. военные) ничего не отвечали. Сын, одевшись, вышел в коридор. Я стала расспрашивать, за что его забирают, но никто мне так и не ответил, они со мной вообще не говорили. Сын мне сказал: «Оставь их, мама, я пойду с ними, там во всем разберутся, и меня отпустят. Дай мне лучше обуться».

Но я не отставала от него, просила военных взять меня вместе с ним. Но меня они просто отталкивали. Тогда я встала на пороге, закрыв собой проем двери, решив не выпускать его с ними. Они мне не грубили, но и не говорили, куда уводят сына. Один из военных подошел ко мне и, взяв за плечи, сказал, что возьмет меня вместе с сыном, чтобы я пошла одеться. Я была обманута этим жестом: только я отошла от двери, его вывели и посадили на БТР. Это уже было около 5 часов утра. Я не стала кричать, боясь напугать соседей, так как еще даже не рассвело. Но оказалось, что соседи сами слышали, и женщины вышли на улицу, но это не помогло. Я побежала к старшему сыну, он живет на другой улице, и обо всем рассказала ему. Три дня мы не могли ничего узнать, а сейчас хотя бы знаем, где он. Братья поехали туда с передачей для него. В это утро забрали еще четверых ребят.

Мой сын, Хасан Абдулазиев, 1972 г.р., не участвовал ни в каких боевых операциях, не торговал оружием, не был ваххабитом. После армии всегда был моим помощником, имеет жену и двоих детей, третий (ребенок) тоже скоро должен родиться. За что его увезли, не знаю. Нам не предъявляли никаких санкций: ни на обыск, ни на арест, не ответили ни на один мой вопрос, как будто я и не человек. Если его взяли за то, что он тренировал детей, то… я ничего не понимаю. Он из дома в спортзал унес все, что можно было унести, лишь бы детям было хорошо, такой у него характер.

Мы три дня простояли у ворот комендатуры без ответа и слышали, что забирают очень много молодых ребят и даже подростков. Только на третий день комендант вышел к нам поговорить. Женщины потребовали ответа, когда выпустят их сыновей. Комендант ответил, что сделает все зависящее от него».

Очевидец с улицы Устрадогордоевской:

«22 января, только уже к обеду, на БТРе подъехали военные и стали забирать молодых ребят, школьников и даже инвалида с нашей улицы (Устрадогордоевской). Сажали на БТР, а женщины: матери, сестры — не давали их увезти. Так они смогли «отвоевать» четырех ребят. Затем подъехал еще БТР, полковник оттуда отдал приказ отпустить ребят, но те, кто производил задержания, не подчинились и направили автоматы на вновь прибывших. Минуты две стояла тишина, и только после представления полковника, солдаты опустили автоматы. Кто они, из какой части, мы не знаем, но они были из комендатуры. Друг друга они не слушались, не подчинялись. Если бы не этот полковник, не знаем, чем бы все кончилось. Комендант нам сказал, что приходят на «зачистки» новые, и они ему не подчиняются».

Зиба, жена задержанного:

«21 января в 5.30 утра на нашу улицу заехали БТР и «Урал». Когда в воротах мы услышали шум, дочка сказала: «Идут солдаты». Я вышла им навстречу и спросила, что им нужно. Но они меня как будто не слышали. Тогда я им сказала, пусть забирают виновных, но не трогают невинных. Но военные были пьяные, они смотрели в сторону девочек. Мой муж встал перед ними и загородил их. Тогда они забрали мужа. Документы были при нем. Я не могла уйти, оставив девочек одних, и потому не сразу узнала, куда они его повезли.

Мужа моего забрали в спортивной одежде, ему не позволили даже одеться, как будто он опасный преступник. Хотя общеизвестно, что он никакого отношения к войне не имел и всегда работал каменщиком.

Три дня я стояла у комендатуры, прося выяснить, находится ли муж среди задержанных. Сегодня наконец мне дали заглянуть в камеры комендатуры. Я видела заключенных, существование которых они отрицают. Я видела переполненные камеры, по 10–15 человек. Всего в тех камерах, что я посетила в комендатуре, находились около 30 человек. Там, среди ребят с переломанными частями тела, я нашла своего мужа, но добиться его освобождения не смогла.

О том, как они (военные) обращаются с заключенными, рассказывают те, кто сумел оттуда вырваться. Мужа моей знакомой заставили лечь на мокрый пол, потом обливали водой, потом заставляли подниматься, опять ложиться и т.д.

Другого парня пытали током, а потом полуживого выкинули у дома.

Говорят, что все это делают ГРУшники, не подчиняющиеся комендатуре. Если «через комендатуру» кто-то и выходит, то от ГРУшников никто сам не возвращался: человека выносят и кладут на землю, а родственники увозят его на санках. Так, стоя у комендатуры, мы видели, как увозили на санках полуживых отца и сына Бачаевых. Они едва дышали».

Ильяс Бачаев:

«В ночь на 21 января меня вызвали на пожар (работаю я на пожарной машине вместе с сыном). Мы вместе с ним выехали по вызову. Потушив пожар, мы возвращались домой, когда в машине кончился бензин. Делать было нечего, и мы решили спустить воду, прежде чем поставить машину. В это время к нам подъехал БТР с одной фарой; военные спросили документы. Я — заместитель начальника пожарной части, документы у меня всегда в порядке. Но нас забрали на БТР и до двух часов ночи возили, потом разули и пересадили в автозак. Все это время нас беспрерывно избивали, чем только могли: прикладами, кулаками, пинали сапогами. Привезли нас куда-то за элеватор и там на бетоне продержали до следующего дня.

Выпустили нас 22 января в 16 часов: меня с сыном и еще одного мужчину, благодаря усилиям местного коменданта, начальника пожарной части, а также подполковника Яковлева, начальника уголовного розыска.

До машины еле дошел, ноги обморожены, еще и разбиты. У меня сломаны два ребра, в третьем трещина, голова повреждена, внутри все болит. Сын тоже жестоко избит, получил трещину ребра, ему тоже повредили голову. За эти два дня не было времени, чтобы нас не били, глаза у нас постоянно были завязаны, узнавали друг друга по голосу, когда кого-то допрашивали. Вараева нет до сих пор. С нами были люди в одних майках и в трико, одним словом разутые и раздетые, а на улице 20-градусный мороз».

22 января

Около 21 часа в Заводском районе г.Грозный двое сотрудников военной комендатуры обстреляли трех местных жителей.

От полученных ранений на ул.Ермоловская скончался Бекхан Султанович Угуев, 1981 г.р., проживавший по адресу: ул.Индустриальная, 34, кв.3.

Сайд-Эми Увайсовича Тапчаева, 1954 г.р., жителя ул.Нефтезаводская (д.5, кв.4) пули настигли в постели. Он ранен в брюшную полость и ногу. Огнестрельные ранения предплечья и лица (у него полностью была разворочена челюсть) получил и Виктор Александрович Дворецкий, сорока лет, проживающий по адресу: ул.Ермоловская, 2, кв.3. Впоследствии они оба были доставлены в городскую больницу № 9.

Военные врывались в дома жителей этих улиц в поисках «водки и закуски». Когда не получали требуемого, не задумываясь применяли оружие. В доме на ул.Нефтезаводская один из них выстрелил в рот своему товарищу, а затем заснул на кровати, где лежал труп.

Поблизости от места, где происходили описываемые события, находится блокпост. Однако никаких действий по усмирению не в меру разбушевавшихся сослуживцев стоящие там военные не предприняли.

На следующее утро к месту происшествия прибыли сотрудники ВОВД Заводского района. Но случилось это только после того, как власти узнали, что среди убитых есть и российский военный.

Около 10 часов в с.Курчалой прогремели два взрыва. Местные жители полагают, что их произвели российские военные. Свидетелем происшествия оказался Самради Абдулхамидович Усманов. До вечера военные продержали его на улице, а затем, уже на следующий день, пришли к нему домой с обыском.

С.А.Усманов:

«22 января в десятом часу утра я вышел на улицу. На дороге я не сразу заметил занимающих позиции солдат, тем более что они при этом прятались. Только я поравнялся с газопроводом (газовая труба), как раздался взрыв. Недалеко от места взрыва стояла военная машина ГАЗ-66 с водой. По поведению военных было видно, что они готовились что-то взорвать.

Сразу же после взрыва меня остановили окриком: «Руки из карманов, руки вверх. Бегом!» Когда подбежал к ним, обыскали, проверили документы. Пока мы стояли, прибежала моя жена. Я им прямо сказал: «Вы сами организовали этот взрыв, мы-то только проходим по этой дороге, а у вас здесь стоит пост».

Я слышал, как солдаты говорили между собой о взрыве, «настроенном» на 9.40. Они уже начинали прятаться, а тем, кто стоял с нами, кто-то из них крикнул: «Что вы их держите, уложите!» Нас спешно отвели в сторону. И тут прогремел второй взрыв. Солдаты были уже в укрытии, а мы остались стоять. Жена, она у меня сердечница, упала без сознания. С помощью соседей я занес жену в чей-то дом. Но меня они не отпустили домой, продержали до самого вечера.

24 января с утра военные пришли в дом с обыском. Обыскали все, даже курятник. Придирались к любому документу в доме.

7 января ко мне уже приходили ГРУшники, которые прострелили цистерну во дворе, трактор, кастрюлю с маслом для машин, фляги. При этом все, что можно было поломать, поломали.

А сегодня (24 января) говорят: «Каждый день будем душить вас». Я ответил, что ничего хорошего от них мы и не ждали.

У меня в селе было два брата, одного (Асруди) они забрали и поломали три ребра, по спине прошлись штык-ножом. У него следы до сих пор на теле».

Макка, жена С.Усманова:

«Я была в сарае, когда пришла соседка и сказала, что моего мужа задержали. Я выскочила на улицу и подбежала к мужу, который был окружен солдатами. Поговорить с ними мне не удалось. Они мне начали грубить, грозились взорвать дом и убить детей. Пока мы ругались, подошел командир, который сказал, что в 9.40 должен быть взрыв. Я спросила: «Откуда вы знаете?» Он ответил, что сработает механизм, который установлен на это время.

Через некоторое время действительно прогремел взрыв. Все в укрытие побежали, а мы остались стоять. Потом я упала. Меня оттащили.

24 января пришли уже с очередным обыском. Мы ждали их у ворот, а они прошли с огорода, разрезав железную сетку. Докопались даже до детских колготок. Сказали, что ищут мины с пультом, которых я в жизни в глаза не видела.

В прошлый обыск (7 января) они попали на день рождения моей дочери. У нас в гостях были две девочки. Они даже этим детям говорили нецензурные слова. Забрали ящик печенья, заполняли им карманы, совали к себе за пазуху. Увидев среди лекарств шприцы (я инвалид второй группы), начали кричать: «А-а, у вас есть наркоманы! Давайте наркотики». Требуя наркотики и наркоманов, они били меня прикладом автомата по спине».

В г.Урус-Мартан в ходе «зачистки» российские военные изъяли у местного жителя Вахи Яхъяевича Далаева двухцилиндровый двигатель внутреннего сгорания марки УД-2.

Обыск домовладения этого человека, который расположен по адресу: ул.Каланчакская, 36, производился без соответствующей санкции со стороны прокуратуры. Задействованные в нем военные не представлялись. Их внимание сразу же привлек двигатель, который хозяин дома использовал в качестве мини-электростанции. Он купил его еще в 1985 году, однако техпаспорт на него не сохранился.

В период активных военных действий в дом Вахи Далаева попали шесть артиллерийских снарядов, в результате чего тот сгорел. Вместе со всем имуществом тогда были уничтожены и документы на двигатель. Он собирался восстановить их в предусмотренном законом порядке, однако суд непосредственно в Урус-Мартане еще не начал функционировать.

Все это он попытался рассказать прибывшим к нему на «зачистку» военным. Однако понимания с их стороны не добился. В ответ ему «объяснили», что комендант района отдал приказ отбирать все, на что нет соответствующих документов. На просьбу же оформить изъятие в письменной форме, дали расписку следующего содержания: «Мной, старшим группы № 5, был изъят у гр. Далаева В.Я. двигатель УД-2». После этого следовали дата цифрами и подпись, в которой невозможно было разобрать ни имени, ни фамилии.

Пострадавший почти сразу же обратился с письмом к и.о. прокурора Урус-Мартановского района Леониду Илюшенко. Затем по прошествии нескольких дней после этого, когда ему показалось, что прокуратура не собирается что-либо предпринимать, написал заявление в гражданскую администрацию района.

Вскоре после этого его вызвали в ВОВД Урус-Мартановского района. Допросив пострадавшего, сотрудники временного отдела сказали, что материалы они передадут прокурору района. По мнению Вахи Далаева, дело по поиску принадлежавшего ему двигателя намеренно хотят заволокитить и закрыть. Ведь к моменту, когда он допрашивался в милиции, в прокуратуре без всякого движения уже в течение двух с лишним недель лежало его первое заявление, написанное на имя прокурора района.

Поэтому 14 февраля он обратился за помощью в консультационный пункт ПЦ «Мемориал» в г.Урус-Мартан.

На окраине г.Шали российские военные, прибывшие на «зачистку», обстреляли из танкового орудия автомобиль «Нива» и убили находившихся в его салоне пятерых человек. Местные жители доставили их трупы в мечеть, а потом поставили в известность о происшествии население ближайших к этому городу сел и поселков.

На следующий день был опознан один из убитых. Им оказался Сайд-Султан Абдурашидов, постоянный житель Грозного, как беженец с самого начала второй русско-чеченской войны проживавший в соседнем Чири-Юрте. Выяснилось также, что вместе с другими пассажирами обстрелянного автомобиля он выехал из этого села в Шали, не подозревая, что тот уже блокирован со всех сторон войсками.

Сотрудникам ПЦ «Мемориал» неизвестно, были ли опознаны убитые одновременно с ним люди.

Прокуратура Шалинского района приостановила производство по уголовному делу № 22069, возбужденному в связи с похищением (ст. 126 ч. 2 УК РФ) жителей с.Гелдагана Курчалоевского района Бекхана Имрановича и Майрбека Адамовича Джанаралиевых, 1975 и 1977 г.р. соответственно.

Они были захвачены 22 октября 2000 года около 15 часов на окраине с.Мескер-Юрт Шалинского района. Со слов родственников стало известно, что их автомашину ВАЗ-21099 с регистрационным знаком: А 186 ХА 20/rus остановили российские военные. Ведомственную принадлежность последних выяснить не удалось. К месту задержания они прибыли на автомобилях «Урал» и «Нива». Кроме того, старший из них, тот, кто отдавал приказы, представился «подполковником Кариновским».

Военные пересадили к себе Бекхана и Майрбека Джанаралиевых и уехали в неизвестном направлении. По состоянию на начало 2004 года о судьбе этих людей ПЦ «Мемориал» ничего неизвестно.

С начала октября 1999 года в Чечне погибли 2700 сотрудников правоохранительных органов, 7900 получили ранения. Об этом сообщил заместитель министра внутренних дел РФ Иван Голубев.
                Согласно приведенной генералом статистике, с ноября прошлого года убиты 8 глав администраций и их заместителей, 10 сотрудников чеченской милиции, 2 сотрудника чеченской прокуратуры, 2 представителя духовенства, 19 сотрудников органов местного самоуправления, 59 мирных граждан.

Сообщение СМИ

23 января

В 8.10 в микрорайоне «Ипподромный» Ленинского района г.Грозный на трассе, ведущей в сторону старого аэропорта, прогремел взрыв. Вслед за этим российские военные открыли огонь из стрелкового оружия и гранатометов по многоэтажным домам на ул.Б.Хмельницкого. Обстрел велся в течение тридцати пяти минут; жертв нет. Однако квартирам и личному имуществу местных жителей нанесен значительный материальный ущерб.

Прекратив огонь, военные затем провели «зачистку» некоторых домов. Они проверили документы у немногочисленных жильцов и осмотрели комнаты, в которых им приходилось ютиться. При отсутствии хозяев двери квартир взламывались, как, например, в шестом корпусе дома № 13. Были случаи кражи находившихся там вещей.

Военные задержали и увезли в неизвестном направлении несколько молодых мужчин. Их фамилии и точное число неизвестны.

Жильцы обстрелянных домов обратились с жалобой в центральную комендатуру г.Грозный. Их принял заместитель коменданта республики и дал «слово офицера», что впредь подобного безобразия не допустит.

На Старопромысловском шоссе российские военные задержали 37­летнего Аюба Н. (имя изменено по его просьбе), жителя г.Грозный. Об обстоятельствах своего задержания и освобождения в первых числах марта он рассказал сотрудникам ПЦ «Мемориал» в Назрани.

«23 января в 10 часов утра я ехал с пассажирами на машине по Старопромысловскому шоссе города Грозный. На блокпосту № 51 (остановка «Ташкала») нас остановили в числе других. Один из военных знаками приказал отогнать автомобиль в сторону. Проверив документы и вернув их, сказал, что на меня есть какие-то материалы, придется задержать и все выяснить. По рации вызвали спецгруппу. Пассажиров заставили выйти из машины и лечь на землю.

Моя родственница наотрез отказалась выполнить команду военных, требуя сказать, в чем подозревают меня и почему нельзя разобраться на месте. Вместе с нею и подсевшими в машину двумя русскими мы поехали в сопровождении четырех автомобилей УАЗ в направлении 36-го участка. Примерно через полтора-два километра, не доезжая до завода «Электроприбор», повернули направо. У здания, где располагается чеченская милиция (это в городке Иваново), родственницу заставили выйти. Я попросил ее передать моим родным о задержании. Оттуда мы проехали некоторое расстояние, повернули направо и оказались на окраине населенного пункта. Через некоторое время — поворот налево, и мы были уже в закрытой зоне. Подъехали к трехэтажному дому серого или пепельного цвета, где находились несколько гражданских машин. У ворот стояла охрана. Впереди было открытое место вплоть до Терского хребта.

Меня завели внутрь здания, на руки надели наручники и завязали глаза. Затем повели по темному коридору, по пути избивая ногами и прикладами. Я пытался выяснить, в чем дело, за что задержали, просил дать объяснение, но никто меня и слышать не хотел. До 17 часов продержали в том доме, потом через другой выход вывели во двор, огороженный бетонными плитами. Завели в помещение, которое вело в подвал. Оказывается, это была пыточная камера. Через маленькое окошко в ней была видна врытая в землю цистерна из-под горюче-смазочных материалов.

Меня посадили на железный стул, стянули ремнями туловище и руки так, что нельзя было шевельнуться, на голову надели металлическое кольцо с электропроводами и включили ток. Боль была страшная, скрутило все тело. Не знаю, сколько продолжалась пытка, так как я часто терял сознание. Два раза меня приводили в чувство, сделав уколы в руку и шею. Думаю, пытали с перерывами примерно 3–4 часа.

После истязаний меня подвели к цистерне, разделенной на три отсека, отодвинули средний люк, сняли повязку и наручники и сбросили вниз. Ударившись о тупой предмет, я упал в воду. Вода доходила до пояса, в ней стояли задержанные люди. С помощью мужчины лет 50 и молодой девушки удалось подняться на ноги.

Пришедшие на помощь Роза, из города Шали, и Харон, житель поселка Новые Алды, находились в заточении около двух месяцев. Вид у обоих был ужасный. У Харона отсутствовало левое ухо, лицо и тело были изуродованы пытками и избиениями ногами, прикладами, железной арматурой. Особая жестокость к нему объяснялась, наверное, тем, что во время «зачистки», как он сам признавался, у него дома нашли оружие. Розу, красивую девушку 22–25 лет, взяли на посту, «заподозрив» в ней снайпера. Она была обнажена до пояса и, чтобы скрыть наготу, сидела в воде до плеч. На животе и боку у нее были легкие порезы, сделанные ножом, ляжка правой ноги проткнута острым предметом. Я дал ей свою рубашку.

Всего в цистерне было шесть человек: нас трое, еще двое мужчин и одна девушка из Старопромысловского района лет 16 на вид, по имени Таиса. Маленького роста, со стройной фигурой, очень красивая брюнетка, хотя лицо было в синяках и кровоподтеках.

Не передать словами, что вытворяли над нами эти звери, каким издевательствам они подвергали людей. Вместо еды давали через день какие-то объедки. В туалет не выводили. Мало того, свои естественные надобности отправляли, отодвинув люк, прямо на нас. Мы тоже вынуждены были ходить туда же, в воду. Когда вызывали на допросы, спускали веревочную лестницу. Кто не мог подниматься самостоятельно, тем на руки надевали наручники и тащили вверх. Из камеры пыток постоянно доносились крики и стоны истязаемых. Иногда русские военные практиковали «коллективные мероприятия»: ставили всех в ряд и начинали жестоко избивать. Но хуже всего, мучительнее и унизительнее было, когда эти животные, заставляя стоять с вытянутыми вперед руками, насиловали девушек. Причем, делали это в самых изощренных формах. Мы же должны были на это смотреть. Позднее Роза призналась, что иногда ее «пропускали» по 20–30 человек, а Таиса была беременной. Насилию подвергся и Харон.

Родственники вытащили меня из этого ада на четвертый день, 28 января, уплатив 2,5 тысячи долларов. Перед освобождением девушки и мужчины просили сообщить своим родным о них и сделать все, чтобы спасти от этих фашистов. Таиса, правда, сказала, что у нее все равно не будет жизни, она, мол, конченный для себя и своих близких человек.

Утром меня вывели из заточения, отдали паспорт. Деньги, около семи тысяч рублей, машину и документы на нее не вернули. Вместе с братом я поехал в Шали, предупредил родственников Розы. Через две недели она была выкуплена за четыре тысячи долларов. Прежде ее отвезли в Ханкалу, оттуда и отпустили. Таким же образом и за ту же сумму освободили Таису. По моим сведениям, спустя некоторое время она умерла у себя дома, а ее родные, похоронив ее, уехали в Бельгию. Думаю, что и остальные смогли сохранить свою жизнь и вырваться на свободу».

Во время «зачистки» в г.Гудермес российские военные задержали сторожа ПМК, 50-летнего П. (имя и фамилия не называются по просьбе родственников). В то утро, как обычно, он ушел на работу. Когда военные на БТРах приехали к охраняемому им объекту, там же находился его напарник, после окончания своей смены не успевший уйти домой.

Военные потребовали предъявить документы. У П. с собой паспорта не было. Он попытался объяснить, что, выходя из дома, по ошибке оставил его в кармане другой куртки и даже попросил позволить сходить за ним. Но ему в этой просьбе отказали и заявили, что тот должен будет проехать с ними.

По рассказам родственников, П. был набожным человеком, всегда вовремя молился, держал пост. Передав имевшиеся у него деньги своему напарнику, не сопротивляясь, он проследовал за военными. Тем не менее у БТРа ему на глаза натянули спортивную шапочку, скрутили за спиной руки и, избивая прикладами автоматов и ногами, затолкали в люк.

В течение двух последующих дней местонахождение этого человека установить не удалось. И это несмотря на то, что через 15–20 минут после задержания родственники передали военным злополучный паспорт и те в ответ обещали отпустить его. Не привели к успеху и многочисленные обращения в военную комендатуру и во временный отдел милиции. Кроме стандартных фраз о том, что во всем разберутся, сотрудники этих учреждений никакой новой информации о дальнейшей судьбе похищенного человека не предоставили.

Но на третий день пришло сообщение, что недалеко от соседнего с.Джалка в районе, называемом «Очистительный», местными жителями найден обезображенный труп неизвестного мужчины. Информация об этой страшной находке была озвучена и по телевидению Гу­дермеса.

Родственники П. выехали в Джалку.

Останки человека, обнаруженные в окрестностях этого населенного пункта, были перенесены в местную мечеть. Там их сфотографировали и сняли на видеокамеру. К этому времени о находке было сообщено в районную прокуратуру, и туда, как выяснилось, уже приезжали следователи и эксперты.

Прибывшие, осмотрев труп, опознали в нем сторожа ПМК. Хотя сделать это было достаточно трудно: на всем теле убитого остались следы сильного избиения и огнестрельных ранений (по некоторым данным, в него произведено шесть выстрелов), голова была раздроблена тяжелым предметом.

По поводу убийства П. его родственники обращались в различные органы власти ЧР и РФ. Однако никаких сведений о возбуждении уголовного дела и проведении иных следственных мероприятий по раскрытию данного преступления у них нет. Сотрудники военной прокуратуры, к которым они также обращались, отказались принимать ­заявление до тех пор, пока им, как они выразились, не приведут ви­новных…

По некоторым сведениям, похитителей сторожа ПМК возглавлял офицер в чине полковника. Однако называть его имя, когда правоохранительные органы отказываются даже принимать у них заявления, родственники убитого человека опасаются.

В продуктовый ларек, оборудованный на трассе Ростов—Баку возле с.Ойсхара (пос.Новогрозненский) Гудермесского района, неизвестными лицами было заложено взрывное устройство. В результате его подрыва погибли трое бойцов ОМОН Республики Бурятия и три милиционера-чеченца, проезжавшие по трассе на автомобиле УАЗ.

Во время взрыва погиб и случайно оказавшийся на этом месте тракторист из населенного пункта Гордали.

Прокуратура Грозненского (сельского) района возбудила уголовное дело № 19007 (ст. 30 ч. 3, ст. 126 ч. 2 УК РФ) в отношении жителей Чеченской Республики Хаджимурадова и Хасаева.

По версии правоохранительных органов РФ, эти люди 11 января в с.Дуба-Юрт планировали совершить похищение двух российских военных, неких Марсакова и Глухова.

Позднее это дело было направлено в суд.

Около 21 часа артиллерийскому обстрелу подвергся населенный пункт Татай Ножай-Юртовского района. В результате обстрела местному жителю Эльмурзаеву причинен значительный материальный ущерб.

В с.Цоцин-Юрт Курчалоевского района, возможно, на почве кровной мести убит местный житель Супьян Алиевич Яхъяев.

Сотрудники Аргунской межрайонной прокуратуры возбудили уголовное дело № 45014 (ст. 126 ч. 1 УК РФ) по факту похищения «неизвестными вооруженными людьми в камуфлированной форме» (формулировка прокуратуры) жителя с.Цоцин-Юрт Курчалоевского района Махмуда Супьяновича Ибрагимова.

23 декабря 2000 года в 12.30 автомобиль, которым управлял этот человек, на дороге в г.Гудермес был остановлен российскими военными. На глазах у жены они пересадили его в одну из имевшихся у них автомашин марки ВАЗ-2106 и скрылись в неизвестном направлении.

23 марта согласно ст. 195 п. 3 УПК РСФСР уголовное дело было приостановлено.

Как сообщили в комендатуре г.Грозный, днем в Октябрьском районе на ул.Дербентская на установленном неизвестными взрывном устройстве подорвалась машина ВАЗ-2106 с находившимися в ней сотрудниками ВОВД Урус-Мартана. Двое чеченских милиционеров получили ранения и госпитализированы.
                Еще одна машина, УАЗ-469, в которой возвращались с задания милиционеры Старопромысловского ВОВД, подорвалась на фугасе в Ленинском районе города. Ранение получил один милиционер.
                В комендатуре отметили, что угрозы жизни раненых нет, состояние их здоровья оценивается медиками как среднетяжелое.

Сообщение СМИ

24 января

В ночь на 24 января из артиллерийских орудий произведен обстрел с.Новые Атаги Шалинского района. Огонь велся с места дислокации 205-й отдельной мотострелковой бригады у с.Лаха-Варанда Грозненского (сельского) района.

Несмотря на то, что основной удар пришелся по окраинам населенного пункта, несколько снарядов все же упали и в его центре. В результате последовавших за этим взрывов были разрушены два дома и жилой вагончик. Обошлось без жертв, так как хозяева строений еще в начале второй войны в поисках безопасности выехали за пределы республики.

Были похищены Бислан и Магомед (Мохьмад), соответственно 20 и 22 лет, проживавшие на ул.Ялтинская в пос.Катаяма Старопромысловского района г.Грозный.

Как утверждают очевидцы, на одной из улиц этого поселка молодые люди были остановлены российскими военными в белых маскировочных халатах.

На следующий день труп Бислана со следами пыток и прижизненного глумления был найден на территории т.н. металлосклада недалеко от места, где он проживал.

О судьбе Магомеда (Мохьмада) ничего неизвестно. Однако его родственники надеются, что он еще жив.

(Фамилии молодых людей не называются по просьбе их родственников.)

По словам Владимира Каламанова, спецпредставителя президента РФ по обеспечению прав и свобод гражданина в Чечне, в последнее время найдено 46 человек, пропавших без вести. «Эта работа ведется нами совместно с МВД, где создана специальная большая группа по розыску пропавших без вести», — сообщил В.Каламанов.
                Вместе с тем спецпредставитель признает, что не удовлетворен обстановкой в Чечне, где по-прежнему существует «комендантский час», где продолжается т.н. контртеррористическая операция. «И в связи с этим в этой республике существуют ограничения объективного характера, но, думаю, что они носят временный характер и в ближайшее время будут сняты», — полагает В.Каламанов.

Сообщение СМИ

25 января

Сотрудники российских силовых структур, на двух БТРах и БМП прибывшие в с.Гойское Урус-Мартановского района в поисках здания для размещения в нем гарнизона, задержали и попытались увезти с собой инвалида с 1979 года Сулимана Султановича Исмаилова.

Главе администрации населенного пункта А.Гацаеву пришлось долго доказывать, что задержанный ими местный житель не является участником чеченских вооруженных формирований. В подтверждение своих слов он предъявил заключение ВТЭК и медицинские справки, которые тот всегда носил с собой.

«Силовики» так до конца и не поверили главе администрации: освободив инвалида, они, под предлогом необходимости дальнейшей проверки, оставили у себя его паспорт.

Затем они приступили к выполнению своей основной миссии. Но незаселенных домов в населенном пункте не нашли.

Возможно, кто-нибудь из жителей села и разрешил бы им на время вселиться к себе, но у них еще свежа в памяти история Сайд-Селима Висаева. В конце 1999 года по просьбе полковника российской армии он уступил комендатуре свое домовладение со всем имуществом и надворными постройками, расположенное на юго-восточной окраине села.

В первые месяцы военные еще запускали хозяина к себе во двор с тем, чтобы он смог убедиться в целости и сохранности находящегося там имущества. Но в начале марта 2000 года, когда в шестидесяти метрах от домовладения началось сооружение стационарного блокпоста, в этих посещениях неожиданно стали отказывать. Возможно, еще и потому, что военные использовали в строительстве принадлежавшие ему фундаментные блоки, плиты перекрытия и пиломатериалы.

15 мая строительство блокпоста было завершено. Посчитав, что дом его теперь свободен, Сайд-Селим Висаев попытался вселиться в него, но был задержан и доставлен в ВОВД. После допроса, длившегося полчаса, он оттуда был отпущен. Еще через пару дней военные с блокпоста обстреляли дом из гранатометов. А хозяина, попытавшегося вмешаться с тем, чтобы остановить окончательное разрушение своего жилища, снова задержали и увезли в ВОВД.

18 мая 2000 года, заложив взрывчатку, они все же взорвали дом, несколько месяцев служивший им приютом. Гранатами они забросали колодец, а автобус, все это время находившийся во дворе, расстреляли из пулеметов и гранатометов.

Сотрудники Урус-Мартановской военной комендатуры приехали в с.Алхазурово с тем, чтобы выбрать здание для размещения в нем военного гарнизона.

Пока одни военные вместе с главой администрации населенного пункта вели поиски помещения, другие — грабили местных жителей. Иногда доходило до курьеза: члены экипажа БТРа, оставленного на западной окраине села, забравшись в сарай Сугаиповых, украли оттуда две курицы.

В г.Аргун планировалось организовать похороны человека, умершего от сердечного приступа после того, как его сын был задержан и избит во время последней «зачистки».

К людям, которые копали могилу на местном кладбище, подошли военные и потребовали предъявить «разрешение на похороны», которое, как они объяснили, должно быть заверено российским комендантом, главой администрации и старейшинами населенного пункта. По их словам, в нем должны быть указаны фамилия и имя умершего, причина его смерти и количество людей, желающих прийти на кладбище.

Копавших могилу молодых мужчин (их было восемь человек), военные увезли с собой. На утро следующего дня о месте их нахождения ничего не было известно.

Похороны в Аргуне были сорваны. Труп умершего его родственники отвезли в с.Ведено и там предали земле.

(Имена и фамилии умершего, а также людей, задержанных во время похорон, не приводятся по просьбе родственников.)

Около 10.15 на окраине с.Зандак Ножай-Юртовского района в результате подрыва взрывного устройства получил ранение Р.М.Агларханов.

В 11.30 в этом же районе при разминировании был ранен сотрудник Рязанского ОМОНа С.Шумилин.

Неизвестными людьми в камуфляжной форме, прибывшими в с.Цоцин-Юрт на автомобиле ВАЗ-2106 белого цвета без регистрационных знаков, в доме, который он снимал, убит заместитель главы администрации Курчалоевского района Магомед Буйвасарович Косумов, 1954 г.р.

По другим данным, он был убит на автозаправочной станции, куда подъехал на собственном автомобиле.

В г.Грозный российские военные схватили 25-летнего Магомеда Шахидовича Харцаева. Вместе с ним в их руки попал еще один человек (его имя и фамилию установить не удалось). Их обоих они увезли в неизвестном направлении.

По словам очевидцев, при задержании этих людей, применив оружие, военные убили некоего Зайпулаева. Родственники сумели забрать его труп и похоронить.

1 апреля рядом с местом дислокации 21-й (Софринской) бригады ВВ МВД РФ местные жители нашли останки Магомеда Харцаева. По факту убийства (ст. 105 ч. 1 УК РФ) прокуратура г.Грозный возбудила уголовное дело № 17018. Но сделано это было еще тогда, когда он только считался «исчезнувшим» после задержания. Через две недели после того, как нашли его труп, прокуратура приостановила уголовное дело на основании ст. 195 п. 3 УПК РСФСР.

В Гудермесе задержан бывший начальник департамента министерства шариатской безопасности Ичкерии по Гудермесскому и Ножай-Юртовскому районам И.Дукаев.
                Как сообщили в пресс-службе Главного управления по борьбе с оргпреступностью (ГУБОП) МВД РФ, 32-летний И.Дукаев принимал участие в нападении на г.Буденновск в составе вооруженных формирований Шамиля Басаева летом 1995 года.

Сообщение СМИ

26 января

Во время «зачистки» с.Бердакел (Комсомольское) Грозненского (сельского) района российские военные задержали Хамзата Лом-Алиевича Алимханова, 1972 г.р., и Сулима Имрановича Хатулова, 1970 г.р. По состоянию на февраль 2003 года местонахождение этих людей установить не удалось.

Хамзат Алимханов, проживающий в Аргуне по адресу: пер.Ворошилова, 4, был захвачен, когда приехал проведать больную сестру. В это время в том районе проходила спецоперация. Военные потребовали у молодого человека документы и, просмотрев их, заявили, что ему нужно пройти с ними. За него попытался заступиться зять, Сулим Хатулов. Тогда военные заявили, что «сейчас выясним все», и забрали их обоих.

Местные жители видели, как задержанных посадили в автомобиль УАЗ и отвезли к бывшей сельской ферме. Там пересадили на военный «Урал» с регистрационными знаками 15-71 СА, который поехал в сторону Ханкалы.

«Зачистку» в селе проводили военнослужащие 71-го полка, входящего в 42-ю дивизию. Командовал ими полковник Бутов.

У Хамзата Алимханова остались пятеро малолетних детей, у Сулима Хатулова их было трое. По факту похищения этих людей 28 февраля того же года по ст. 127 ч. 2 УК РФ было возбуждено уголовное дело № 19015. Через два месяца его приостановили согласно ст. 195 ч. 3 УПК РСФСР.

Колонна российских войск, проводившая до этого «зачистку» в Аргуне, выдвинулась из центра в сторону Ханкалы. Но еще в черте города она была остановлена местными жителями, которые, перекрыв проезжую часть улицы, уже несколько дней протестовали по поводу немотивированных захватов людей, требуя в первую очередь немедленного их освобождения.

Военные потребовали пропустить колонну. Переговоры с женщинами, стариками и детьми, а на дороге в большинстве своем стояли именно они, вел лично комендант города. После получения отказа по его приказу бронетехника и автомашины (более 30 единиц) демонстративно тронулись в сторону оцепления. Военные, видимо, надеялись напугать людей и тем самым освободить дорогу для проезда. Но те остались на своем месте. Техника замерла в непосредственной близости от толпы.

Военные предприняли еще одну попытку договориться, и снова — неудачно. На требования освободить людей смогли сказать лишь то, что ничего о них не знают и что в их задержаниях якобы никакого участия не принимали.

Поняв, что дорогу им так просто не освободят, они попытались объехать толпу. С левой стороны перекрытой людьми улицы вдоль тротуара проходила линия электропередач. Боевая техника, лавируя, вклинилась в пространство между столбами. Однако дальнейшее ее продвижение застопорилось. БТРы и БМП стали застревать между столбами, один или два из которых даже были сломаны, и подходящими к ним почти вплотную заборами и стенами домов. При этом прикрепленные к их бортам ящики были раздавлены и на тротуар посыпались патроны, сигнальные ракеты, шанцевый инструмент.

Блокировавшие улицу женщины и дети подбирали их и кидали в сторону военных. Поднялся шум, крики, послышались звуки передергиваемых затворов. Возникшее напряжение снял приказ об отводе техники. Колонна отъехала к центру на незначительное расстояние и там замерла.

Около 14 часов того же дня военный комендант Аргуна, до этого безуспешно пытавшийся провести к Ханкале колонну бронетехники, обещал выпустить задержанных при «зачистке» людей, если будут разблокированы дороги. Надо сказать, что, кроме того, что едва не произошло столкновение между местными жителями и военными, оказались закрытыми выезды из города и в других направлениях, в частности в сторону Гудермеса, Шали и т.д.

Протестующие отобрали из своей среды 50 человек, которые пошли в комендатуру. После их визита оттуда были отпущены 28 человек. По имевшейся на то время информации там содержались еще девять человек. Но комендант заявил, что перед освобождением их необходимо допросить. По поводу остальных задержанных в городе людей он сказал, что ничего о них не знает.

Все 28 человек, отпущенных из комендатуры, имели на телах следы жестоких истязаний. У некоторых были сломаны конечности и ребра, отбиты почки. Все без исключения подверглись пытке током.

Митинг жителей Аргуна продолжился и в последующие дни. Но военные никого уже более не отпускали. Так как жители города не обладали достоверной информацией о точном числе задержанных при «зачистке» людей, возникли многочисленные слухи. Так, в последний день января в городе неожиданно стали говорить, что в ямах у соседнего с.Бердакел тайно захоронены 40 человек. Однако ПЦ «Мемориал» не удалось проверить эту информацию.

Еще через два дня акции протеста в Аргуне были прекращены.

В центре г.Грозный рядом с разрушенным зданием дома быта неизвестными подорван автомобиль УАЗ-452 (т.н. таблетка) с сотрудниками ВОВД Ленинского района. Один из них, видимо, погиб сразу. Его труп сгорел вместе с автомобилем.

Трое других получили тяжелые ранения и были увезены с места происшествия подоспевшими туда российскими военными. Они же открыли и беспорядочную стрельбу по окружающим зданиям. Продавцы и посетители близлежащего рынка поспешили уйти с опасного места. Через час-другой рынок практически полностью опустел.

К этому времени военные, а также сотрудники других российских силовых структур оцепили местность вокруг дома быта и стали задерживать всех, кто там находился. ПЦ «Мемориал» ничего неизвестно о количестве задержанных. Однако люди, освобожденные в последующие дни из здания Ленинского ВОВД, утверждали, что там их избивали и требовали признаться в нападении на милиционеров.

Около 19 часов с места дислокации 205-й российской отдельной мотострелковой бригады у с.Лаха-Варанда Грозненского (сельского) района из установок залпового огня «Град» произведен обстрел окрестностей населенных пунктов Шатойского и Веденского районов: Улус-Керт и Дутц-Хоте. По лесным массивам вокруг этих сел той же ночью нанесли удар танки и артиллерия.

О жертвах среди местного населения и разрушениях ПЦ «Мемориал» ничего неизвестно.

Около 13.30 в г.Грозный на просп.Ленина на взрывном устройстве подорвалась автомашина УАЗ, принадлежащая ВОВД Ленинского района Грозного.
             Как сообщили в центральной военной комендатуре Грозного, взрывное устройство было заложено «прямо напротив здания районной прокуратуры».
             В результате из четырех милиционеров, находившихся в машине, один «сгорел заживо», трое получили тяжелые ранения и были госпитализированы в военный госпиталь аэропорта «Северный», сообщили в комендатуре.

В Грозном сотрудники временного управления по борьбе с оргпреступностью (ВУБОП) МВД РФ остановили возле блокпоста для проверки автомобиль ВАЗ-2106, в котором находились житель Урус-Мартана и житель с.Гойты.
                Пассажиры пытались скрыться и оказали вооруженное сопротивление. Один при попытке скрыться подорвался на неустановленном взрывном устройстве и погиб. Второй был задержан, у него изъят пистолет с семью патронами. При проверке в автомобиле обнаружили автомат АКС с тысячей патронов, две радиостанции и самодельное взрывное устройство.
                При обыске в доме задержанного был обнаружен один килограмм пороха, 82-мм мина, самодельное взрывное устройство с электродетонатором.

Сообщения СМИ

27 января

В 5 часов утра в ходе адресной проверки в с.Махкеты Веденского района были задержаны супруги Мухади и Забура Аюбовы и четверо их соседей — братья Мицаевы.

Накануне один из братьев Аюбовых из г.Аргун приехал в гости. Сотрудники российского ОМОНа окружили квартал, где проживают его родственники, и произвели задержание. Хотя никто никакого сопротивления не оказал, они стреляли из автоматов в воздух, били и оскорбляли людей.

Мицаевых в тот же день отпустили, а Аюбовых обвинили в «укрывательстве боевиков, участии в изготовлении и установке фугасов». Несмотря на полное отсутствие доказательств и несостоятельность улик в течение 12 суток этих людей держали в расположении 137-го десантного полка.

Мухади военные сразу бросили в яму. Температура в ней была такой, что даже днем замерзала вода в бутылке. Забура сначала содержалась в холодной палатке, а через трое суток и ее спустили к мужу.

Не предъявив официального обвинения, их также выпустили. После почти двух недель, проведенных в холоде, супруги Аюбовы нуждаются в лечении. Особенно плохо чувствует себя женщина.

Мухади Аюбов:

«На рассвете 27 января 2001 года нас подняли с постели, стали спрашивать, где наши гости, почему мы укрываем боевиков? Мы говорили, что у нас никого нет. Мы и сами едва перебиваемся, нам не до гостей.

Потом у меня нашли схему электрического выключателя. На государственную работу сейчас не устроишься, поэтому я подрабатываю мелким ремонтом. Попросил знакомого, чтобы он сделал мне эту схему, потому что специально я этому не учился. Нашли у меня схему и говорят, что по ней фугасы делают. Я объясняю старшему, что это такое, а он мне говорит: «Ты еще учить меня будешь?! Я инженер!» Я сказал ему, что если он инженер, то тем более должно быть ясно, что это такое. Он стал кричать, что в последнее время было несколько взрывов, и фугасы были сделаны по этой схеме. А я и не знал ничего об этих взрывах. Я болен, желудком страдаю, со двора почти не выхожу.

Они сказали, что все равно меня забирают. Тут дети выскочили, и они хотели забрать мальчика 15 лет. Жена стала умолять их не трогать детей, лучше забрать ее. И ее забрали. Нам скрутили руки за спиной, завязали глаза, толкали, пинали, довели до центра села, где стояла бронетехника, а потом увезли в расположение 137-го десантного полка, который стоит у соседнего села Хатуни. Там меня сразу спустили в яму, а жену сначала увели в палатку, которая ничем не обогревалась. Потом жену тоже бросили ко мне в яму.

В яме была бутылка с водой, но пить воду было невозможно, потому что она превращалась в лед. Яма была высотой 1 метр, разогнуться там было невозможно, потому что сверху она была закрыта бревнами, присыпанными ­землей.

Через некоторое время нам стали передавать ту пищу, которую присылали односельчане. Но жена ничего есть не могла все 12 дней».

Забура:

«Меня допрашивали, угрожали расстрелом, били по голове, били током. Провода надевали на пальцы, пропускали по плечам. Я прыгала от удара током, они говорили: «Танцуй!»

На столе лежали медицинские инструменты, большие шприцы, они говорили, что все это применят к мужу, если я не заговорю. Пытались заставить меня выпить какие-то таблетки.

Я была в одном халате. Когда меня посадили с мужем, то укрыться нам дали сырым паласом.

Они требовали от нас столько денег, что нам никогда бы не расплатиться».

Вечером в карьере для добычи гравия у с.Новые Атаги Шалинского района обнаружены трупы Хамзата Майрбековича Хасарова, 1975 г.р., и Ахмеда Вахитовича Заурбекова, 1973 г.р., отца троих малолетних детей.

Первый из них — уроженец Старых Атагов, его дом находится на ул.Аргунская. Второй жил в том же селе у родственников; принадлежавшая ему квартира в Грозном была разрушена в ходе боевых действий еще в начале 2000 года.

Молодых мужчин задержали 14 января при возвращении к себе домой из Новых Атагов. Спросив на это разрешение, они пошли по перекидному мосту через реку Аргун, разделяющую эти два населенных пункта. Однако другие военные, стоявшие по другую сторону моста, схватили и увезли их предположительно в районную комендатуру в г.Шали. По крайней мере, захваченные во время «зачистки» и доставленные туда же односельчане утверждали, что видели там обоих еще 19 января.

Хамзата Хасарова и Ахмеда Заурбекова начали искать на второй же день после их «исчезновения», то есть уже 15 января. Первым делом родственники пошли в комендатуру Шалинского района, однако там им заявили, что ничего не знают о людях с подобными фамилиями. Затем они обратились к военному коменданту республики генералу Ивану Бабичеву и командованию ОГВ (с) РФ в Чечне.

До 27 января поиски велись достаточно интенсивно. За это время родственники побывали в изоляторах временного содержания и в местах дислокации воинских частей. Военные с главной российской базы в Чечне даже «успокоили» обратившихся людей, сказав, что задержанные живы, и обещав освободить их за денежное вознаграждение.

Обрадованные этим известием, они готовили для выкупа деньги, когда останки молодых мужчин нашли в карьере. По всей видимости, они были убиты 20 или 21 января и тогда же вывезены в карьер. 22 января выпал снег, а под найденными телами его не было.

Руки убитых были связаны за спиной. У обоих отрезаны несколько пальцев рук и уши. С оставшихся пальцев выдернуты ногти. В головы произведены контрольные выстрелы с близкого расстояния. С правой щеки одного из них до костей острым предметом была срезана кожа.

В 17 часов на объездной дороге Аргун—Пригородное убиты жители с.Мескер-Юрт Шалинского района.

Арби Экиев, Элбек Исраилов и Гелани (фамилия не называется по его просьбе) возвращались домой на трех грузовых автомобилях ГАЗ­53. Недалеко от электроподстанции их остановили российские военные в масках. Рядом стояли и два принадлежащих им УАЗа. Когда водители двух передних грузовиков направились в их сторону, раздались выстрелы из автоматов и ручных пулеметов. Молодые мужчины упали.

Гелани был за рулем третьей машины. Он успел спрятаться под ее кузовом, а затем, воспользовавшись тем, что уже стемнело, отполз от дороги и спрятался в кустарнике.

Ночью он пешком добрался до Мескер-Юрта. А на следующий день вместе с односельчанами вернулся на место трагедии и с их помощью забрал в село тела убитых. Туда же были отогнаны и нетронутые военными автомобили.

Согласно сведениям родственников, в Элбека Исраилова было произведено двадцать два выстрела. Из них четыре пришлись ему в сердце и два в голову. Не меньше ран оказалось и на теле Арби Экиева. Убитые обыскивались — в их карманах не оказалось документов и денег.

В надежде найти убийц, жители села обратились в комендатуру и прокуратуру района. Однако под предлогом того, что их принадлежность к российским силовым структурам невозможно доказать, в расследовании им фактически было отказано.

28 января

Вечером на объездной дороге Аргун—Пригородное убиты четыре человека: двое — из с.Цоцин-Юрт Курчалоевского района, по одному — из Гелдагена и г.Шали. Обстоятельства, при которых погибли эти люди, а также их фамилии и имена неизвестны.

В ПЦ «Мемориал» поступила копия письма жителей с.Дышне-Ведено Веденского района военному коменданту республики генералу И.Бабичеву, главе администрации А.Кадырову, коменданту Веденского района А.Зиновьеву и представителю президента РФ по соблюдению прав и свобод человека и гражданина в ЧР В.Каламанову. Должность последнего в нем указана следующим образом: «председателю Президента по правам человека».

Жители одного из самых высокогорных населенных пунктов Чечни просят предпринять необходимые шаги по освобождению задержанных односельчан и оградить их от произвола российских военных.

В письме, стиль которого полностью сохранен, в частности говорится:

«Убедительно просим Вас оградить население с.Дышне-Ведено от произвола и насилия со стороны федеральных войск. При этом сообщаем, что на территории Дышне-Ведено, как в первой, так и во второй войне его населением никаких действий против федеральных сил не велось, хотя сами федеральные войска бесцельно, почти ежедневно бомбили село. В результате бомбежки разрушены жилые дома, погибли мирные жители, в основном старики, женщины и дети, нанесен огромный материальный ущерб населению.

В настоящее время, поверив амнистии, уговорам старейшин села, обещанию администрации и комендатуры района, молодежь вернулась к мирной жизни. Многие из молодых людей поступили в ополчение и милицию, где они успешно служат.

Однако, несмотря на мирную жизнь села, произвол и насилие со стороны федеральных войск по отношению к мирным жителям усиливается, нарушается Конституция Российской Федерации. Может быть, это делают отдельные группы людей для обострения отношений между федеральными войсками и населением села? Нам это не понятно.

Чтобы не быть голословными, приведем примеры произвола федеральных войск.

Летом 2000 г. во время следования колонны федеральных войск по ул.Ленина с.Дышне-Ведено, примерно в 12 часов дня выстрелом из автоматического оружия был убит ученик 10 класса Салатханов Аюб.

В декабре 2000 г. во дворе своей квартиры убит Абдулханов Мовсур. Виновники установлены, но до сих пор не наказаны.

Вот свежие факты: в ночь с 7 на 8 января 2001 г. солдаты ворвались в дом тяжело больного Байтукаева Сайд-Хасана, лежавшего в постели, ударом полена по голове оглушили его и увезли в неизвестном направлении. При этом из автоматического оружия (они) произвели несколько выстрелов и ранили мать двоих малолетних детей Ахматову. Ранение она получила в области грудной клетки, перебиты кости левой руки, и в настоящее время она находится в больнице г.Шали в тяжелом состоянии.

В ту же ночь с 7 на 8 января 2001 г. примерно в то же время был арестован Садыков Супьян. Его также увезли в неизвестном направлении. Родители до сих пор не знают, где они (С.Садыков и С.-Х.Байтукаев) находятся и кто их арестовал.

По данному вопросу мы неоднократно обращались в комендатуру и к префекту района с просьбой установить местонахождение Байтукаева С-Х. и Садыкова Супьяна. (Но) от них мы только получаем стандартные ответы, что они ничего не знают, кто их арестовал. У нас возникает вопрос, для чего комендант и префект, если они не знают, что делается в районе? В селе нет опасных преступников и нет необходимости обезвреживать их варварскими методами в ночное время, производя стрельбу в женщин и детей. Если возникает необходимость установить какие-либо факты или арестовать кого-то, то есть законные меры, (которые) необходимо предпринять согласно нормам процессуального Кодекса, законов Российской Федерации…

На основании вышесказанного жители с.Дышне-Ведено считают, что действия федеральных войск на территории села (являются) незаконными, необоснованными и направленными для обострения отношений между населением и федеральной властью.

Поэтому население села убедительно просит Вас оградить нас от произвола федеральных войск и установить местонахождение Байтукаева Сайд-Хасана и Садыкова Супьяна. Освободить их из-под стражи и передать на поруки главе местного самоуправления, так как Байтукаев С.-Х., согласно выписке из больницы от 27 декабря 1998 г., тяжело болел и в момент ареста находился в (на) постельном режиме.

Просим ускорить рассмотрение данного заявления и удовлетворить нашу просьбу».

В Старопромысловском районе Грозного на ул.Гаражная в 20 метрах от здания прокуратуры произошел взрыв неустановленного взрывного устройства. В результате взрыва получили ранения трое милиционеров, осуществлявших охрану прокурора города. Все они госпитализированы.

Как сообщили в штабе Объединенной группировки войск на Северном Кавказе, во время патрулирования нарядом ОМОН на центральном рынке в Курчалое произошел взрыв неустановленного устройства. Три бойца ОМОН, получившие ранения, госпитализированы.

На российско-грузинской границе в последние дни российские пограничники задержали трех раненых чеченцев.
                В частности, 28 января в пункте пропуска «Яраг-Казмаляр» пограничники задержали некоего А.Чатаева. «Задержанный имеет осколочное ранение в живот, протез правой руки по локоть», — сообщили в пресс-службе ФПС России.
                Представители ФПС уточнили, что А.Чатаев имел паспорт гражданина РФ и является уроженцем Веденского района Чеченской Республики.
                27 января на том же пропускном пункте были задержаны еще два чеченца.
                Задержанный С.Мачигов «имеет огнестрельное ранение правой руки и левой голени». Его родственник Я.Мачигов, также задержанный пограничниками, был ранен в правое бедро.

Днем на Лабораторной улице в Ленинском районе Грозного неизвестные обстреляли из машины наряд милиции. Жертв и пострадавших среди милиционеров нет, сообщили в управлении внутренних дел МВД РФ по Чечне.
                Наряд милиции попытался остановить для проверки автомобиль ВАЗ-2106. Внезапно из автомобиля был открыт огонь по милиционерам из автоматического оружия.
                В результате ответного огня машина загорелась, неизвестным удалось скрыться. При проверке автомобиля после тушения пожара в нем были обнаружены три гранатомета, пулемет, пистолет ПМ и патроны к стрелковому оружию.

Сообщения СМИ

29 января

Около 19 часов у Ачхой-Мартана подверглись обстрелу жители с.Валерик Ачхой-Мартановского района, выезжавшие в самашкинский лес за дровами. Снаряды, по рассказам очевидцев, разрывались в воздухе. Люди не пострадали, но осколками были повреждены две автомашины из четырех.

Согласно рассказам местных жителей, на рынке с.Курчалой произошел подрыв неустановленного взрывного устройства. Ранения различной степени тяжести получили 32 человека. Данные о погибших отсутствуют.

По оценкам Комитета солдатских матерей, с августа 1999 года на Северном Кавказе погибли 6,5 тысячи военнослужащих. Об этом заявила ответственный секретарь Союза комитетов солдатских матерей России (СКСМР) Валентина Мельникова на пресс-конференции в Москве.
                По ее утверждению, в «горячие точки» часто попадают лица, призванные незаконно. «Незаконный насильственный призыв стал сегодняшней реальностью. Генштаб игнорирует все законы — и об охране здоровья, о единственных кормильцах, о пенсиях», — отметила В.Мельникова.
                Эксперты Минобороны РФ считают данные о потерях федеральных сил на Северном Кавказе, приводимые Комитетом солдатских матерей, сильно завышенными.
                Согласно официальным данным, общие потери федеральных сил в Чечне составляют погибшими около 2,7 тысячи военнослужащих и сотрудников органов внутренних дел.

В ближайшее время в суде одного из районов Грозного ожидается процесс над двумя людьми, обвиняемыми в попытке установить фугас на автодороге.
                «Обвиняемые по этому делу — Джабаев и Могуев — были задержаны 14 июня прошлого года при попытке установить фугас на автодороге Грозный—Химзавод», — сообщил прокурор Чечни Всеволод Чернов.
                Он отметил, что в Чечне за первый месяц работы судей на их рассмотрение прокуратурой направлено несколько десятков уголовных дел.
                При этом он уточнил, что, «поскольку судьи рассматривают дела единолично, без судебных заседателей, в их юрисдикции находятся преступления, срок наказания по которым не превышает пяти лет лишения свободы».
                Остальные законченные уголовным производством дела судьи направляют в Верховный суд РФ, а оттуда их «направляют по подследственности в суды сопредельных с Чечней регионов», — сказал про­курор.

Сообщения СМИ

30 января

В ночь на 30 января во двор дома стариков Умарпашаевых, проживающих в с.Тевзана Веденского района, со стороны огорода, сломав забор, въехал БТР. Соскочившие с него российские военные открыли стрельбу по окнам времянки (летнего дома), где спали престарелая хозяйка с семилетним внуком и ее парализованный муж (он не встает с постели уже 15 лет).

Пожилую женщину, выбежавшую во двор, военные ослепили светом фонариков. Затем заявили, что они из милиции, и потребовали выдать человека, который якобы находится у них в доме. Плохо понимающая по-русски, женщина решила, что речь идет о муже, и сказала, что тот болен и лежит в постели.

Военные быстро зашли в дом и, нацелив автоматы на внука Умарпашаевых, стали кричать, чтобы он встал с постели. Женщина попыталась объяснить, что ребенку всего семь лет, но ворвавшихся остановил только его громкий плач.

Убедившись, что во времянке нет мужчин призывного возраста, военные решили обследовать большой дом. Старики Умарпашаевы не живут в нем, так как для отопления комнат необходимо большое количество дров.

Когда военные попытались взломать дверь дома, женщина предложила принести ключи, но ее не стали слушать. Военные держали ее во дворе и грубо требовали, чтобы она замолчала. «Молчи, закрой рот», — приказали они.

Несмотря на мольбы женщины, двери были взломаны. Военные ворвались в дом и провели несанкционированный обыск, в ходе которого разбили окна, зеркала, настенные часы и посуду. На чердак через люк в коридоре они бросили три гранаты. От взрыва с крыши сполз шифер, обвалились потолки и штукатурка.

Убедившись, что во дворе и в доме Умарпашаевых действительно нет мужчин, способных оказать хоть какое-то сопротивление, военные сели в БТР и уехали в сторону расположения своей воинской части.

В с.Кошкельды Гудермесского района российские военные, прибывшие на «зачистку», захватили несколько молодых людей. По свидетельствам очевидцев, им не было предъявлено никаких обвинений.

Еще до того, как военные покинули село, местные женщины устроили митинг протеста. Результатом этой акции стало освобождение незаконно задержанных людей.

В центре г.Урус-Мартан сотрудники российских силовых структур взорвали три дома, принадлежавшие бывшим лидерам ваххабитских братств Чечни — братьям Ахмадовым.

Жителю с.Гойты Нажи Дамаеву в военной комендатуре Урус-Мартановского района отдали труп его сына Алихана Дамаева, 1976 г.р., увезенного сотрудниками российских силовых структур из собственного дома, расположенного по адресу: с.Гойты, ул.Кирова, 85. Это случилось на рассвете 4 ноября 2000 года.

Безуспешные поиски этого человека велись на протяжении трех месяцев. Но во всех силовых структурах района и республики, куда обращались родственники, наотрез отказывались признать, что в его задержании принимали участие их сотрудники. Тогда было принято решение задействовать посредников.

Через месяц поисков один из посредников заявил отцу, что найти его сына не может. Другой, напротив, сумел выяснить, что он убит. Им же было установлено и место, где, возможно, находятся его останки. Этим местом оказалась Ханкала, главная база российских войск в Чечне.

Нажи Дамаев говорит, что труп сына был доставлен из Ханкалы в комендатуру Урус-Мартановского района, откуда он и сумел его забрать.

По свидетельству родных и близких убитого, на нем не было следов пулевых или осколочных ранений. По всей видимости, он умер от побоев: синяков и ссадин на теле оказалось много, а голова была изуродована до такой степени, что его опознали с трудом. Труп, скорее всего, выкопали из какого-то захоронения. От земли очистили уже в Гойтах.

Родственники считают, что Алихан Дамаев был умерщвлен недели через две после задержания в начале ноября 2000 года. Такой вывод они делают, ссылаясь на бороду, выросшую у него уже после задержания.

Днем боевики обстреляли из автоматического оружия одну из застав Итум-Калинского пограничного отряда, расположенную в Аргунском ущелье Чечни.
                При обстреле никто из пограничников не пострадал. Спустя некоторое время по высоте, откуда предположительно вели огонь боевики, артиллерийская батарея федеральных войск, взаимодействующая с пограничниками, нанесла огневой удар.
                Боевики еще дважды открывали огонь по расположению заставы из снайперской винтовки, убив двух служебных собак.

Как сообщили в управлении внутренних дел по Чечне, в Старопромысловском районе Грозного на автодороге подорвался автомобиль УАЗ. Водитель — местный житель — получил тяжелое ранение и госпитализирован.
                В с.Алхан-Кала, а также в Грозненском (сельском) районе Чечни фугасы были установлены на пахотных землях, и при производстве сельхозработ подорвались два человека. Оба они с ранениями различной степени тяжести госпитализированы в местные больницы.

Представители Генпрокуратуры России отрицательно относятся к призывам мэра Грозного Бислана Гантамирова к своим ополченцам действовать против участников вооруженных формирований ЧРИ их же методами — «врываться в известные им убежища боевиков и уничтожать их».
                «Это грубое нарушение закона», — заявил начальник Главного управления Генпрокуратуры на Северном Кавказе Сергей Адамов. «Другого мнения по этому поводу быть не может. Закон есть закон, и его нужно строго соблюдать даже в такой ситуации, какая сложилась в Чеченской Республике», — подчеркнул начальник главка Генпрокуратуры в интервью, которое публикует газета «Труд».
                Касаясь утверждений о поборах на блокпостах, начальник главка заявил: «Слухи могут быть какими угодно. Но в прокуратуре нет таких обращений и жалоб».

Сообщения СМИ

31 января

В г.Урус-Мартан были арестованы журналисты (Амхадов и Исламов), работающие на гудермесском телевидении. Очевидцы рассказывают, что это случилось, когда они стали расспрашивать людей о ситуации, складывающейся в этом районе.

После задержания их обоих доставили в военную комендатуру района к полковнику Гейдару Гаджиеву. Отбросив в сторону предъявленные служебные удостоверения, он стал оскорблять их. Затем приказал отвести журналистов в неотапливаемое и неосвещаемое помещение внутри здания комендатуры, где им пришлось провести несколько часов.

Люди, ставшие свидетелями задержания Амхадова и Исламова, сообщили в районную администрацию. Журналисты были освобождены только после личного вмешательства главы района Ширвани Ясаева.

В Чечне федеральные силы проводят адресные специальные операции в юго-восточных районах республики (Веденский, Ножай-Юртовский районы).

Сообщение СМИ

 



Под «боевыми» авторы письма, видимо, имеют в виду вертолеты Ми-24.

 

12 февраля 2001 г. обезображенные трупы Бувайсара Усманова, Абубакара Узаева, Мухаида Юсупова и Усмана Ахиядова были обнаружены в яме в лесополосе недалеко от ст.Петропавловская (чеч. — с.Чурт-Тог1и) Грозненского (сельского) района. По имеющейся информации, родственники уплатили российским военным деньги за указание места захоронения.

 

В Чечне поселковые или сельские отделы милиции, а также временные отделы внутренних дел местные жители по привычке называют комендатурами, а их сотрудников соответственно военными.

 

Более подробно об этом деле см.: www.memo.ru, а также Политковская А. Дело Кадета: Тертый палач // Новая газета. № 24 (1049). 2005. 4–6 апреля.

 

Здесь и далее шрифтом выделены сообщения средств массовой информации.

 

В этот день из с.Новые Атаги были увезены еще три человека, имя одного из них нам известно — это Ислам Уцаев.

 

О Наже Дакаеве см. в кн.: Здесь живут люди. Ч. 1. С. 364.

 

Ризван Заурбеков и Рамзан Умаров были задержаны около 14 часов 11 декабря 2000 г. в Грозном на ул.Жуковского. Их автомобиль ВАЗ-21099 (регистр. знак Р 607 НА 95/rus) остановили российские военные, передвигавшиеся, по словам очевидцев, на двух УАЗах. Пересадив к себе этих людей, они уехали в сторону Ханкалы. В ту же сторону был отогнан и принадлежащий им автомобиль. За его рулем теперь уже сидел один из военных. Организовавшим поиски родственникам удалось выяснить, что автомобиль ВАЗ-21099, в котором ехали задержанные, некоторое время находился в Ханкале в расположении спецподразделения ФСБ РФ «Альфа». К началу 2004 г. о дальнейшей судьбе этих людей ничего не было известно. 11 июня 2001 г. по факту их похищения и в соответствии со ст. 126 ч. 2 УК РФ прокуратура г.Грозный возбудила уголовное дело № 11182. Через два месяца предварительное следствие по нему было приостановлено согласно ст. 195 п. 3 УПК РСФСР («в случае неустановления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого»). 12 октября 2002 г. дело вернули на доследование. Однако через месяц снова приостановили на прежнем основании.

 

Некоторые из сотрудников ОРЧД предполагают, что этого человека убили не случайно. В момент нападения на нем была куртка Имрана Эжиева. Кроме того, никаких следов ограбления обнаружено не было: деньги, а также личные документы убитого остались в карманах его одежды.

 

Уголовное дело № 25014. 6 марта того же года оно было направлено в военную прокуратуру (в/ч 20102), где ему присвоили номер 14/33/0168–01. 27 апреля оно было приостановлено согласно п. 3 ст. 195 УПК РСФСР. В прокуратуру ЧР его возвратили 29 июня 2001 г., а оттуда в районную прокуратуру (12 сентября). Уголовное дело было возобновлено 29 декабря, но, как оказалось, лишь для того, чтобы через месяц, 29 января 2002 г., вновь его приостановить все по той же ст. 195 УПК РСФСР.

 

«Новая газета» за 29 января — 4 февраля 2001 г. (на с. 6, автор заметки майор В.Измайлов) ссылается на копию справки, подготовленную начальником ВОВД Курчалоевского района полковником В.Г.Ерохиным. В ней говорится, что в ходе этой операции действительно задерживались 10 сотрудников постоянного отдела внутренних дел (формируется из местных жителей) и 8 кандидатов, отобранных для работы в нем. После избиений, утверждалось в справке, все они были отпущены. Но по информации «Новой газеты», совпадающей с данными ПЦ «Мемориал», двое из этих людей, У.Аслахаджиев и Н.Бамбатгириев, «исчезли». С просьбой о содействии в их розыске к В.Измайлову обращались родственники, а также сотрудники службы охраны А.Кадырова.

 

Согласно показаниям одного из местных жителей, были задержаны и двое жителей с.Аллерой. Однако ПЦ «Мемориал» такими фактами не располагает.

 

Умар Аслахаджиев, Нурмагомед (Нур-Махма) Бамбатгириев и Турпал-Али Наибов, которых задержали сотрудники российских силовых структур, приехавшие на автомобиле «Урал» (рег. знак 10–18 ЕА), считаются пропавшими без вести. Уголовное дело № 39007 по факту их похищения (ст. 126 ч. 2 п. «ж» УК РФ) возбуждено Аргунской межрайонной прокуратурой 29 января. В соответствии со ст. 195 п. 3 УПК РСФСР 29 марта 2001 г. оно было приостановлено.
                Вместе с Шамилем Бисиевым был задержан и его отец, Хусейн Юсупович Бисиев. Однако его на следующий день освободили из Ханкалы, главной базы российских войск в Чечне. 17 апреля 2001 г. Аргунская межрайонная прокуратура возбудила уголовное дело № 39021 по факту похищения Шамиля Бисиева (ст. 126 ч. 2 п. «а» УК РФ). 17 июня того же года дело приостановили согласно ст. 195 п. 3 УПК РСФСР.
                Никаких новых сведений о дальнейшей судьбе всех четырех вышеперечисленных людей в ПЦ «Мемориал» не поступало.

 

См.: Здесь живут люди. Ч. 1. С. 513–514.

 

См. сообщение за 4 января 2001 г.

 

По поводу задержания Супьяна Садыкова существуют противоречивые данные. Согласно одной из версий, он был схвачен в ту же ночь, что и Сайд-Хусейн Байтукаев, но совсем в другом месте — в с.Мескер-Юрт Шалинского района. Как бы то ни было, по факту похищения обоих этих людей прокуратура Веденского района сочла необходимым завести одно уголовное дело (№ 37005).

 

См. сообщение за 6 января 2001 г.

 

О задержании Д.Межидова см. в кн.: Здесь живут люди. Ч. 1. С. 519.

 

Подробнее см.: Здесь живут люди. Ч. 1. С. 395.

 

Оцепление вокруг Катыр-Юрта не снималось в течение нескольких недель, пока там продолжалось захоронение убитых при обстрелах и «зачистке» людей. Трупы приходилось вытаскивать из-под обломков разрушенных домов, заваленных подвалов, взорванных и сожженных машин. Их подбирали на улицах и в окрестностях села. Однако в это время там случились и новые убийства. 11 марта, например, российский снайпер застрелил Рамзана Магомедовича Базиева, 1972 г.р., проживавшего по адресу: ул.Чкалова, 63. Мужчина шел навестить брата Салмана, живущего на окраине Катыр-Юрта в районе новостроек. Он уже заходил во двор, когда пуля, выпущенная со стороны блокпоста, попала ему в голову.

 

«Туркх» — распорядитель при исполнении некоторых мусульманских обрядов.

 

В начале марта 2000 г. на телеканалах западных стран прошел сюжет о том, как российские военные, цепляя тросами к БТРам и грузовикам, оттаскивают трупы убитых людей к яме, после чего сбрасывают их туда ногами. На окраине с.Танги-Чу Урус-Мартановского района 19 июля того же года местные жители вскрыли захоронение, в котором находились останки 74 человек, в основном участников ВФ ЧРИ. Возможно, что среди них были и трупы боевиков, убитых в Катыр-Юрте.

 

Кассеты с этими видеозаписями были выкуплены у российских военных, растиражированы и имеются теперь у родственников почти всех сдавшихся тогда в плен людей.

 

Эта, третья по счету, пленка была выкуплена у сотрудников спецназа ГУИН, осуществлявших охрану и перевозку сдавшихся в плен в боях за Гой-Чу. Благодаря усилиям журналистки Анны Политковской (Русское видео: Амнистия до полного уничтожения помилованных // Новая газета. № 25(955). 2004. 12–14 апреля) о ее существовании стало известно не только в Чечне.

 

За освобождение Вахида Усамовича Тимаева, например, его родственники отдали 4000 долларов США. Была оформлена и амнистия. Однако 22 июня 2001 г. из дома № 22–32 по ул.Могилевская в Грозном, куда он приехал из Ингушетии, его похитили российские военные. Они прибыли туда на трех автомобилях: двух УАЗах 452-й модели и ВАЗ-2106 белого цвета. По факту похищения Вахида Тимаева (ст. 126 ч. 2 УК РФ) прокуратура г.Грозный 15 августа 2001 г. возбудила уголовное дело № 13129. По состоянию на начало 2004 г. этот человек считался пропавшим без вести.

 

В помощь российским военным и сотрудникам милиции в некоторых селах ЧР были созданы т.н. отряды ополчения. Их состав определялся администрациями населенных пунктов с одобрения религиозных деятелей и утверждался представителями федеральных сил.

 

Убитых опознали как Магомеда Сайдаровича Магазиева, 1971 г.р., жителя с.Закан-Юрт Ачхой-Мартановского района (ул.Кооперативная, 89), и Магомеда Усмановича Межиева, 1956 г.р., из г.Грозный, с начала боевых действий временно проживавшего у родственников в Закан-Юрте. См.: Здесь живут люди. Ч. 1. С. 243–249.

 

См. сообщение за 14 января 2001 г.

 

Выдержки из выступлений вышеупомянутых должностных лиц приводились и в докладе «Контртеррористическая операция», посвященном событиям в Старых Атагах в период с сентября 1999 г. по май 2002 г. Доклад подготовлен ПЦ «Мемориал» в октябре 2002 г. и издан московским издательством «Звенья».

 

См. сообщения за 12 и 13 января 2001 г.

 

См. сообщение за 25 февраля 2001 г.

 

См. сообщение за 14 января 2001 г.

 

Подробнее об этом см. в сообщении за 13 февраля 2001 г.

 

О задержании Асламбека Дедиева см.: Здесь живут люди. Ч. 1. С. 508. Однако там его фамилия названа с ошибкой — Ди­даев.

 

31 января 2005 г. неизвестные вооруженные люди, прибывшие на автомобиле ВАЗ-21099, увезли из дома и убили младшего брата этого человека, Рустама Довлетукаева, 1983 г.р. В тот же день его труп был подброшен на территорию гудермесской городской больницы № 1.

 

Видимо, имеется в виду Аюб Довлетукаев.

 

См.: Здесь живут люди. Ч. 1. С. 178–180.

 

Подробнее об акции протеста см. в сообщении за 26 января 2001 г.

 

«…в г.Грозном военнослужащими А. и П. открыта беспорядочная стрельба и произведен подрыв гранат. В результате действий военнослужащего П. погиб гр-н Угуев Б. и ранены два местных жителя. Кроме того, военнослужащим А. застрелен сослуживец — Переломов В.М.
                Военным судом военнослужащий А. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 105 ч. 1 УК РФ, и ему назначено наказание в виде 12 лет лишения свободы с отбыванием в ИК строгого режима» (Цит. по: Условное правосудие: О ситуации с расследованием преступлений против гражданских лиц, совершенных представителями федеральных сил на территории Чеченской Республики в ходе военных действий 1999–2003 гг. М., 2003. С. 37).

 

Данные о задержании братьев С.Усманова приведены в кн.: Здесь живут люди. Ч. 1. С. 382–386.

 

См.: Здесь живут люди. Ч. 1. С. 506.

 

Окончательно производство по нему было прекращено в соответствии со ст. 5 п. 8 УПК РСФСР 24 декабря 2001 г.

 

См. сообщение за 22 января 2001 г.

 

О «зачистке» в с.Старые Атаги Грозненского (сельского) района см. сообщение за 14 января 2001 г.

 

О задержании Сайд-Хасана Байтукаева и Супьяна Садыкова см. в сообщении за 8 января 2001 г.

 

См.: Здесь живут люди. Ч. 1. С. 356–357.

 

 


 ФЕВРАЛЬ

1 февраля

В феврале из с.Белгатой Шалинского района российские военные увезли в неизвестном направлении Эльбека Шарпудиновича Шемильханова.

Вероятнее всего, этот человек — брат Руслана Шарпудиновича Шемильханова, также уроженца Белгатоя, задержанного сотрудниками силовых структур РФ в г.Шали 26 ноября 2000 года.

Какая-либо достоверная информация о дальнейшей судьбе обоих похищенных людей отсутствует.

На рассвете российские военные ворвались в дом жителя с.Старые Атаги Грозненского (сельского) района 30-летнего Апти Кагирова. Они забрали его с собой, захватив заодно и двух несовершеннолетних племянников: Руслана Кагирова и Аюба Идигова. Вечером того же дня в одном нижнем белье и без обуви подростков выбросили из автомашины в двух километрах от населенного пункта.

3 февраля сильно избитого (сломаны два ребра и нос) Апти Кагирова местные жители нашли в поле в окрестностях соседнего села Новые Атаги.

В консультационный пункт ПЦ «Мемориал» с сообщением о похищении инвалида второй группы Султана Хасановича Магомаева, 1942 г.р., обратились его родственники.

Этот человек проживал в д.5 по ул.1-я А.Шерипова в г.Урус-Мартан. Более 30 лет являлся служащим районного узла почтовой связи. Утром 11 декабря 2000 года, как всегда, он направился на работу.

Почтамт находится в центре города, рядом со зданием гражданской администрации района. Недалеко от этого места расположен блокпост, на котором несут службу сотрудники российской военной комендатуры. С поста навстречу приближавшемуся Султану Магомаеву направились вооруженные люди в камуфляжной форме. Очевидцы происшествия рассказали, что военные сначала задержали его, а затем завели в здание бывшего интерната, где находились комендатура, ВОВД, а также управление ФСБ.

Родственники были крайне удивлены, что инвалидом, никогда не состоявшим ни в каких вооруженных формированиях, могли заинтересоваться силовые структуры. Для выяснения причин случившегося они обратились в ВОВД района, но его руководство заявило, что милиционеры не причастны к задержанию и не располагают никакими сведениями об этом человеке. Не дали положительных результатов обращения и в другие органы власти Урус-Мартановского района и Чеченской Республики.

Заявление с изложением обстоятельств задержания и «исчезновения» Султана Хасановича Магомаева было направлено и специальному представителю президента РФ по обеспечению прав и свобод человека и гражданина в ЧР Владимиру Каламанову.

Тем не менее по состоянию на 20 ноября 2001 года его местонахождение не установлено.

Родственники не исключают, что причиной задержания могло быть то, что он в последнее время активно занимался поисками своего племянника, Али Магомаева, исчезнувшего после сдачи в плен российским военным.

13 марта 2000 года в самый разгар боев за с.Гой-Чу (Комсомольское) с гор южнее соседнего с.Мартан-Чу Урус-Мартановского района на равнину вышли три участника вооруженных формирований ЧРИ: Рамзан Сулейманович Алиясханов, 1980 г.р., Зураб Майрбекович Полтаев, 1979 г.р., и Али Адамович Магомаев, 1976 г.р. Все они были в гражданской одежде и без оружия. До села оставалось несколько десятков метров, когда их окликнули российские военные, стоявшие на блокпосту на южной окраине с.Мартан-Чу. Рядом с ним дислоцировалось одно из подразделений 245-го мотострелкового полка МО РФ, входившего в т.н. группировку «Запад». Там же несли дежурство и ополченцы из пророссийски настроенных местных жителей.

Молодые люди были задержаны. В ходе последовавшего затем допроса военные сообщили им об объявленной Государственной Думой РФ амнистии, которая распространится и на них, если они признаются в участии в вооруженных формированиях. Всех троих заверили, что будут амнистированы и вооруженные люди, все еще скрывающиеся в горах. Исключая тех из них, кто участвовал в рейдах на Буденновск и Кизляр в ходе первой чеченской войны, в походе Шамиля Басаева на Дагестан, а также, если те не замешаны в похищениях людей и других тяжких уголовных преступлениях. Военные особо подчеркнули, что чеченские бойцы должны сдаться в плен добровольно.

Задержанные подтвердили, что в горах остались молодые ребята, которые на таких условиях непременно сдадутся. Они подробно объяснили, как до них добраться. После допроса военные увели Али Магомаева, Зураба Полтаева и Рамзана Алиясханова в неизвестном направлении. Впоследствии они пропали без вести.

На следующий день, т.е. 14 марта, в указанном направлении в горы ушли двое ополченцев из Мартан-Чу. Им удалось обнаружить группу вооруженных людей, которым ополченцы рассказали об амнистии и предупредили, что, если они не выйдут с оружием в руках к позициям российских войск и не сдадутся, этот участок гор в 15 часов подвергнется массированному ракетно-бомбовому и артиллерийскому удару. 10 человек, полагая, что не совершили тяжких преступлений и будут помилованы, спустились на равнину. Среди них были:

1. Адам Исмаилович Абубакаров, 1983 г.р., проживал по адресу: г.Грозный, ул.Узловая, 20;

2. Роман Салманович Берснукаев, 1983 г.р., проживал на ул.Объездная в г.Урус-Мартан;

3. Ислам Ризванович Дубаев, 1982 г.р., уроженец г.Урус-Мартан, проживал на ул.Больничная, 1;

4. Иса Алиевич Идрисов, 1984 г.р., проживал на ул.Новая в с.Шаами-Юрт Ачхой-Мартановского района;

5. Мовсар Бекаев, 1984 г.р., житель с.Кулары Грозненского (сельского) района;

6. Мурад Исаевич Юсупхаджиев, 1983 г.р., уроженец г.Шали.

В группе сдавшихся были еще два уроженца г.Урус-Мартан: Анвар и Лом-Али (фамилии не называются по просьбе родственников) и, возможно, дагестанец. Первых двух вызволили из плена живыми и вывезли за пределы Чечни. Дагестанца военные куда-то отправили, дальнейшая его судьба неизвестна.

На окраине с.Мартан-Чу всех этих людей накормили кашей, а минут через 20 связали им за спиной руки, посадили на «Урал» и отправили в штаб группировки «Запад», располагавшейся недалеко от с.Танги-Чу Урус-Мартановского района.

В тот же день к тому же российскому блокпосту вышли еще три вооруженных человека. Известно, что один из них был жителем Ингушетии, а два других — уроженцами г.Урус-Мартан. Их имена неизвестны. Они рассказали военным, что в горах остались четыре их товарища, также готовых сдаться в плен, и указали места, где те прятались и где находилось их оружие. Российские военные решили не ждать, пока эти люди выйдут сдаваться сами. Для их поимки была снаряжена группа, которая через короткое время вывела из леса:

1. Салмана Лечаевича Арсамикова, 1977 г.р., проживавшего до войны в г.Урус-Мартан по адресу: ул.Пионерская, 8;

2. Шамсудди Лечаевича Шамилева, 1981 г.р., также уроженца г.Урус-Мартан, жившего в д.7, пер.Речной;

3. Магомед (кроме того, что он является жителем Гудермесского района, нам неизвестны ни его фамилия, ни отчество, ни точный адрес);

4. Нурди, уроженец Гудермесского района (фамилия и точный адрес остались неизвестными).

Все они после задержания также исчезли.

Вечером 15 марта домой к жителю Урус-Мартана Ризвану Дубаеву, отцу Ислама Дубаева, сдавшемуся в плен за день до этого, приехал житель с.Гехи-Чу. Представившись как «Лема», он сообщил, что его сын находится у российских военных, и показал изъятые у того фотографии. По словам этого человека, оказавшегося посредником, в одном из подразделений, входящих в группировку «Запад», на тот момент было пятеро задержанных. Он обещал, если на следующий день он приедет к нему домой, свести с офицером, в руках которого находился его сын. При этом был сделан намек, что за освобождение, когда оно состоится, надо будет заплатить.

Утром 16 марта Ризван Дубаев прибыл в Гехи-Чу. Сюда же приехал отец задержанного Лом-Али. В 11 часов на БРДМе к ним на встречу прибыли военные. Командовал ими некий «Сергей» (иногда его называли «Хромой Сергей»). Он прочитал список из четырех фамилий и добавил, что этих людей они передали в ФСБ Урус-Мартановского района. В списке значилось и имя Ислама Дубаева. Пятого задержанного, Лом-Али, «Сергей» предложил обменять на пленного российского военного.

Впоследствии стало известно, что с 13 по 15 марта 2000 года в надежде на амнистию в районе с.Мартан-Чу в плен сдались 20 человек. В те же дни семеро из них (Рамзан Алиясханов, Али Магомаев, Зураб Полтаев, Салман Арсамиков, Шамсудди Шамилев (родственники и знакомые называют его иногда Магомедом) и жители Гудермесского района Магомед и Нурди) пропали без вести. Каких-либо достоверных данных об их дальнейшей судьбе у ПЦ «Мемориал» нет. Представители группировки «Запад» передали в отдел УФСБ РФ по ЧР в Урус-Мартановском районе Адама Абубакарова, Романа Берснукаева, Ислама Дубаева, Ису Идрисова, Мовсара Бекаева, Мурада Юсупхаджиева, Анвара и Лом-Али.

Двое последних молодых людей вскоре были освобождены. Мовсар Бекаев и Мурад Юсупхаджиев были амнистированы за действия, в которых усматриваются признаки состава преступлений, предусмотренных ст. 208 («организация незаконного вооруженного формирования и участие в нем») и ст. 222 («незаконное приобретение, передача, сбыт, хранение, перевозка или ношение оружия»). Однако их обвинили в другом преступлении, на которое не распространялась амнистия, — участии в похищениях людей. И лишь летом 2001 года после нескольких судебных процессов они были оправданы и вышли на свободу.

В течение недели после 16 марта Ризван Дубаев не мог получить никакой достоверной информации о том, где находится его сын. Сотрудники районного управления ФСБ от контактов с ним отказывались.

Тогда через своих знакомых он вышел на некоего «Володю», сотрудника российских спецслужб, работавшего в другом районе республики. По его просьбе тот побывал в Урус-Мартановском УФСБ по ЧР и сообщил, что Ислама Дубаева и трех его товарищей, амнистировав еще 17 марта, освободили. Они якобы были отпущены в окрестностях городской больницы.

Уже не надеясь найти пропавшего живым, его родственники тщательно осмотрели окрестности больницы. Но ни трупов, ни доказательств того, что здесь были отпущены задержанные люди, они не ­нашли.

Ризван Дубаев снова пришел в районное управление ФСБ. На этот раз к нему вышли двое — офицер, назвавшийся Глебом Коноваловым, и, как он представился, «заместитель начальника Сергей». Первый из них заверил обратившегося к ним человека, что лично «кормил его сына три дня своим пайком» и что «не убивал его». Как бы случайно он «вспомнил», что Адам Абубукаров будто был тяжело ранен, и спросил, искал ли кто-нибудь его в лечебных учреждениях. Родственники пропавших обратились в районную больницу, но туда никто из тех, кого сотрудники спецслужб якобы амнистировали и отпустили, за медицинской помощью не обращался.

23 марта Ризвана Дубаева принял начальник УФСБ РФ по ЧР в Урус-Мартановском районе майор М.В.Фомин. Их разговор состоялся во дворе бывшего интерната, где размещаются и ВОВД, и военная комендатура района. Майор передал отцу сдавшегося в плен молодого человека копию постановления об отказе в возбуждении против него уголовного дела и справку о добровольной сдаче оружия. Постановление было составлено 17 марта временно исполняющим обязанности старшего следователя УФСБ РФ по ЧР в Урус-Мартановском районе майором юстиции А.М.Валубаевым и согласовано с исполняющим обязанности прокурора района старшим советником юстиции В.В.Ушаковым. Справка о добровольной сдаче оружия была подписана комендантом зоны безопасности Урус-Мартановского района генерал-майором Ю.А.Наумовым и начальником районного управления ФСБ все тем же майором М.В.Фоминым. Последний также сообщил, что Ислам Дубаев был освобожден утром 17 марта. А на вопрос отца, почему в таком случае он не пришел домой, заметил, что тот, возможно, снова ушел в горы.

Родственники другого сдавшегося, Романа Берснукаева, узнали, что его доставили в управление ФСБ района только в конце апреля 2000 года. Они также подключились к поискам и познакомились с Дубаевыми. Вскоре выяснилось, что параллельно ищут своих сыновей, сдавшихся в плен под Мартан-Чу, родители Адама Абубакарова и Исы Идрисова. Стало понятно, что в марте 2000 года из здания ФСБ в Урус-Мартановском районе бесследно исчезли, по крайней мере, несколько молодых людей, сдавшихся в плен, а затем якобы амнистированных.

Контактируя с этими людьми, поисками своего пропавшего племянника занимался задержанный 1 февраля 2001 года, а затем бесследно исчезнувший Султан Хасанович Магомаев. По состоянию на 20 ноября 2001 года местонахождение этого человека не установлено.

В Грозном в Заводском районе на ул. Мамсурова неизвестные из разрушенной школы обстреляли из гранатомета автомобиль «Урал» федеральных сил, доставлявший в пункт постоянной дислокации одного из подразделений цистерны с водой; водитель автомобиля получил сотрясение мозга. Машине причинен незначительный ущерб.

Сообщение СМИ

2 февраля

В с.Гехи Урус-Мартановского района российские военные осуществили захват нескольких человек.

Первым на окраине населенного пункта они попытались задержать Ризвана Шихсаитова, который вместе с матерью и сестрой направлялся на местное кладбище для выполнения традиционного для мусульман пятничного ритуала. Он шел чуть впереди своих родственников. Военные схватили его за руки и попытались втолкнуть в БТР. Молодой человек стал упираться, закричал. В ответ посыпались удары ногами и прикладами автоматов. Подоспевшие мать и сестра защитили его, не дали увезти тотчас же.

Все происходило у ворот кладбища, где в этот день недели собирается немало местных жителей. Они стали сбегаться на шум. К месту происшествия вскоре прибыл и глава администрации населенного пункта. Он объяснил военным, что человек, которого пытаются увезти, душевнобольной, инвалид. Только после этого его отпустили.

Около 10 часов утра российские военные оцепили квартал и задержали Хасамбека Солталиева, 1951 г.р., проживающего на ул.А.Шерипова. Он является соседом Арби Хуцаева, якобы разыскиваемого правоохранительными органами РФ по подозрению в похищениях людей. И хотя этот человек лично сам не имел отношения к каким-либо противоправным действиям, его вывели из хлева, где тот ухаживал за скотиной, избили на глазах у женщин и детей и увезли в Урус-Мартан.

На третий день после задержания, 5 февраля, военные доставили Хасамбека Солталиева в районную больницу. Он был сильно избит и находился в тяжелом состоянии. По словам родственников, у него сломаны четыре ребра, повреждены почки, все тело было в синяках и кровоподтеках.

При схожих обстоятельствах задержали Сайди Хуцаева, двоюродного брата все того же Арби Хуцаева. Со слов жителей села, известно, что в преступлениях, в которых обвиняется последний, этот человек замешан не был. Тем не менее его отвезли в Урус-Мартан и жестоко избили. Спустя несколько дней он все же был освобожден. Но случилось это только после активного вмешательства главы администрации населенного пункта и односельчан.

Российские военные, выломав дверь, произвели обыск в рабочем кабинете председателя комитета по экологии г.Аргун. При совершении данной акции они не предъявили санкции прокуратуры.

Обыск в комитете производился неоднократно. Однако ничего предосудительного здесь ни разу обнаружено не было.

Военные и на этот раз не нашли предметы или вещи, к которым можно было бы придраться. Тогда они разбросали по комнате документы, бумаги, разбили мебель. И только затем покинули помещение.

В г.Аргун в пос.Сахарного завода задержаны и увезены в неизвестном направлении тридцать четыре местных жителя. Фамилии и имена многих из них неизвестны. Ведомственную принадлежность подразделения, осуществлявшего захваты, установить не удалось.

При различных обстоятельствах большинство захваченных впоследствии освободили. Так, Хамидова местные жители нашли на окраине города только 7 февраля. Предлогом для задержания этого человека стал амулет, найденный военными у него в кармане.

В г.Назрань Республики Ингушетия в офисе Управления Верховного комиссара ООН по делам беженцев (УВКБ ООН) состоялась встреча наблюдателя от Совета Европы (СЕ) в Чечне Питера Эсколы с руководителями гуманитарных организаций. В нем принял участие Мальсагов, представившийся помощником Лемы Хасуева, заместителя специального представителя президента РФ по соблюдению прав и свобод человека и гражданина в Чеченской Республике.

Вел встречу сотрудник назрановского офиса УВКБ ООН Йон Хойсете. Он проявлял особое беспокойство и просил, чтобы присутствующие не затрагивали политических вопросов. Сотрудники гуманитарных миссий, хорошо знающие обстановку в Чечне, старались учесть это пожелание и в своих выступлениях были предельно сдержанны и корректны.

После этого слово взял Питер Эскола. Ниже приводится распечатка диктофонной записи его выступления:

«В Совете Европы 41 страна-участник и Парламентская Ассамблея, которая стоит как бы отдельно.

Генрих Швиммер заключает соглашение на 6 месяцев о работе наблюдателей в Чеченской Республике, а через два дня после подписания соглашения Парламентская Ассамблея лишила Россию права голоса. Последнее заседание ПАСЕ вернуло России полномочия со следующими результатами голосования: 11 воздержались; 20 были против и 68 — за возвращение полномочий.

Это нормально, потому что основано на законе, на праве.

Я считаю, что ситуация с правами человека остается тяжелой, но мы видим изменения в отношении к ним со стороны государства.

Чтобы ситуация изменилась коренным образом, нужны годы. Я думаю, что этот вопрос связан с поколениями.

Я разговаривал с представителем «Международной Амнистии» Марианой Кацаровой, она считает, что ситуацию можно изменить при определенных действиях в течение нескольких месяцев. Нет, я думаю, что для этого понадобится жизнь и работа поколений.

Я поражен, что четыре организации критиковали деятельность офиса Каламанова.

Если «Международная Амнистия» и «Хьюман Райтс Вотч» делают вид, что занимаются политическими играми, пусть они занимаются этим. Я полагаю, что из них получились бы хорошие политики, лучше, чем правозащитники.

Мы сейчас имеем 50 сотрудников, которые получают зарплату. С 13 тысячами человек мы встретились. Пять тысяч заявлений представлено, 38 % жалоб имеют отношение к военным, но есть среди них много и других, административных, уголовных и т.д.

Господин Каламанов и мы работаем в одном направлении, одна власть…

Я полагаю, что я сам встретился с пятью тысячами человек. Я нахожусь здесь восемь месяцев, и я не могу прочитать в докладах этих организаций новые вещи, которые я не слышал бы здесь сам.

Люди, которые сидят в креслах, должны быть очень осторожны.

Мы составили краткосрочные проекты. С каждым разом у нас будут появляться краткосрочные проекты…

Я был в Боснии три года и имею опыт.

Но я не только дипломат, я еще и судья. Я рад, что нам удалось освободить 317 человек. Я сам непосредственно находился при освобождении 100 человек. В первом автобусе освобожденных было 25 человек, с ними были три или пять женщин. Один из них заявил, что его пытали.

Вторая наша цель — розыск пропавших без вести, об этом у нас 500 заявлений. 48 человек мы нашли.

3 июня (2000 года. — ПЦ «Мемориал») мы составили меморандум о необходимости создания судов в соответствии с международными законами после четырех лет паузы, перерыва. В октябре мы с представителем Каламанова произвели оценку четырех зданий, в течение октября–декабря месяцев они восстановлены, и суды начали работать, около тысячи заявок судьи уже получили. Идет плодотворная работа. Мы намерены и дальше содействовать работе судов. От успешной работы судов зависит престиж России в мире. Это гораздо лучше, чем граждане будут подавать жалобы в Международный суд по правам человека в Страсбурге, потому что по этим жалобам России придется выплачивать очень большие компенсации.

Я так полагаю, что годы уйдут на судебное разбирательство, как и во всех странах. Для граждан лучше, когда будут работать национальные суды, потому что Европейский суд может рассматривать дела в течение пяти лет, а национальный суд — в течение одного года. А судьи должны быть обеспечены безопасностью, иначе их убьют. Мы также думаем над программой защиты свидетелей. Я был рад услышать, что в Кисловодске УВКБ ООН провело встречу с судьями.

И третье, мы занимаемся проблемой паспортов. Мы также требуем, чтобы количество пропускных пунктов (блокпостов) было сокращено, и контроль на этих блокпостах осуществлялся бы совместно с чеченской милицией. Конечно, есть опасность, что размеры взяток удвоятся из-за этого.

Мы встречались с комендантом республики генералом Бабичевым. Я убедился, что они употребляют уже слова о правах человека. Это прогресс. Я уважаю этих людей, так как они начали действия в этом плане.

Летом работники МВД сказали мне, что у них нет бланков для паспортов, но сейчас они выдали уже 1000 документов, включающие паспорта, временные удостоверения личности и другие документы. Также наши требования состояли в том, что в ходе «зачисток» должны присутствовать военные прокуроры и представители администрации».

Выступлением Питера Эсколы сотрудники гуманитарных организаций остались недовольны. В своих ответных речах они заметили, что представители Совета Европы не до конца знакомы с ситуацией в Чечне, что она намного хуже, чем ее преподносят официальные лица России, в том числе и представляющие ведомство Владимира Каламанова.

Представители гуманитарных организаций заметили, что суды, которым так много внимания уделил выступавший, должны работать неформально. Они говорили о трудностях и препятствиях, которые встают на пути граждан, желающих обратиться в суд. Указали на то, что начало их работы само по себе не изменит ситуацию с соблюдением прав человека в республике, если не будет в корне изменена практика поощрения правонарушений со стороны военных.

Суды не могут остановить «зачистки», ночные облавы на граждан, когда военные врываются в населенные пункты в масках на технике с замазанными номерами. Именно при таких налетах бесследно исчезли сотни жителей.

По мнению сотрудников гуманитарных миссий, суды не в силах остановить артиллерийские обстрелы и бомбардировки сел и городов.

Критике подверглась и деятельность представительства президента РФ по соблюдению прав человека и гражданина в Чечне. Владимир Каламанов представляет государство и, естественно, к его бюро предъявляются более высокие требования, чем к неправительственным организациям в деле обеспечения прав и свобод граждан на территории республики.

Представители гуманитарных организаций отметили, что президент, назначая в регион своего представителя по правам человека, не мог не наделить его полномочиями, позволяющими позитивно повлиять на ситуацию в республике. Если это не так, особо подчеркнул сотрудник ПЦ «Мемориал», значит, у президента РФ не было намерения остановить произвол, который военные чинят по отношению к населению Чечни.

Встреча закончилась. Было совершенно ясно, что все критически отнеслись к высказываниям Питера Эсколы. В фойе звучали насмешки, часто повторялись такие слова: «идиллическая картина», «все хорошо, прекрасная маркиза», «оказывается, не только мы можем быть циниками» и т.д.

2 и 3 февраля в с.Сельментаузен Веденского района под предлогом того, что зафиксирована работа радиостанции «Кавказ», российские военные провели «зачистку». По имеющейся информации, в ходе операции были задержаны пять человек.

Пожилых людей, попытавшихся воспрепятствовать уводу своих родственников, военные избили. В одном из сельских домов они обнаружили оружие, но хозяина не нашли. Тогда были избиты его престарелые мать и отец.

Среди задержанных оказались Лема Дадалаев и Тоита Темишева. После соответствующей проверки документов женщина была отпу­щена.

Остальных отвезли на территорию воинской части и бросили в ямы (т.н. зинданы). Их периодически доставали оттуда и избивали. Затем освободили. Известно, что трое из этих людей обрели свободу лишь после уплаты их родственниками денежного выкупа.

(Фамилии и имена освобожденных в результате уплаты денег не называются в целях их безопасности.)

Общие потери федеральных сил на Северном Кавказе со 2 августа 1999 года, по официальным данным, составили 2955 погибшими и 8763 ранеными.
             Как сообщил первый заместитель начальника Генштаба РФ генерал-полковник Валерий Манилов, за время боевых действий на территории Чечни (с 1 октября 1999 года) погибли 2728 военнослужащих и 7971 получили ранения.
             Однако боевые действия на Северном Кавказе начались ранее — с начала вторжения вооруженных формирований в Дагестан в начале августа 1999 года. Тогда за два месяца боев погибли 227 военнослужащих и сотрудников органов внутренних дел и 792 получили ранения.
             За время боевых действий в Дагестане и Чечне потери Минобороны составили 1861 погибшими и 5307 ранеными. Потери МВД составили 1094 погибшими и 3456 ранеными.
             Между тем, по официальным данным, потери федеральных сил за период первой чеченской кампании (декабрь 1994 — май 1996 года) составили: убитыми — 3826 человек, ранеными — 17 892 и без вести пропавшими — 1906 человек.

Сообщение СМИ

3 февраля

В половине первого ночи на 3 февраля российские военные ворвались в два дома, расположенные на ул.Нурадилова в с.Гехи Урус-Мартановского района.

В первом из них, принадлежащем семье Эдиевых, они похитили сына хозяина дома Зайнди, 1970 г.р., Хусейна Исаевича и Умара Исаевича Амтаевых, 1982 и 1983 г.р. соответственно. Братья проживают в этом же населенном пункте. Придя в гости к своему приятелю, они задержались допоздна. Военные избили всех троих, потом вывели на улицу и увезли в неизвестном направлении.

На третий день после этого Умар Амтаев был отпущен. На его теле остались следы жестоких побоев. Судьба его старшего брата Хусейна и Зайнди Эдиева на конец 2003 года оставалась не выясненной. По неподтвержденной информации, после похищения их доставили в г.Нальчик.

Прежде чем войти во второй из домов, российские военные рассредоточились по прилегающему к нему огороду и заняли двор. И уже потом, открыв ворота на улицу, ворвались во внутренние комнаты и подняли с постели Ису Солжаева. Не давая одеться, в одном нижнем белье и босиком, они вывели его во двор и заставили встать к стене. После этого на него посыпались удары ногами и прикладами автоматов. Военные били его по голове, спине и в поясничную область, стараясь попасть по почкам.

Жена этого человека, которая попыталась вынести ему галоши, была также избита.

После этого, разбив окно и выломав ногами дверь, военные ворвались к матери Исы Солжаева. У нее в комнате ночевали несовершеннолетние Ризван Солжаев и Ахмед-Башир Хатаев. Подростков вывели в коридор и там, заставив встать к стене, избили ногами и прикладами автоматов.

Никаких объяснений своим действиям военные не дали. На вопросы отвечали угрозами и бранью.

Ахмед-Башир Хатаев является постоянным жителем г.Грозный. В Гехах же проживал в качестве беженца. В кармане его брюк находилась справка, выданная сельской администрацией и подтверждающая этот статус. Военные, обвинявшие его в том, что он проживает не по месту постоянной прописки, тем не менее не позволили показать ее.

Они разбили в доме посуду, содрали со стен ковры, разломали мебель. А через сорок минут неожиданно уехали.

Сотрудники Северо-Кавказского РУБОП в результате проведенной спецоперации в с.Гехи задержали полевого командира Зайнди Эдиева и одного из его подручных.
                Как сообщили в пресс-бюро Северо-Кавказского РУБОП, ранее судимый 30-летний житель с.Гехи Урус-Мартановского района Зайнди Эдиев создал вооруженную группу, входившую в состав более крупного вооруженного формирования.

Сообщение СМИ

Около 15 часов на дороге между селами Чири-Юрт и Новые Атаги Шалинского района во время следования по ней двух военных автомобилей неизвестные произвели подрыв фугаса. Никто из числа тех, кто находился в колонне, не пострадал. Тем не менее российские военные в течение получаса вели беспорядочный обстрел окраин вышеназванных населенных пунктов и с.Старые Атаги Грозненского (сельского) района.

По имеющейся информации, среди местных жителей жертв не было, однако значительный ущерб нанесен их домам и хозяйственным постройкам.

В Заводском районе г.Грозный сотрудники российских силовых структур выстрелом в затылок убили 24-летнего Магомеда Хамзатовича Эскаева.

О мотивах данного преступления и ведомственной принадлежности тех, кто его совершил, ПЦ «Мемориал» ничего неизвестно.

Из центра временного размещения беженцев (ЦВР) в с.Батурино Шадринского района Курганской области уехали семьи Исы Докуевича Гисаева из четырех человек и Идриса Ильясовича Хамзатханова, насчитывающей пять человек. Из Чеченской Республики они попали туда во второй половине июля 2000 года. Все это время вместе с ними там жили беженцы и из других регионов бывшего СССР.

Как утверждают вышеназванные лица, с ноября 2000 года их, как чеченцев, перестали обеспечивать питанием. Директор ЦВР Гетта Николаевна Белкова объясняла это тем, что выделяемые для них фонды исчерпаны. По ее словам, дальнейшее пребывание беженцев из ЧР не будет финансироваться государством.

Ссылаясь на Ахмада Кадырова, в своих публичных выступлениях постоянно призывающего беженцев вернуться домой и обещающего, по крайней мере, на словах, решить все проблемы с обустройством, она убеждала их уехать к себе на родину. В подтверждение этого на информационном стенде в центре временного размещения регулярно вывешивались материалы о якобы успешном разрешении в Чечне социальных и экономических вопросов.

С одной стороны, из-за давления, которое выразилось в прекращении обеспечения питанием и требованиями покинуть ЦВР, а с другой — поверив, точнее, желая поверить в то, о чем публично говорят утвердившиеся в республике власти, обе семьи решили вернуться домой. Гетта Белкова выдала Исе Гисаеву и Идрису Хамзатханову справки. В них говорилось, что с 18 июля 2000 года по 30 января 2001 года, вместе с семьями они проживали в населенном пункте Батурино и выбыли к месту постоянного жительства. Однако преднамеренно или по какой-то ошибке пунктом конечного назначения в них была указана почему-то Республика Ингушетия. И это при том, что главы обеих семей просились в Надтеречный район Чечни, в лагерь беженцев в с.Знаменское. Да и сама директор ЦВР убеждала их ехать именно туда.

С неправильно составленными документами они приехали в Назрань и 12 февраля обратились к заместителю министра по ЧС Республики Ингушетия Руслану Калоеву. Однако тот отказал им в размещении в лагере беженцев, сославшись на то, что ни в одном из них пока нет свободных палаток. Девять человек, включая малолетних детей, в холодное время года оказались на улице.

16 февраля главы обоих семейств обратились за помощью в представительство ПЦ «Мемориал» в Назрани.

4 февраля

В 10 часов российские военные открыли огонь из минометов, гранатометов и автоматического оружия по с.Алхан-Кала Грозненского (сельского) района. В зоне обстрела оказались ул.Комсомольская, Кирова и несколько примыкающих к ним переулков, в результате чего было разрушено 15 домов. Получили ранения двое местных жителей.

Один из них, Мовла Довлетов, 1932 г.р., находился на похоронах родственника на ул.Комсомольская, когда пуля, выбив два зуба, прошла через язык и застряла затем в нижней челюсти.

В участковой больнице старику сумели оказать лишь первую помощь. Поэтому на второй день его повезли в больницу г.Урус-Мартан. Там, пытаясь вытащить застрявшую пулю, ему сделали две операции. Врачи заявили, что пациенту повезло, так как пуля попала в него рикошетом. Если бы это был прицельный выстрел, то, по их словам, все обстояло бы намного хуже.

Ранена была и Асет Закаловна Хамбулатова, 1951 г.р. Услышав выстрелы и взрывы, она выглянула на улицу, затем отошла в глубь комнаты. Когда снаряды стали падать в близлежащих дворах, попыталась найти укрытие. В доме не было подвала, поэтому она решила пойти к соседям. Женщина вышла за дверь, пригнулась, и здесь, на пороге собственного дома, в нее попали осколки.

Асет Хамбулатова (показания записаны в конце февраля):

«Четвертого был сильный обстрел. Попало в дома моих соседей, все было так страшно, столько снарядов и потому я решила выйти из дому. Не успела я выйти, как в дом попал снаряд. Я как раз в это время нагнулась, благодаря чему не умерла, хоть меня и ранило.

Меня ранили в ногу и в левую лопатку, после чего меня повезли к врачу, там мне говорили: «Ничего, такое бывает и т.д.»

Нас направили в 9-ю городскую больницу (в Грозном). На блокпостах федералы нас не пропускали, кричали, что уничтожат полсела и т.д. С нами были две женщины и таксист. Потом военным сказали, что ранена женщина, и они, сказав, что на войне без жертв не бывает, что наши им тоже фугасы ставят, все-таки нас пропустили.

Врачи в больнице сказали, что не решатся вытащить осколки. У меня все место было черное, боли были страшные. Там сделали снимки, сказали, что нужно подождать, пока не заживет, что нужно еще узнать, задет нерв или нет. Посоветовали больше двигаться.

Тогда я поехала в Слепцовск (ст. Орджоникидзевская РИ), подумала, что, может, в Красном Кресте мне их вытащат. Честно, было очень больно. Но там сказали, что нужно встать в очередь. А я побоялась оставить детей дома одних.

Тогда я пошла в нашу сельскую больницу, они мне в раны закладывали бинты, втыкали шприцы, я ходила на перевязки. Прошло 22 дня, а врачи до сих пор не вытащили осколки. Все четыре хирурга, у которых я была, сказали, что нужно подождать. Мне советовали не лежать, чтобы рана не сгнила, вот я и хожу с трудом.

Мы стеклили окна этого дома четыре раза, каждый раз при бомбежке стекла выпадали. И никуда отсюда не уедешь, некуда. И не хочется, всю жизнь-то здесь жили…»

На территории пос.Мичурина в Октябрьском районе г.Грозный в расчищенной конденсатной яме местные жители нашли трупы трех мужчин. Несмотря на то, что они находились лишь в начальной стадии разложения, опознать по внешним признакам и определить их возраст не представилось возможным.

Однако люди, пришедшие посмотреть на страшную находку, утверждают, что неизвестные, по всей видимости, убиты после пыток. Лица были изуродованы, кости конечностей сломаны. Руки у всех троих оказались туго перетянуты проволокой.

О трупах немедленно было сообщено властям. Однако в течение десяти дней для проведения хотя бы формальных следственных действий к месту их обнаружения так никто и не приехал. Жители поселка своими силами вытащили тела из ямы и с соблюдением соответствующих мусульманских традиций похоронили на местном кладбище. Случилось это 13 февраля.

Около 11 часов рядом с рынком в центре с.Старые Атаги Грозненского (сельского) района проехал военный автомобиль УАЗ с тонированными стеклами.

Торговцы и покупатели утверждают, что на заднем левом его сиденье находился Кеннет Глак, координатор гуманитарной организации «Врачи без границ». Стекло на двери в этом месте было приспущено, и американец был узнан людьми.

Надо сказать, что этого человека в Старых Атагах знают в лицо. Он неоднократно посещал местную больницу. Представляемая им организация фактически единственная, что поставляет для сельских врачей медицинское оборудование и медикаменты и обеспечивает их работой.

Позднее ПЦ «Мемориал» стало известно, что Кеннет Глак действительно был освобожден.

На встречах с журналистами он сообщил, что его похитили люди в масках, окружившие колонну автомобилей, в которых находились сотрудники организации «Врачи без границ» и их помощники.

«При захвате меня ударили прикладом по голове и спине, затем натянули на голову куртку, и прежде чем я попал в дом, где находился последующие 25 дней, машины, в которых меня везли, менялись дважды», — рассказал Кеннет Глак.

Как он пояснил, на первом этапе плена его держали «в низком подвале». «Со мной был запас лекарств, затем захватчики пополнили его… К счастью, надо мной не издевались, меня не били, не мучили, кормили три раза в день. Через несколько дней снабдили керосиновой лампой, а потом я получил и радио», — рассказал Кеннет Глак.

Он сообщил, что об освобождении его предупредили заранее, постирали и погладили его рубашку и даже предложили побриться. Когда машина, в которой его везли, остановилась и отъехала, буквально через несколько секунд к нему подошел человек и стянул с глаз повязку, а затем «вернули документы и даже кошелек с деньгами».

«Я увидел хирурга из больницы Старых Атагов, с кем мы сотрудничали», — отметил Кеннет Глак, подчеркнув, что уже через несколько минут его отвезли в комендатуру района, а затем — через 45 часов — в Назрань в представительство организации „Врачи без границ“».

В центре г.Грозный произошла перестрелка между несколькими группами российских военных.

Около 14 часов по просп.Победы рядом с центральным рынком, ведя беспорядочную стрельбу в воздух и по сторонам, на большой скорости проехал БТР без бортовых номеров. Сзади к нему был привязан веник. По мнению очевидцев, это являлось косвенным свидетельством того, что экипаж бронемашины после завершения срока своей командировки в ближайшее время собирался покинуть Чечню.

БТР обстрелял военных с оборудованного на площади Свободы блокпоста. Оттуда ответили тем же. Завязалась перестрелка, в ходе которой, намеренно или нет, огонь переносился и в сторону центрального рынка, где, как обычно в это время, наблюдалось большое скопление людей.

Минут через пять БТР развернулся и на большой скорости помчался обратно. Проехав кварталы, примыкающие к рынку, он остановился на безопасном расстоянии от блокпоста на автобусной остановке «Грознефтяная». Находившиеся на его броне военные обстреляли и ее.

Перестрелка в центре города продолжалась не более получаса. Но торговцы и посетители рынка поспешили разъехаться по домам, боясь пострадать от непредсказуемых действий российских военных, которые, по всей видимости, были еще и нетрезвыми.

В штабе ОГВ (с) отметили, что с 1 октября 1999 года самолеты фронтовой авиации выполнили более 12 тыс. боевых вылетов, в том числе 5100 вылетов бомбардировщиков Су-24 и 7300 вылетов штурмовиков Су-25.
             Комментарий ПЦ «Мемориал»: С 1 октября 1999 года по февраль 2001 года прошел 521 день. Если разделить 12 400 вылетов на 521, то получится 23 или 24 боевых вылета в день. Интенсивность бомбардировок позволяет утверждать, что в Чечне идет полномасштабная война, а не мифическая «контртеррористическая операция».

В Чечне на одном из участков Итум-Калинского погранотряда неизвестные из стрелкового оружия обстреляли пограннаряд, находившийся в боевом охранении.
             Как сообщили в пресс-центре ФПС РФ, в результате обстрела два пулевых ранения получил рядовой Д.Тутынин, ему оказана медицинская помощь.
             В пресс-центре российского пограничного ведомства отметили, что с 20 декабря 1999 года — начала операции в Аргунском ущелье в Чечне — подразделения погранвойск более 70 раз подвергались обстрелам боевиков.

Сообщение СМИ

5 февраля

В центре г.Грозный на ул.Р.Люксембург военнослужащие российской армии обстреляли рейсовый автобус, направлявшийся в Старопромысловский район.

Ранения различной степени тяжести получили пассажиры: Тамара Завраева, 1959 г.р., Раиса Абубакарова, 1945 г.р., и Тоита Тутакова,1969 г.р.

Около 9 часов утра по с.Алхан-Кала Грозненского (сельского) района нанесен артиллерийский удар. С различной степенью интенсивности снаряды рвались на территории населенного пункта не менее двух часов. Ранены шесть человек, в восточной части села, примыкающей к г.Грозному, повреждены более десяти домов.

Днем раньше это село также обстреливалось, в результате чего были ранены два человека.

В середине дня в г.Урус-Мартан был задержан Руслан Тапаевич Жукаев.

Сотрудники комендатуры Урус-Мартановского района на БТРе и автомобиле КамАЗ проезжали по ул.Матросова, когда он стоял у ворот своего дома. Остановившись и грозя применить оружие, военные заставили его лечь в грязь. Затем посадили в БТР и увезли в комендатуру. Выбежавшим на улицу людям они даже не пытались объяснить причины своих действий.

Родственники увезенного молодого мужчины незамедлительно обратились к гражданским руководителям района. После их вмешательства военные освободили задержанного, но не выпускали из комендатуры до тех пор, пока почти впритык к воротам не подогнали автомашину.

Руслан Жукаев был сильно избит: его лицо представляло собой сплошной кровоподтек, одежда была разорвана, и сквозь грязь, в которой его вываляли военные, проступали пятна крови.

Около 21 часа в дом на окраине с.Тевзана Веденского района, в котором проживали семьи двух братьев-мельников, Абдурашида и Харона Сукуевых, ворвались российские военные, прибывшие предположительно со стороны соседнего населенного пункта Хатуни, где временно дислоцируется 137-й десантный полк. Вместе с ними были и служащие блокпоста, расположенного в 200 метрах от этого места.

Они вывели босых и легко одетых мужчин и женщин (жен братьев, родственницу, а также их соседку Хаву Ахмадову, приехавшую из Ростовской области, где она в последние годы проживает) на улицу и уложили на снег. Приказав не двигаться, военные при малейшей попытке поднять голову избивали их прикладами автоматов. Шестерых малолетних детей завели в неосвещенную комнату и держали там одних в течение трех часов.

Впоследствии российские военные позволили одной из женщин зайти в дом. Через некоторое время они отпустили еще двоих. Вместе с детьми женщины просидели до рассвета на диване. Поздно ночью разрешение зайти в собственный дом было дано и мужчинам. Однако до утра они вынуждены были валяться на полу со связанными руками и ногами.

Все это время военные пьянствовали, заедая водку продуктами хозяев дома. Основательно напившись, учинили в комнатах погром: разбили прикладами автоматов мебель и посуду, порезали ножами ковры и одеяла. Уходя, а это было уже на рассвете, они унесли с собой оставшиеся запасы еды и ценные, на их взгляд, вещи.

Утром к дому братьев-мельников подъехали неизвестные вооруженные люди. Извинившись перед женщинами, они увезли с собой Абдурашида и Харона Сукуевых.

Вечером, когда те вернулись домой, стало известно, что военные следователи брали с них объяснения случившемуся накануне «неприятному инциденту».

11 февраля 2001 года сотрудники ПЦ «Мемориал» во время посещения с.Тевзана записали показания пострадавших.

Хава Ахмадова:

«5 февраля около девяти вечера к нам зашли двое военных. Одного мы хорошо знали, это наш сосед, его зовут Сергей. Он с блокпоста, который находится рядом с нами».

Харон Сукуев:

«Женщины на пост каждый день продукты носят. В уразу (религиозный праздник) огромную сумку отнесли на пост, а солдаты там голодные были».

Тамуся Сукуева (жена одного из братьев Сукуевых):

«Они же сюда не добровольно приехали. Они не виноваты, что они русские, а я не виновата, что я чеченка».

Хава Ахмадова:

«Мы этим ребятам хлеб, чай, кофе и компот даем, орехи и яблоко даем. Тот, кто пришел вместе с Сергеем, нам незнаком, он был в маске.

Я перебирала четки. Тамуся дала им суп, налила чай и пошла за сахаром. Мы думали, они пришли, как друзья, и были только рады. Поставили на стол все, что есть. Еще предложили тому, кто пришел с Сергеем, маску снять, хотя бы для того, чтоб удобно было чай пить. Тут же у печки раскладушка стояла, на ней спали двое детей, полутора и трех лет.

Минут через десять, после того как они приступили к еде, вдруг раздался резкий шум, двери распахнулись, и в дом заскочили военные в масках, в белых халатах и с автоматами. «Ложитесь! Руки за голову!» — кричат. Я возле порога легла, Тамуся у входа в комнату, а наш сосед (так она называет Сергея. — ПЦ «Мемориал») закричал на того в маске, которого с собой привел: «Ты что сделал?! Почему ты их сюда привел?! Почему ты это сделал?! Ты подставил меня! Это же мирные люди!»

Тут дети проснулись. Мальчик полуторагодовалый упал с кровати, расшиб лоб, Тамуся хотела взять его, но только подняла голову, тот, первый, в маске, так ударил ее, что десну рассек, у нее кровь пошла изо рта. А девочка бросилась к Сергею и крепко схватила его за шею. Вдруг он гранату выхватил и крикнул: «Если вы хотите их убить, то мы все умрем!»

Тамила (родственница Сукуевых):

«У нас такое было, даже рассказывать трудно (плачет). Сергей крикнул: «Здесь нет ничего того, что вы ищете!», а они начали бить его по лицу. Я думаю: сейчас гранату взорвут — все погибнем, и к дочке, а она не хочет идти ко мне, плачет, кричит, держит Сергея. Потом тот, в маске, девочку оторвал от него и отбросил…»

Хава Ахмадова:

«В это время двор наполнился военными. Их было так много, что все они не поместились в доме. Ворвались, начали избивать нас. По спине бьют, по голове бьют…»

Тамуся:

«Когда нас начали мучить — руки за голову, на улицу выводить, Сергей заходил сюда три раза, но они его не оставляли. Ударили его по лицу, губу разбили. А мы, женщины, говорили ему: „Уходи, Сергей. Если из-за нас что-нибудь с тобой случится — это будет ужас. Ничего, оставляй нас, что будет, то будет с нами, но только ты уходи, ты не вмешивайся“».

Хава:

«Он еле-еле ушел. И там он ругался с ними. Первый, кто нас спас, — это Аллах, а потом — Сергей».

Тамуся:

«Они одну сигарету курят, передают друг другу и смеются над нами».

Хава:

«Взяли Тамусю за волосы и за локти и тащат на улицу…»

Тамуся:

«Кричат: «Где твои братья живут?», автомат на меня направили. Я говорю: «Уберите дуло, я сама доведу и покажу», а они все равно под дулом автомата меня повели.

Привела их к дому моей матери. Они говорят: «У тебя там, наверное, боевики». Я сказала: «Давайте пойдемте посмотрим». Они меня взяли и головой о кирпичную стену ударили. Потом поставили к стенке и ворвались в дом. А там у меня тетка 75 лет парализованная лежит, и мать старушка 65 лет за ней ухаживает. И моя дочка была там. Они ворвались, минут за тридцать там все обшарили, что нашли — унесли. Я кричу матери с улицы: «Мама, я здесь, не пугайся», а они меня держат, не пускают нас друг к другу.

Потом мама мне сказала: «Я думала, тебя убили». У дочери теперь золотой цепочки нету, шапочку найти не можем, продукты из кладовки забрали.

Потом они меня назад потащили. Говорят: «А рядом кто у вас живет?» Я говорю: «Соседи, Ахмадовы, вы же проверяли их». Одни меня домой повели, а другие ворвались к ним в дом, гранату бросили. Привели меня опять сюда. Эти женщины здесь в комнате под автоматами сидят, а двое мужчин наших — на улице в легкой одежде. Их на колени посадили прямо на снег».

Хава:

«А они же больные и работают с трудом…»

Тамуся:

«Мне недавно сделали операцию, вырезали опухоль. Оказывается, я упала в обморок. Потом мне сказали, что их врач подошел ко мне».

Хава:

«А тот первый, в маске, говорит: «Не подходи, не трогай. Она сама успокоится».

Тамуся:

«Мой деверь кричал: «Успокойте ее, у нее бывают припадки. Врач есть у вас?» А его не подпускают.

Потом завели нас, женщин и детей, в холодную комнату. Поставили на колени и дула автоматов на нас направили. Приказывают мне: «Говори правду, а то сейчас застрелю тебя». Спрашивает о человеке каком-то, о боевике, а я вообще о таком не слышала. Тогда он назвал меня: «Сука!» и ударил.

Я говорю: «Дай я тебе правду скажу», и показываю свой паспорт. «Вот, с 1991 года я в Ростове живу, там прописана. Вот недавно приехала, вот регистрация». Он прочитал это все, а потом Зуру начал бить кулаком и автоматом. Мальчика двухлетнего ударили ногой, у него синяки до сих пор. А девочку девяти лет за волосы дергали. Она и теперь вся дрожит.

Они пугали нас, чтобы мы рассказывали: «У вас должен быть человек с чемоданом долларов». А что мы будем рассказывать, когда ничего не знаем абсолютно. Говорят: «Это у вас в сейфе находится. Если мы до утра этого человека не найдем, он все равно должен у вас ночевать, всю семью застрелим». Мы говорим: «Хорошо, стреляйте, но только найдите этого человека. Никогда с долларами человек к нам не придет. Если бы у нас были доллары — мы бы мельницей себе на еду не зарабатывали».

Тамуся:

«Они думали, что мы врем, что этот человек убежал. Они говорили: «Если мы его не найдем, то расстреляем вас».

Хава:

«В доме все поломали. Кроме муки у меня все забрали. Ударили ногой. Печку топили, мясо варили себе, спали. Уехали только часов в семь».

Харон:

«Сначала нас допрашивали по отдельности, женщин отвели в холодную комнату, нас на улице держали и детей. Потом солдаты приходили, извинялись и говорили, что если бы это с их семьями сотворили, они и через 10 лет не простили бы».

Хава:

«Нас спас Сергей, наш сосед. Я не забуду никогда то, что он сказал, проходя мимо окна: «У меня есть четыре танка. Если вы этих людей будете так мучить, я буду с вами воевать. У меня есть люди и танки». Тогда они испугались и сказали: «Давайте, ребята, женщины, в этот угол. Мы сейчас между собой разбираться будем, у нас будет обстрел». Они были пьяные (пили в той комнате)».

Тамуся:

«Они нас мучили до тех пор, пока тот, который первым пришел, не успокоился. Часов до четырех, пока он не лег, нас всех мучили. А после того как он лег спать, — тихо стало. После этого мы смогли одеть мужчин, стоящих на улице».

Хава:

«Мы сказали солдатам, которые нас охраняли: «Разрешите одеть их, они больные». Мы вынесли им на улицу обувь, шапку, куртку. Я упросила солдат, чтобы им разрешили опустить руки, а до тех пор они стояли, заложив руки за голову. Я плакала, просила: «Ребята, будьте добрые, пусть они зайдут, погреются». Они послушали, разрешили мужчинам зайти в комнату, я даже смогла дать им чай».

Тамуся:

«Эти солдаты, которых оставили нас охранять, были добрые. Они сказали: «Если бы над нашими женщинами так издевались, они бы умерли, не выдержали». Когда этот зверь вышел — эти солдаты нам одеяла дали. Мы же в той комнате были без гамаш, без носок. Три часа нас держали в холодной комнате.

Даже сейчас мы не можем отойти от этого состояния. Меня прикладом в затылок ударили, до сих пор не могу нагнуть шею».

Харон:

«Военные были в клеенчатых перчатках, наверное, чтобы не оставить отпечатков. Они были на шести БТРах».

Хава:

«Мы их не считали. Сколько их было! Полный дом, двор! Они сидели во дворе на бревнах. Приехали, оказывается, на двух КамАЗах. Еще пешком пришли человек тридцать (как будто мины искать). Потом три БМП приехали еще, солдат там разгрузили и уехали. Они были из 137-го полка. Их командир говорил: «Это по ошибке мы сюда попали». А фамилию свою никогда не называют».

Харон:

«Имен их мы не слышали, они по именам друг к другу не обращались. У них были измененные фамилии, клички: Козлов, Серик…»

Хава:

«На следующий день мы ходили к Козлову (начальник ФСБ). Он сказал: «Не подходи ко мне!», а я говорю: «Дай мне рассказать, ты же начальник, может, ты поможешь нам. Чтоб второй раз не было такого. Я тебе рассказать пришла, что было!» Еще со мной маленький мальчик был, которого они ударили. Он (Козлов. — ПЦ «Мемориал») говорит: «Не кричи, люди услышат!» А разве я могу не кричать?..»

Тамуся:

«Потом ребята с блокпоста к нам приходили, извинялись за тех, кто над нами издевался».

Хава:

«А Сергей сказал: «Я это никогда не забуду. В Германии есть памятник: ребенок на руках солдата был. Ваш ребенок также ко мне бросился. Я этого никогда не забуду».

Во двор к Тапе Магомедовичу Автаеву, 1936 г.р., проживающему в г.Урус-Мартан по адресу: ул.Матросова, 18, вбежали сотрудники военной комендатуры района. Они кричали и стреляли из автоматического оружия. Урожая застрелить любого, кто посмеет ослушаться, запретили жильцам выходить на улицу.

Оказавшемуся во дворе племяннику хозяина дома военные заявили, что идут по кровавому следу подстреленного боевика. «Боевика» вскоре нашли: им оказалась собака соседей, получившая ранение в результате открытой сотрудниками комендатуры беспорядочной стрельбы.

Тем временем БТР сопровождения, сломав забор, заехал в огород, принадлежащий этой семье. Находившиеся на броне военные забежали в дом к сыну Тапы Автаева и вынесли из него, завернув в одеяло, телевизор «Самсунг». Сказав свидетелям грабежа, что «пристрелят того, кто посмеет пикнуть», они уехали. Технический паспорт телевизора остался у хозяев.

Отец пострадавшего немедленно отправился в районную администрацию и сообщил о факте грабежа. Когда он излагал свои претензии главе гражданской власти района Ширвани Ясаеву, к зданию администрации подъехал БТР. На нем сидели ограбившие сына военные. Как выяснилось потом, ими же в тот день был захвачен Руслан Жукаев. Его они через час отпустили, но телевизор отдать отказались.

Прося содействия в возвращении украденного имущества, Тапа Автаев написал заявления в администрацию, военную комендатуру, РОВД и ВОВД района, а затем вернулся домой.

Вечером к нему снова приехали военные. На этот раз на двух автомобилях — УАЗ и «Урал». Вбежав в дом, они ударили старика прикладом автомата в область почек, и тот упал на пол. Выстрелами из автоматов и ударами прикладов военные разломали дверь дома, в котором проживает его сын, и все там обыскали. Захватив с собой 50 рублей и позолоченную цепочку, военные уехали.

В течение нескольких дней Тапу Автаева беспокоила сильная боль в почках, не сходила опухоль на пояснице. 13 февраля он обратился за медицинской помощью в Урус-Мартановскую районную больницу.

На одном из блокпостов в Старопромысловском районе г.Грозный российскими военными были высажены с маршрутного такси несколько мужчин. Среди них оказался Хасрудин Хасанович Шовхалов, 1960 г.р., который проживал по адресу: пос.Бутенко, ул.Проездная, 172.

На следующий день труп этого человека со следами страшных пыток был обнаружен на территории бывшего дома престарелых в пос.Ташкала Старопромысловского района г.Грозный.

Рядом с трупом Хасрудина Шовхалова местные жители нашли и тело неизвестного мужчины, возможно, убитого в одно с ним время.

В г.Грозный на просп. А.Авторханова (бывшая ул.Ленина) в районе магазина «Богатырь» подорвался рейсовый автобус из с.Чечен-Аул Грозненского (сельского) района. Среди пассажиров есть пострадавшие:

1. Исмаил Балавдинович Забхаджиев, 1981 г.р., проживает по адресу: г.Грозный, ул.Первомайская, 57; множественные осколочные ранения нижних конечностей;

2. Руман Хусаинович Янгулбаев, 1937 г.р., прописан по адресу: г.Грозный, Октябрьский район, ул. Багратиона, 41; закрытый перелом голени;

3. Доку Джабраилович Сулейманов, 1961 г.р., проживает по адресу: г.Грозный, Октябрьский район, ул. Расковой, 130; слепое осколочное ранение правого предплечья с повреждением локтевого нерва;

4. Вахил (Вахид) Имранович Ахмадов, 1952 г.р., уроженец Чечен-Аула, проживает в этом селе по адресу: ул. Ленина, 59; осколочное ранение левого бедра;

5. Яраги Асуевич Куркаев, 1952 г.р., адрес: Грозненский (сельский) район, пос.Гикаловский, ул.Тепличная, 1; ушиб голеностопного сустава;

6. Шамсутдин Вахидович Дукаев, 1971 г.р., проживает по адресу: с.Чечен-Аул, ул.Матросова, 21; повреждение позвоночника и грудной клетки.

Правоохранительными органами Наурского района Чечни задержан полевой командир среднего звена Усман Умаров.
                Как сообщили в администрации Наурского района, задержанный до октября 1999 года занимал должность начальника наурского отделения департамента госбезопасности Ичкерии.

П.Крашенинников, председатель комитета Госдумы по законодательству, сообщил, что возглавляемая им комиссия подготовила доклад о ситуации в Чечне. Его презентация запланирована ориентировочно на 19 февраля.
             В докладе, в частности, говорится о необходимости назначения высокопоставленного чиновника, который бы «отвечал и за военных, и за экономику» в Чечне. По его словам, такой человек, обладающий «авторитетом в армии и среди чеченцев», мог бы быть вице-премьером РФ, входящим в Совет безопасности.
             Отвечая на вопрос, не планируются ли новые встречи группы российских парламентариев с депутатами парламента Ичкерии 1997 года (такая встреча состоялась в конце прошлого года и П.Крашенинников был ее участником), П.Крашенинников высказался за продолжение диалога с чеченцами, которые заинтересованы в установлении мира в республике. «Войны заканчивают не военные, а политики», — подчеркнул он. Но, как считает депутат, говорить, например, с Хаттабом или Басаевым «бессмысленно, с ними должны работать правоохранительные органы».
             По мнению П.Крашенинникова, опасность гуманитарной катастрофы в Ингушетии в связи с наплывом беженцев из Чечни не миновала. По его словам, есть сведения, что количество переселенцев не сокращается, а увеличивается. Комментируя намерения властей создавать условия для возвращения беженцев на места постоянного проживания, депутат предостерег от того, чтобы беженцев не возвращали туда, где «еще хуже».

На рассвете в Грозном неизвестные лица из крупнокалиберного стрелкового оружия обстреляли офис Государственного комитета по делам издательств, полиграфии и книжной торговли Чеченской Республики. Об этом сообщил председатель комитета Лечи Баканаев.
             По его словам, уничтожены мебель, офисное оборудование, оргтехника. Серьезно пострадал производственный корпус. Разбиты все стекла, повреждены полиграфические машины.
             Обстрелы типографии и офиса неоднократно случались и ранее.

Сообщения СМИ

6 февраля

В с.Махкеты Веденского района проведена т.н. адресная зачистка, в ходе которой российские военные угнали со двора одного из местных жителей автомашину «джип» под предлогом того, что она якобы принадлежит президенту ЧРИ Аслану Масхадову.

Был задержан и хозяин двора, в котором та находилась. И хотя он пытался доказать, что угнанная автомашина является собственностью родственника, военные не вернули ее. Более того, его самого отпустили только через два дня, незаконно продержав все это время на территории войсковой части.

В тот же день проходила «зачистка» и в соседнем с Махкетами с.Тевзана.

О ее итогах рассказывает Сиражди Зумаев, исполняющий обязанности главы администрации этого населенного пункта:

«Во время последней «зачистки» из дома Виситы Джабраилова был унесен радиотелефон, компьютер, кабель — 400 м, несколько стульев и еще что-то. Военные на клочке бумаги дали расписку в том, что они изъяли все это. Поставили число и подпись. Командир их, прапорщик (фамилию его Сиражди Зумаев вспомнить не мог, но спрашивать у хозяев не советовал, говорил, что они всего боятся. — ПЦ «Мемориал»). Почему изъяли, в расписке не сказано.

Группа, которая «зачищала» наше село в тот день, базируется при 137-м полку, но командиру полка не подчиняется.

Я беседовал по этому поводу в ФСБ. Там сказали, что разберутся и найдут эти вещи, но определенного ответа не дали. Когда мы ему (сотруднику ФСБ. — ПЦ «Мемориал») отдали этот листок, он сказал, что с этим делом лучше обращаться к командиру 45-го полка. Он тоже базируется возле нашего села.

Фээсбэшник вызвал на разговор представителя командования этого полка, и мы к нему обратились с этим списком. Список мы не отдали, а дали переписанную копию. Он не отрицал, что у них есть такой прапорщик, и сказал, что постарается вернуть вещи. Но мы не верим.

Знакомый замполит 137-го полка, Сергей, нам говорил, что обязательно нужно обращаться в прокуратуру.

Наши люди, к сожалению, предпочитают не обращаться в прокуратуру, потому что боятся возмездия со стороны военных».

В ночь на 6 февраля из дома, расположенного на ул.Тухачевского в г.Грозный, вышел и не вернулся Хамзат Хаджимурадов, 1968 г.р. При себе он имел паспорт и другие документы.

На следующее утро возле школы № 60 была найдена его куртка, простреленная на уровне левого плеча. Кровавый след вел к блокпосту № 12, размещенному на ул.Тухачевского, и там обрывался.

В ту же ночь, около 22 часов, в 4-м микрорайоне (Ленинский район) г.Грозный за нарушение комендантского часа российские военные, применив оружие, задержали Зелимхана Сайд-Эмиевича Юнусова, 1979 г.р., уроженца с.Аллерой Курчалоевского района, и Ваху Тахаева, 1976 г.р.

На месте, где находились молодые мужчины, затем были обнаружены остатки костей, зубов, вещества головного мозга и кровь. Некоторые из местных жителей утверждают, что в свете газовых факелов, которыми в ночное время освещается Грозный, и на фоне свежевыпавшего снега они отчетливо видели людей в камуфляжной форме. Якобы те зашли в соседний от школы дом, купили там водку и выпили ее прямо на улице.

20 июля 2001 года отец похищенного Зелимхана Юнусова, Сайд-Эми, обратился с заявлением к специальному представителю президента РФ по обеспечению прав и свобод человека и гражданина в ЧР В.Каламанову. В нем он, подчеркивая о ранении в момент задержания Вахи Тахаева, говорит, что его сын на следующий день был доставлен в Ханкалу. Откуда потом и исчез.

Начальник управления по обеспечению деятельности специального представителя президента РФ Лема Хасуев, прося сообщить «о результатах рассмотрения и принятых мерах», в тот же день переслал заявление Сайд-Эми Юнусова начальнику УВД МВД РФ по ЧР Сергею Аренину.

Однако ни это обращение, ни ряд других, направленных в различные структуры власти, утвердившейся в Чечне (мать похищенного Зина Юнусова, например, 3 апреля 2002 года отправила заявление на имя главы администрации Курчалоевского района), не прояснили судьбу Зелимхана Юнусова.

Информация о проверке обстоятельств его похищения в порядке ст. 145 УПК РСФСР была направлена в прокуратуру г.Грозный лишь 22 октября 2002 года. По тем данным, которыми располагает ПЦ «Мемориал», уголовное дело не возбуждалось.

По состоянию на конец 2002 года судьба этого человека оставалась невыясненной.

В 14 часов в г.Грозный на остановке «Ташкала» в результате взрыва фугаса получил травму Хусейн Кагерманов, 1954 г.р.

В г.Урус-Мартан российские военные совместно с сотрудниками государственной инспекции по безопасности дорожного движения (ГИБДД) оцепили место стоянки частных такси, осуществляющих перевозку пассажиров в направлении населенных пунктов Мартан-Чу, Алхазурово и Гой-Чу (Комсомольское).

Результатом этой акции явилось изъятие автомобилей с иногородними регистрационными знаками, а также документов на них. Сотрудники ГИБДД потребовали, чтобы остальные водители незамедлительно поменяли номера с прежней классификацией региона на новые, т.е. с 20-го на 95-й.

Изъятие автомобилей продолжилось и на следующий день.

Утром к блокпосту в центре г.Урус-Мартан, на котором обычно несут дежурство сотрудники военной комендатуры и временного отдела внутренних дел (ВОВД), подъехал автомобиль главы администрации Урус-Мартановского района. В нем находилась его охрана.

Военнослужащий в звании прапорщика наотрез отказался пропустить их без досмотра. Охранники главы администрации возмутились, один из них предпринял попытку поднять шлагбаум самостоятельно. Прапорщик приставил к его животу ствол автомата, но тот успел отвести оружие в сторону, а затем ударил военнослужащего. Началась потасовка. Раздались выстрелы в воздух. Прибежавшие на шум и стрельбу сотрудники комендатуры, ВОВД и районной администрации разняли участников драки. Служебная машина главы администрации проследовала через блокпост без досмотра.

В 8 часов утра жители г.Урус-Мартан Имран Джунидович Далаев, 1967 г.р., и Зелимхан Салманович Муртазалиев, 1971 г.р., на принадлежащем последнему автомобиле ВАЗ-2106 1999 года выпуска выехали в сторону с.Гехи. В тот день домой они не вернулись. Исчез и автомобиль.

Родственники пропавших незамедлительно поставили в известность о случившемся сотрудников военной комендатуры, прокуратуры и ВОВД Урус-Мартановского района. Не ограничиваясь этим, они собственными силами организовали поиски. В первые же дни им удалось выяснить, что утром 6 февраля молодые люди зарегистрировались на блокпосту между г.Урус-Мартан и с.Гехи.

Однако о том, что с ними стало дальше, никто не знал до первых чисел марта.

Утром 4 марта Аслан Муртазалиев, брат пропавшего Зелимхана Муртазалиева, пришел к зданию ВОВД Урус-Мартановского района, чтобы подать заявление о розыске пропавшего автомобиля, и здесь увидел «шестерку» со знакомой вмятиной на кузове. К зданию временного отдела на ней приехали четыре российских сотрудника милиции. Она была перекрашена: двери и капот — в черный цвет, а крышка багажника — в синий.

Опознав автомобиль, Аслан Муртазалиев для большей уверенности пошел домой и привел в центр города Макку, жену брата. Она также узнала машину.

Пока Муртазалиевы пытались сообщить о находке гражданским властям, обнаруженный автомобиль отогнали из Урус-Мартана в неизвестном направлении. К поискам по просьбе администрации города подключились сотрудники ВОВД.

Через час его обнаружили в с.Гойты на территории ПОМ, к которому прикомандированы бойцы ОМОН из Санкт-Петербурга. Автомобиль был спрятан за БТРом. Его изъяли и доставили во временный отдел района. Однако выяснилось, что омоновцы при этом допрошены не были.

Родственникам Зелимхана Муртазалиева и Имрана Далаева об этом сообщил следователь Ермолин, ведущий уголовное дело по факту исчезновения молодых людей. Позднее он добавил, что омоновцы ни в чем не виноваты, так как они якобы нашли автомобиль «на могилках в с.Гойты». Для розыска пропавших, по словам следователя, милиция «сделала запросы в различные места: Ростов, Моздок и т.д.».

Но после обнаружения автомобиля родственникам пропавших людей стало ясно, что к исчезновению причастны сотрудники российских силовых структур. Они обратились к посреднику — местному жителю, который имеет выход на российских военных и милиционеров. Вскоре он сообщил, что молодые люди находятся в группировке войск, дислоцирующихся у с.Танги-Чу. Ему также стало известно, что водитель (т.е. Зелимхан Муртазалиев. — ПЦ «Мемориал») из-за избиений пребывает в тяжелом состоянии и поэтому, мол, не смог дать показания следователям ФСБ и военной разведки. Имран Далаев, по его словам, напротив, не раз допрашивался, и к нему были применены пытки, в том числе электротоком.

Он рассказал далее, что при допросе последний якобы сообщил следователям о том, что до войны работал водителем на автобусе и часто ездил в Москву. Это соответствовало действительности. Родственники молодых людей поверили посреднику. И поэтому, когда тот сообщил, что военные затребовали за освобождение пропавших две тысячи долларов США, быстро их собрали.

Для передачи денег с военными обговорили место и время. Туда должны были быть доставлены и задержанные. Но на встречу так никто и не явился. Позднее посредник сообщил, что, по его сведениям, Зелимхан Муртазалиев и Имран Далаев переправлены в Ростов-на-Дону.

После такого сообщения родственники молодых людей поверили в возможность их убийства. При очередном посещении ВОВД жена одного из задержанных попросила следователя отдать для захоронения хотя бы их трупы. На что тот ответил следующее: «Трупов нет, потому что их взорвали». А потом добавил, что говорит по секрету и «в других местах от своих слов откажется».

7 апреля 2001 года жители с.Танги-Чу А.Баталов и А.Манаев, пасшие скот в садах местного госхоза, наткнулись на останки людей. Трупы, а их было два, обглодали дикие собаки или шакалы. У них отсутствовали головы и верхние части туловища.

Вокруг места, где они были найдены, была раскидана одежда. К ним вел гусеничный след скорее всего от БМП. Рядом с трупами лежали и двупалые солдатские рукавицы.

8 апреля об обнаружении трупов было сообщено в постоянный отдел внутренних дел (РОВД) Урус-Мартановского района. В тот же день в сад приехали сотрудники и РОВД, и ВОВД, а также местные жители. Они перевезли останки в с.Танги-Чу. Остатки одежды, найденные рядом с трупами, были доставлены в Урус-Мартан.

9 апреля в ВОВД в присутствии родственников было установлено, что одежда принадлежала Зелимхану Муртазалиеву и Имрану Далаеву. Автомобиль ВАЗ-2106 работники временного отдела вернули хозяевам, но без регистрационных знаков и документов.

На конец июня 2002 года не было никакой информации, что уголовное дело по факту задержания и последующего убийства молодых людей находится в производстве. Родственники же и вовсе полагают, что объективного расследования не будет, так как факты неопровержимо свидетельствуют о причастности к данному преступлению сотрудников российских силовых структур.

Российские военные избили жителя с.Ачхой-Мартан Ширвани Вашаева, занимавшегося перевозкой комбикорма на принадлежащем ему автомобиле.

По дороге он неоднократно платил военным. Поэтому, когда подъ­ехал к блокпосту на трассе Ростов—Баку недалеко от ст.Ассиновская, денег у него практически не осталось. Однако и здесь у него потребовали 500 рублей. Ширвани Вашаев, сказав, что истратился в дороге и не располагает большей суммой, предложил лишь 30 рублей.

Вымогателей в форме российской армии это взбесило. «Ты нас принимаешь за идиотов», — заявили они ему и стали избивать. Побои были настолько сильными, что незадачливый водитель был доставлен в больницу ст.Орджоникидзевская (Слепцовская).

Машина вместе с грузом осталась у военных. Родственники забрали ее на следующий день за выкуп.

В г.Аргун в своей квартире убит 45-летний учитель местной средней школы Шарип Хадисов.
                По сообщению представителей администрации города, в квартиру учителя на ул.Заводской вошел неизвестный преступник в маске и несколькими выстрелами из пистолета с глушителем убил учителя.

В Чечне в районе Гудермеса обстреляна машина УАЗ пресс-центра Объединенной группировки федеральных сил.
                Как сообщили в аппарате помощника президента России Сергея Ястржембского, «в результате сотрясение мозга получил начальник пресс-центра ОГВ подполковник Сергей Артемов».
                После того как машина была обстреляна, ее занесло, офицер выпал из машины, ударился головой и получил сотрясение мозга.

Сообщения СМИ

7 февраля

В ночь на 7 февраля российские военнослужащие открыли беспорядочную стрельбу трассирующими и зажигательными пулями по с.Алхан-Кала Грозненского (сельского) района. В результате семье Умажевых причинен значительный материальный ущерб: у них сгорели все хозяйственные постройки, уничтожены скот и домашняя птица.

Малика Умажева, председатель совета старейшин с.Алхан-Кала:

«Село подвергается постоянным обстрелам. Почти каждую ночь сидим на корточках, думая, бежать в подвал или нет. В ночь с 6 на 7 февраля после 12 часов открыли огонь трассирующими пулями. У меня было фермерское хозяйство: сотни курей, коров, коз, баранов, телят. За 15 минут все сгорело, все, что мы годами создавали.

Я не могу даже просчитать эти убытки. Глава администрации составил акт, присутствовала комиссия, все видели, что полную машину КамАЗ трупов животных вывезли с фермы. Еще на пару КамАЗов в свалке осталось, не вывезено.

Заявление в суд по своему хозяйству я не подала. Где у нас суд? Когда я разговаривала с префектом района Джамалдаевым, он сказал, когда начнут отпускать финансы, только тогда он сможет помочь».

На проходившую мимо блокпоста у «Сельэнерго» жительницу г.Урус-Мартан (пос.госхоза «Горец», 2, кв.2) Петимат Амаеву были натравлены три собаки. Животные набросились на нее, повалили на землю и стали рвать одежду. Военные в это время смеялись, и на просьбы женщины успокоить их отвечали, что это, мол, «ваши, чеченские».

Собаки были отогнаны только после того, как на Петимат Амаевой была изорвана вся одежда.

Около 16 часов в с.Курчалой в доме по адресу: ул.Ленина, 26, обнаружен труп Висы Султановича Исрапилова, 1974 г.р.

Обстоятельства его смерти неизвестны. Однако со слов сотрудников районного отдела внутренних дел стало известно, что он считался пропавшим без вести после своего задержания сотрудниками российских силовых структур.

По с.Закан-Юрт Ачхой-Мартановского района со стороны воинской части, расположенной неподалеку, нанесен артиллерийский удар; разрушен дом местного жителя Раджапова.

В г.Грозный на мине, установленной возле старого здания Министерства внутренних дел Чеченской Республики, подорвался житель ст.Наурской Муслим Тамбулатов, 1952 г.р.

Владельцы автомобилей, изъятых накануне российскими военными и сотрудниками ГИБДД на стоянке такси в г.Урус-Мартан, собрались у регистрационно-экзаменационного отдела. Однако оказалось, что он почему-то не функционирует. Его сотрудники, хотя и находились внутри здания, не предприняли никаких мер по организации выдачи новых документов и регистрационных знаков. То же самое повторилось и на следующий день.

Владельцы отобранных автомобилей полагают, что акция на стоянке была предпринята с целью, как они выражались, «сорвать с них дань».

Военнослужащие 245-го мотострелкового полка МО РФ провели в г.Урус-Мартан т.н. операцию по проверке паспортного режима («­зачистку»).

У снохи Забу Хасуевой, проживающей по адресу: ул.Титова, 24/а, они потребовали 250 рублей за то, что у нее не оказалось паспорта. Молодая женщина еще полгода назад обратилась в ОВД района с просьбой о его выдаче, собрала и сдала необходимые для этого документы. Однако удостоверение личности получить не смогла.

Ее соседям военные предъявили претензии из-за имевшейся у них временной регистрации в Республике Казахстан. То обстоятельство, что с истечением срока, на который регистрация выдана, она автоматически аннулируется и вступает в действие постоянная прописка, проверяющие учесть не захотели. Эти люди откупились от военных, заплатив 50 рублей.

«Зачистка» продолжилась и на следующий день, но каких-либо серьезных нарушений зафиксировано не было.

Два жителя Старопромысловского района убиты в Грозном. Их тела с многочисленными следами огнестрельных ранений обнаружены недалеко от мечети в пос.Ташкала.

Взрыв большой мощности прогремел на федеральной дороге «Кавказ» южнее г.Аргун.
                Это произошло у поворота в сторону Курчалоевского района. Взрывное устройство было заложено в яму и присыпано глиной. Об этом сообщили в пресс-службе чеченской администрации.
                Серьезно повреждена проезжавшая в этом месте в момент взрыва легковая автомашина. Пассажиров спасло то, что автомобиль несся на большой скорости. Они отделались ссадинами и порезами.

По данным ЦОС ФСБ, органами Федеральной службы безопасности освобождены из плена двое военнослужащих срочной службы: Артем Решетников, 1981 г.р., уроженец Кемеровской области, и Степан Карпенко, 1981 г.р., уроженец Оренбургской области, захваченные участниками вооруженных формирований ЧРИ в январе в г.Грозном.

Сообщения СМИ

8 февраля

В ночь на 8 февраля российские военные произвели обыск в доме жителя с.Гойское Урус-Мартановского района Докки Махмудовича Нагаева. Вели они себя при этом корректно, старались не напугать его больную мать и детей.

Завершив осмотр комнат и хозяйственных построек во дворе, хозяину дома было приказано собираться и следовать к стоящему на улице автомобилю. Поняв, что задерживают, тот попросил детей вынести паспорт. Военные просмотрели документ и, ничего не говоря, быстро уехали. Докка Нагаев полагает, что они его с кем-то спутали.

В ночь на 8 февраля произведен обстрел с.Махкеты Веденского района. Огонь велся из автоматов и пулеметов со стороны воинской части, временно дислоцированной на окраине населенного пункта. Домам и хозяйственным постройкам местных жителей нанесен серьезный урон. Убитых и раненых нет.

Из-за постоянных обстрелов и «зачисток» обстановка в этом селе напряженная. Люди не чувствуют себя в безопасности. У кого есть возможность, стараются оттуда уехать. Особенно в северные — Шелковской и Наурский — районы республики. По этой причине только за последние полтора-два месяца из местной школы выбыли 65 детей. 17 из них увезены родителями за пределы Чечни.

К примеру, на окраине Махкеты жили Хутиговы. У них было шестеро детей, которых во время ставших практически ежедневными обстрелов приходилось укрывать в подвалах. В конце концов семья не выдержала и уехала к родственникам в ст.Червленную.

При проходе колонны бронетехники через с.Тевзана Веденского района была обстреляна и выведена из строя линия электропередачи. Это не первый случай, когда по вине российских военных жители населенного пункта остаются без света в домах.

С ближайших сопок, где расположилась воинская часть, окрестности Тевзана подвергаются постоянным минометным обстрелам. Из-за этого, а также неоднократных налетов вертолетов не раз срывалась работа местной электроподстанции. В итоге большую часть прошедшей зимы село было погружено во тьму.

К себе домой в с.Чечен-Аул Грозненского (сельского) района из соседнего пос.Гикаловский возвращались Гилани Курванович Магомадов, 1977 г.р., и Малик (Ислам) Жалавдинович Зубхаджиев, 1971 г.р.

По дороге они подсели в автомобиль ЗИЛ-131 («бензовоз»). За его рулем находился односельчанин Абдулмалик Вахаевич Шахмурзаев, 1967 г.р. Недалеко от населенного пункта у блокпоста они были остановлены российскими военными. Из салона автомобиля их пересадили в БТР и повезли в обратном направлении.

Впоследствии родственникам удалось узнать, что задержанных сначала доставили в комендатуру пос.Гикаловский, а оттуда на следующее же утро отвезли к окраинам с.Танги-Чу Урус-Мартановского района. Здесь, в месте дислокации 245-го мотострелкового полка МО и ДОН-100 МВД РФ, захваченных чечен-аульцев, видимо, держали не очень долго. По имеющейся у родственников информации, на следующий день их отвезли в Урус-Мартан и передали в районное УФСБ по ЧР, расположенное на третьем этаже здания военной комендатуры. Об этом рассказал офицер внутренних войск, командовавший задержанием Гилани Магомадова, Малика (Ислама) Зубхаджиева и Абдулмалика Шахмурзаева. Сотрудники спецслужб, впрочем, категорически это опровергли.

Что стало с этими людьми в дальнейшем, ПЦ «Мемориал» неизвестно.

В 4часа ночи в г.Шали неизвестными обстреляно из гранатомета здание, в котором должен был начать работу районный суд. Зданию нанесен значительный ущерб. Люди не пострадали. Охраны при обстреле рядом не оказалось.

Недалеко от с.Иласхан-Юрт (Белоречье) Гудермесского района российские военные остановили грузовую автомашину «Газель», в которой находились Усаевы: братья Исмаил и Исхак, а также их сестра Хазман. Они ехали на рынок г.Гудермес с предназначенной для продажи партией аудио- и видеоаппаратуры.

Военные подошли к ним и попросили помочь вытащить якобы застрявшую в канаве машину УАЗ-452 (т.н. таблетка). Сестра, видимо, предчувствуя, что их остановили с недобрыми намерениями, попросила, чтобы никто не выходил. Однако после повторения приказа и сама она, и ее братья вынуждены были покинуть автомобиль.

На них надели наручники и, отведя в сторону, расстреляли. Видимо, Усаевы стояли близко друг от друга, что в конечном итоге спасло жизнь одному из братьев, Исмаилу: падая, Исхак и Хазман заслонили его от пуль.

С расстрелянных людей убийцы сняли наручники. А затем, пересев на «Газель», уехали с места преступления. Двое военных остались у трупов, собираясь скорее всего закопать их. Автомобиль УАЗ-452 остался у них же.

Исмаил Усаев, притворявшийся мертвым, воспользовался этим обстоятельством, и побежал в сторону кладбища. Там в это время шли похороны и было много людей. Ему вдогонку была открыта стрельба. Раненный в шею, но еще живой, он свалился в яму.

Находившиеся на похоронах жители Иласхан-Юрта бросились к месту происшествия. Увидев истекающего кровью человека и трупы его брата и сестры, они окружили военных. Женщины стали забрасывать их камнями, а один из мужчин подошел и нанес несколько ударов ножом. Один из убийц скончался, другой с воплями свалился на землю.

К месту, где происходили все эти события, вскоре прибыл наряд милиции, в составе которого оказались и русские, и чеченцы. Они организовали преследование похищенной «Газели». Раненого военного и труп его убитого товарища они забрали с собой.

Как впоследствии выяснилось, преступники были настигнуты только в Моздоке. В кузове угнанной ими после убийства хозяев машины милиционеры обнаружили аудио- и видеоаппаратуру на сумму более чем в 150 тысяч рублей и 50 тысяч рублей деньгами.

У подвергнувшихся расправе людей, свидетельствуют очевидцы, прежде были хорошие отношения с военными. Свои товары они неоднократно продавали им по заниженным ценам и даже отпускали в долг. Поэтому, поняв, что ее собираются убить вместе с братьями, Хазман Усаева закричала: «Мы же жалели вас, помогали. За что вы теперь нас убиваете?!»

Благодаря усилиям правозащитников о преступлении у с.Иласхан-Юрт стало широко известно. Власти вынуждены были реагировать, но сделали это своеобразно. Так, начальник штаба УВД МВД России по ЧР полковник Ахмед Дакаев, сам, кстати, этнический чеченец, попытался переложить ответственность за убийство двух местных жителей и покушение на жизнь третьего, а также за хищение принадлежащего им имущества на «неизвестных в камуфляжной форме и масках», которые предположительно были боевиками

Из-за многочисленных свидетелей происшествия, а также ввиду того, что виновники почти сразу же были схвачены, списать данное преступление на участников чеченских вооруженных формирований не удалось. Но власти сделали все возможное, чтобы убийцы либо не предстали перед судом, либо получили минимальные сроки. По просьбе ПЦ «Мемориал» депутат Государственной Думы РФ С.А.Ковалев направил запрос в прокуратуру РФ с просьбой сообщить о проведенном расследовании. Из ответа заместителя Генерального прокурора С.Н.Фридинского следовало, что «вблизи с.Белоречье прапорщиком Г., с целью завладения имуществом, совершено нападение на граждан Усаева Х., Усаева И. и Усаева Ибрагима (так в тексте. — ПЦ «Мемориал»). Военным судом Г. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 160 ч. 3 п. «а» УК РФ, и ему назначено наказание в виде шесть лет лишения свободы условно с испытательным сроком 5 лет».

Другими словами, единственному представшему перед судом «прапорщику» вменили в вину не убийство местных жителей, а всего лишь «присвоение или растрату чужого имущества, совершенному с использованием своего служебного положения».

В Аргуне неизвестные убили директора районного объединения «Сельхозтехника» Р.Ушаева.
                В с.Майртуп Курчалоевского района неизвестными убита девушка. По данным милиции, двое неизвестных в темное время суток произвели несколько выстрелов из пистолета. От полученных ранений девушка скончалась на месте.

Сообщение СМИ

9 февраля

Утром сотрудниками правоохранительных органов РФ увезены одиннадцать жителей с.Шалажи Урус-Мартановского района. В их числе оказались: Шудди Дадашевич Барзаев, его брат Апти, Муса Есаевич Артамов, Али Гиланиевич Иналов вместе с братом Ахмедом, Султан Ахъядович Шабазов, Айнди Султанович Макаев, его брат Зайнди, Рамзан Бексолтович Шахбиев и Имран Ахъядович Шабазов. Имя еще одного человека ПЦ «Мемориал» установить не удалось.

Жители населенного пункта организовали дежурство перед зданиями районной администрации и ВОВД в г.Урус-Мартан, где содержатся задержанные.

От родственников сотрудники ВОВД приняли для них передачи, но допустить адвоката отказались. Главе же администрации, по его же словам, милиционеры обещали земляков не бить и отпустить «невиновных» после того, как «разберутся во всем».

В чем подозревают этих людей, пока неизвестно. Но их родственников тревожат сообщения в средствах массовой информации о якобы состоявшемся в Шалажи аресте бригадного генерала Али Шабазова с паспортом, выписанным на имя некоего Руслана Сатуева. По утверждению жителей села, на самом деле задержан не сам «генерал», а его брат Имран Шабазов.

В г.Грозный российские военные обстреляли легковую автомашину, в которой, кроме водителя, находились еще два человека. В результате тяжело ранен в поясницу Махмуд Инбазов, 1968 г.р. Его попутчики: Айшат Асхабова, 1980 г.р., и Лема Аптиевич Мусаев, 1964 г.р., также получили огнестрельные ранения.

Днем два сотрудника военной комендатуры Октябрьского района Грозного погибли в результате подрыва фугаса в Грозном.
             Как сообщили в прокуратуре Октябрьского района города, еще пять человек «получили тяжелые ранения и в настоящее время находятся в госпитале».
             Фугас сработал в 11.30 на ул.8 Марта Октябрьского района Грозного. Взрыв произошел «в непосредственной близости» от проходивших по улице военных автомашин — грузовика «Урал» и боевой разведывательной десантной машины (БРДМ).

Шестеро бойцов ОМОН ГУВД Красноярского края получили ранения различной степени тяжести при подрыве фугаса в Шелковском районе Чечни.
                Как сообщили во временном отделе внутренних дел (ВОВД) Шелковского района, бойцы красноярского ОМОН в количестве 23 человек вечером приехали на автобусе в баню ст.Шелковская, расположенную на ул.Гагарина.
                Когда отряд уже мылся в бане, у здания сработал фугас. Взрывом разрушена часть стены, уточнили в ВОВД.

Сообщения СМИ

10 февраля

В 11 часов российские военные ранили в брюшную полость 30-летнего жителя г.Аргун Шамхана Каимова.

Случилось это во время привычной для этого человека пробежки вдоль дороги, ведущей из Аргуна в сторону с.Мескер-Юрт. При приближении к блокпосту по нему оттуда был открыт автоматный огонь.

В консультационный пункт ПЦ «Мемориал» в г.Урус-Мартан обратился Усман Газуев, проживающий в этом населенном пункте по адресу: ул.Спортивная, 51.

Он сообщил, что 25 декабря 2000 года его сын, Ахмед Усманович Газуев, 1976 г.р., увезен с территории старого рынка сотрудниками одной из российских силовых структур. Какой точно, установить не удалось. Неизвестно и то, куда его доставили. По мнению отца, силовики скрывают информацию о местонахождении сына. Однако через два дня после его задержания, то есть 27 декабря, по местному телевидению «Марта» выступил военный комендант Урус-Мартановского района полковник Гейдар Гаджиев и, демонстрируя паспорт, заявил, что ими «арестован Ахмед Усманович Газуев», которого якобы «назвать гражданином Чеченской Республики он (комендант. — ПЦ «Мемориал») не может».

Тем не менее даже после этого вполне очевидного признания в комендатуре продолжают повторять, что ничего не знают о дальнейшей судьбе молодого мужчины.

Усман Газуев обратился к и.о. прокурора района Леониду Илюшенко с просьбой установить местонахождение задержанного, но ответа ни от него самого, ни от его подчиненных не получил.

Все эти факты, сказал он, дают ему основание предполагать, что сыну грозит «исчезновение».

В Ленинском районе Грозного при следовании в пункт постоянной дислокации двух машин УАЗ с бойцами ОМОНа одна из машин подорвалась на фугасе. Сразу после взрыва колонна была обстреляна боевиками из автоматического оружия и подствольных гранатометов. В результате четверо омоновцев ранены.
                На окраине г.Шали подорвалась бронемашина; погибли и ранены три человека. Произошло возгорание башенной части машины, в результате чего она потеряла способность самостоятельно продолжить движение.

Сообщение СМИ

 



См. сообщение за 23 января 2001 г.

 

Уголовное дело № 24072 по факту «исчезновения» А.Абубакарова возбуждено 24 ноября 2000 г. по ст. 126 ч. 1 УК РФ («похищение человека»).
                Уголовное дело № 25028 по факту «исчезновения» Р.Берснукаева (по формулировке прокуратуры, «14 марта 2000 г. задержан сотрудниками УФСБ района, а затем пропал без вести») возбуждено 15 февраля 2001 г. по ст. 126 ч. 1 УК РФ («похищение человека»). Приостановлено согласно ст. 195 п. 3 УПК РСФСР («в случае неустановления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого»).
                Уголовное дело № 24071 по факту «исчезновения» И.Дубаева (по формулировке прокуратуры, «похищен неизвестными лицами») возбуждено 25 ноября 2000 г. по ст. 126 ч. 1 УК РФ («похищение человека»). Еще одно уголовное дело № 25138 по факту «исчезновения» И.Дубаева (по формулировке прокуратуры, «задержан 14 марта 2000 года в с.Мартан-Чу») возбуждено 27 октября 2001 г. по ст. 126 ч. 1 УК РФ («похищение человека»). На март 2002 г. находилось в производстве.
                Сведений о возбуждении уголовного дела по факту задержания и «исчезновения» Рамзана Алиясханова, Али Магомаева и Зураба Полтаева на март 2002 г. у ПЦ «Мемориал» не имеется.

 

Очень часто колонны, выводимые из республики, замыкают машины с привязанными сзади вениками, либо пучками травы и веток. Местные жители говорят об этом просто: «Заметают следы…»

 

См. выше.

 

9 июня 2001 г. прокуратура Грозненского (сельского) района возбудила уголовное дело № 19074 по факту похищения (ст. 126 ч. 2 п. «г», «ж» УК РФ) Г.Магомадова. Из-за «неустановления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого» (ст. 195 п. 3 УПК РСФСР), ровно через два месяца его приостановили.
                По факту похищения А.Шахмурзаева также было возбуждено уголовное дело (№ 19127, ст. 126 ч. 2 п. «г», «ж» УК РФ от 9 июня). Впоследствии и оно было приостановлено.
                Информации о возбуждении уголовного дела в отношении похищенного М.Зубхаджиева у ПЦ «Мемориал» нет.

 

Об этом со ссылкой на полковника Ахмеда Дакаева сообщил ряд сетевых СМИ.

 

См.: Условное правосудие: О ситуации с расследованием преступлений против гражданских лиц, совершенных представителями федеральных сил на территории Чеченской Республики в ходе военных действий 1999–2003 гг. М., 2003. С. 32.

 

Как сообщили в управлении информации МВД России, в ходе проведения спецоперации в районе с.Шалажи Урус-Мартановского района задержан Али Шабазов, который с 1999 г. являлся заместителем полевого командира Руслана Гелаева. По данным МВД, задержанный возглавлял юго-западное направление — от Черноречья до Ингушетии. Вместе с А.Шабазовым задержаны 11 боевиков.

 11 февраля

Глубокой ночью российские военные увезли Салмана Султановича Абдулазизова, 1950 г.р., из его дома на ул.1-я Выгонная в с.Гойты Урус-Мартановского района. До войны он являлся главой администрации этого населенного пункта.

Военные ворвались в дом этого человека, выломав двери. Они не представились и не объяснили причину своего визита. Не предъявляя санкции прокуратуры, провели обыск, в ходе которого ничего незаконного обнаружено не было.

Несмотря на это, военные увезли Салмана Абдулазизова. В чем он подозревается и куда будет доставлен, членам семьи не было сообщено. Попытки родственников получить ответы на эти вопросы не имели успеха. Задержанному не позволили надеть теплые вещи, а его жене Зине Пухиговой было приказано оставаться в комнате и не поднимать шума.

На следующее утро выяснилось, что бывший глава администрации был не единственным задержанным в Гойтах человеком. В ту ночь военные забрали из села еще пять местных жителей. В основном, это были его соседи. Также стало известно, что их увезли на автомашинах «Урал» и УАЗ и одной «Ниве» красного цвета.

Родственники этих людей поехали в г.Урус-Мартан. Через посредника им удалось выяснить, что все они находятся на третьем этаже военной комендатуры (бывшее здание школы-интерната), там, где располагается УФСБ по Урус-Мартановскому району ЧР. Однако официально силовые структуры района не признали даже факт задержания пятерых жителей с.Гойты, не говоря уже о его причинах и месте их содержания.

Посредник, однако, и после опровержения властей продолжал утверждать, что гойтинцев держат в здании бывшей школы-интерната.

В течение двух последующих дней соседи бывшего главы администрации были освобождены. Они подтвердили, что содержались на третьем этаже комендатуры. Вместе с ними, по их словам, там находился и Салман Абдулазизов. Но в силовых структурах района и после этого продолжали твердить, что ничего не знают об этом человеке. Появилась реальная опасность того, что он может стать жертвой внесудебной расправы.

Тогда жители с.Гойты (около 500 человек) обратились с ходатайством к прокурору, военному коменданту, главе администрации Урус-Мартановского района с просьбой освободить задержанного как инвалида первой группы (у него ампутирована левая нога до средней трети голени), отца шестерых детей и бывшего главу сельской администрации. В ходатайстве особо отмечалось, что он не был сторонником ваххабизма, более того, противостоял его распространению. Гойтинцы подчеркнули, что «…Абдулазизов Салман не состоял и не мог состоять ни в каких незаконных группировках из-за своего пожилого возраста, а также из-за своих религиозных убеждений».

21 февраля Зина Пухигова написала письмо военному коменданту, главе администрации и прокурору Урус-Мартановского района, в котором просила указать местонахождение мужа с тем, чтобы передать ему теплые вещи и еду.

1 марта 2001 года и.о. прокурора района сообщил, что ее заявление «…направлено военному коменданту Урус-Мартановского района ЧР для рассмотрения и принятия мер по существу».

Однако и после этого в комендатуре района отказывались признавать, что Салман Абдулазизов был водворен туда. 15 марта Зина Пухигова обратилась в Урус-Мартановский районный суд с жалобой на нарушение ее прав и свобод. В своей исковой жалобе она потребовала обязать коменданта Урус-Мартановского района полковника Гейдара Гаджиева сообщить, где находится муж. При этом суду предлагалось допросить в качестве свидетелей жительниц Гойты: Сациту Муцаеву, Малику Элембаеву, Раису Исаеву, Малику Виситаеву и Малику Насирову. Они могли подтвердить, что бывший глава администрации их села содержался в военной комендатуре района после своего задержания 11 февраля.

Со слов Зины Пухиговой стало известно, что свидетельствовать в суде готовы матери и сестры молодых мужчин, увезенных в ту ночь российскими военными и содержавшихся некоторое время вместе с ее мужем. Из-за реально существующей опасности расправы над ними со стороны тех сотрудников силовых структур, что удерживали Салмана Абдулазизова, родственники посчитали, что им самим делать это не стоит.

Жалобы на действия государственных органов и должностных лиц, нарушающих права и свободы граждан в соответствии с российским законодательством, должны рассматриваться в предельно короткие сроки. Однако Урус-Мартановский районный суд по состоянию на 1 декабря 2001 года жалобу этой женщины не рассмотрел.

Не дождавшись решения суда, она обратилась к прокурору войсковой части № 20102, к начальникам ВОВД и РОВД и повторно — к прокурору Урус-Мартановского района с просьбой установить местонахождение ее мужа.

25 июля 2001 года следователь прокуратуры района К.Б.Галлямов сообщил ей, что «по факту задержания Вашего мужа Абдулазизова С.С. и. о. прокурором Урус-Мартановского района ЧР 3 июня 2001 года возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 126 УК РФ», то есть оно было возбуждено только через четыре месяца со дня совершения описываемого преступления.

В июле 2001 года сотрудники ВОВД и РОВД все же допросили женщин-свидетельниц. Те подтвердили, что действительно пять жителей с.Гойты, задержанные ночью 11 февраля, были водворены в ИВС комендатуры Урус-Мартановского района. Содержались они на третьем этаже в камерах, в которых окна были заложены мешками с песком. Там же находился и бывший глава администрации этого населенного пункта. Из свидетельских показаний вытекало, что задержанные в комендатуре избивались. Женщинами приводился случай, когда в помещение к их родственникам привели одного из гойтинцев. Он поздоровался и за это военный ударил его кулаком по лицу.

Через некоторое время до родственников Салмана Абдулазизова дошли слухи, что показания свидетелей работники правоохранительных органов якобы изъяли. В связи с этим 14 августа Зина Пухигова обратилась к начальнику Урус-Мартановского РОВД с просьбой сообщить ей, приобщены ли к уголовному делу о похищении ее мужа протоколы допросов свидетелей. В ответ из РОВД 15 августа 2001 года пришла справка следующего содержания:

«Дана гр-ке Пухиговой Зине, прож. в с.Гойты, ул.1-ая Выгонная, в том, что заявление о похищении ее мужа Абдулазизова Салмана Султановича, 1950 года рождения, нами принято и рассмотрено, и 5 мая 2001 года направлено в прокуратуру Урус-Мартановского района для дальнейшего рассмотрения».

В ответе ничего не сказано о протоколах допроса свидетелей.

Зина Пухигова рассказала, что при обращениях в прокуратуру Урус-Мартановского района с намерением выяснить, на какой стадии находится расследование уголовного дела, от нее неоднократно требовали доставить для дачи показаний тех, кто был задержан вместе с ее мужем. Хотя согласно УПК РФ это прерогатива и обязанность следователей. Кроме того, сотрудниками прокуратуры в качестве свидетеля была допрошена сама эта женщина, а также матери и сестры людей, содержавшихся вместе с Салманом Абдулазизовым на третьем этаже военной комендатуры.

Другими словами, силовые структуры района имели необходимую информацию о них и при необходимости могли бы безо всякого затруднения допросить всех. Но этого сделано не было. В итоге семья бывшего главы администрации с.Гойты 27 августа 2001 года от следователя прокуратуры Урус-Мартановского района получила справку следующего содержания: «…В настоящее время уголовное дело производством приостановлено в связи с неустановлением лиц, подлежащих привлечению в качестве обвиняемых».

Ввиду того, что правоохранительные органы района не занимались поисками задержанного, а затем якобы «исчезнувшего» человека, его жена, Зина Пухигова, обращалась к генеральному прокурору РФ В.В.Устинову и специальному представителю президента РФ по обеспечению прав и свобод человека и гражданина в ЧР В.А.Каламанову.

Однако по состоянию на 1 декабря 2001 года местонахождение Салмана Султановича Абдулазизова не было установлено.

Вечером в Гудермесе на взрывном устройстве подорвался местный житель.
                Как сообщили в УВД МВД РФ по ЧР, инцидент произошел около 20 часов на ул.Терешковой у дома 32.
                Подорвавшийся местный житель от полученных ранений скончался на месте. При осмотре у него обнаружен пистолет с глушителем и радиостанция.

Сообщение СМИ

12 февраля

Утром в с.Старые Атаги Грозненского (сельского) района сотрудники российских силовых структур провели обыски в нескольких домах. Со двора Мациевых они угнали два автомобиля, забрали телевизор и видеомагнитофон, у Ибрагимовых изъяли электрогенератор «Хонда». Кроме того, в одном нижнем белье из дома был уведен член этой семьи, Умалт. На третий день его, избитого, нашли выброшенным на дороге между селами Белгатой и Чечен-Аул и привезли домой проезжавшие мимо жители Ачхой-Мартана.

В то же утро военные зашли в д.49 по ул.Шоссейная. Они обыскали помещение, в котором спали женщины, а затем, перейдя на половину мужчин, задержали двоюродных братьев Сангариевых: Идриса Сайд-Магомедовича, 1977 г.р., и Сайд-Ибрагима Сайд-Эминовича, 1978 г.р. Их вывели на улицу и, посадив в автомашину, стоявшую за углом, увезли в неизвестном направлении. Была угнана и принадлежащая семье похищенных легковая машина «Жигули» седьмой модели.

Как рассказывают очевидцы, военные по рации откликались на позывной: 144323.

Мать Идриса Сангариева, Зулай, обратилась к главе местной администрации. Тому по своим каналам удалось установить, что молодые мужчины были доставлены в Ханкалу. Это же подтвердил и освобожденный военными Умалт Ибрагимов. Он рассказал, что его держали вместе с братьями Сангариевыми в какой-то палатке. И хотя у них были завязаны глаза, по шуму взлетающих и садящихся вертолетов, передвижению другой боевой техники они сумели определить, что находятся на крупной военной базе. Предположительно в Ханкале. Время от времени их водили на допросы и избивали. Несколько раз заставляли пилить дрова, говоря, что это нужно, чтобы они согрелись.

16 февраля к родственникам увезенных людей пришел посредник и, заявив, что знает, где те находятся, за 10 000 долларов США предложил содействовать в их освобождении. В течение нескольких недель люди собирали деньги и одновременно пытались снизить размер выкупа, но это им не удалось. Сказав, что собранных четырех тысяч долларов недостаточно, посредник прекратил с ними контакты.

Обращения родственников в официальные инстанции ни к чему не привели — ни одна государственная структура не признала факта проведения спецоперации и задержания людей в Старых Атагах.

Вынужденная каким-либо образом отреагировать на многочисленные заявления родственников прокуратура Грозненского (сельского) района 9 апреля возбудила уголовное дело № 19045 (ст. 126 ч. 2 п. «а», «ж» УК РФ) по факту похищения Идриса и Сайд-Ибрагима Сангариевых. Ровно через два месяца оно было приостановлено в производстве согласно ст. 195 п. 3 УПК РСФСР («в случае неустановления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняе­мого»).

По состоянию на начало 2004 года их судьба оставалась невыясненной.

12 и 13 февраля в с.Аллерой Курчалоевского района российские военные провели «зачистку». На улицах рядом со средней школой они захватили четырех братьев Хасиевых, один из которых является несовершеннолетним, Насурова и еще одного человека, фамилию которого ПЦ «Мемориал» выяснить не удалось. Всех их затем увезли в горы недалеко от населенного пункта. Возмущенные односельчане задержанных молодых людей вышли на улицы и ночевали возле шлагбаума, за которым находится российское воинское подразделение, чьи служащие, видимо, и были задействованы в ходе операции.

13 февраля к 11 часам военные отпустили двух братьев Хасиевых, а вечером — и двух других мужчин. Все они были избиты.

14 февраля вернулся неизвестный молодой человек. Он также был избит. Насурова отпустили только 15 февраля.

Военный комендант района, к которому жители села обратились с жалобой, заявил, что знает тех, кто захватил молодых людей. Тем не менее никто из них не был наказан.

В лесополосе недалеко от военной базы в Ханкале были найдены тела уроженцев с.Майртуп: Мухаида Юсупова, Абубакара Узаева, Бувайсара Усманова и жителя с.Бачи-Юрт Усмана Ахиядова. Эти люди были задержаны российскими военнослужащими возле МТФ у с.Иласхан-Юрт (Белоречье), а затем увезены на вертолете в неизвестном направлении.

За указание места, где находятся тела, военным уплатили деньги. Родственники определили, что убийство произошло примерно на второй день после задержания; на всех трупах имелись синяки и ссадины, свидетельствующие об избиениях и пытках.

У убитых были выколоты глаза, один из трупов был без руки, другой без ноги.

В с.Бачи-Юрт Курчалоевского района под председательством главы администрации населенного пункта Бадруди Джамалова состоялся сход граждан.

Присутствовавший на нем сотрудник ФСБ призвал жителей населенного пункта сдать имеющееся у них оружие, на которое нет оформленной лицензии.

Он объяснил и процедуру, которую необходимо при этом обязательно соблюсти. Суть ее в изложении контрразведчика состоит в следующем: против владельца оружия формально возбуждается уголовное дело. На два-три часа его везут в расположение какой-нибудь воинской части для проведения баллистической экспертизы сданного оружия. Если признается, что оно нигде не применялось в преступных целях, то человек считается невиновным и уголовное дело против него прекращается.

На вопрос собравшихся людей, есть ли гарантии того, что невиновного сразу же доставят домой, сотрудник спецслужбы отвечать не стал.

Недалеко от блокпоста на въезде в г.Гудермес в результате обстрела со стороны российских военнослужащих, осуществляющих на нем дежурство, убиты два молодых человека. Погибшие — уроженцы с.Джалка Гудермесского района. Фамилия одного из них — Давлетукаев.

Неизвестные у центрального рынка в Заводском районе г.Грозный подорвали автомашину ЗИЛ-131, принадлежавшую военной комендатуре Ленинского района. Пострадавших среди военнослужащих нет.

Сообщение СМИ

13 февраля

Около 13 часов в кафе на территории малого рынка в г.Урус-Мартан задержан торговец мясом Иман Масаев, 1975 г.р., проживающий по адресу: ул.Шверника, 29. Кроме него, были увезены еще три человека, имена которых не установлены.

По свидетельствам очевидцев, в операции приняли участие около пятнадцати сотрудников российских силовых структур, прибывших к рынку на трех автомобилях УАЗ (по другим данным, на двух УАЗах и микроавтобусе). Некоторые из них потом пешком вернулись в здание расположенного в центре города бывшего интерната, где находятся ВОВД, УФСБ и военная комендатура района. Из этого факта родственники Имана Масаева заключили, что захват произведен с ведома руководства, по крайней мере, одной из этих структур. Они направились туда. Вышедший заместитель коменданта района, признав, что задержанных допрашивают, велел ждать их освобождения дома. Родственникам оставалось только выполнить это требование.

Через несколько часов военные действительно освободили трех человек, увезенных с территории малого рынка. Но Имана Масаева они не отпустили. Поэтому на следующее утро его мать и тетя снова направились к зданию бывшего интерната. К ним опять вышел заместитель коменданта, сообщивший, что молодого мужчину якобы еще ночью перевели в другое место. Куда именно, он не посчитал нужным уточнить.

Родственники «исчезнувшего» заявили о случившемся в военную и гражданскую прокуратуры, в администрации района и республики. Написали письмо в Государственную Думу РФ. Но все их обращения остались без внимания. Более того, впоследствии власти категорически отказались признать сам факт захвата этого человека.

12 марта прокуратура района все же вынуждена была возбудить уголовное дело № 26230 по факту его задержания и бесследного «исчезновения» (ст. 126 ч. 1 УК РФ). Розыскное дело № 36/01 от 23 марта 2001 года велось Урус-Мартановским РОВД.

23 апреля 2001 года труп Имана Исаевича Масаева со следами пыток и насильственной смерти был обнаружен недалеко от с.Танги-Чу. Там же были найдены и тела двух других жителей г.Урус-Мартан — Магомеда Салаудиновича Султаева и Ахмеда Магомедовича Ицараева, задержанных российскими военными 15 февраля того же года. Данных о возбуждении уголовных дел по факту их убийства у ПЦ «Мемориал» не имеется.

В д.54 по ул.А.Шерипова в с.Гехи Урус-Мартановского района ворвались не представившиеся сотрудники российских силовых структур. Они задержали и увезли с собой хозяина дома, Супьяна Хуцаевича Хуцаева, 1932 г.р., заявив, что подозревают его в похищении армянки.

16 февраля с помощью посредника старика удалось освободить. Он был сильно избит, на теле и лице имелись многочисленные синяки и ушибы. Врач, который осмотрел его сразу после освобождения, определил, что у него сломаны два ребра.

Супьян Хуцаев не мог сказать точно, где содержался после задержания, но говорил, что очень близко от этого места садились и поднимались вертолеты, постоянно слышался шум винтов. Поэтому он предполагал, что был увезен в группировку российских войск, дислоцирующихся у с.Танги-Чу.

После освобождения он не мог ходить, около недели по рекомендации врача не вставал с постели. На улицу смог выйти только 25 фев­раля.

26 февраля утром к его дому на крытом тентом автомобиле КамАЗ снова прибыли российские военные. Их ведомственную принадлежность невозможно было определить, так как на форме отсутствовали шевроны, а номера грузовика оказались замазаны грязью. Военные были в масках.

Трое из них вошли в дом и подняли с постели старика. Когда он попросил разрешить одеться, двое военных позволили это сделать, но третий, выделявшийся среди остальных высоким ростом, запретил. Командовал всеми прибывшими именно он.

По его приказу от старика оттеснили дочерей и в трусах и майке вывели на улицу. Тогда женщины попытались передать ему хотя бы одеяло. Один из военных взял его за край и потащил к машине, не поднимая с земли. Задержанный был посажен в кузов, и КамАЗ поехал в сторону Урус-Мартана.

В тот же день родственники поехали в райцентр. Через знакомых они узнали, что Супьян Хуцаев был доставлен в комендатуру. Других подробностей им выяснить не удалось. Все представители силовых структур района, к которым они обращались, отрицали, что задержали этого человека.

Посредник, принимавший участие в освобождении во время предыдущего задержания, тем не менее подтвердил первоначальную информацию. По его словам, Супьяна Хуцаева действительно содержат на третьем этаже здания комендатуры, там, где находится районное управление ФСБ РФ по ЧР. До начала марта о судьбе Супьяна Хуцаева ничего не было известно.

4 марта жители г.Урус-Мартан, чьи родственники исчезли после задержания сотрудниками российских силовых структур, произвели эксгумацию захоронения на восточной окраине райцентра недалеко от птицефабрики.

О том, что здесь российские военные расстреляли, а затем закопали человека, стало известно от случайных свидетелей. Они рассказали, что в конце февраля военные привезли сюда неизвестного без одежды и обуви, подвели к яме и убили выстрелами из автомата в затылок. Потом произвели еще один выстрел в сердце со спины. Труп сбросили в яму и, закидав ветками, присыпали сверху землей.

Вырытое тело отвезли в Урус-Мартановскую районную больницу для опознания. Вскоре выяснилось, что убитый — Супьян Хуцаевич Хуцаев.

Родственникам неизвестно, возбуждалось ли прокуратурой уголовное дело по факту его убийства. С такой просьбой сами они туда не обращались, считая это небезопасным.

Прокуратура Грозненского (сельского) района возбудила уголовное дело № 19016 (ст. 126 УК РФ) по факту похищения жителей ст.Петропавловской (чеч. — с.Чурт-Тог1и) Имрана Анатольевича Тахтарова, 1983 г.р., и Исы Султановича Товдаева, 1984 г.р.

29 апреля 2000 года они ушли за дровами в лес на окраине населенного пункта. Вскоре там появилась колонна бронетехники, сопровождаемая российскими военными. После этого молодые мужчины домой уже не вернулись. Предполагается, что военные захватили их и увезли в неизвестном направлении.

13 апреля 2001 года уголовное дело было приостановлено по ст. 195 УПК РСФСР.

На начало 2004 года у ПЦ «Мемориал» отсутствовала какая-либо другая дополнительная информация о судьбе этих людей.

Около 16 часов в г.Урус-Мартан российские военные увезли стоявшего возле своего дома (ул.Пролетарская, 18) Казбека Курбановича Дамаева, 1979 г.р., и его собеседника Бекхана Айдамирова.

На рассвете следующего дня сильно избитого Бекхана Айдамирова нашли на северо-западной окраине Урус-Мартана у дороги на с.Гехи. Впоследствии он признался, что его пытали, требуя рассказать, кто из знакомых является ваххабитом или же принимал участие в боевых действиях против российских войск.

Где находится Казбек Дамаев и что с ним стало после задержания, он не знал.

Позднее стало известно об убийстве этого молодого человека. Его труп был выкуплен у военных за 500 долларов США.

Об обстоятельствах данного преступления родственники казненного долгое время предпочитали не говорить. Однако в июне того же года сотруднику ПЦ «Мемориал» удалось записать рассказ одного из них. Фамилия и имя человека, давшего показания, не называются по его просьбе.

Рассказ родственника об обстоятельствах задержания и убийства Казбека Курбановича Дамаева (записан 2 июня 2001 года в г.Урус-Мартан):

«13 февраля примерно в 16 часов недалеко от своего дома Дамаева Казбека и Айдамирова Бекхана задержали вооруженные люди в масках и камуфляжной форме. Их было приблизительно 15 человек. А приехали они на УАЗах и одной машине марки ВАЗ-2109. С ними были и чеченцы, может быть, из той же силовой структуры.

В тот момент, когда подъезжали машины, Казбек и Бекхан стояли и беседовали. Они ни в чем не были замешаны, и их задержание стало для нас полной неожиданностью. Мы сразу же поехали в центр города, к районной администрации. Там же, напротив, находится и комендатура. Обратились в администрацию, комендатуру и прокуратуру района письменно. Написали о том, что случилось и главе администрации г.Урус-Мартан.

Мы сообщили им, что Казбек в боевых действиях не участвовал. Не был он и в Дагестане. Не состоял ни в каком «джамаате». Казбек был спортсменом. Он нас слушался. Ни во что не лез.

Везде, куда бы мы ни обратились, власти отвечали, что не знают, кто и почему их задержал. Пришлось прибегнуть к помощи посредников. Мы точно установили, что обоих задержанных доставили в здание комендатуры, в ФСБ.

На рассвете следующего дня Айдамирова Бекхана, еле живого, выбросили на северо-западной окраине г.Урус-Мартан по дороге на с.Гехи. Он был очень сильно избит. Его пытали. Требовали, чтобы рассказал, кто ваххабит, кто воевал против российских войск.

А Казбека ночью 13 февраля отвезли в «шамановскую группировку». Она располагается между Урус-Мартаном и с.Танги-Чу. Его там пытали, а затем той же ночью убили. Четыре раза ударили ножом в грудную клетку, два раза — в спину. У него были сломаны нос, руки, ноги. Весь он был в синяках.

Где и как его убили, мы установили точно. Могли бы сказать об этом на суде. Но тут власти нет. Никто не поинтересовался, почему убили Казбека. Власти считают, что так и должно быть. По факту убийства, вероятно, уголовное дело не возбудили. В противном случае кто-то из прокуратуры появился бы. Но их не было.

А труп Казбека мы выкупили из «группировки» за 500 американских долларов. Мы вынуждены были это сделать. Человека надо похоронить. Деньги передали через посредника».

Пытаясь найти Казбека Дамаева, его родственники обращались за помощью к главе администрации г.Урус-Мартан, руководителю администрации Урус-Мартановского района, в районную прокуратуру и военную комендатуру. Но после убийства, а затем и выкупа трупа никуда жаловаться не стали, полагая, что преступление, совершенное российскими военными, российская прокуратура расследовать не станет.

В Грозном во дворе д.50 по ул.Попова обнаружено тело русской женщины с огнестрельными ранениями.

Сообщение СМИ

14 февраля

В ночь на 14 февраля в с.Ялхой-Мохк Курчалоевского района неустановленными лицами с применением огнестрельного оружия совершено убийство местного жителя Магомеда Ледовича Солтамурадова, 1944 г.р.

В ту же ночь при схожих обстоятельствах в с.Бельты того же района был убит Султан Бериевич Дельмисханов, 1940 г.р.

Около 6 часов утра в с.Новые Атаги Шалинского района российские военные в масках, приехавшие на двух или трех БТРах и нескольких автомашинах, среди которых был и грузовик «Урал», ворвались к Вахиду Докуеву, 1947 г.р., проживающему по адресу: ул.Подгорная, 3. Не представляясь и не объясняя причин своих действий, они осмотрели жилые помещения, а затем, не спрашивая документов, задержали хозяина дома и его сына Магомеда, 1977 г.р.

Через некоторое время после их увода обнаружилось, что военные похитили украшения, найденные во время обыска.

Уже на следующий день Вахид Докуев вернулся домой. Он сообщил, что их с сыном с завязанными глазами содержали, по-видимому, в палатке на территории какой-то воинской части. Допрашивали, били по груди и конечностям, в живот. Спрашивали о боевиках, затем предложили попрощаться друг с другом. Отца после этого отвезли на окраину населенного пункта Шали и отпустили. Магомед Докуев — исчез.

Родственники пропавшего обращались в различные официальные инстанции, например в комендатуру Шалинского района, в бюро специального представителя президента РФ по соблюдению прав и свобод человека и гражданина в ЧР, но никаких дополнительных сведений получить не смогли. Прокуратура ЧР возбудила уголовное дело № 12355 по ст. 126 УК РФ («похищение человека»), но летом 2001 года расследование было приостановлено в связи с якобы «невозможностью» обнаружения лиц, подлежащих привлечению к уголовной ответственности.

До полуночи российские военные вели огонь из крупнокалиберных пулеметов и автоматов по жилым домам, которые расположены недалеко от сахарного завода в г.Аргун; никто из местных жителей не пострадал, однако получили серьезные повреждения жилые строения. Из-за повреждения газовой трубы едва не возник пожар в д.26 по ул.Сахарозаводская.

Жители вынуждены были прятаться в подвалах. Многие провели там всю ночь до утра, опасаясь повторного появления военных вблизи от их домов.

По предположению аргунцев обстрел явился ответом на убийство в центре города водителя прокурора и двух его родственниц. Около 18 часов, когда эти люди проезжали по перекрестку, из вплотную подъехавшего легкового автомобиля неизвестные открыли по ним огонь.

В консультационный пункт ПЦ в г.Урус-Мартан с заявлением обратилась Разман Гелаевна Дагаева, 1947 г.р., проживающая по адресу: с.Мартан-Чу, ул.Горная, 8.

Она — учительница местной школы, преподает 33 года, ни разу не покидала республику. Не выезжая никуда, пережила в своем селе самые опасные периоды первой и продолжающейся второй чеченских войн, когда российские войска наносили по нему артиллерийские и авиационные удары.

В своем заявлении женщина пишет:

«Я держала 4 коровы. 25 августа 2000 года наше село заблокировали для проверки военнослужащие 245-го полка Российской Армии. Они забрали с пастбища три мои коровы. Затем 21 сентября 2000 года село было вновь заблокировано для проверок. И на этот раз, как мне сказали, блокирование производил 245-й полк. На этот раз они убили и забрали еще одну мою корову, на этот раз — последнюю.

Я обращалась в администрацию и комендатуру Урус-Мартановского района, к прокурору района с просьбой возместить нанесенный мне ущерб. Но реальных действий для возмещения ущерба ими не предпринято.

Даже сегодня окраины нашего села постоянно обстреливаются артиллерией. От обстрелов наш дом стал разрушаться: потрескались стены, выбиты окна, начала протекать крыша. Дом требует ремонта. Но у меня нет на это средств. Я собиралась продать коров и купить нужные стройматериалы, а также муку и сахар. Но меня всего этого лишили военнослужащие Российской Армии».

Разман Дагаева сообщила, что будет добиваться возмещения ущерба, нанесенного ей сотрудниками российских силовых структур, в судебном порядке.

Около 21 часа в пос.Калинина г.Грозный (пер. Баумана, 38), выстрелами в голову убита Зинаида Ивановна Юнусова, 70–80 лет, кумычка.

В ночь на 14 февраля в г.Грозный неизвестными застрелены трое членов семьи Юрьевых: Александр, 1935 г.р., Елена Евсеевна, 1932 г.р., и их дочь Светлана, 1959 или 1960 г.р., проживавшие по адресу: пос.Калинина, ул.Добролюбова, 41.

Вечером в г.Аргун неизвестные обстреляли машину городского прокурора.
                Как сообщил первый заместитель начальника УВД МВ по ЧР полковник Султан Сатуев, огонь по автомобилю прокурора велся из белой «девятки» на перекрестке улиц Гудермесская и Сахарозаводская. На месте скончались находившиеся в машине две девушки. Тяжело раненный водитель машины Асланбек Темиров был доставлен в местную больницу, где позднее, не приходя в сознание, скончался. Прокурора Аргуна в машине не было.
                По сообщению городской администрации, в момент, когда тело А.Темирова везли домой в сопровождении двух БТРов, машины опять были обстреляны неизвестными; получили ранения сноха и брат погибшего водителя.

На южной окраине ст.Нестеровская Сунженского района РИ на административной границе Ингушетии с Чечней у р.Асса обнаружен обезглавленный труп мужчины в камуфляжной форме. Об этом сообщили в МВД Ингушетии.

Сообщения СМИ

15 февраля

В Чеченском государственном университете (ЧГУ) состоялась встреча студентов и преподавателей с гражданским и военным руководством г.Грозный.

К 11 часам сюда приехали мэр города Бислан Гантамиров, его заместитель Михаил Сухарев, военный комендант города Владимир Филатов, прокурор Юрий Пономарев и военный комиссар Анатолий Крючков. Прибыли в университет и представители ФСБ, а также судьи городских судов: Сацита Тарамова, Ризван Юсупов и Сацита Омаева.

На встрече обсуждалась ситуация в Грозном и в республике в целом. Преподаватели и студенты университета говорили о произволе, который военные творят по отношению к гражданскому населению города. Они привели примеры немотивированного задержания на блокпостах студентов учебных заведений и их избиения.

Бислан Гантамиров предложил присутствующим со всеми фактами задержания на блокпостах обращаться лично к нему.

На блокпосту, который расположен в восточной части Урус-Мартана на дороге, ведущей из этого города в с.Алхазурово, российские омоновцы остановили легковую автомашину — такси. Вместе с водителем Янгульбаевым в ней находились два его пассажира: Ахмед Магомедович Ицараев, 1980 г.р., и Магомед Салаудинович Султаев, 1974 г.р. Оба они являлись уроженцами Урус-Мартана и проживали в этом населенном пункте соответственно на ул.Ленина, 29 и ул.Нурадилова, 30.

Служащие блокпоста решили досмотреть пассажиров и вывели их из автомобиля. В этот момент у Ахмеда Ицараева из-за пазухи выпал пистолет «Стечкина» (сотруднику ПЦ «Мемориал» родственник этого молодого человека рассказал, что тот являлся участником вооруженных формирований ЧРИ). При дальнейшем досмотре у него и у его попутчика была обнаружена и изъята крупная сумма денег. Оба молодых человека, а также владелец автомобиля, в котором они ехали, были задержаны.

Случайным свидетелем этих событий стал возвращавшийся с работы домой родственник Магомеда Султаева. Решив проследить, куда омоновцы повезут задержанных, он поехал следом за ними. На его глазах машина въехала на территорию ВОВД Урус-Мартановского района в здании бывшей школы-интерната.

Сразу же после этого он поехал домой и сообщил о захвате этого человека его родителям, затем вернулся к временному отделу в центре города. Вскоре оттуда вышли Х.Шимаев и Р.Сербиев, сотрудники постоянного, т.е. набранного из местных жителей отдела внутренних дел района. Они сообщили, что в коридоре ИВС видели задержанных. Более того, у них состоялся короткий разговор с Магомедом Султаевым, который до недавнего времени сам работал в милиции и потому был им хорошо знаком. Сотрудникам РОВД он сказал, что вскоре должен выйти на свободу, так как доставлен туда якобы без всяких на то оснований.

Его родственники, а также подошедшие родители Ахмеда Ицараева остались ждать у здания ВОВД. Однако задержанных не выпустили. Их родные и близкие, уставшие просто стоять и ждать освобождения, ближе к вечеру того же дня обратились к руководству временного отдела с просьбой объяснить мотивы, по которым молодых людей содержат под стражей, и суть предъявленных им обвинений. Однако официально никто не подтвердил даже сам факт их нахождения в здании бывшей школы-интерната.

Родственников задержанных это не слишком обеспокоило: в практике работы силовых структур района сокрытие информации о произведенных арестах было делом в общем-то обычным. Это они знали, как знали и то, что по крайней мере первые несколько дней не нужно надеяться на допуск к заключенным их адвокатов.

16 февраля таксист был освобожден. Он подтвердил, что вместе с ним в ВОВД доставлялись и его пассажиры. Но, несмотря на показания этого человека, руководство отдела отказалось признать, что Магомед Султаев и Ахмед Ицараев были водворены в ИВС.

В конце февраля 2001 года произошла ротация личного состава временного отдела Урус-Мартановского района, его укомплектовали сотрудниками МВД Башкортостана. От прибывших из этой республики милиционеров стало известно, что молодые люди не вносились в журнал регистрации ИВС. Таким образом, после задержания предствителями российских силовых структур они исчезли.

Не изменило ситуацию и то, что по факту задержания и «исчезновения» Магомеда Султаева по ст. 126 ч. 1 УК РФ 12 марта 2001 года прокуратура Урус-Мартановского района возбудила уголовное дело № 25231. Вскоре, однако, производство по нему было приостановлено в порядке ст. 195 ч. 3 УПК РСФСР («в случае неустановления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого»). Родственники пропавших людей обратились в Урус-Мартановский районный суд с жалобой на действия должностных лиц. В частности, они потребовали в судебном порядке обязать руководителей ВОВД указать их местонахождение. В качестве свидетелей того, что после задержания молодых людей все же водворили в ИВС, было предложено допросить видевших их там чеченских милиционеров. Двое сотрудников местного РОВД согласились дать показания, несмотря на то, что для них это было небезопасно. Однако Урус-Мартановский суд так и не рассмотрел данную жалобу.

В Урус-Мартановском районе было много случаев, когда людей, задержанных сотрудниками российских силовых структур, находили убитыми. Поэтому родные Ахмеда Ицараева и Магомеда Султаева стали выезжать во все места, где находили захоронения. Одно из них житель Танги-Чу обнаружил 23 апреля того же года. Возле этого села в месте, где до недавнего времени дислоцировался 245-й мотострелковый полк и одно из подразделений ДОН-100, он наткнулся на останки трех человек. Убитые были брошены в окоп и сверху присыпаны землей.

Так как убийцы накидали земли слишком мало, до останков добрались дикие собаки. Они обглодали трупы до такой степени, что на них отсутствовали целиком некоторые части тела. Лишь на одном трупе остались не тронутыми ноги до колен. На месте захоронения была найдена рваная одежда. По ней-то и удалось установить, что убитыми являются Ахмед Магомедович Ицараев, Магомед Салаудинович Султаев и Иман Исаевич Масаев.

После обнаружения трупов никто из родственников не потребовал от властей возбуждения уголовных дел по факту внесудебной казни. Они уверены, что преступление совершено сотрудниками силовых структур Урус-Мартановского района и любая просьба о расследовании представляет угрозу уже для них самих.

Найден и по договоренности с российскими солдатами за три ты­сячи долларов США возвращен труп Адама Эмиевича Чимаева, 1963 г.р., уроженца г.Шали (ул.Мельничная, 71), отца четырех несовершеннолетних детей.

3 декабря 2000 года после 13 часов, сказав матери, что хочет посетить друга, проживающего в соседнем с.Герменчук, он уехал из дома на собственном автомобиле «Волга» (ГАЗ-31, регистрационный номер: М 732 ХМ 95/rus) и «исчез».

В этот же вечер в программе новостей одного из российских телеканалов передали, что якобы задержан соратник президента ЧРИ Аслана Масхадова. Было названо и его имя: Адам Чимаев.

На следующий день родственники организовали поиски пропавшего человека. Через три дня от свидетеля, который сам к ним приехал, удалось узнать, что тот был задержан на блокпосту между Шали и с.Герменчук. Военные высадили его из машины и после непродолжительной беседы надели наручники и затолкали в БТР. Затем бронемашина и автомобиль «Волга», за руль которого сел один из военных, поехали в сторону г.Грозный.

В начале февраля до родственников дошли известия, что на дачных участках и в овраге рядом с главной российской базой в Чечне — Ханкалой лежат «расстрелянные люди». Среди них, по словам сотрудника одной из военных комендатур, находится и труп того, кого те так долго ищут. 13 февраля они выехали туда и, заплатив деньги (пятьсот долларов США), договорились с военными с блокпоста, находящегося рядом с базой, о предоставлении возможности побывать на территории дачных участков. Там, в подвале одного из разрушенных домиков, лежал и Адам Чимаев.

Военные, однако, не разрешили забрать труп, потребовав за это еще три тысячи долларов. В течение двух последующих дней родственники собирали деньги для его выкупа. Когда 15 февраля, имея на руках запрошенную сумму, они приехали туда, то рядом в подвале дачи обнаружили тела еще двух расстрелянных людей. Во время предыдущего посещения дачного поселка они их там не видели.

Адам Чимаев был убит тремя выстрелами в область сердца. На трупе имелись многочисленные следы пыток и избиений. Он был так обезображен, что родственники не разрешили матери и жене осмотреть его. 17 февраля останки этого человека были похоронены на шалинском кладбище.

Слухи о том, что в дачном поселке в нескольких сотнях метров от российской военной базы в Ханкале лежат трупы убитых людей, распространились по республике задолго до февраля 2001 года. Родственники многих пропавших пытались изыскать возможность, чтобы там побывать. Сделать это было не просто, так как вся прилегающая к базе местность охраняется. Тем не менее сложившаяся в Чечне практика торговли задержанными и арестованными людьми, а также трупами убитых создала сеть посредников, способствующих — за деньги — установлению контактов между гражданскими лицами и российскими военными и милиционерами.

Возможно, что и до описанного выше случая с территории дачного поселка выкупались убитые люди. Однако только после него о существовании в непосредственной близости от главной российской военной базы захоронения, точнее — свалки трупов, в Чечне заговорили уверенно. В последующие месяцы побывать в дачном поселке пытались родственники сотен и сотен людей, задержанных сотрудниками силовых структур РФ и затем «исчезнувших».

При проведении специальных мероприятий в рамках операции «Моджахед» в с.Нурадилово Хасавюртовского района Дагестана задержаны два участника вооруженных формирований ЧРИ.
                Как сообщили в Управлении информации МВД РФ, это Вахмурад Алтемиров, чеченец, находившийся в розыске. Второй задержанный — Исмаил Вагабов, чеченец, активный сторонник ваххабизма, также находился в федеральном розыске.
                У задержанных обнаружены и изъяты: АК-74, 1 пулеметный и 10 автоматных магазинов, более 500 патронов калибра 5,45 мм и одна граната РГД-5 с запалом.
                В МВД отметили, что более 300 жителей с.Нурадилово пытались помешать действиям сотрудников милиции, но были оттеснены от дома, где засели Алтемиров и Вагабов.

Днем неизвестными убит глава местного самоуправления с.Агишбатой Веденского района Л.Темиргериев.
                Как сообщили в УВД МВД РФ по ЧР, предположительно один преступник вошел в дом главы селения и трижды выстрелил в него в упор из пистолета Макарова. После этого скрылся.

К пожизненному заключению приговорен чеченский полевой командир Салаудин Темирбулатов.
                Приговор в отношении него был оглашен в Верховном суде Кабардино-Балкарской Республики.
                Он признан виновным в убийстве российских военнослужащих, похищении людей с целью получения выкупа, участии в незаконных вооруженных формированиях.
                Салаудин Темирбулатов был задержан 19 марта 2000 года в районе с.Дуба-Юрт в Чечне, а затем доставлен в Москву.
                24 марта 2000 года главное управление Генпрокуратуры РФ по Северному Кавказу предъявило С.Темирбулатову обвинение. Ему инкриминируется совершение деяний, предусмотренных ст. 208 ч. 2 (участие в незаконных вооруженных формированиях), ст. 102 УК РФ (убийство при отягчающих обстоятельствах), ст. 218 ч. 1 УК (незаконное ношение, хранение, приобретение огнестрельного оружия); всего по 11 статьям УК.
                Генпрокуратура предъявила обвинение С.Темирбулатову, в частности, в участии в расстреле 12 апреля 1996 года в районе с.Ком­сомольское четырех военнослужащих-контрактников; похищении в 1997 году в Нальчике турецкого коммерсанта адыгского (черкесского) происхождения Назми Сеабинжиоглу; похищении в январе 1997 года в Грозном гражданина Габараева.
                В распоряжении следствия имеется видеопленка, на которой зафиксирована казнь российских военнослужащих 12 апреля 1996 года.
                В процессе проведения следственных действий С.Темирбулатов дал признательные показания и показал точное место, где происходила казнь российских военнопленных.
                Уголовное дело по факту убийства военнослужащих было возбуждено в 1997 году Кавказской межрегиональной прокуратурой.
                25 мая 2000 года в районе пятого километра автодороги Комсомольское—Харсеной сотрудниками специальной следственной бригады произведена эксгумация останков трупов российских военнослужащих, казненных 12 апреля 1996 года чеченскими боевиками. Эксгумированные останки были направлены в Моздок (Северная Осетия) для проведения судебно-медицинской экспертизы и идентификации.
                Кроме того, в январе 2000 года С.Темирбулатов во главе группы боевиков захватил трех военнослужащих: подполковника Жукова, капитана Могутнова и сержанта Бегленко. Позже эти пленники были освобождены различными способами.
                Процесс по делу С.Темирбулатова начался в Нальчике в Верховном суде Кабардино-Балкарии 11 января 2001 года.

В доме 27-а по ул.Кирова обнаружено тело убитого русского мужчины с пулевым ранением в голову.

Сообщения СМИ

16 февраля

Проведена «зачистка» с.Средние Курчали Курчалоевского района. Военные прибыли туда еще накануне и заняли близлежащие высоты. На одной из них, «Над белой речкой» (чеч. — «К1айчхи т1ехь»), они расположили штаб по проведению операции.

В ходе последовавших затем проверок были задержаны люди. Известно имя одного из них. По свидетельствам местных жителей, в доме у Хамзата Хакимова была найдена осветительная ракета, которую во время предыдущей «зачистки» в обмен на хлеб оставил его матери российский военный. Схваченного с такой «уликой» человека долго возили по селу, а затем, уже после обеда, освободили.

22 февраля военные оставили занятые ими позиции. Но перед этим провели проверки паспортного режима — 18 февраля в Верхних, а 21 февраля и в Нижних Курчали. В отличие от предыдущих на этот раз они прошли без особых эксцессов.

Как рассказали жители вышеназванных сел, а также находящихся поблизости небольших населенных пунктов Тазен-Кале, Центорой, Гезинчу, Бас-Гордали, Гордали, Шерди-Мохк, в течение всего предыдущего года к ним чуть ли не каждый день врывались российские военные и под предлогом поиска боевиков и тех, кто им сочувствует, грабили, задерживали и избивали людей, в том числе и женщин. Почти ежедневно наносились артиллерийские и авиационные удары, которые приводили и к человеческим жертвам. Некоторые (далеко не все!) из этих событий мы приводим ниже в хронологическом порядке.

2 января 2000 года по окраинам этих поселений был нанесен ракетно-бомбовый удар. На участке дороги между Гордали и Центороем российские летчики совершили нападение на маршрутный автобус с пассажирами, ехавшими из Гудермеса.

12 января того же года ночью после сильного артиллерийского обстрела окружающей местности военные заняли возвышенность между с.Курчали, Тазен-Кале и Центороем. 30 января, завершив проверки паспортного режима и обыскав жилые дома в Верхнем, Среднем и Нижнем Курчали, они оттуда уехали.

Однако уже 4 февраля военные провели «зачистку» в Шерди-Мохке.

24 февраля 2000 года вокруг Верхнего, Среднего и Нижнего Курчали военные перекрыли дороги. Посты они убрали только 10 марта. Все это время села были блокированы, жители не могли поехать по своим делам на равнину или в другие населенные пункты. Так как местность вокруг простреливалась военными, они были лишены возможности вести заготовку дров, доставлять скоту сено, оставленное на полях. Невозможно было перейти из одного дома в другой, вся жизнь в этих селах фактически замерла.

11 марта вечером со стороны с.Ялхой-Мохк по этим трем населенным пунктам нанесли артиллерийский удар. Осколки разорвавшегося снаряда попали в плечо 31-летнему жителю Среднего Курчали Мусе Альтемирову. Его брат Иса Альтемиров, 30 лет, живущий с ним в одном дворе, был ранен в руку, а их 31-летний односельчанин Арби Таюбов — в голову.

Через четыре дня, т.е. 15 марта, на западной окраине Среднего Курчали рядом с домом Закараевых упал снаряд, по всей видимости, выпущенный со стороны с.Энгеной Ножай-Юртовского района. В некоторых жилых строениях были разбиты оконные рамы, стекла, крыши.

29 марта 2000 года в Верхнем Курчали прошла выборочная проверка отдельных домовладений. В тот же день в соседнем с.Жани-Ведено российские военные вели бой с вооруженным чеченским отрядом.

12 апреля того же года около 10 часов утра с двух самолетов произведен обстрел с.Средние Курчали. Одна из выпущенных ракет попала во двор Хожалиевых. Взрывом был поврежден дом, убита корова. Повреждены автобус и автомашина УАЗ, принадлежавшие этой семье.

20 апреля на возвышенность рядом с этим селом встала колонна российской бронетехники. Через четыре дня они блокировали Средние Курчали, а уже 25 апреля провели в нем жесткую «зачистку». Были задержаны следующие местные жители: 43-летний Иса Висалиев, 30-летний Хамзат, 25-летний Абдулбек, 23-летний Артем и 20­летний Мунап Хакимовы. Их увезли в с.Гордали и через день освободили после пыток.

Во время этой «операции» военные захватили и увезли в Ханкалу и 25-летнего Мурада Лабазанова. Через четыре дня сильно избитого его выбросили на окраине г.Аргун.

27 апреля 2000 года военные вернулись на высоты, которые занимали во время упоминавшейся выше «зачистки». Блокировав находящиеся поблизости села, они оставались на них вплоть до 7 мая.

13 мая того же года подвергнут обстрелу населенный пункт Шерди-Мохк, в результате чего многие жилые строения получили повреждения. Уже на следующий после этого день военные снова окопались на возвышенностях, прилегающих к Нижнему, Среднему и Верхнему Курчали.

7 июня 2000 года российские военные захватили главу администрации этих населенных пунктов, 70-летнего Багаудина Абдусаламова. На автомашине «Нива», с жителем с.Белгатой за рулем и еще одним пассажиром, врачом по профессии (уроженцем с.Дарго), он возвращался домой из райцентра Ведено. На окраине населенного пункта, где он проживал, Багаудин Абдусаламов сошел. Когда автомашина с подвозившими его людьми повернула обратно, перед ней на дорогу приземлился вертолет. Выскочившие из него военные схватили водителя и пассажира «Нивы». Глава администрации попросил отпустить их, но военные задержали и его самого. Всех этих людей доставили в Ханкалу. Там их сильно избили, но через несколько дней отпустили.

11 июля российские военные снова заняли возвышенности вокруг этих сел (штаб они расположили на высоте Кхеташ-Корт) и уже оттуда произвели обстрел жилых и хозяйственных построек. В Нижние, Средние и Верхние Курчали 13 июля вошел отряд ополченцев, созданный из пророссийски настроенных жителей Веденского района. Командовал им Тарамов. Ополченцы произвели досмотр некоторых домовладений и ушли. Тем не менее российские военные оставались на занятых ими возвышенностях вплоть до середины августа.

19 августа около 5 утра десант, высаженный с вертолетов, неожиданно блокировал эти села. В ходе последовавшей затем «зачистки» военные поджигали дома, избивали и захватывали местных жителей. Всего ими были задержаны 12 человек:

1. Адлан Гайсуркаев, 50 лет, инвалид, некогда комиссованный из армии по болезни, был избит гидравлическим шлангом с железным наконечником;

2. Бакалу Хакимов, 70 лет, инвалид детства;

3. Хизир Хастамиров, 24 лет, был задержан из-за шрама на колене, сильно избит, поврежден глаз с частичной потерей зрения;

4. Абубакар Юнусов, 24 лет, избит военными, в результате чего он получил сотрясение мозга;

5. Анди Ташаев, 45 лет, у него при «зачистке» нашли щелочной 6­вольтовый аккумулятор и кусок проволоки длиной около метра. Военные назвали его минером и потом забрали. Из всех задержанных его пытали и били больше всех;

6. Хусайн Гайрбеков, 33 лет, задержан из-за отсутствия паспорта, сгоревшего вместе с другими его документами в Грозном. Справка, подтверждающая личность, военными во внимание принята не была;

7. Саламбек Хасиханов, 23 лет;

8. Хасан Сайдулалиев, 45 лет, психически неуравновешенный человек. При виде издевательств над односельчанами, поджога домов не удержался и ударил одного из военных. Они его задержали и сильно избили. Затем засунули в багажник автомашины «Нива», которую собирались сжечь. Отпустили по просьбе жителей села;

9. Адлан Билялов, 28 лет, у него в доме военные нашли рюкзак. Был сильно избит, вместе с Анди Ташаевым его собирались увезти на базу в Ханкале, однако оба были освобождены ополченцами из с.Ведено, которыми руководил все тот же Тарамов;

10. Шана Билялов, 22 лет, племянник Адлана Билялова. Задержан вместе со своим дядей;

11. Нина Ивановна Абдусаламова, 68 лет, жена главы администрации населенного пункта;

12. Анди Хастамиров, 40 лет.

Все эти люди были освобождены к вечеру того же дня. От места содержания по домам на своей автомашине «Волга» их развозил Муса Бисултанов. Хасана Сайдулалиева он привез в бессознательном состоянии.

Вместе со сложенными в нем пиломатериалами был сожжен новый недостроенный дом 43-летнего Исы Гайсуркаева. Такая же участь постигла имущество 49-летнего Анди Хастамирова, 45-летнего Абдул-Касима (фамилия не установлена) и 80-летнего Нажмуди Айдамирова (многочисленная семья последнего на время боевых действий жила в доме его отца, в огне пожара сгорело все их имущество). Военные предприняли попытки поджечь и другие пустующие дома.

26 октября 2000 года на высоту Кхеташ-Корт снова встали российские военные. Уже на следующий день они провели «зачистку» в Среднем, а 28 октября и в Верхнем Курчали.

29 октября операции по проверке паспортного режима были проведены в Шерди-Мохке и Гезинчу.

1 ноября военные покинули эти села. Но обстрел их окрестностей не прекратился. С небольшими перерывами он продолжался до тех пор, пока рядом с Шерди-Мохком с вертолетов не высадился российский десант. Туда же вскоре подъехала и колонна бронетехники. После высадки десанта 17 ноября 2000 года началась «зачистка» и с.Курчали. Военные уехали оттуда только 20 ноября.

С первых дней 2001 года упомянутые выше населенные пункты снова подверглись ничем не спровоцированным артиллерийским обстрелам и бомбежкам. Сразу же после праздника в них были проведены и проверки паспортного режима, сопровождавшиеся грабежами имущества и захватами местных жителей. Например, «зачистка» Курчали началась уже 9 января. Для проведения этой операции туда была переброшена значительная часть бронетехники и военнослужащих.

В Чеченском государственном университете совершено нападение на работника республиканского телевидения Лему Турпалова. Все произошло, когда для программы «Наука и жизнь» он интервьюировал Яху Джамалдинову, декана факультета романо-германской филологии. Именно в этот момент в ее кабинет вошли неизвестные в камуфляжной форме и в масках. Они произвели под ноги журналиста несколько выстрелов и, наставив на оператора пистолет «Стечкина», отобрали у него кинокамеру. Затем беспрепятственно и, как подчеркивают многочисленные свидетели происшествия, совершенно спокойно покинули здание университета.

На рассвете между участниками вооруженных формирований ЧРИ и российскими военными на мосту через р.Аргун между с.Старые и Новые Атаги произошло столкновение. Бой, по некоторым данным, продолжался более получаса. Данные о потерях сторон отсутствуют.

Утром в Ленинском районе Грозного в сгоревшем доме по адресу: ул.Джамбула, 22, обнаружены тела четырех русских местных жителей. Погибшие — муж и жена, а также двое их гостей из Волгограда.
                Было установлено, что четверо русских сначала были расстреляны, после чего преступники подожгли дом. На месте происшествия обнаружены гильзы и кровь. Соседи подтвердили, что слышали выстрелы в этом доме.

Сообщение СМИ

17 февраля

Около 2 часов ночи в бывшем помещении конторы госхоза «Бачи-Юртовский» в с.Бачи-Юрт Курчалоевского района, где размещается сельское (поселковое) отделение милиции, неизвестными лицами произведен подрыв взрывного устройства.

Никто не пострадал.

В Октябрьском районе Грозного российские военные задержали, а затем хладнокровно застрелили жителей г.Урус-Мартан :

1. Руслана Супьяновича Дашаева, 1962 г.р. (ул.К.Маркса, 40);

2. Ису Бадаковича Дабаева, 1966 г.р. (ул.К.Маркса, 22);

3. Ису Абдулаевича Катаева, 1965 г.р. (ул.Красноармейская, 22);

4. Руслана Татаевича Демильханова, 1960 г.р. (ул.Орджоникидзе).

По рассказу Марет, жены убитого Руслана Демильханова, 17 февраля ее муж со своими товарищами на автомашине повез насос на нефтяную скважину, находящуюся в районе 20-го участка. Оттуда собирался приехать домой, в Урус-Мартан.

Очевидцы происшествия из числа местных жителей рассказали, что днем ранее эта местность была занята каким-то российским подразделением. Военные задержали всех четверых, отвели в сады и, поставив в ряд, убили выстрелами в затылок. Их трупы они не стали прятать, но заминировали растяжками подходящие к ним тропы и уехали. Сразу после этого туда поспешили жители 20-го участка во главе с имамом мечети. Но убийцы вскоре вернулись, и люди вынуждены были повернуть обратно.

После их обращения в комендатуру Октябрьского района на место преступления прибыли судебно-медицинский эксперт В.Ахмедов и следователь прокуратуры А.Хамзатов. Но к тому моменту трупы уже были сожжены военными. Родственники опознали убитых по остаткам одежды. В комендатуре им сказали, что это — дело рук подразделения некоего «Здановича», которое в городе никому не подчиняется. Через две недели их часть якобы выводится из Чечни, и поэтому следствие необходимо завершить как можно скорее.

По факту массового убийства Октябрьской районной прокуратурой Грозного возбуждено уголовное дело.

В г.Грозный захвачен 23-летний Руслан Н. (фамилия не называется в целях безопасности). Он инвалид: глухонемой с рождения и слепой на один глаз. Только на третий день, 20 февраля, удалось выяснить, что его содержат в ВОВД Ленинского района.

Когда родители обратились к сотрудникам ВОВД с просьбой освободить ни в чем не повинного молодого человека, то те в категорической форме заявили, что не задерживали и ничего не знают о его судьбе.

21 февраля Руслана Н. освободили. Но документы, а также личные вещи, изъятые при задержании, ему не вернули. Среди них были: фотоаппарат «Полароид», три фотокассеты к нему, 1500 рублей, инвалидная книжка, пенсионное удостоверение и паспорт.

Сотрудники временного отдела избивали и травили его собаками. На теле освобожденного молодого человека остались следы от их укусов.

Абу (имя изменено), отец Руслана Н.:

«…А 21-го его отпустили, но без документов, а когда он стал требовать свои документы, его просто не стали слушать. Хорошо, что в то время там оказался наш родственник, который и забрал его домой.

…Как его забирали, видели люди из кафе на «Грознефтяной» (автобусная остановка в Грозном), и они сообщили, что мой сын задержан федералами, но куда его увезли, никто не знал. Провел он там четверо суток, а когда привезли его домой, на него было страшно смотреть.

Его травили собаками. Следы от укусов на правом бедре и вся правая нога до щиколотки тоже искусана. Искусан также локоть правой руки. На щеке у него тушили сигареты. От ударов прикладами на лице и на голове у него были порезы и шишки. Ему на рот надевали какую-то маску, и он терял сознание. Один из допрашивавших его хотел сделать укол, но другой, старший, наверное, дал отбой, и тогда тот со шприцом в руках подошел к нему и прыснул это лекарство в здоровый глаз, после чего сын снова потерял сознание…»

По факту исчезновения Руслана Вахаевича Закаева, 1967 г.р., прокуратурой Урус-Мартановского района по ст. 126 УК РФ («похищение») возбуждено уголовное дело № 25021.

Этот человек, проживавший по адресу: с.Гойты, ул.Кирова, 105, был задержан 23 ноября 2000 года военнослужащими 245-го мотострелкового полка МО РФ. За время, прошедшее со дня похищения, его родственникам удалось установить и где он содержался, и как с ним там обращались.

Один из них, не пожелавший назвать себя, рассказал сотрудникам ПЦ «Мемориал», что в день задержания вместе с соседом Абдуллой Хасановым, которому нужно было попасть на работу, на его же автомобиле «Волга» Руслан Закаев поехал в г.Урус-Мартан. Примерно в километре от с.Гойты их остановили российские военные. Выяснилось, что с утра подразделения российской армии и милиции блокировали населенный пункт для «зачистки».

Военные потребовали у сидевших в автомобиле документы. Абдулла Хасанов предъявил удостоверение работника МВД ЧР, а пассажир — паспорт. Первого сразу же обвинили в пособничестве вооруженным формированиям ЧРИ и попытке вывезти из села «боевика», которым, по их мнению, был пассажир. Основанием для такого утверждения, видимо, стало то, что он являлся однофамильцем известного чеченского командира Ахмеда Закаева. Никакие объяснения и уговоры на военных не действовали, они обоих заставили выйти из «Волги».

Вечером того же дня задержанных на БТРах отвезли в группировку «Запад», точнее, в расположение 245-го мотострелкового полка, дислоцирующегося севернее с.Танги-Чу Урус-Мартановского района. Там их посадили в разные ямы, и больше они друг друга уже не видели.

О том, что Абдуллу Хасанова увезли российские военные, вскоре стало известно у него на работе. Благодаря усилиям коллег и начальства утром 24 ноября его освободили. После проверки в ФСБ обещали отпустить и второго задержанного. Но на следующий день приехавшим за ним в Танги-Чу родственникам и освобожденному накануне сотруднику милиции неожиданно заявили, что днем ранее был отпущен и Руслан Закаев. Но ни в этот день, ни позже домой он так и не пришел.

Родственники пропавшего человека незамедлительно начали его поиски. О том, что он был задержан военными, проводившими «зачистку» с.Гойты, и после этого «исчез», сообщили районным органам власти — как правоохранительным, так и гражданским. Однако каких-либо значительных усилий по освобождению задержанного никто не предпринял.

Через несколько дней родственники вышли на жителя Урус-Мартановского района, который сообщил им, что с 24 по 26 ноября в расположении 245-го полка он находился в одной яме с Русланом Закаевым. Свое имя он просил не называть, хотя и заверил, что готов дать официальные показания, если ему гарантируют безопасность.

По словам свидетеля, их обоих вытаскивали из ямы и пытали. Военные требовали рассказать, кто убил 17 ноября 2000 г. двух российских военных в кафе с.Гойты. 26 или 27 ноября (точную дату свидетель не помнил) после очередного допроса с жестокими избиениями их посадили в разные ямы. Через некоторое время до него донесся голос Руслана Закаева, просившего у охранника сигарету.

В течение нескольких месяцев о судьбе пропавшего человека ничего выяснить не удавалось. Все это время правоохранительные органы района, по сути, не занимались его поисками. Лишь из-за того, что родственники писали жалобы, постоянно обращались в различные официальные структуры и к конкретным чиновникам, в правозащитные организации (например, в прокуратуры района и республики, РОВД Урус-Мартановского района, к специальному представителю президента РФ по обеспечению прав и свобод человека и гражданина в ЧР В.А.Каламанову, в ПЦ «Мемориал» и т.д.), следствие по данному преступлению было начато, но впоследствии его прекратили.

В мае 2001 года приехавший в Гойты следователь районной прокуратуры В.Елфимов в расположении местного военного гарнизона допросил сестру «исчезнувшего». Следователь сказал, что поисками ее брата до этих пор никто не занимался, и обещал активно и тщательно провести порученное ему расследование.

Спустя еще какое-то время перед зданием военной комендатуры Урус-Мартановского района в присутствии Абдуллы Хасанова у родственника задержанного состоялся разговор с тем же В.Елфимовым. Следователь сообщил им, что допросил «тех» (военных. — ПЦ «Мемориал») из группировки. По его словам, «они» отрицали, что Руслан Закаев содержался у них. На предложение устроить с ними очную ставку работник прокуратуры ответил, что «те» не согласятся.

Впоследствии военнослужащие 245-го мотострелкового полка все-таки признали, что пропавший житель с.Гойты у них содержался, но продолжали упорно говорить о его освобождении. О причастности к похищению этого человека российских военных косвенно свидетельствует и письмо за № 1635 от 23 июля 2001 года, которое исполняющий обязанности прокурора Урус-Мартановского района Л.В.Илющенко направил родственникам. В нем он пишет:

«На Вашу жалобу в прокуратуру Чеченской Республики сообщаю, что возобновлено расследование по факту похищения Закаева Р.В. 23.11.00 г. на блокпосту с.Гойты, устанавливаются лица из числа военнослужащих, причастных к этому преступлению».

По словам родственников, Руслан Вахаевич Закаев никогда никакого участия в вооруженных формированиях ЧРИ не принимал. Это ему не позволило бы сделать и состояние здоровья: он перенес операцию по удалению части желудка, и поэтому вынужден был регулярно принимать лекарства, а через каждые два-три часа и пищу.

По состоянию на июль 2002 года его местонахождение не было установлено.

Председатель государственного комитета Чеченской Республики по делам религии Висруди Ширдиев выехал из Гудермеса в ст. Шелковская для участия в похоронах своего родственника.
                Однако, как сообщили в пресс-службе чеченской администрации и в муфтияте республики, В.Ширдиев в ст. Шелковскую так и не доехал. В тот же день он намеревался вернуться в Гудермес.
                Приехавшая в Гудермес мать В.Ширдиева сообщила, что ей ничего о сыне неизвестно.
                В дежурной части УВД ЧР отказались комментировать сообщения пресс-службы и муфтията.
                Пресс-секретарь администрации Чечни Таус Джабраилов сообщил, что вначале В.Ширдиев поехал в Грозный из Гудермеса, чтобы сделать отметку в паспорте о выписке. Когда в «Микрорайоне» он остановился у базарчика, к В.Ширдиеву подошел подросток лет 15 и попросил немного отойти в сторону по очень важному делу. Не успел В.Ширдиев сделать несколько шагов от машины, как к его затылку приставили пистолет и люди в камуфляжной форме потребовали сесть в их автомобиль. Они пригрозили, что расстреляют на месте, если В.Ширдиев произнесет хотя бы одно слово или сделает движение в сторону.
                Т.Джабраилов сказал, что похитители, по словам В.Ширдиева, не скрывали свои лица и разговаривали по-чеченски.
                В.Ширдиева отвезли в один из домов в Грозном и поместили в подвал, где находились еще несколько человек. По дороге машину не останавливали. В течение нескольких дней его, как утверждает пресс-секретарь, жестоко избивали, не выдвигая при этом никаких требований. Эти люди хорошо были осведомлены о характере выполняемых В.Ширдиевым служебных обязанностей, его семейном положении и местонахождении детей. Побоями он доведен до такого состояния, что разговаривает с большим трудом, отметил Т.Джабраилов.
                Утром 22 февраля похитители вывезли В.Ширдиева в безлюдное место в Грозном и выбросили из машины, оставив его при этом с завязанными глазами. В.Ширдиев не знает, в каком районе города и в каком доме он находился. Мотивы случившегося с ним остаются неизвестными.
                Это первый случай за последние месяцы, связанный с похищением госслужащего в Чечне, отметил Т.Джабраилов.

Сообщение СМИ

18 февраля

В ст.Савельевская Наурского района российские военные из гарнизона, размещенного в центре населенного пункта недалеко от средней школы, натравили служебную собаку на ученицу третьего класса. От страха девочка потеряла сознание и три дня пролежала в постели с периодически возникающими судорогами.

В середине дня в г.Урус-Мартан на ул.Суворова российские военные взорвали дом Алхазура Ахмедовича Мусостова. С начала боевых действий в Чечне хозяин в нем не проживал, так как родственники посчитали, что на окраине города, а дом находился именно там, жить небезопасно. Ему пришлось переехать к своему отцу.

В боевых действиях этот человек никогда не участвовал.

Алхазур Мусостов собирается в судебном порядке добиваться возмещения нанесенного ущерба и наказания тех, кто взорвал его дом. Ему удалось узнать, что в акции участвовал заместитель главы администрации Урус-Мартановского района по силовым структурам Леча Мамацуев.

Около 7 утра на 10-м километре трассы Грозный—Шатой российские военные задержали Майр-Али и Лему Шавановых, соответственно 1966 и 1981 г.р., которые направлялись в с.Пригородное. Они ехали туда на собственной автомашине УАЗ, зарегистрированной под номером С 324 ХО 95/rus. Вместе с ними был и сосед. Но его почему-то отпустили. Тот сразу же вернулся домой и рассказал о случившемся семье задержанных братьев, добавив, что им обоим завязали глаза и увезли в сторону г.Грозный.

Майр-Али и Лема Шавановы — уроженцы с.Старые Атаги Грозненского (сельского) района. Старший из них имеет четырех несовершеннолетних детей, у второго — незадолго перед задержанием родилась дочь. Как свидетельствуют очевидцы, оба занимались перевозкой нефти. Однако отец этих людей, Исмаил Шаванов, утверждал, что сыновья поехали за соляркой, необходимой для отопления помещений.

Их задержание скорее всего произвели военные из какого-то подразделения армейской разведки. К указанному месту они прибыли на БТРах с бортовыми номерами: 318, 341 и МА-356.

Исмаил Шаванов вместе с третьим своим сыном бросился вслед за похитителями. Однако нагнать их не сумел. В тот же день он стал обходить известные ему места содержания задержанных людей. Но туда сыновья не доставлялись. По крайней мере, подобным образом отвечали служащие там военные и российские милиционеры. Путем расспросов на блокпостах ему вскоре все же удалось установить, что похожая на разыскиваемую колонна бронетехники проехала в сторону Ханкалы. Отец похищенных братьев незамедлительно отправился туда.

Но на главной российской базе в Чечне отказались признать, что люди с похожими фамилиями туда вообще когда-либо доставлялись. На следующий день в Ханкалу поехала уже мать задержанных, Бирлант Шаванова. И, хотя вышедшие к ней офицеры снова все отрицали, факт прохождения на территорию базы колонны БТРов тайно подтвердил военнослужащий с КПП.

Родители похищенных братьев приезжали в Ханкалу и на третий, и на четвертый, и на пятый день. Они были уверены, что сыновья находятся там. В один из дней к ним подошел посредник и за шесть тысяч долларов США предложил освободить их. Бирлант Шаванова сказала, что сможет собрать не больше одной тысячи. Посредник пообещал дать ответ на следующий день и надолго исчез.

Через несколько дней женщина случайно увидела этого человека и сама к нему подошла. Она спросила, сможет ли он помочь им.Но тот заявил, что ее сыновей на базе нет и ему неведомо, где те могут находиться. Следы Майр-Али и Лемы Шавановых после этого окончательно затерялись.

1 апреля 2001 года по факту «исчезновения» этих людей прокуратура Грозненского (сельского) района возбудила уголовное дело № 19044 (ст. 127 ч. 1 п. «а», «ж» УК РФ). В соответствии с п. 3 ст. 195 УПК РСФСР 1 июня того же года производство по нему было приостановлено. Это решение ровно через два месяца отменили, дело вернули на доследование. Однако 15 сентября его снова приостановили, затем возобновили еще раз, установив при этом конкретные сроки окончания расследования — 20 декабря 2002 года.

По состоянию на конец лета 2002 года местонахождение Майр-Али и Лемы Шавановых не было установлено.

19 февраля

В мечеть с.Новые Алды привезены сожженные трупы четырех человек: одной женщины и трех мужчин. Местные жители обнаружили их в районе горящей нефтяной скважины в южной части г.Грозный.

Перед убийством эти люди, видимо, были подвергнуты пыткам. В частности, у всех четырех головы оказались разбиты тяжелым предметом. По состоянию на 25 февраля трупы не были никем опознаны.

В г.Урус-Мартан напротив средней школы № 2 на ул.Колончакская сработало мощное взрывное устройство.

Сразу после взрыва российские военные, находившиеся в 100 метрах от этого места, открыли беспорядочную стрельбу из автоматов по людям и жилым домам, в том числе и по зданию школы; ранения различной степени тяжести получили несколько человек, разбита легковая автомашина, стоявшая в это время на улице.

Среди учащихся школы, которые в момент взрыва и последовавшего за ним обстрела находились в классных комнатах, пострадавших нет.

В райцентре Ачхой-Мартан сотрудники российских силовых структур, незаконно проникнув, ограбили домовладение сопредседателя Общества российско-чеченской дружбы Руслана Махамдиевича Кутаева.

К его дому в первый раз они приехали около 15 часов. Возглавлявший группу работников управления уголовного розыска Ачхой-Мартановского района Александр Смычкин объяснил свое появление якобы полученной информацией о наличии там оружия. С согласия хозяина они осмотрели помещения и хозяйственные постройки во дворе. Проверка ничего не дала, и милиционеры, извинившись, ­уехали.

Вскоре Руслан Кутаев отлучился по делам в соседнее село. Вернувшись вечером, он обнаружил свое жилище разграбленным. Со слов родственников и соседей ему стало известно, что около 16.30 те же милиционеры во главе с тем же самым Александром Смычкиным снова приехали к его дому и, обнаружив, что в нем никого нет, забрались внутрь.

Сначала с помощью БТРа они попытались сломать ворота, но это им не удалось. На глазах собравшихся на улице людей милиционеры перелезли через забор.

Когда к дому Руслана Кутаева прибыли оповещенные о происходящем родственники, грабеж был в самом разгаре. Александр Смычкин заявил, что приказ на повторный осмотр получен «сверху» и что он вынужден был подчиниться. Осмотревшиеся люди тут же предъявили ему претензии по поводу исчезновения ценностей, в частности золотых часов и сережек, принадлежавших жене хозяина дома.

«Правоохранители» унесли и личные вещи Руслана Кутаева, в том числе одежду, включая даже нижнее белье. Об этом со смехом он сам потом поведал соседям. К моменту его приезда домой милиционеров там уже не было. После того как родственники обвинили их в краже драгоценностей, сотрудники силовых структур предпочли уехать к месту своей дислокации.

Поздно вечером на ул.Лермонтова в Ленинском районе г.Грозный неизвестные убили четырех человек, трое из которых — сотрудники местной милиции.
                Как сообщил прокурор Чечни Всеволод Чернов, трупы трех убитых милиционеров были обнаружены 20 февраля. Еще один человек скончался позже от полученных ранений.
                Все убитые опознаны. Это начальник паспортно-визовой службы районного отдела милиции М.Ташаев, инспектор ГИБДД Р.Казиев, начальник поискового отряда МЧС республики У.Исмаилов и стажер-милиционер И.Мурзабеков.

Сообщение СМИ

20 февраля

Жители с.Гой-Чу (Комсомольское) Урус-Мартановского района написали обращение ко всем гуманитарным организациям, работающим на Северном Кавказе. В нем говорится, что основная часть жителей, несмотря на разрушение их населенного пункта, не выехала за пределы района. Многие из них влачат жалкое существование, не имея самых элементарных вещей: постельных принадлежностей, средств гигиены, одежды и обуви. Не хватает и продуктов питания.

Власти не выделили жителям с.Гой-Чу строительные материалы для восстановления разрушенного жилья.

В наиболее трудной ситуации, по мнению авторов обращения, оказались молодые семьи, имеющие малолетних детей. Пособия на них выплачиваются крайне нерегулярно, в таких семьях дети очень часто не посещают школу: родители не в состоянии купить им одежду и школьные принадлежности из-за отсутствия оплачиваемой работы.

В Гудермесе были подорваны три автомашины, в результате чего получили ранения четыре человека. По данным прокуратуры, в числе пострадавших — двое сотрудников местной милиции, находившихся в автомашине ВАЗ-2107, и двое местных жителей, проезжавших мимо на иномарке в момент взрыва.
             От подрыва третьей автомашины, который был совершен ранее в этот же день, по данным прокуратуры, никто не пострадал.

В Грозном убиты два сотрудника Ленинского РОВД и трое гражданских лиц. Об этом сообщили в УВД РФ по ЧР. Погибшие милиционеры были местными жителями.

Сообщения СМИ

 



Уголовное дело № 25306.

 

См. сообщение за 1 января.

 

См. сообщение за 15 февраля 2001 г.

 

В обращении жителей села, адресованном В.Каламанову, которое приводилось нами в сообщении за 19 января 2001 г., фамилии этих людей названы по-другому: Тохтаров и Мамаев.

 

Так иногда местные жители называют группировку российских войск «Запад».

 

Сведений о возбуждении уголовного или розыскного дела по факту незаконного задержания, похищения либо убийства Ахмеда Ицараева у ПЦ «Мемориал» нет.

 

О последнем см. сообщение за 13 февраля 2001 г.

 

Более подробно об убийстве А.Чимаева см.: Здесь живут люди. Ч. 1. С. 423–424.

 

В административном отношении этот населенный пункт в настоящее время объединен с Нижними и Верхними Курчали.

 

21 октября 2002 г. в Грозном была убита дочь Багаудина Абдусаламова, 30-летняя Елена Абдусаламова. 24 октября, ворвавшиеся в дом неизвестные вооруженные люди застрелили и его самого. В ту же ночь уже за селом была убита жена главы администрации Нина Ивановна Абдусаламова.

 

См.: Здесь живут люди. Ч. 1. С. 398.

 

3 декабря 2001 г. в аэропорту «Магас» в ст. Орджоникидзевская в Ингушетии неизвестный, подойдя на близкое расстояние, выстрелами из пистолета убил Лечу Мамацуева.

 


21 февраля

В 8.00 закрыт проезд через все блокпосты в Урус-Мартановском районе. Транспортное сообщение между населенными пунктами прервано. Жители, которым необходимо было попасть из одного села в другое, могли сделать это только пешком. Ограничения на передвижение транспорта были введены военным комендантом района Гейдаром Гаджиевым. Согласно его приказу, этот режим должен действовать до 10.00 24 февраля.

Утром 24 февраля жители населенных пунктов, планировавшие поехать по своим делам в райцентр и заблаговременно выехавшие к блокпостам, были вынуждены вернуться назад. В этот день, несмотря на приказ коменданта, дороги открыты не были.

Недалеко от места пересечения ул.Окружная и Заболотного в Октябрьском районе г.Грозный произошли события, повлекшие за собой многочисленные жертвы.

Около 16 часов у горячего источника набирали серную воду жители города и российские военные, прибывшие сюда на «Урале». Из проезжавшей мимо автомашины УАЗ двое бородатых мужчин в камуфляжной форме произвели выстрел из гранатомета. Грузовик загорелся; по свидетельству очевидцев, четверо военных погибли на месте.

Их сослуживцы открыли беспорядочную стрельбу. В результате получил огнестрельное ранение головы житель пос.Новые Алды Казбек Висаев. В тяжелом состоянии его доставили в Урус-Мартановскую районную больницу.

Кроме того, еще один человек был убит, а двое других, мужчина и женщина, ранены.

Получив известие о происшествии у горячего источника, российские военные с ближайшего блокпоста открыли прицельный огонь по проезжающему автотранспорту.

В рейсовом пассажирском автобусе были ранены четыре пассажира, один из них умер по пути в больницу.

Подвергся обстрелу микроавтобус УАЗ, принадлежащий АО «Грозэнерго»; тяжелые ранения получили находившиеся в нем работницы объединения «Горгаз» Нина Бочкова и Таус Алиева, а также сотрудник «Грозэнерго» Хасмагомед Магомаев. Заместитель генерального директора этого акционерного общества Саид Мазаев, раненный вместе с другими в микроавтобусе, позже скончался в больнице № 9 г.Грозный.

По имеющейся информации, на дамбе чернореченского водохранилища российские военные остановили автобус, в котором ехали на работу строители. Сначала они избили находившихся в нем людей, а затем, заперев их внутри, прикрепили к бензобаку мину и попытались взорвать его. Возможное массовое убийство предотвратил один из военных. В последний момент он поднялся в автобус и заявил, что готов умереть вместе с его пассажирами.

Несколько кварталов Октябрьского района, непосредственно прилегающие к месту происшествия, вскоре были оцеплены, и там началась т. н. операция по проверке паспортного режима («зачистка»). На ул.Кирова военные остановили двух молодых людей и после проверки документов отпустили. Обрадованные тем, что для них все закончилось благополучно, они направились к своему дому через пустырь. Группа военных, спускавшаяся в это время к пос.Новые Алды со стороны автобусной остановки Окружная, открыла по ним огонь из автоматов. Один из молодых людей был убит.

Во время беспорядочного обстрела пос.Новые Алды ранили в ногу местного жителя Руслана Хасаханова. Он сумел добраться до ближайшего дома, где ему оказали первую медицинскую помощь. Однако чуть позже российские военные схватили его и увезли на автомашине «Урал». О дальнейшей судьбе этого человека ПЦ «Мемориал» ничего неизвестно.

На ул.Заболотного с криком «Сложить оружие!» военные ворвались в д.179, в котором проживает семья Домзаевых. Больная 17-летняя Лариса Домзаева упала в обморок. К ней бросилась ее старшая сестра Хава. Но ее отогнали со словами: «Не сдохнет, если машины взрывать может!» — и заставили встать к стене с поднятыми руками. Военные вывели из дома и увезли с собой двух ее братьев и дядю по матери. Последнего, сильно избив, выбросили по дороге.

В течение пяти дней братьев Домзаевых держали в камере Октябрьского ВОВД. От них требовали признания в обстреле военного автомобиля у горячего источника. Уговоры чередовались с избиениями и пытками током. Убедившись, что те ни в чем не виновны, военные отвезли их на ул.8 Марта и выбросили там. Один из братьев после освобождения обратился в больницу.

В дачном поселке недалеко от главной базы российских силовых структур в Чечне Ханкалы обнаружены тела жителей с.Радужное Грозненского (сельского) района: Сайд-Рахмана Магомедовича Мусаева, 1984 г.р., Одеса Топаевича Метаева, 1978 г.р., Магомеда Алаудиновича Магомадова, 1977 г.р.

Родственники искали их с тех самых пор, когда в декабре 2000 года вместе с семнадцатью другими молодыми людьми, впоследствии отпущенными уроженцами этого населенного пункта, российские военные увезли в неизвестном направлении.

По рассказам родственников, трупы со следами насильственной смерти нашли в нескольких десятках метров от въезда в дачный по­селок.

Одес Метаев лежал на животе. На одной руке у него отсутствовали фаланги пальцев. У него не оказалось одного уха и глаза, лицо было в крови. На теле имелись глубокие ножевые раны.

Глаза Магомеда Магомадова (он являлся сотрудником Старопромысловского РОВД) были выколоты или же выедены животными, с челюсти содрана, точнее, скальпирована кожа до подбородка. Руки и плечевые суставы были сломаны.

У Сайд-Рахмана Мусаева тупым предметом, скорее всего прикладом, был проломлен череп.

Руки у всех троих были связаны, на глазах имелись повязки. В голову им были произведены контрольные выстрелы.

Побывавшие на территории дачного поселка родственники убитых утверждают, что видели там десятки других трупов.

Сразу же после похищения этих людей их родственники занялись поисками. Они обращались в различные властные структуры: в прокуратуру, администрацию А.Кадырова, во временные отделы внутренних дел и районные управления ФСБ. На некоторые заявления ими были получены ответы, завязалась переписка, итогом которой стало признание родственников пропавших потерпевшей стороной, возбуждение уголовных дел сначала по факту похищения упомянутых выше людей, а затем и по их убийству. Косвенно (официально этого в Чечне никто не делает) было признано и то, что данное преступление совершено российскими силовыми структурами.

Родственники похищенных в Радужном предоставили ПЦ «Мемориал» копии писем, циркулировавших тогда между различными силовыми структурами, и пересланных им ответов. Выдержки некоторых из них приводятся ниже.

31 декабря 2000 года старший помощник прокурора ЧР А.С.Магомадова в ответ на жалобы родственников похищенных жителей Радужного и для организации проверки в порядке ст. 109 УПК РСФСР направила и.о. прокурора Грозненского (сельского) района О.В.Азаренкову сразу три письма (№ 13-29/5105-00, № 13-29/5106-00 и № 13-29/5107-00). О принятых мерах она просила сообщить заявителям.

11 января 2001 года временно исполняющий обязанности прокурора Грозненского (сельского) района ЧР К.О.Курагин обратился (письмо № 67) к начальнику ВОВД полковнику милиции Ю.С.Оренбуркину. В его письме, в частности, было сказано: «В дополнение к нашим исх. № 25п от 02.01.01 г., № 61п от 07.01.01 г. направляю в Ваш адрес поступившее в прокуратуру Грозненского района из прокуратуры г.Грозный заявление Магомадовой А. о розыске Магомадова М.А., Мусаева С.М. и Митаева О.Д. О результатах рассмотрения прошу сообщить заявителю и уведомить прокуратуру Грозненского района».

23 января 2001 года один из заместителей главы администрации ЧР уведомил военного прокурора в/ч 20102 О.И.Окорокова (письмо № 217) о необходимости «рассмотрения по существу и принятия предусмотренных законом мер» заявления о задержании «неизвестным военным подразделением М.А.Магомадова, С.М.Мусаева и О.Т.Мита­ева».

2 февраля 2001 года в письмах № 191-143 и № 191-144 начальник Грозненского районного отдела УФСБ РФ по ЧР уведомил родственников похищенных людей, что материалы проверки по их заявлениям в соответствии со ст. 109 УПК РСФСР направлены по подследственности в военную прокуратуру ЧР.

20 февраля 2001 года из прокуратуры Грозненского (сельского) района Магомеду Мусаеву, отцу похищенного Саид-Рахмана Мусаева, было сообщено (письмо № 317), что его заявление о незаконном задержании военными сына в соответствии со ст. 109 УПК РСФСР рассмотрено. Согласно ст. 126 ч. 2 УК РФ («похищение человека»), говорилось в письме, 19 февраля прокуратурой возбуждено уголовное дело № 19012.

Однако на следующий день его обезображенный труп, как и трупы похищенных вместе с ним Магомеда Магомадова и Одеса Метаева, обнаружили на территории дачного пос.«Здоровье» в нескольких десятках метрах от Ханкалы. Наряду с командованием ОГВ (с) в Чечне, штабами войсковых соединений и спецслужб РФ, в Ханкале в это время располагалась и военная прокуратура, которой «по подследственности» было передано ведение дела по факту похищения вышеупомянутых людей.

Сотрудница ПЦ «Мемориал» 28 февраля 2001 года в с.Радужное записала рассказы родственников убитых (во избежание недоразумений обращаем внимание, что брата убитого Магомеда Магомадова также зовут Магомед).

Магомед Мусаев, отец Саид-Рахмана Мусаева:

«21 февраля 2001 года мы нашли троих своих ребят: Саид-Рахмана Мусаева, Метаева Одеса Топаевича и Магомадова Магомеда Алаудиновича.

Нам сказала тетя Метаева, которая живет в Белгатое — она сама была в дачном поселке вместе с двумя женщинами — искала своих пропавших родственников и видела там много трупов.

Это близ Ханкалы. Возле Ханкалы стоит бурятский пост (№ 105), от этого поста в сторону Аргуна идет трасса. По этой трассе 500–600 метров проехать (от поста) и с правой стороны стоит каркас от автобуса ЛИАЗ, сгоревший каркас. От него направо, там проселочная дорога, ведущая в дачный кооператив-товарищество.

Мы взяли с собой двух омоновцев из комендатуры, которая находится в селе Побединском, и на двух машинах поехали туда. На Минутке стояли еще 10 человек из Мурманского ОМОНа (они тоже раньше стояли в нашем селе — Побединском). Мы проехали туда без препятствий. Там сразу омоновцы нас не пустили, сами проверили, с собаками. Перевернули трупы, посмотрели — заминированы или нет. После того как мы подошли, я сразу узнал труп своего сына. Магомадов Магомед узнал труп своего брата. Тогда мы сказали этим ребятам — омоновцам и матери Одеса: «Мы пошли искать машину. Нельзя же, чтобы здесь ночевали трупы, если мы знаем о них».

Когда мы с машиной приехали, мать Одеса сказала мне: «Мы нашли Одеса». Она была очень спокойна, когда сказала, что нашла труп своего сына. Два с половиной месяца мы не могли найти своих ребят.

Мы обращались во все организации, обращались в Знаменское к Каламанову, на программу «Зеркало» повезли заявления и фотографии этих ребят — женщина из Знаменского туда ездила. Ничего не вышло: их на третий день, оказывается, сразу убили, у моего сына даже борода не отросла».

Зарган, мать Одеса Метаева:

«Они изуродовали наших детей. Невозможно передать, что мы увидели. Ни за что!

Мне женщина сказала, сына которой увезли, она его искала. Она мне сказала: «Я поехала в этот ад, не знаю, как его назвать — поселок Дачный». Я ее попросила посмотреть и моего сына, рассказала, во что он был одет. Она каждого, от носков до нижнего белья, ощупала. Она была там 19 февраля, день был очень хороший, она их хорошо разглядела.

Когда мы заезжали 21 февраля, уже выпал большой снег. На всех сугробах, на всех кочках лежал, и каждая мать думала: «Вот тут под кочкой находится…» Бог нам помог, что я смогла своего сына найти. А так три месяца дома не ночевала. Вот — инвалид муж без ноги. У моего сына трое детей — как я их могу воспитать? Работы нет, денег не хватает, мизерная пенсия. Парню было всего 28 лет».

Абдурашид, брат Одеса Метаева:

«Я первый нашел его. Мы нашли его в полуразвалившемся дачном домике у входа на крыльце. Когда я наткнулся на него, он лежал на животе, со связанными сзади руками — веревкой руки были связаны. Труп был в плачевном состоянии: на пальцах отсутствуют две фаланги (я не могу сказать, какая рука — я был в таком состоянии…), отсутствовало ухо, на глазах была повязка. Ухо у Одеса было отрезано при жизни, потому что лицо было в крови. Один глаз отсутствовал, или он выколот был при жизни, не знаю. Когда труп привезли домой, чтобы обмыть и похоронить, тело раздели. У него на груди были раны, нанесенные при жизни, ножевые раны, на грудной клетке слева у него были две колотые раны. Раны, видать, глубокие, собака или другой зверь такую рану нанести не может, да и одежда на нем была, свитер, рубашка, майка, животное через слой одежды раны нанести не может. Так что, если кто скажет, что это животное — это невозможно.

У изголовья Одеса был еще один труп, очень сильно растерзанный — видать, собаками растерзан, его не узнать, верхняя часть была съедена собаками, головы не было, руки не было, кисти рук отдельно лежали, были останки еще человека, голова в кустах лежала. Но вообще страшно было смотреть на это дело».

Брат Саид-Рахмана Магомедовича Мусаева, 1984 г.р.:

«Я видел все три трупа. Все они были расстреляны. Пулевые ранения в сердце, легкие. И контрольные выстрелы в голову у всех троих. Я это заявляю официально. Меня Магомадов Магомед повез, и мы осмотрели все трупы. Осмотрели мы и его брата. У Магомадова Магомеда (третий труп) — у него были выколоты оба глаза и, кроме того, с одной челюсти была кожа полностью содрана до подбородка, это при жизни. Они лежали на земле, голова была на земле, он лежал щекой к земле, там просто могли не сохраниться следы крови. Когда мы их поднимали на машины, их пришлось держать за плечи: у всех у троих трещали кости рук и плеч, они были переломаны. У Одеса глаз отсутствовал — создалось впечатление, что это было при жизни, по запекшейся крови.

В тот день нас сопровождали сотрудники местного ОМОНа — без сопровождения туда просто не попадешь. Утверждать, что это было сделано боевиками, нелепо: там все оцеплено, и просто так туда не попадешь. Кругом находятся военные, постоянно кружат вертолеты — невозможно туда проникнуть. Мы и в сопровождении военных попали туда тяжело, проверяли нас всю дорогу. Даже сами военные регистрировали транспорт, наши находились в постоянном напряжении, когда проходили колонны. Нас не хотели пускать, мы на свой страх и риск пошли за этими трупами.

Там было очень много трупов и других людей — я лично видел три трупа еще. Но мы даже в глубь садового участка не заходили, мы пошли сначала по этой тропе, где мы нашли два трупа, потом третий труп нашли — за это время я лично видел еще три трупа…

После того как мы нашли два трупа Саид-Рахмана и Магомеда, мы не могли поехать обратно, не найдя третий труп. Конечно, труп можно было не заметить, если его забросили куда-нибудь в канаву. Мы не уходили далеко от тропы.

Были видны свежие следы машины «Урал».

Абдурашид:

«Тропа, которая ведет в глубь участков, прямо у дороги слева. Они лежали всего в 30 метрах от дороги».

Магомед Мусаев:

«Магомадова Магомеда забрали прямо от соседей. Колонна из двух БТРов и четырех «Уралов» тогда проходила через наше село. Военные из этой колонны забирали людей, которые задержались на улице. В тумане какая-то легковая машина наткнулась прямо на колонну. Потом развернулась и поехала в сторону домов. Ей вслед стали стрелять, и водителя тяжело ранили. Машина, потеряв управление, въехала в чужие ворота. Рядом стоял дом Магомадовых. Магомед был сотрудником милиции Старопромысловского района. Он перескочил через ограду к соседям. Военные, увидев, что раненого водителя забрать невозможно, забрали Магомеда.

Магомадов, как только забрали его брата, сразу поехал в комендатуру, в Побединском он взял нескольких омоновцев (М.Магомадов — заместитель главы администрации) и их командира. Они сейчас уже уехали, это был уфимский ОМОН. Они догнали колонну, а им сказали военные, которые там были: „У нас спецоперация ГРУ, идите к себе и не высовывайтесь. Не то вам будет хуже!“».

Абдурашид:

«Мы их разыскивали более двух месяцев. Были слухи, что они на Ханкале. Остальные из задержанных, которых выпустили, были найдены недалеко от Ханкалы».

Магомед Магомадов:

«24 февраля я был в дачах вместе с комиссией. Там был и прокурор Чернов, и сотрудники республиканского УВД, прокуратуры, представители от грозненско-сельского УВД, сотрудники мурманского ОМОНа, который дислоцируется на «Минутке». Там был и советник Кадырова Садуев Кудуз, и замначальника Старопромысловского ВОВД Алиев Шаран. Все они видели, что по следам «Уралов» можно найти массу трупов.

Чернов сначала возмущался тем, что все это начали, потом сказал слова соболезнования. Он делал видеосъемку.

Там мы видели другие трупы. Мы прошли дальше от того места, где лежали трупы наших родственников.

В том месте, где лежало тело Метаева Одеса, было еще два трупа. Они были полностью съедены. Я видел около 10 трупов. Некоторые из них были заминированы».

Обозреватель «Новой газеты» Анна Политковская будет отпущена в ближайшее время, заявил вечером военный комендант Чечни Иван Бабичев. Она находится в расположении одной из воздушно-десантных частей в с.Хатуни Веденского района.
             По его словам, «комендатура Чечни не имеет никакого отношения к задержанию журналистки».
             «Мне сообщили, что обозреватель «Новой газеты» была задержана на одном из постов одной из воинских частей в Веденском районе Чечни. Я дал поручение срочно разобраться и отпустить журналистку», — сказал комендант.
             По данным И.Бабичева, А.Политковская была задержана в связи с тем, что у нее «отсутствовали соответствующие документы, и машина, на которой она следовала, имела номера другого региона», а также она не зарегистрировалась ни в одном из пресс-центров ОГВ (с).
             Ранее главный редактор «Новой газеты» Дмитрий Муратов заявил в интервью радиостанции «Эхо Москвы», что А.Политковская была задержана военной комендатурой Чечни, где и находится в данный момент.
             «Она находится у них, и ее обещают выпустить завтра и проконтролировать, чтобы она безопасно добралась до Москвы», — сказал Д.Муратов, отметив, что о причинах задержания говорить пока трудно, все станет ясно после возвращения А.Политковской.
             Как сообщил в Фонд защиты гласности журналист «Новой газеты» Вячеслав Измайлов, в настоящий момент аппарат помощника президента Сергея Ястржембского и пресс-служба ФСБ принимают все необходимые меры по освобождению журналистки.
             Между тем Русский ПЕН-Центр потребовал немедленного освобождения А.Политковской. «Мы рассматриваем арест А.Политковской как вопиющее нарушение прав журналиста на выполнение своего профессионального долга, вопреки Конституции РФ и закону о СМИ», — говорится в заявлении ПЕН-Центра, распространенного в Москве вечером.
             По мнению авторов документа, «это также противоречит всем международным документам, связанным с правами человека, которые Россия подписала, вступая в Совет Европы».
             ПЕН-Центр потребовал от президента РФ Владимира Путина «выступить гарантом Конституции и незамедлительно указать на нарушение закона».
             После того как А.Политковская была освобождена, в интервью телеканалу НТВ она сообщила подробности своего задержания в районе чеченского с.Хатуни.
             По словам журналистки, она пришла в распоряжение 45-го полка федеральных войск в связи с тем, что к военнослужащим этой части были претензии у местного населения.
             «Я пришла на КПП 45-го полка, предъявила все свои документы, сказала, что хочу поговорить с замполитом, — сообщила А.Политковская. — Меня через некоторое время, проверив документы, провели туда. Там замполита не было, был человек, представившийся командиром. Мы с ним абсолютно все обсудили, никаких не было претензий. Я объяснила, что мне надо ехать в Гудермес. Он посоветовал, как сейчас быстрее туда добраться... После этого он же меня посадил в машину. Ровно через три минуты после этого на глазах у солдата, который меня сопровождал, меня задержали, сказав, что получен приказ сверху меня задержать».
             «Прошло много часов, наступила полная темень... Там был человек, который был старший по званию, он сказал: „А теперь я ее поведу на расстрел“... Он меня подвел в полной темноте к чему-то, и тут начался обстрел. Я думаю, что это был „Град“, но я не военный человек. Он мне сказал: „Кто не спрятался — я не виноват“, — рассказала А.Политковская.
             «Я считаю, что те люди, которые попались на моем пути, они просто не очень психически здоровы вследствие обстоятельств, в которых они находятся», — заявила обозреватель «Новой газеты».
             «Если ко мне, журналисту, такое отношение может быть у военных этого 45-го полка, который там находится, я просто теперь уверена, что все претензии гражданского населения по издевательствам к ним оправданны», — отметила А.Политковская.
             Анна Политковская связывает свое задержание в Чечне с тем, что она узнала о фильтрационном лагере, расположенном на территории 45-го воздушно-десантного полка Вооруженных Сил РФ вблизи с.Хатуни Веденского района Чечни.
             По ее словам, лагерь представляет из себя ямы, в которых содержатся люди. «Этим людям не предъявлено никакое обвинение, фактически это заложники, за которых требуют выкуп», — подчеркнула она. «Там создана жесткая резервация, в которой должны существовать, а скорее умирать, люди», — заявляет А.Политковская.
             Ранее об этом лагере не было ничего известно в связи с отдаленностью Веденского района от тех мест, где располагаются ведомства Владимира Каламанова и куда ездят представители европейских организаций, считает А.Политковская.
             Союз журналистов России выступил с заявлением по поводу задержания военными в Чечне корреспондента «Новой газеты» Анны Политковской, в котором называет произошедшее «чрезвычайным происшествием».
             Как подчеркивается в документе, А.Политковская, только за 2000 год совершившая в Чечню 19 командировок, была, в соответствии с положением, аккредитована при аппарате помощника президента РФ Сергея Ястржембского, а отсутствующая в ее документах «регистрация» при пресс-центре Объединенной группировки войск, в чем ее обвиняют некоторые чиновники, этим положением не предусмотрена.
             «Более того, начальник пресс-центра группировки в телеинтервью заявил, будто Политковская нарушила некие «правила поведения журналистов», установленные командованием, неясно на основе каких и кем предоставленных полномочий. Кстати, текст этих правил в редакции газет, командирующих своих сотрудников на Северный Кавказ, никогда не поступал», — отмечают руководители Союза журналистов.
             «Прокуратура уже успела объявить, что повода для вмешательства не находит, как она не находила такого и в предшествующих случаях задержания федеральными силами журналистов. Таких случаев за последний год было 15, включая скандальную историю с корреспондентом радиостанции «Свобода» Андреем Бабицким, ни на один вопрос по поводу которой общество внятного ответа так до сих пор и не получило», — подчеркивается в заявлении.
             А.Политковская — лауреат высшей награды Союза журналистов «Золотое перо России» по итогам 1999 года. В этом году она стала лауреатом премии «Журналисты против коррупции» и специальной премии «Доброе сердце», присужденной ей за работу по спасению грозненского дома инвалидов, защиту прав человека в условиях боевых действий, напоминается в заявлении Союза журналистов.
             «Задержание именно Политковской мы не можем не рассматривать как символ отношения к прессе, демонстративного пренебрежения к закону, попыткой заменить следования ему самодеятельными „правилами“ и „понятиями“», — заявили руководители Союза.
             Текст заявления подписали председатель Союза журналистов России Всеволод Богданов, генеральный секретарь Союза Игорь Яковенко, председатель Комитета по защите свободы слова и прав журналистов Павел Гутионтов.

Мэр Грозного Бислан Гантамиров заявил журналистам, что ежедневно в городе гибнет от 5 до 10 человек.

Сообщения СМИ

22 февраля

Недалеко от средней школы № 2 в г.Урус-Мартан взорвалась заложенная на дороге мина. Обстоятельства взрыва и причиненный им ущерб неизвестны. Но очевидцы утверждают, что после него российские военные, находившиеся поблизости от этого места, сразу же произвели обстрел кварталов города, прилегающих к школе.

В результате была ранена 50-летняя Айзан Хаджиева, мать шестерых детей. Пуля со смещенным центром раскромсала ей кишечник. Ее доставили в больницу, но после операции она прожила всего неделю и скончалась 1 марта.

Малика Майрукаева, у которой случился сердечный приступ, умерла в тот же вечер.

От обстрела пострадал и 70-летний Мовла Довлетов. В момент ранения он находился во дворе дома, где проходила похоронная цере­мония.

Около полудня российские саперы, осуществляющие проверку дороги Грозный—Шатой, открыли огонь из автоматического оружия по крайним домам на западной окраине с.Старые Атаги Грозненского (сельского) района.

Вертолет сопровождения, зависнув над населенным пунктом, обстрелял из крупнокалиберного пулемета мечеть и прилегающие к ней жилые кварталы.

Глава администрации Старых Атагов и местные жители, подъехав к саперам, попытались выяснить причину обстрела. После недолгих препирательств военные заявили, что из якобы проехавшего в сторону села автомобиля «Жигули» шестой модели белого цвета по ним был открыт огонь.

Очевидцы из числа местных жителей, однако, утверждают, что из машины, действительно въехавшей в село незадолго перед этими событиями, никаких выстрелов произведено не было.

С 1 октября 1999 года в Чечне на железных дорогах, проходящих по территории республики, саперы обнаружили и обезвредили 2186 различных взрывных устройств.
                Военные отметили, что наибольшая активность боевиков отмечена на участке железной дороги Гудермес—Аргун.

За месяц, который прошел с момента передачи в ведение Федеральной службы безопасности РФ командования т.н. контртеррористической операцией в Чечне, в республике нейтрализованы (т.е. задержаны и убиты) 72 активных участника ВФ ЧРИ. Эти данные привел начальник управления программ содействия ФСБ РФ Александр Зданович.

Сообщения СМИ

23 февраля

В ночь на 23 февраля в восточной части г.Урус-Мартан было задержано семь молодых людей. Их доставили в ВОВД Урус-Мартановского района. После допроса на следующее утро они были освобож­дены.

У с.Керла-Бена (госхоз «Дружба»), что находится на окраине г.Гудермес, на пути следования военной колонны неизвестными произведен подрыв фугаса. Согласно свидетельствам очевидцев происшествия, как минимум трое российских военных погибли.

На следующий день со стороны Ханкалы этот населенный пункт был обстрелян из артиллерийских орудий. Прямым попаданием снарядов частично или же полностью разрушено четыре дома. Одна местная жительница получила ранение.

На территорию сахарного завода в г.Аргун, сломав бронетехникой ворота, проникли военнослужащие одного из подразделений российской армии. Как впоследствии выяснилось, они прибыли из Ханкалы.

Местным жителям необходимость своего присутствия в городе они объяснили тем, что боевики якобы могли совершить «провокации» в память выселения чеченцев и ингушей в 1944 году. Очередная годовщина сталинской депортации приходилась как раз на этот день.

В ту же ночь военные открыли огонь из стрелкового оружия и гранатометов по многоэтажным домам, расположенным напротив сахарного завода. Затем, стреляя во все стороны и выкрикивая оскорбления в адрес местных жителей, ворвались в подъезды домов № 111, 119,  125, 127, 129 и 131 по ул.Сахарозаводская.

Военные, которые в большинстве своем оказались пьяными, стучались в квартиры, выламывали двери и, угрожая оружием, вымогали у хозяев деньги и золотые украшения. В одном из домов избили мужчину-инвалида. Было ограблено несколько квартир.

Успокоились они только к 6 часам утра 24 февраля. Все это время не прекращалась стрельба, и проживающие в большинстве квартир указанных выше домов люди вынуждены были лежать на полу, чтобы хотя бы таким образом защититься от пуль.

На следующее утро они написали коллективную жалобу на действия военных, после чего к месту происшествия приехал комендант города, а пострадавшие вызывались в прокуратуру для дачи показаний. Однако никто из виновников учиненного в Аргуне погрома так и не был наказан.

Примерно в 15 часов на северной окраине с.Гиляны Ножай-Юртовского района неустановленным лицом со стороны лесного массива был обстрелян блокпост, в результате чего получил ранение боец ОМОН Рязанской области С.А.Новосельцев.

Около 20 часов в с.Ойсхара (пос.Новогрозненский) Гудермесского района военные из местной комендатуры открыли огонь по автомобилю, в котором находились местные жители Саид-Ахмед Хасанович Арсакаев и Вахит Эскаров. Возвращаясь из соседнего с.Нойбера, они беспрепятственно проехали российский блокпост на трассе Ростов—Баку, но почему-то были обстреляны уже в черте населенного пункта.

Согласно рассказам очевидцев, у Саид-Ахмеда Арсакаева, получившего огнестрельное ранение, началось сильное кровотечение. Сидевший рядом с ним на пассажирском сиденье Вахит Эскаров стал звать на помощь. Прибежавшие на его крики жители Ойсхара обратились к военным, требуя, чтобы им разрешили забрать раненого. Однако стрельба не утихала. Более того, сотрудники комендатуры включили прожектора и в их свете продолжительное время производили одиночные выстрелы в разных направлениях. Как полагают очевидцы происшествия, они не могли не видеть, что и пострадавшие, и те, кто спешил на помощь, — исключительно мирные люди.

Несмотря на непрекращающийся огонь, несколько человек все же рискнули подползти к обстрелянному автомобилю. Они вытащили из салона раненого и так же ползком дотащили его до ближайшего дома. Там истекающий кровью человек был переложен на носилки и затем доставлен в участковую больницу.

После оказания медсестрами первой помощи родственники пострадавшего стали искать ему квалифицированного врача, желательно — хирурга. Сначала обратились к односельчанину Хоже Бачалову, однако тот, сославшись на высокую температуру, отказался помочь. Другие врачи, к которым в ту ночь они также ходили, говорили, что боятся принять пациента с огнестрельными ранениями, если рядом не будет сотрудников российской комендатуры.

Пока родственники искали врачей, прошло более шести часов. И все это время у Саид-Ахмеда Арсакаева не прекращалось кровотечение. После 3 часов ночи 24 февраля он скончался.

У ПЦ «Мемориал» отсутствует информация о возбуждении уголовного дела по факту убийства этого человека. На момент смерти ему было 46 лет. Он имел четверых детей, его жена была беременна.

Во второй половине дня в семи километрах западнее Аргуна в результате обстрела неизвестными из лесополосы БТР федеральных сил двое военнослужащих получили ранение.

На кладбище в с.Новые Атаги Шалинского района (25 км южнее Грозного) разорвался минометный снаряд. На месте могилы Алауди Бахаева, похороненного здесь, образовалась глубокая воронка. Жертв и пострадавших нет.

Вечером на окраине Старопромысловского района Грозного боевиками был обстрелян блокпост милиции. Как сообщили в Центральной военной комендатуре Грозного, в результате обстрела погибли два милиционера и еще один ранен.
                Как было установлено, обстрел производился из близлежащих 5-этажных домов, огонь велся из гранатометов и «продолжался более 10 минут».

Сообщения СМИ

24 февраля

Дачный поселок «Здоровье» недалеко от Ханкалы (площадь поселка приблизительно 1,5 км на 1 км) посетила комиссия, в которую входили прокурор ЧР Всеволод Чернов, представители МВД, администрации Ахмада Кадырова, сотрудники Грозненского (сельского) и Старопромысловского районных отделов внутренних дел. Гражданские лица, приехавшие сюда со всей республики в надежде найти останки пропавших родственников, на территорию дач допущены не были.

Сопровождавший членов комиссии Магомед Мусаев, отец опознанного и вывезенного отсюда тремя днями ранее шестнадцатилетнего Сайд-Рахмана Мусаева, утверждал, что видел на небольшом участке земли не меньше десяти припорошенных снегом трупов. Некоторые из них были заминированы.

С его слов стало известно, что в ходе осмотра дачного поселка прокурор Всеволод Чернов выразил возмущение оглаской факта убийства людей, совершенного «под боком у командования» российских войск в Чечне. Но и он вынужден был признать наличие здесь большого количества трупов.

Средства массовой информации и некоторые официальные лица из руководства РФ, однако, поспешили заявить, что находка в дачном поселке — это якобы «дело рук чеченских боевиков».

Факты же говорят об обратном: все трупы, опознанные на этот день родственниками и вывезенные для захоронения, принадлежали людям, задержанным российскими военными на блокпостах и во время «зачисток» населенных пунктов, в том числе и в период с декабря 2000 года по январь 2001 года.

Как сообщили в центральной военной комендатуре Грозного, по предварительной оценке там захоронено более двухсот тел. Однако через некоторое время сотрудники опровергли себя же: «полученные ранее сведения о почти 200 телах явно неверны — пока речь может идти о нескольких десятках».

Около 9 часов по с.Симсир Ножай-Юртовского района российские военные произвели артиллерийский обстрел. Получила ранение Д.Бурзаханова, местная жительница.

Сотрудникам ПЦ «Мемориал» стало известно о бесследном исчезновении жителя Грозного Рашида Абдулхамидовича Зузиева, 1953 г.р.

Его захватили около 5.45 11 июня 2000 года в д.165 по ул.Кирова в Октябрьском районе города. Сотрудники российских силовых структур были в масках, перед тем как ворваться в помещение, они забросали его дымовыми шашками.

По предположению родственников, Рашида Зузиева доставили в ВОВД Октябрьского района. Однако предпринятые «по свежим следам» поиски, многочисленные обращения в различные инстанции, в том числе и в упомянутый выше временный отдел, дальнейшей судьбы этого человека не прояснили.

В момент задержания он был одет в оранжевую рубашку и спортивные брюки синего цвета фирмы «Адидас».

По факту его похищения (ст. 126 ч. 2 УК РФ) 28 июля 2000 года прокуратура г.Грозный возбудила уголовное дело № 12097. Из-за «неустановления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого» (ст. 195 УПК РФ) 28 сентября того же года оно было приостановлено.

В Гудермесе во второй половине дня был задержан предположительно 26-летний Дукваха Ильясов, который оказал вооруженное сопротивление.
             Операцию по его задержанию возглавляли военком Гудермеса полковник Александр Павленко и заместитель начальника гудермесского РОВД Аюб Качилаев.
             Охранявший дом боевика снайпер тяжело ранил оперуполномоченного гудермесского РОВД, также принимавшего участие в операции.
             В тайниках в его доме позже был обнаружен целый арсенал оружия: противотанковые мины и артиллерийские снаряды, ручные гранаты и гранатометы, электродетонаторы и большое число патронов к автомату. В доме были также обнаружены наркотики.
             Боевик хранил у себя «десятки комплектов камуфлированной формы военного образца», а также 40 пар специальных темных очков, используемых в горах для защиты от слепящего солнца.

Сообщение СМИ

25 февраля

В 3.45 в своем доме (ул.Пролетарская, 90) в г.Урус-Мартан убит Муса Абубакарович Мадаев, 1952 г.р.

Еще вечером 24 февраля в этой части города активизировалось передвижение российских военных и сотрудников милиции. Именно по этой причине был снят пост из числа местных жителей, который обычно выставлялся на ночь недалеко от дома Мадаева.

Сотрудники российских силовых структур приехали на БТРе и «Урале» со стороны центра города, где размещаются комендатура и ВОВД Урус-Мартановского района. Техника остановилась на соседней, параллельной Пролетарской, улице. Из кузова автомобиля спрыгнули около десятка вооруженных стрелковым оружием людей. Их лица закрывали маски.

После этого «Урал» уехал к южной окраине райцентра, где дислоцируется группировка российских войск, состоящая из 245-го мотострелкового полка МО и подразделений ДОН-100 ВВ МВД РФ.

Сотрудники российских силовых структур огородами направились к домовладению Мусы Мадаева. Освобождая себе дорогу, они разрезали три изгороди из металлической проволоки. Без труда взломали дверь под навесом, отделяющую внутренний двор от огорода, и, взяв наизготовку автоматы, рассредоточились и заняли боевые позиции под окнами дома и во дворе. Затем попробовали открыть дверь в одну из комнат, расположенных под навесом. В ней спал хозяин дома.

По всей видимости, дверь поддалась не сразу. Находившийся в комнате человек проснулся от шума и сразу же постучал по трубе отопления. Это был условный знак, которым он обычно звал к себе членов семьи из помещений на другой стороне навеса. Потом он пошел открывать дверь.

Как только она открылась, российские силовики, не говоря ни слова, нанесли ему семь ножевых ударов, а потом перерезали горло. Муса Мадаев упал у порога дома.

Услышав удары по трубе системы отопления, проснулась жена убитого. Она подумала, что муж напоминает ей о корове, которая должна была отелиться. Однако, выйдя на улицу, она увидела автоматчиков. Испугавшись, женщина закрыла дверь и разбудила своих детей.

Пока те оделись и вышли на улицу, сотрудники силовых структур РФ покинули их двор. Как выяснится позже, они двинулись к месту, где сошли с «Урала», и ждали там минут 15–20, пока тот снова подъ­едет. Забрав их, автомобиль уехал в сторону центра г.Урус-Мартан.

По свидетельству Рамзана (имя изменено по его просьбе), хорошо знавшего Мусу Мадаева, до убийства его три раза задерживали, но потом отпускали. Вернувшись домой, он рассказывал друзьям и близким, что сотрудники спецслужб РФ в Урус-Мартановском районе предлагали ему сотрудничать с ними и что он, считая себя сторонником независимости Чечни, неизменно от этого отказывался. И действительно, в период вооруженного конфликта в 1994–1996 годах убитый организовывал митинги и демонстрации с требованием вывода российских войск. С осени 1999 года он отошел от активной деятельности, не принимал участия и в военных действиях.

О ходе следствия по факту убийства Мусы Мадаева его родственники ничего не знают. Неизвестно, возбуждено ли уголовное дело. Опасаясь возможного преследования, они не решаются требовать от силовых структур Урус-Мартановского района проведения объективного расследования преступления и наказания людей, его совершивших.

На дороге Грозный—Шатой недалеко от с.Старые Атаги Грозненского (сельского) района неизвестные попытались подорвать на фугасе российский БТР. Ни сама боевая машина, ни находившиеся на ее броне военные не пострадали.

Однако с места временной дислокации 205-й отдельной мотострелковой бригады вскоре окрестности населенного пункта были подвергнуты минометному обстрелу. Огонь в основном пришелся по юго-западной части Старых Атагов. Среди местного населения жертв не было, но серьезно пострадали домовладения семьи Бачаевых, Даудовых и Гайсумовых.

В Октябрьский РОВД г.Грозный сотрудники МЧС привезли три трупа, найденные в дачном поселке «Здоровье» недалеко от военной базы в Ханкале.

Руки и ноги на трупах были связаны веревками и проволокой. Глаза отсутствовали. Они или были выколоты при жизни, или скорее всего выклеваны птицами.

Кожа на щеках и руках убитых людей (от плеч и до кистей рук) была ободрана, виднелись кости. Лица почернели, за ушами имелись следы ожогов, полученные, возможно, во время пыток с применением электротока.

Один из трупов принадлежал жителю с.Алхан-Кала Исе Баудиновичу Лорсанову, увезенному российскими военными из своего дома 17 января 2001 года. В тот же день он был опознан женой по шраму на лице.

Басу Мусаева, разыскивающая своих похищенных братьев и племянника (рассказ записан сотрудником ПЦ «Мемориал» 27 фев­раля):

«25 февраля утром мы выехали в Ханкалу на заброшенные дачи, так как накануне вечером по НТВ было сказано, что там найдено массовое захоронение.

Я разыскиваю трех человек, которых 2 августа 2000 года забрали из дома в четыре часа утра солдаты из 41-го полка под командованием Дворникова. Это мои братья: Мусаев Муса Гихиевич, 1968 г.р., Мусаев Мовлади Гихиевич, 1966 г.р., а также Мусаев Зелимхан Абдул-Хамидович, 1977 г.р.

К 12 или 13 часам дня мы были у дачного поселка, но там уже было выставлено военное оцепление, там же была и комиссия из прокуратуры. Нас, двенадцать человек, даже не подпустили туда, объяснив все тем, что место заминировано. Ребята из чеченского ОМОНа нам сказали, что три трупа уже увезены в Октябрьский РОВД. Мы приехали туда и увидели их.

У одного трупа ноги были связаны проволокой, руки — веревкой. Другие трупы уже успели развязать, но следы от повязок были отчетливо видны, а веревки валялись рядом. Глаза у всех выколоты, лица черные, но не от грязи, а скорее всего от пыток электротоком. Кожа на щеках и руках (от плеч до кистей рук) ободрана до костей.

Хотя трупы были изуродованы до неузнаваемости, женщина, которая была с нами, узнала своего мужа. Она смогла это сделать по шраму на лице. Это был Иса Лорсанов, которого забрали из дома 17 января, как она рассказывала, около 12 часов дня. Труп был обморожен, мы подняли его, как столб. Позже от его отца мы узнали, что у него была прокушена нижняя губа (видимо, так он боролся с болью).

Эти трупы, завернутые в брезент, были обнаружены на обочине дороги ребятами из ополчения. Они были заминированы. Растяжку сняли ополченцы.

На второй день (26 февраля) мы поехали на Ханкалу вчетвером, попросили солдат пригласить саперов и заставили разминировать подвалы дач. Там был прокурор Грозненского района, следователь, судмедэксперт и чеченская милиция. Мы сами начали раскапывать. Во время раскопок мы обнаружили 15 трупов: трупы пяти молодых женщин (что женщины — молодые, эксперт определил по их зубам) и 10 — мужчин.

Мы хотели пойти туда и сегодня, 27 февраля, но военные не допустили на территорию дач ни прокурора Грозненского района, ни журналистов. Нам по секрету сказали, что в песчаном карьере тоже есть 15 трупов, это напротив дач. Но сегодня нас и туда не пустили».

К югу от с.Старые Атаги Грозненского (сельского) района, на трассе около моста, военными были обстреляны одна легковая и две грузовые автомашины КамАЗ. Причина обстрела неизвестна, а его результат — три убитых человека. Их личности установить не удалось.

26 февраля

Около полудня с угла д.155 по ул.Куйбышева в г.Урус-Мартан двое неизвестных обстреляли из автоматического оружия военный грузовик со спаренным зенитным пулеметом на борту. В ответ на это военнослужащие, находившиеся в автомобиле, открыли из пулемета огонь по дому.

По счастливой случайности находившиеся в комнате Айна Джамбулатова, 1932 г.р., и ее пятнадцатилетняя внучка Хава не пострадали. Но осколками разрывающихся пуль имуществу жильцов причинен ущерб, разрушены перегородки между комнатами. В результате повреждения газопровода, проложенного под карнизом, загорелся газ. Пламя от него вскоре перекинулось и на сам дом. После прекращения обстрела усилиями соседей пожар был ликвидирован.

Узнав об обстреле военного автомобиля, к дому приехали сотрудники районной комендатуры. Местных жителей, закончивших тушить пожар, они вывели со двора, а одного из них задержали. В самом доме военные произвели обыск, разбивая и переворачивая мебель и другое имущество. Командовал прибывшими на обыск сотрудниками комендатуры офицер в звании подполковника. Он приказал отогнать от дома всех людей и взорвать его.

Айна Джамбулатова, встав на колени, стала умолять офицера не делать этого, но военные поволокли пожилую женщину на улицу.

Когда соседи поняли, что дом собираются взрывать, они сообщили об этом в районную администрацию, прокуратуру и ВОВД.

Представители этих структур приехали к месту происшествия вместе с офицером, находившимся внутри обстрелянной машины. Но к этому времени все уже было приготовлено к подрыву.

Представители местной власти стали уговаривать подполковника не делать этого, но он в ответ утверждал, что у него имеется приказ военного коменданта района.

Его удалось убедить лишь после того, как в качестве доказательства, что стрельба велась не из него, были продемонстрированы автоматные гильзы, лежавшие на улице чуть в стороне от подготовленного им к взрыву дома.

В дачном поселке «Здоровье» недалеко от Ханкалы обнаружены трупы еще 15 человек. В это время там присутствовали родственники пропавших людей, съехавшиеся со всей Чечни.

Некоторые из трупов были заминированы, и, чтобы вывезти их на опознание, пришлось вызывать саперов. Из представителей власти в дачном поселке присутствовали прокурор Грозненского (сельского) района Чечни, следователь прокуратуры, судебно-медицинский эксперт и сотрудники РОВД.

Пять из обнаруженных трупов — женские, 10 — мужские. Некоторые из них опознаваемы. От других остались только скелетизированные останки.

Конечности трупов связаны веревками и проволокой, на глазах — повязки. Женщины, как выяснил судмедэксперт, были убиты выстрелами в затылок. На некоторых трупах мужчин следы огнестрельных ранений отсутствуют. По всей видимости, они умерли от пыток.

В ночь на 26 февраля в ст.Орджоникидзевская (Слепцовская) Сунженского района Республики Ингушетия задержан чеченец Умар-хаджи Хаяури, у которого изъято оружие и в отношении которого ведется проверка на предмет его причастности к вооруженным формированиям ЧРИ.
                Как сообщили в МВД Ингушетии, Умар-хаджи Хаяури был задержан сотрудниками Сунженского РОВД Ингушетии в результате оперативно-розыскных мероприятий.
                При досмотре у задержанного изъято гладкоствольное оружие с боеприпасами к нему, пять ножей кустарного производства, боеприпасы к автоматическому оружию и удостоверение сотрудника Министерства внутренних дел Чеченской Республики.

В Генеральной прокуратуре РФ состоялась встреча руководителей прокуратуры России с комиссаром Совета Европы по правам человека Альваро Хиль-Роблесом. Российскую сторону представлял первый заместитель Генерального прокурора РФ Юрий Бирюков, на встрече также присутствовал Главный военный прокурор Михаил Кислицын.
                Как отметил Ю.Бирюков, работа правоохранительных и судебных органов в Чечне осуществляется в сложной обстановке. Только за 2000 год на территории республики изъято 250 пулеметов, 2000 автоматов, 1600 гранатометов, 18 тыс. взрывных устройств, 4 тонны взрывчатки. Кроме того, сотрудники правоохранительных органов изъяли 1,5 тонны наркотиков.
                Касаясь расследования конкретных дел, прокуроры отметили, что на сегодняшний день по результатам проверок жалоб местных жителей на действия военных возбуждено 56 уголовных дел, 18 из них — об убийствах. В военные суды направлено 12 уголовных дел в отношении 18 военнослужащих.

Сообщения СМИ

27 февраля

Около 00.20 российские военные обстреляли из минометного орудия дом Али Аюбова, расположенный в с.Курчалой на ул.Северная. По имеющимся данным, никто из членов семьи этого человека не пострадал, хотя его дом был значительно поврежден.

В ночь на 27 февраля к дому Хусейна Бадуева на ул.Объездная в г.Урус-Мартан огородами, со стороны районной больницы, подошли российские военнослужащие. Их было не менее десяти человек.

На пути к дому из бесшумного оружия они застрелили собаку соседей Тайдаевых. Затем, ворвавшись в дом, схватили сына Магомеда Хусейновича Бадуева, 1980 г.р. Его мать, Табарик, попыталась этому воспрепятствовать, но ударом приклада в лицо была сбита с ног. Хусейна Бадуева все это время, приставив к виску ствол автомата, держали в другой комнате.

Хизир Даудович Исламов, 1956 г.р., сосед Бадуевых, услышав шум, вышел из своего дома и почти сразу же был убит. Он упал после первых двух выстрелов, однако военнослужащие затем произвели в него и контрольный выстрел. Звуки от них были очень слабыми. Видимо, применялось оружие с глушителем.

В нескольких десятках метров от места события несли ночное дежурство жители квартала. Заметив на улице вооруженных людей, они постучали по газопроводным трубам камнями. Для жителей Урус-Мартана это является сигналом тревоги.

Подойдя к дежурящим людям и угрожая оружием, военнослужащие заставили их встать на колени и не двигаться в течение десяти минут, а сами, уводя с собой Магомеда Бадуева, ушли в сторону боль­ницы.

На следующее утро труп этого человека, убитого выстрелом в затылок, обнаружили на территории городской санитарно-эпидемиологической станции.

На нем был бронежилет, рядом лежал автомат. При задержании он был в штатском. Никакого оружия ни у него самого, ни в его доме военные не обнаружили.

В 4 часа ночи неустановленными российскими военными, передвигавшимися на БТРах, на улицах с.Цоцин-Юрт Курчалоевского района была открыта беспорядочная стрельба из автоматического оружия. В результате были убиты два местных жителя: Ибрагим Исаевич Вахитаев, 1976 г.р., и Аюб Алиевич Бакаев, 1979 г.р.

У с.Чири-Юрт Шалинского района на блокпосту на мосту через р.Аргун российские военные задержали двух молодых людей. Их личности ПЦ «Мемориал» неизвестны. От очевидцев данного происшествия удалось только узнать, что они следовали на легковой автомашине ВАЗ-21099 в сторону Шатойского района. Когда их уводили, один из задержанных успел крикнуть в сторону проходящих по мосту людей, что они проживают в с.Борзой.

Российские военнослужащие не пропустили гражданских лиц, журналистов и представителей административных органов республики на территорию дач в районе Ханкалы. Это место было оцеплено бронетехникой.

С 21 февраля в течение нескольких дней работниками министерства по ЧС ЧР отсюда было вывезено 52 трупа, из них пять — женские. У восьми трупов имелись резаные раны шеи, а один был скальпирован. Опознано и захоронено четыре трупа.

В те же дни, по слухам, в песчаном карьере, почти напротив дач через дорогу на г.Аргун, обнаружено другое захоронение. Карьер в течение нескольких дней был оцеплен войсками, со дна слышались глухие звуки взрывов.

Как предполагают родственники похищенных людей, российские военные складывают под стенами карьера трупы и путем подрыва обрушивают на них тонны земли и гравия.

В Ленинском районе Грозного около часа длился бой милиционеров с участниками вооруженных формирований ЧРИ.
                Как сообщили в чеченских правоохранительных структурах, в результате нападения участников ВФ ЧРИ, которые применяли автоматическое оружие и подствольные гранатометы, девять милиционеров получили контузии.

Сообщение СМИ

28 февраля

На блокпосту между населенными пунктами Гехи и Урус-Мартан российские военнослужащие задержали двух братьев Хасиевых, уроженцев с.Валерик Ачхой-Мартановского района.

Их автомобиль был загнан на территорию блокпоста, а они посажены в яму. Женщины с проезжавших автобусов и автомашин попытались выяснить причину их задержания, однако были отогнаны выстрелами в воздух из стрелкового оружия.

Позднее удалось выяснить, что братья схвачены из-за совпадения их фамилии с фамилией человека, находящегося в розыске.

В г.Грозный сотрудники ПЦ «Мемориал» беседовали с теми, кто вывозил трупы из дачного поселка близ Ханкалы и проводил их судебно-медицинскую экспертизу. Согласно рассказам этих людей, абсолютное большинство обнаруженных к тому времени тел принадлежали жителям республики, казненным меньше года тому назад. Осмотр ряда из них дает уверенность утверждать, что убийство совершено от одного до трех месяцев тому назад. По словам наших собеседников, лишь одно тело принадлежало человеку, погибшему год назад или более.

Трупы имеют следы как огнестрельных, так и колото-резаных ранений. У некоторых из них имелись резаные раны шеи, отрезаны уши. На многих — следы выстрелов в голову. У абсолютного большинства руки были связаны, а на лицах или глазах имелись повязки.

В тот же день сотрудники «Мемориала» осмотрели тела, лежавшие в помещении МЧС (бывший склад) для опознания. На тот момент там находились останки 23 убитых людей (в том числе и трех женщин). Еще два тела были в помещении Октябрьского РОВД г.Грозный.

Таким образом, на 28 февраля были вывезены и осмотрены экспертом 25 тел. Еще 12 трупов, найденных на тот момент, продолжали находиться на территории дачного поселка у Ханкалы.

Сотрудники ПЦ «Мемориал» отметили, что у многих из них руки также были связаны. Как минимум у двух тел отрезаны уши. На лицах убитых имелись повязки. Не осталось никакого сомнения, что у Ханкалы были обнаружены жертвы внесудебных казней.

Достоверно известно, что среди них имеются трупы людей, задержанных сотрудниками российских силовых структур не во время боевых действий. Так, 28 февраля уже на территории МЧС в Грозном Сохрат Ильясовна Асхабова, жительница с.Орехово (Янди-Котар) Ачхой-Мартановского района опознала тело своего брата, Сайхана Ильясовича Асхабова, 1960 г.р. Он был задержан военными 14 августа 2000 года в 5 часов утра в с.Алхан-Кала и после этого исчез. В органах прокуратуры, куда обращались родственники этого человека все прошедшие месяцы, о его судьбе ничего сообщить не смогли.

На 10 часов утра уставшие от произвола и бесчинств российской армии жители с.Алхан-Кала Грозненского (сельского) района запла­нировали проведение антивоенного митинга. Однако накануне поздно ночью в село были переброшены дополнительные войсковые ­части.

Присутствие большого числа сотрудников российских силовых структур не остановило местных жителей — уже в 9 утра они стали собираться у деревообрабатывающего комбината (ДОКа). Затем несколько сот человек оттуда двинулись к центру села, но были остановлены военными, открывшими предупредительную стрельбу поверх их голов. На людей были нацелены и пулеметы БТРов. Российский офицер приказал своим подчиненным приготовиться к стрельбе на поражение. Собравшиеся на митинг люди вынуждены были разойтись.

После полудня в Алхан-Кале началась «зачистка».

У Яхи Солт-Ахмедовны Абдуллаевой, заслуженной учительницы, российские военные увезли двух сыновей.

Задержали и Арби Мутаева. Его мать болеет открытой формой туберкулеза.

К месту дислокации прибывших на «зачистку» военных был доставлен Ильяс Магомадов.

Причин захвата этих людей никто не объяснил. Когда же возмущенные люди решили пожаловаться в комендатуру, их туда не пропустили. Угрожая применить оружие, военные вынудили местных жителей вернуться назад.

Всего в этот и на следующий день в Алхан-Кале было задержано около 30 человек. Кроме одного, всех отпустили за выкуп. Некий Бараев, однофамилец полевого командира Арби Бараева, со слов жителей села бывший некоторое время пациентом Закан-Юртовского психоневрологического диспансера, увезен предположительно в Ханкалу.

О том, что происходило в Алхан-Кале, рассказывает председатель Совета старейшин села Малика Умажева:

«28 февраля с утра в селе должен был начаться митинг под лозунгами: «Вывод войск» и «Остановить кровопролитие». Но во втором часу ночи к нам зашли пешие федералы, как они сами говорили: 71-й и 72-й ханкальский, омоновцы и шамановцы. Их пересчитать было трудно.

А утром мы, человек 500 или 600, к 9 часам пришли в район ДОКа, чтобы пройти на площадь для митинга. Но этот район был оцеплен военными, они расположились в каждом квартале. Когда мы попытались пройти, нам приказали вернуться назад. Я попросила военных позвать старшего. Мне ответили, что его среди них нет.

— Но есть же кто-то из вас, кто отвечает за всю группу? — спросила я.

— Мы не хотим слышать ваши выступления, назад, назад, — такой был ответ.

Я пыталась их убедить, что назад мы пойти не можем, что у нас запланирован митинг. И тогда поверх наших голов они открыли огонь из автоматов…

Но мы не уходили. Я пыталась объяснить, что здесь, на территории Алхан-Калы, находится гражданский прокурор нашего района Азаренко Олег Владимирович, что мне надо с ним встретиться. Потом я просила их пропустить меня к главе администрации. В результате на нас навели дула пулеметов с БТРов и один, возможно старший из них, крикнул:

— Когда я дам команду открыть огонь, откроете по ним огонь.

Стволы были направлены на нас. Военные сказали, что глава администрации в курсе. Значит, нам ничего не остается, как развернуться и уйти. Мы отошли.

В этот же день с 12 часов в селе начались «зачистки». У нас проживает заслуженная учительница Яха Абдуллаева, онкобольная, только что выписалась из Ростовской клинической больницы. Она одна, без отца, вырастила двух сыновей. Парни-крепыши, 20 и 21 год. Солдаты стали забирать их. Мать была в полуобморочном состоянии.

Женщины обступили ребят, пытаясь хоть как-то защитить их. Женщин, естественно, раскидали, а парней забрали в бронированной машине. Я попыталась объяснить, что я председатель Совета старейшин двадцатитысячного населенного пункта, что я — второе лицо в этом селе, что я хорошо знаю эту семью и этих мальчиков. Сказала, что мать их заслуженная учительница, что она больна. Но…

Следующей для них оказалась семья Мутаевых. Там тоже больная мать, страдающая открытой формой туберкулеза. Дети в семье тоже туберкулезные. У нее забрали сына Мутаева Арби, сказав, что он могильщик (этот парень хоронит у нас всех умерших). «Я не знаю, как вы его называете, но он из бедной и честной семьи, в которой из отрубей делают лепешки и едят», — возразила я.

Тогда народ попросил меня, чтобы я возглавила их шествие или митинг. Мы пошли к комендатуре. Дальше переезда (железнодорожный) нас опять не пустили.

Дорогу перекрыли пьяные как бы представители ФСБ.

— Назад, иначе откроем огонь, — кричали они.

Надо сказать, что наших троих задержанных мальчиков привезли и отдали в этот же вечер. Двоих Абдуллаевых и Мутаева. Но на следующий день с рассвета они опять пошли по домам. Грязь не грязь — по ковру пошли в каждый дом. Забрали Магомадова Ильяса, соседского мальчика, выросшего на моих глазах, долгое время лечившегося от менингита. Сказали, что в паспорте нет какой-то регистрации. Правда, мы так и не поняли, какой, а они и объяснять не стали.

Там было около четырех или пяти полковников, подполковников. Я подошла к ним и попыталась завязать разговор. Я сказала: «Это геноцид, беспредел! Когда этому будет конец?..»

Я сказала им, что в Алхан-Кале находится семеро западных журналистов (честно, я и не знала, сколько их здесь, но мне сказали, что должны быть западные журналисты) и что содеянное вами станет достоянием всего мира, что я не успокоюсь, пока этого не расскажу.

В конце концов мне удалось встретиться с генералом, который представился Сергеем Николаевичем (фамилию не назвал). Я объяснила все ему и прямо спросила:

— Когда этому будет конец? Вы-то нас зачищаете, кто же нас зачистит от вас, от мародеров, от жуликов, от террористов и бандитов. Если в Чечне есть террористы — это вы их сделали. Каким образом?.. Убили сына — отец пойдет против вас, отца убили — его сын будет мстить. Если в начале войны только 30% ратовали за боевиков, то сейчас все 99% поддерживают Масхадова и боевиков, потому что люди лично убедились в том, что такое Россия. Мы же помним, как в 1994 году пьяный Ельцин сказал: «Мне нужна Чечня без единого чеченца». Народ Алхан-Калы понял, что все теперь идет к выполнению этого лозунга.

Генерал меня выслушал и сказал:

— Малика, даю слово, если ребята твои не в розыске — всех отпущу.

Но к вечеру военные начали диктовать условия: «Давайте, мол, оружие!..»

— Откуда у нас оружие? Вы же два дня копошились, ничего не нашли, откуда оно у нас, — говорила я и другие жители села.

— Нет оружия, дайте деньги, — отвечают.

Люди, по-видимому, дали деньги. Я не знаю, сколько, но дали. В общем, генерал уже не вышел к нам на встречу, и я через офицера попросила передать этому Сергею Николаевичу, что он не только не сдержал слово генерала, но и слово мужчины.

Я сказала еще, что наши чеченские парни никогда не пойдут взрывать дома там, где женщины и дети. Вина наших ребят лишь в том, что, когда легитимно избранный президент Республики Ичкерия во весь телевизионный экран призвал их: «Вставайте парни, отечество в опасности», они действительно вышли отстоять свою землю и людей и почему-то стали террористами.

За эти два дня военные забрали у нас около 30 человек. Но кроме одного, почти всех отпустили за выкуп. Остался один Бараев, психически больной человек, бывший пациент Закан-Юртовского психоневрологического диспансера. В связи с закрытием из-за военной обстановки этой лечебницы, он находился дома. Вот такого человека в невменяемом состоянии они и увезли.

Сегодня я была в прокуратуре района. Мне пришлось посетить главу администрации Грозненского района Джамалдаева Шадида, который обещал разобраться в случившемся, попасть в Ханкалу, поскольку нам сказали, что Бараев там, но туда нам не удалось добраться. Все село возмущено: разве можно задерживать психически больного человека!

По Асламбековской улице живет глухонемой парень. Федералы спустили на него собак. Истерзали парня, а у него в кармане было удостоверение, что он глухонемой с детства. Видели этот документ и все равно зверски расправились с парнем.

Почему нет судов, если наши парни совершают преступление? Почему идет самосуд над людьми?

С августа 2000 года у нас в Алхан-Кале раненых — бесчисленное количество, убитых мирных жителей — около 150 человек, 15 — без вести пропавших. Мы сейчас из Ханкалы привозим останки наших, узнавая их только по обуви и остаткам одежды. Давлетукаев Адам, ему 18 лет было. В ночь на 18 декабря рядом с селом взорвали мост. А утром Адам пошел, как зевака, пошел посмотреть на взорванный мост, а его там цап-царап и унесли. 21 февраля нашли его останки…»

Чеченское телевидение в вечернем выпуске новостей передало сообщение о том, что рано утром в центре Аргуна группа неизвестных лиц обстреляла автомашину УАЗ с военнослужащими. При этом, как утверждает телевидение, три человека погибли и двое ранены.

Сообщение СМИ

 



 

См. сообщение за 23 января 2001 г.

 

Уголовное дело № 24072 по факту «исчезновения» А.Абубакарова возбуждено 24 ноября 2000 г. по ст. 126 ч. 1 УК РФ («похищение человека»).
                Уголовное дело № 25028 по факту «исчезновения» Р.Берснукаева (по формулировке прокуратуры, «14 марта 2000 г. задержан сотрудниками УФСБ района, а затем пропал без вести») возбуждено 15 февраля 2001 г. по ст. 126 ч. 1 УК РФ («похищение человека»). Приостановлено согласно ст. 195 п. 3 УПК РСФСР («в случае неустановления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого»).
                Уголовное дело № 24071 по факту «исчезновения» И.Дубаева (по формулировке прокуратуры, «похищен неизвестными лицами») возбуждено 25 ноября 2000 г. по ст. 126 ч. 1 УК РФ («похищение человека»). Еще одно уголовное дело № 25138 по факту «исчезновения» И.Дубаева (по формулировке прокуратуры, «задержан 14 марта 2000 года в с.Мартан-Чу») возбуждено 27 октября 2001 г. по ст. 126 ч. 1 УК РФ («похищение человека»). На март 2002 г. находилось в производстве.
                Сведений о возбуждении уголовного дела по факту задержания и «исчезновения» Рамзана Алиясханова, Али Магомаева и Зураба Полтаева на март 2002 г. у ПЦ «Мемориал» не имеется.

 

Очень часто колонны, выводимые из республики, замыкают машины с привязанными сзади вениками, либо пучками травы и веток. Местные жители говорят об этом просто: «Заметают следы…»

 

См. выше.

 

9 июня 2001 г. прокуратура Грозненского (сельского) района возбудила уголовное дело № 19074 по факту похищения (ст. 126 ч. 2 п. «г», «ж» УК РФ) Г.Магомадова. Из-за «неустановления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого» (ст. 195 п. 3 УПК РСФСР), ровно через два месяца его приостановили.
                По факту похищения А.Шахмурзаева также было возбуждено уголовное дело (№ 19127, ст. 126 ч. 2 п. «г», «ж» УК РФ от 9 июня). Впоследствии и оно было приостановлено.
                Информации о возбуждении уголовного дела в отношении похищенного М.Зубхаджиева у ПЦ «Мемориал» нет.

 

Об этом со ссылкой на полковника Ахмеда Дакаева сообщил ряд сетевых СМИ.

 

См.: Условное правосудие: О ситуации с расследованием преступлений против гражданских лиц, совершенных представителями федеральных сил на территории Чеченской Республики в ходе военных действий 1999–2003 гг. М., 2003. С. 32.

 

Как сообщили в управлении информации МВД России, в ходе проведения спецоперации в районе с.Шалажи Урус-Мартановского района задержан Али Шабазов, который с 1999 г. являлся заместителем полевого командира Руслана Гелаева. По данным МВД, задержанный возглавлял юго-западное направление — от Черноречья до Ингушетии. Вместе с А.Шабазовым задержаны 11 боевиков.

 

Уголовное дело № 25306.

 

См. сообщение за 1 января.

 

См. сообщение за 15 февраля 2001 г.

 

В обращении жителей села, адресованном В.Каламанову, которое приводилось нами в сообщении за 19 января 2001 г., фамилии этих людей названы по-другому: Тохтаров и Мамаев.

 

Так иногда местные жители называют группировку российских войск «Запад».

 

Сведений о возбуждении уголовного или розыскного дела по факту незаконного задержания, похищения либо убийства Ахмеда Ицараева у ПЦ «Мемориал» нет.

 

О последнем см. сообщение за 13 февраля 2001 г.

 

Более подробно об убийстве А.Чимаева см.: Здесь живут люди. Ч. 1. С. 423–424.

 

В административном отношении этот населенный пункт в настоящее время объединен с Нижними и Верхними Курчали.

 

21 октября 2002 г. в Грозном была убита дочь Багаудина Абдусаламова, 30-летняя Елена Абдусаламова. 24 октября, ворвавшиеся в дом неизвестные вооруженные люди застрелили и его самого. В ту же ночь уже за селом была убита жена главы администрации Нина Ивановна Абдусаламова.

 

См.: Здесь живут люди. Ч. 1. С. 398.

 

3 декабря 2001 г. в аэропорту «Магас» в ст. Орджоникидзевская в Ингушетии неизвестный, подойдя на близкое расстояние, выстрелами из пистолета убил Лечу Мамацуева.

 

Благодаря журналистам дачный поселок, в котором были обнаружены трупы казненных людей, получил имеющий мрачный символический оттенок название «Здоровье». Этого наименования в дальнейшем будет придерживаться и ПЦ «Мемориал».

 

Подробнее см.: Здесь живут люди. Ч. 1. С. 459–464.

 

По факту незаконного задержания (ст. 127 ч. 2 п. «а» и «ж» УК РФ) трех жителей с.Алхан-Кала прокуратура Грозненского (сельского) района возбудила уголовное дело № 19018. Но случилось это лишь 28 февраля 2001 г., т.е. через семь с лишним месяцев после совершения преступления. Еще через два месяца — 28 апреля — согласно ст. 195 УПК РСФСР оно было приостановлено.

 

Более подробно о похищении и убийстве Сайхана Асхабова см.: Здесь живут люди. Ч. 1. С. 163–166.

 

См.: Здесь живут люди. Ч. 1. С. 476–477, а также приложение 1 в части 3 нашей хроники.

 

 



МАРТ

1 марта

В ночь с 28 февраля на 1 марта обстрелу подверглись окраины с.Танги-Чу Урус-Мартановского района. Огонь, предположительно из танковых орудий, велся с места дислокации подразделений, входивших в группировку российских войск в Чечне «Запад».

Как утверждают местные жители, в ту же ночь по району новостроек, что находится на окраине данного населенного пункта, авиация нанесла бомбовый удар.

Серьезные повреждения получили дома Рамзана и Асламбека Абубакаровых, а также Шамиля Дакаева, проживавших на ул.Школьная. Раненых и убитых среди жителей села нет.

Около 23 часов жители пос.Бутенко Старопромысловского района г.Грозный услышали автоматные очереди, а через некоторое время и взрыв. Затем послышался шум отъезжающей бронетехники.

На следующее утро пожилой мужчина (в целях безопасности он не назвался), проживающий на ул.Угольная, обнаружил у бетонного забора бывшего опытно-экспериментального завода «Электроприбор» раскиданные взрывом фрагменты тел четырех человек. На месте происшествия находились трое российских военных. Они остановили автомашину «Жигули» желтого цвета и поехали в сторону блокпоста на Старопромысловском шоссе у автобусной остановки «Загряжская».

Не назвавшийся мужчина вернулся домой и рассказал о том, что видел, жителям поселка. О случившемся стало известно и сотрудникам республиканских силовых структур.

К месту обнаружения останков людей выехали заместитель начальника Старопромысловского РОВД Руслан Касаев и следователи. Оказалось, что погибшими являются: Юнус Аюбович Хункурханов, 1955 г.р., и Сулим Бисултанов, 1957 г.р., проживавшие на ул.Угольная в пос.Бутенко, а также жители ул.Новая: Ваха Махадаев, 1979 г.р., и Анзор Мусаев, 1981 г.р.

Вскоре выяснились обстоятельства случившегося. 14-летняя дочь Сулима Бисултанова сообщила следователям, что у них имеется генератор тока и поэтому к ее отцу часто приходят местные жители, чтобы посмотреть телевизор и послушать новости. В тот вечер у него в доме находился сосед Юнус Хункурханов. Когда мужчины собирались пойти во двор покурить, с улицы послышались крики о помощи. Надев галоши, они выбежали за ворота. После этого раздались автоматные очереди и взрыв, видимо, из подствольного гранатомета.

Девочка рассказала, что через 15–20 минут после ухода отца и соседа послышался шум бронетехники и повторный, более сильный взрыв. По всей видимости, двое убитых — Ваха Махадаев и Анзор Мусаев — были ранее задержаны российскими военными, находившимися в засаде (практика ночных засад применяется в Чечне достаточно широко). Выбежавших на крики мужчин военные обстреляли, а затем вместе с уже захваченными молодыми людьми увезли к забору завода «Электроприбор» и там взорвали.

Останки четырех человек были раскиданы в радиусе 50–60 метров от эпицентра взрыва. По факту этого преступления было возбуждено уголовное дело, но вскоре предварительное следствие по нему приостановили на основании ст. 195 п. 3 УПК РСФСР «в случае неустановления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого»).

В чеченской столице правоохранительные органы обнаружили тела четырех местных жителей, предположительно расстрелянных неизвестными преступниками.
             Как сообщили в РОВД Старопромысловского района Грозного, тела были обнаружены на так называемом «участке кооператива», входящем в Старопромысловский район Грозного.
             По предварительным данным, смерть всех четверых мужчин-чеченцев наступила около 23.00. Неизвестные преступники поставили мужчин около стены ближайшего здания и расстреляли их из автоматов. По предварительным данным, уже по погибшим людям было произведено несколько выстрелов из подствольного гранатомета.
             Тем не менее все четверо погибших опознаны. Они являются жителями Грозного чеченской национальности, подчеркнули в РОВД.

Сообщение СМИ

Около 19 часов совершено нападение на супругов Никитенко, проживающих в г.Грозный по адресу: пер.Олимпийский, 4. Вслед за возвращавшимся с работы Павлом со двора в комнату его дома забежали трое вооруженных людей, одетых в темную одежду и маски.

Хозяин дома успел заметить в руках у неизвестных пистолеты с глушителями. Раздались выстрелы, и, почувствовав резкую боль в ногах, он потерял сознание. Когда пришел в себя, увидел, что рядом лежит его жена, Валентина. Женщина была мертва. Неизвестные дважды выстрелили в нее из пистолета, а потом добили ударом ножа в спину.

Павел и Валентина Никитенко — родители Дмитрия Никитенко, которого 18 декабря 2000 года неподалеку от своего дома пытались зарезать российские военнослужащие.

По поводу нападения на сына его мать обращалась в органы прокуратуры. Она неоднократно давала показания сотрудникам правоохранительных структур. Требовала объективного расследования и наказания преступников.

В результате немотивированного обстрела российскими военнослужащими центра г.Грозный, получил осколочное ранение обеих ног Руслан Ахмаев, 1942 г.р.

Во время обстрела он находился у себя дома, на ул.Дзержинского. Была ранена Людмила Саржевская, также проживающая в этой части города.

Около 17 часов недалеко от с.Саясан Ножай-Юртовского района российские военные обстреляли автомашину ВАЗ-21013 (А 479 АС 05/rus) и захватили находившихся в ней А.М.Татаева и И.Чаарова.

Задержанные были отвезены в расположение части, дислоцирующейся на юго-восточной окраине с.Энгеной. По непроверенным данным, на следующий день их отпустили.

20 марта 2001 года районная прокуратура согласно ст. 127 ч. 2 (незаконное лишение свободы) и ст. 167 ч. 1 (умышленное уничтожение или повреждение имущества) УК РФ возбудила уголовное дело № 35023. Спустя два месяца на основании ст. 195 п. 3 УПК РСФСР предварительное следствие было приостановлено.

С октября 1999 года в Северо-Кавказском регионе органами военной прокуратуры принято к производству свыше 800 уголовных дел о преступлениях, совершенных военнослужащими. Об этом сообщил Главный военный прокурор РФ Михаил Кислицын.
             По его словам, свыше 200 уголовных дел направлено для рассмотрения в военные суды, из них 12 дел — о преступлениях военнослужащих, совершенных в отношении мирных граждан.
             Всего, сказал М.Кислицын, по фактам правонарушений в отношении мирного населения возбуждено 58 уголовных дел.
             В общей массе преступлений, совершенных военнослужащими ОГВ, указал Главный военный прокурор, большинство составляют преступления небольшой и средней тяжести. Главным образом это уклонения от службы и неосторожное обращение с оружием.
             М.Кислицын сообщил, что на территории Чечни в ближайшее время будут созданы еще три новых военных прокуратуры. Данное решение принято «в связи с необходимостью усиления работы по поддержанию режима законности и правопорядка в войсках, предотвращению нарушений прав мирных жителей в ходе боевых действий».

Сообщение СМИ

2 марта

В с.Джалка Гудермесского района российские военные захватили тринадцать человек из числа местных жителей. Их имена: Имран Ташаев, Магомед Абаев, братья Данилбек и Саламбек Шепиевы, Аббас, Асламбек, Хасан, Алимсолта, Али и Хамзат Наибовы, а также Рамзан, Минкаил и Хабибулла Шовхаловы.

Родственники задержанных и односельчане оставались в неведении относительно причин происшедшего, пока по каналам российского телевидения со ссылкой на ФСБ РФ не объявили, что задержанные якобы являются «активными участниками банды, организовывавшей террористические акты» в окрестных населенных пунктах и на дорогах, которые их связывают.

Во второй половине дня в ответ на ложь спецслужб, около 300 жителей этого села вышли на митинг протеста. Они заблокировали движение по железной дороге и направили делегацию в Гудермес.

На следующий день более ста женщин пикетировали вход в администрацию ЧР, утверждая, что задержанные жители их села не совершали противоправных действий. С ними встретились заместитель представителя президента РФ в Южном федеральном округе Николай Бритвин и прокурор Всеволод Чернов. Оба чиновника вынуждены были признать, что в ходе операции в Джалке имелись явные нарушения. По данным пресс-службы пророссийской администрации республики, Николай Бритвин, в частности, заявил, что военные «со стороны» не имеют права заезжать в населенные пункты и проводить там «масштабные операции без ведома главы местной администрации и коменданта». Он пообещал начать расследование происшествия.

Жители поселка продолжали акцию протеста и в последующие дни. Так, более сотни женщин перекрыли движение на перегоне Гудермес—Грозный. В течение нескольких дней через Джалку не проследовал ни один поезд.

Тем временем прокуратура Чечни возбудила уголовное дело «по факту незаконного задержания», а ее руководитель лично отправился в Ханкалу, где содержались увезенные джалкинцы, чтобы проверить основания и обстоятельства их ареста. В итоге к 5 марта десять из тринадцати задержанных освободили. Все они, как выяснилось, были избиты.

Военные отказались отпустить Магомеда Абаева, Рамзана Шовхалова и Али Наибова. Участники акции протеста, ссылаясь на информацию главы администрации села, утверждали, что в месте содержания этих людей подвергали пыткам, требуя сознаться в несовершенном преступлении: хранении оружия и боеприпасов.

6 марта в полдень жители Джалки прекратили блокаду участка железнодорожного пути.

Из собственного дома в с.Танги-Чу Урус-Мартановского района российские военные похитили 32-летнего Лему Дудаева. В тот же день он был доставлен в место дислокации 245-го мотострелкового полка МО РФ и посажен в яму. В течение суток, что этот человек содержался там, его не раз поднимали наверх и жестоко избивали. Ему не задавали вопросов о боевиках, схронах оружия и т.д., из чего, как полагают родственники, можно сделать вывод, что захват был осуществлен исключительно из корыстных побуждений. И действительно, после уплаты 200 долларов США, не особо в этом препятствуя, военные отпустили Лему Дудаева.

Как рассказали родственники, после возвращения домой он долгое время не мог передвигаться. Первая помощь ему была оказана в сельском фельдшерском пункте, но местный врач не выдал справку о характере многочисленных ушибов и ран на теле этого человека. Свой отказ он объяснил боязнью за семью.

Около 4.30 российские военные взорвали автомобильный мост через р.Аргун. Он соединял села Новые и Старые Атаги и был построен местными жителями на собственные средства. Всего таких мостов там было три, но с начала второй войны они неоднократно подвергались разрушению. Происходило это, как правило, перед «зачистками».

Затем военные оцепили Старые Атаги по периметру. Для этого ими было задействовано несколько десятков единиц бронетехники, в том числе и тяжелой, большое количество автомобилей «Урал». Прибывшие на них военные стали рыть окопы. С наступлением рассвета они выдвинулись в село и произвели задержания нескольких местных жителей.

В частности, около 8 утра у себя дома ими были задержаны Авади Башаев, 1955 г.р., и Саид-Магомед Хамзатов, проживающие соответственно на ул.Солнечная и ул.Подгорная.

Первый из этих людей — участник прошлой «чеченской» кампании. Во время боев за Шатой в мае 1995 года он прикрывал отход участников вооруженных формирований ЧРИ и был тяжело ранен. С 1996 года до осени 1999 года занимал высокие посты в правительстве Аслана Масхадова. Некоторое время был заместителем начальника оперативного штаба по борьбе с хищениями нефтепродуктов. Во второй войне участия не принимал.

18 марта российские военные освободили Авади Башаева. Его выбросили из БТРа на окраине г.Аргун. После жестоких побоев он был не в состоянии самостоятельно передвигаться. Первую ночь заточения этот человек, как выяснилось, провел в расположении 205-й мотострелковой бригады МО РФ, затем был доставлен в Урус-Мартановскую военную комендатуру. Оттуда его переправили в Ханкалу, где подвергли интенсивному допросу с применением пыток.

Второй из задержанных в тот день — владелец автобуса «Икарус». На нем раз в две недели он возил пассажиров в Азербайджан. Именно это обстоятельство послужило основанием того, чтобы 5 марта в программах новостей двух российских телеканалов, ОРТ и РТР, Саид-Магомеда Хамзатова обвинили в поставках оружия, боеприпасов и наркотиков, а также в их хранении. Сами же события в Старых Атагах были охарактеризованы журналистами как «новые крупные задержания террористов в Чечне».

Со слов очевидцев стало известно, что документы задержанных были в порядке. Однако российские военные их не проверяли, обыски домов, где они проживали, не производились. В итоге Саид-Магомед Хамзатов вернулся домой 6 марта, уже на следующий день после объявления его «террористом».

В ходе «зачистки» российские военные занимались поисками оружия, якобы спрятанного боевиками в Старых Атагах. С этой целью они ворвались во двор к 60-летнему Шамсудину (Шаме) Шахгириеву (ул.Подгорная, 74). Как утверждают очевидцы, во время обыска ничего обнаружено не было. Тогда военные принесли из БТРа мешок с оружием и на глазах проживающих там людей и их соседей засунули в копну соломы. Потом стали снимать «изъятие оружия» на видеокамеру.

Сын Шамсудина Шахгириева, 26-летний Хусейн, погиб 30 октября 1999 года. В тот день он поехал в лес за дровами. На обратном пути при подъезде к селу его грузовик атаковал российский самолет. Выпущенной с него ракетой молодой человек был смертельно ранен. Прибывшие для обыска интересовались у его вдовы, двух детей и сестры, где находятся мужчины. Их там не оказалось, поэтому, ограничившись имитацией обнаружения оружия, военные покинули двор.

Подобным образом проводились обыски и в других местах. К примеру, во дворах Хамзатовых и Бачаевых производились видеосъемки спрятанного самими же военными оружия. Однако никто больше в тот день ими не задерживался.

В с.Новые Атаги Шалинского района осуществлен захват 18 подростков, выходивших после просмотра фильма из видеосалона. При этом российские военные применили оружие, в результате чего один из задержанных получил ранение ноги.

Случившееся вызвало бурное возмущение у местных жителей. Вместе с главой администрации села и руководителем ПОМ уже на следующий день они добились освобождения всех захваченных.

В 16.30 в г.Грозный на мини-рынке, расположенном на ул.Маяковского, совершено вооруженное нападение на трех российских военнослужащих. Один из них был ранен.

Нападавший Сурхо Айдамиров погиб во время перестрелки.

В результате беспорядочной стрельбы получила ранение и в тот же день скончалась в больнице 19-летняя продавщица Табарик Масаева.

Рассказ женщины, ставшей свидетельницей данного происшествия:

«2 марта у рынка остановились трое российских военнослужащих. Один из них остался в легковом автомобиле, за рулем которого находился местный житель. Двое других подошли к столам, чтобы купить сигареты.

Я с другими женщинами стояла метрах в трех от них и помню отчетливо, что произошло дальше. Из-за наших спин высунулась рука с пистолетом. Парень, лица которого мы не видели, трижды выстрелил в сторону покупавших сигареты русских и присел.

Военнослужащие легли на землю, а затем один из них крикнул, обращаясь к нам: «Ложитесь!» Мы бросились за киоски. После чего они открыли огонь из автоматов по парню. Военнослужащие убили его, сели в машину и через девятый блокпост, который находится на пересечении улиц Маяковского и Б.Хмельницкого, поехали в сторону старого аэропорта. Один из них был ранен.

Военнослужащий, который во время перестрелки оставался в машине, ранил Табарик Масаеву.

Остановив проезжавшую машину, мы отправили Табарик в больницу и стали быстро собирать со столов свои вещи. И в это время видим, что от блокпоста к рынку бегут российские военнослужащие. Заметив отъезжающую машину, они открыли стрельбу и кинулись вслед за ней. Но когда женщины закричали, что там находится раненая девушка, прекратили огонь. Только после этого они поинтересовались напавшими на военных людьми. Им казалось, наверное, что их много. Когда мы показали на убитого парня, они были даже разочарованы.

Военные пытались увезти с собой его труп, но к рынку подоспел местный ОМОН. Осмотрев мертвого парня, они узнали его адрес и имя, а затем отвезли его труп родственникам для захоронения.

Вернувшиеся из больницы женщины сообщили, что Табарик умерла. Ей было всего 19 лет, и она кормила всю свою семью».

В Грозном в помещении МЧС (бывший цементный склад) среди не менее чем 50 трупов, в том числе — и четырех женщин, найденных в дачном поселке близ Ханкалы, родственники опознали Магомеда Махдановича Мальсагова, 1977 г.р., и Уматгири Абуевича Эдильбекова, 1965 г.р., жителей с.Пригородное Грозненского (сельского) района.

На глазах у множества свидетелей днем 23 декабря 2000 года они были задержаны представителями российских силовых структур, после чего бесследно исчезли.

Сотрудники правозащитного центра «Мемориал» записали показания родственников этих людей сначала 2 марта в помещении МЧС и 12 марта в с.Пригородное.

Махдан Мальсагов, отец Магомеда Мальсагова (12 марта):

«23 декабря 2000 года в 10 часов утра мой сын, Мальсагов Магомед Махданович, 1977 г.р., приехал домой и сказал, что через час вернется. Поехал на машине с другом, с Эдильбековым Уматгири. Они поехали к брату, который живет в микрорайоне. Заехали к нему, сказали, что минут через двадцать вернутся, а потом через час поедут домой.

На улице Ноя Буачидзе их остановили. Те, кто их остановил, были на двух-трех машинах. Это видели те, кто продавал конденсат. По описанию, когда Магомеда вталкивали в УАЗик, он оказал сопротивление и его ранили в голову. Ранение, видимо, было огнестрельное.

УАЗик ударился о столб, сломался, у него потек радиатор. Тогда они остановили «Жигули» (шестой выпуск) темно-синего цвета. Это была машина мясника, он вез мясо. Они выкинули мясника, моего сына (по описанию очевидцев) посадили в эту машину и увезли. Он был ранен при задержании.

Об этом я узнал только через два дня. Мы думали, что он в микрорайоне у брата. Отец Эдильбекова Уматгири сказал, что наши сыновья пропали. Через четыре дня мы нашли их сожженную машину «Жигули» (10-й выпуск) метрах в 500 от улицы Н.Буачидзе. Узнали мы ее по оставшейся стамеске, которая принадлежала Эдильбекову. Местные жители сказали, что приехали какие-то люди на этой машине, а потом сожгли ее.

Потом торговцы конденсатом рассказали про мясника. Я поехал в Кулары, нашел этого мясника, Умара. Он сказал, что машину у него действительно забирали, потом вернули. Были они в камуфляжной форме, в масках, один без маски. Все вооружены. Когда машину вернули, в ней было много следов крови.

Мы продолжили поиски. Нам говорили, что они в Нальчике, в других местах. Я был и в Нальчике, и в Осетии, и в Пятигорске. Где я только не был! Искали мы два месяца и десять дней. Потом, когда на базе МЧС Рамзан Эдильбеков нашел труп своего брата, мы нашли труп своего сына.

А он мне раньше говорил, что если попадет, чтоб мы его труп не искали. Ни копейки не давали. Мы его опознали по одежде и по пальцам ног. У него был снят скальп, выколоты глаза, все ребра переломаны. Издевались, как могли!»

Рамзан Эдильбеков (2 марта, показания записаны на видеопленку):

«У меня пропал брат 23 декабря прошлого года. Его забрали, когда он проезжал на своей машине по улице Ноя Баучидзе. Причины его задержания я не знаю. Знаю, что те, кто его задержал, были в масках, в камуфляжной форме, на УАЗиках без номеров.

С тех пор мы ничего не знали о нем до сегодняшнего дня. Сегодня я опознал труп своего брата здесь, в МЧС».

Салман Курбанов, сосед Уматгери Эдильбекова (12 марта):

«Когда привезли Эдильбекова Уматгири, по лицу его нельзя было узнать, хотя я знал его очень хорошо. Я узнал его по одежде, особенно по свитеру, который он носил несколько лет подряд. На его теле было очень много следов пыток. У него было перерезано горло. Один зуб, кажется, выбит. Одна щека разрезана от рта до уха каким-то острым предметом. Может быть, ножом. Это не могло быть от зубов животного. Он небрит несколько дней до смерти.

Не было пяти ногтей на руках. Совершенно очевидно было, что ногти вырваны. Те, кто переносил тело, говорили, что ребра настолько переломаны, что тело как жидкое месиво. Видно били по почкам, по ребрам. Я уверен, что все эти раны нанесены при жизни, но кровь на ранах уже не могла сохраниться, потому что он пролежал месяца два».

3 марта

На базе МЧС среди тел, вывезенных с территории дачного поселка близ Ханкалы, родственниками были опознаны Нура (Зура) Сайдалиевна Лулуева, 1960 г.р., проживавшая по адресу: г.Гудермес, ул.Октябрьская, 41, и ее двоюродные сестры — Раиса и Марха Гакаевы.

Сотрудники неустановленной российской силовой структуры захватили всех этих женщин утром 3 июня 2000 года на ул.Моздокская в Грозном. На их крики из расположенной рядом закусочной выбежал Завалу Тазуркаев, 1960 г.р. Но люди в камуфляжной форме и масках задержали и его. Работавшая в закусочной родственница этого человека побежала за помощью к расположенному поблизости зданию РОВД. Однако прибывший на место происшествия наряд сотрудников чеченской милиции и сбежавшиеся мирные жители были рассеяны открытым членами группы захвата огнем из автоматов и пулемета.

Четырем задержанным людям они завязали глаза, надели на головы мешки, а затем закинули их в БТР и увезли в неизвестном направлении.

Очевидцы утверждают, что в тот день в этом районе Грозного проводилась какая-то специальная операция, поскольку люди в масках, передвигающиеся на БТРах, произвели и другие задержания.

Долгое время родственники похищенных ничего не могли узнать об их дальнейшей судьбе. Муж Нуры Лулуевой, Сайд-Альви Лулуев, писал письма военному коменданту ЧР И.Бабичеву, представителю президента РФ в Южном федеральном округе В.Казанцеву, прокурору ЧР В.Кравченко, главе администрации А.Кадырову, начальнику УФСБ РФ по ЧР В.И.Кадяеву. Не получив от них никакого ответа о том, кто похищал, куда увезли и где содержатся его жена и ее родственницы, он обратился в ПЦ «Мемориал».

28 июля 2000 года ПЦ «Мемориал» направил письмо (исх. № 133/00) на имя Генерального прокурора РФ В.В.Устинова, в котором просил возбудить уголовное дело по факту похищения четырех людей, если же такое уголовное дело возбуждено, то сообщить, в каком состоянии находится расследование. Ответ на него получен не был.

Между тем Сайд-Альви Лулуев сообщил, что уголовное дело № 12073 по ст. 126 ч. 2 (похищение человека) было возбуждено по его заявлению лишь через 21 день после подачи. Следствие ведет прокуратура г.Грозный. Однако следователь никаких действий по объективному расследованию происшедшего не проводил, свидетелей не опрашивал. 23 августа того же года якобы в связи с невозможностью установить виновных лиц (ст. 195 п. 3 УПК РСФСР) уголовное дело было приостановлено.

27 октября 2000 года сотрудники ПЦ «Мемориал» отправили на имя специального представителя президента РФ по обеспечению прав и свобод человека и гражданина в Чеченской Республике В.А.Каламанова письмо (исх. №159/00), в котором были приведены факты исчезновений и убийств людей, задержанных военнослужащими федеральных сил и сотрудниками МВД. В нем говорилось также и о крайне медленном и неэффективном расследовании преступлений органами прокуратуры. Среди множества других примеров в письме была приведена история захвата и дальнейшего исчезновения трех вышеупомянутых женщин.

8 декабря 2000 года прокуратура Чечни сообщила специальному представителю президента РФ, что «расследование данного уголовного дела находится на особом контроле в прокуратуре Чеченской Республики».

6 марта 2001 года в с.Нойбера (Суворов-Юрт) Гудермесского района состоялись похороны Нуры (Зуры) Лулуевой, Мархи и Раисы Гакаевых.

Около 11 часов в с.Старые Атаги Грозненского (сельского) района российские военнослужащие, приехавшие на БТРе с замазанными номерами, увезли из принадлежащего ему дома на ул.Почтовая 45-летнего Увайса Катаева. Во время задержания они избили женщин, пытавшихся им помешать. Желая запугать, открыли поверх их голов огонь из автоматов, затем взорвали несколько дымовых шашек.

6 марта задержанный вернулся домой. Сельчанам он рассказал, что все время содержался в здании ВОВД в г.Урус-Мартан. Там его жестоко избивали. За последнюю чеченскую кампанию этот человек дважды оказывался в руках сотрудников российских силовых структур. И оба раза — безосновательно.

Около 11 часов в пос.им.Калинина в Ленинском районе г.Грозный российские военные похитили Муслима Руслановича Айдамирова, 1981 г.р., и Шамиля Зиваевича Кадырова, 1978 г.р. По словам очевидцев, молодые мужчины, ехавшие за водой на автомобиле ВАЗ-2107 белого цвета (регистрационный номер С 295 ХК 95/rus), были остановлены на перекрестке ул.Мичурина и ул.Баумана. Военные проверили у них документы, после чего затолкали в БТР с бортовым номером 817 (по другим данным, 8179) и увезли в неизвестном направлении.

Через десять дней Шамиль Кадыров был освобожден. О том, где содержался, ничего определенного он не сказал (быть может, не захотел), однако не стал скрывать, что его пытали, добиваясь признания в участии в вооруженных формированиях ЧРИ.

По факту похищения (ст. 126 ч. 1 УК РФ) Муслима Айдамирова 20 июня 2001 года прокуратура г.Грозный возбудила уголовное дело № 11193. 20 августа 2001 года на основании ст. 195 п. 3 УПК РСФСР предварительное следствие было приостановлено. Родственники похищенного настояли на возобновлении уголовного дела. Постановление об этом было принято 5 февраля 2002 года. Однако уже через месяц его снова приостановили все по той же статье УПК РСФСР.

На начало 2004 года местонахождение молодого человека не установлено.

В Ленинском районе г.Грозный российские военнослужащие увезли из дома двух братьев — 25-летнего Хусейна и 22-летнего Юсупа (фамилия и точный адрес не называются по просьбе их родственников).

Матери, попытавшейся воспрепятствовать уводу братьев, военные предложили заплатить выкуп — 1000 долларов США и пригрозили расправиться с Хусейном и Юсупом, если кто-либо посмеет пожаловаться.

В тот же день женщина обратилась за помощью в Ленинский РОВД г.Грозный. Через некоторое время ей стало известно, что один из сыновей, возможно, все же был застрелен военными.

Несчастная мать собирает в мечетях Чечни деньги для выкупа оставшегося в живых сына. Например, в середине апреля она с этой целью посетила мечеть в с.Самашки Ачхой-Мартановского района.

В Грозном днем совершена серия убийств русских женщин.
                Как сообщили в центральной военной комендатуре Грозного, около 14.40 в своей квартире на ул.Мира (Ленинский район Грозного) была убита 72-летняя одинокая русская женщина. Оперативники, прибывшие по вызову на место преступления, обнаружили, что женщина убита выстрелом в голову.
                Практически через 20 минут, по словам представителя комендатуры, на ул.Мартовской в том же районе чеченской столицы у одного из домов был обнаружен труп другой женщины 63 лет, которая также погибла от огнестрельных ранений. Еще через несколько минут оперативная группа на соседней ул.Косуева обнаружила еще один труп женщины — 62-летней одинокой русской. Она также погибла от огнестрельных ранений.
                В комендатуре напомнили, что вечером 2 марта в том же районе Грозного в своей квартире была убита еще одна одинокая русская женщина в возрасте 84 лет. Ее обнаружили в собственной квартире связанной, с кляпом во рту. Она также погибла от огнестрельных ранений. В квартире, по свидетельству оперативников, было «все перевернуто вверх дном». По-видимому, считают в комендатуре, преступники «что-то искали».

Сообщение СМИ

4 марта

Днем российские военные, дислоцирующиеся в здании профессионально-технического училища (ПТУ) № 13, обстреляли жилой сектор пос.Мичурина (Октябрьский район г.Грозный). Ранения различной степени тяжести получили: Людмила Зайцева, 1977 г.р., Айтула Эльдарханов, 1956 г.р., и Абубакар Мадаров, 1989 г.р.

Жители г.Урус-Мартан, чьи родственники пропали без вести после задержания сотрудниками российских силовых структур, вскрыли захоронение на восточной окраине райцентра вблизи птицефабрики.

О его существовании стало известно от двух местных жителей. В конце февраля они случайно оказались свидетелями того, как российские военные на БТРе привезли сюда человека без одежды и обуви, а затем расстреляли. По их словам, его сначала сбросили на землю, а затем добили выстрелами из автомата в затылок и в сердце со стороны спины. Убитого военные бросили в яму, закидали ее ветками и присыпали землей.

Вырытый труп отвезли в Урус-Мартановскую районную больницу, где вскоре и опознали. Выяснилось, что он принадлежал Супьяну Хуцаевичу Хуцаеву, 1932 г.р., уроженцу с.Гехи Урус-Мартановского района, проживавшему там по адресу: ул.Шерипова, 54.

Убитый был задержан утром 26 февраля 2001 года. Сотрудники российских силовых структур подняли его с постели и, не позволив одеться, в трусах и майке посадили в кузов машины и увезли.

Родственники задержанного выяснили, что он находится в здании районной военной комендатуры в г.Урус-Мартан. У них была надежда на скорое освобождение, поскольку 13 февраля его уже задерживали «по подозрению в похищении женщины армянской национальности». Супьяна Хуцаева тогда отпустили через три дня, с синяками и ссадинами на теле после жестоких избиений, с разбитым лицом и двумя сломанными ребрами.

Показания Мархи, дочери Супьяна Хуцаева:

«Утром 13 февраля 2001 года российские военнослужащие ворвались в дом моих родителей, расположенный в с.Гехи на ул.А.Шерипова, 54, и, подняв с постели, увезли отца, Супьяна Хуцаева, 1932 г.р., инвалида, страдающего язвенной болезнью желудка. Военные не представились и не стали никому объяснять, в чем причина его задержания. На улице они грубо натянули отцу на голову мешок, затем посадили его в машину и увезли в неизвестном направлении.

Мы не знали, где искать его. Но через два дня пришел двоюродный брат отца, то есть мой дядя. Он рассказал нам, что военные, завязав глаза, повезли его на встречу с отцом.

Во время этой встречи мой отец сказал дяде, чтобы тот привез и отдал военным спрятанные в доме деньги в размере четырех тысяч долларов США. Мы передали эти деньги военным и в тот же день они привезли отца в Урус-Мартан и бросили в районе старого рынка. С помощью местных жителей он добрался домой.

Состояние отца было ужасное. Он был сильно избит. Били его, как он сам рассказывал, дубинками, прикладами автоматов, ногами и т.д. Требовали передать им 10 тысяч долларов и назвать фамилии 4 состоятельных односельчан.

Отца все время держали в каком-то подземном помещении, возможно, в подвале дома. Там находились еще двое молодых парней, которых военные также били и пытали. Они не видели друг друга, так как на головах у всех были мешки. Они могли только переговариваться.

Отец считал, что их держали где-то под селением Танги-Чу. Один из молодых людей, обращаясь к нему, сказал как-то: «Хоть бы тебя они оставили в живых, а с нами пусть будет все, что будет».

В тот же день голоса ребят умолкли, отец думал, что их забили насмерть: он слышал, как военные что-то волокли по земле.

Пытки и мучения продолжались два дня. Отец не выдержал, сказал, что готов заплатить, но у него есть всего четыре тысячи долларов, полученных им от продажи коров и автомашины «Нива». Он сказал, что эти деньги ему нужны были для вызволения сыновей, задержанных в Астраханской области. Руслан и Абубакар (по паспорту он Таир) десять лет жили там со своими семьями, занимаясь бахчеводством и разведением скота. Они имеют астраханскую прописку. Осенью 2000 года их арестовали сотрудники милиции, требуя, чтобы они признались в том, что являются боевиками. При этом били и пытали.

Военные согласились взять деньги и освободить отца. Через коменданта района генерала Г.Гаджиева они вышли на дядю и, позволив ему переговорить с отцом, дали три часа, чтобы тот привез деньги. Вот так отец вышел на свободу. У него были синяки и кровоподтеки на всем теле, оказались сломанными ребра; а руки опухли, так как долгое время были скованы наручниками.

Он отлежался и начал приходить в себя. Но 26 февраля на рассвете военные вновь нагрянули к нам домой. Они вытащили отца из постели и в нижнем белье, не дав ему даже одеться, увезли с собой.

Военные ничего не говорили, не отвечали на наши вопросы. Мою мать и сестру, которые попытались защитить отца, прикладами автоматов они отшвырнули в сторону.

Труп отца был найден 4 марта. Со слов людей, содержавшихся в это время в здании военной комендатуры Урус-Мартановского района, за день до этого он еще был жив.

Военные попытались спрятать труп отца в поле между селом Гойты и Урус-Мартаном. Однако двое молодых людей заметили бронетранспортер, съехавший в сторону от дороги. Они стали наблюдать за ним и вскоре увидели, как военные сбросили на землю человека, расстреляли его, а затем присыпали землей. Об увиденном они рассказали жителям Урус-Мартана.

В известность о случившемся были поставлены гражданские и военные власти района. На место расстрела были направлены саперы. Однако за разминирование могилы им пришлось заплатить 800 рублей. Когда могила была вскрыта, в ней оказался наш отец.

Труп был отвезен в морг больницы города Урус-Мартан. Мы забрали его оттуда, заплатив охранявшим морг военным 1000 долларов США.

Труп отца был изуродован, руки и ноги у него, как выяснилось при обмывании, были сломаны».

На центральном рынке г.Грозный погиб житель с.Гехи Урус-Мартановского района Сослан Айдамиров, 20–21 года.

Молодой человек оказался свидетелем того, как шестеро российских военных, взяв с прилавка продукты, отказались за них заплатить. При этом они в непристойной форме оскорбляли и унижали продавщицу. Попытки оказавшихся поблизости людей усовестить их ни к чему не привели, вооруженные грабители направились к выходу.

В это время к ним сквозь толпу пробрался Сослан Айдамиров и, достав пистолет, стал стрелять. Двое из военных были убиты, третий получил ранение и упал.

Услышав выстрелы, посетители и продавцы стали разбегаться. Трое оставшихся в живых военных спрятались за торговые ларьки и уже оттуда открыли огонь по напавшему на них молодому человеку. Тот же, достав второй пистолет, стал отстреливаться, однако вскоре был убит. Во время перестрелки получил ранение оказавшийся поблизости посетитель рынка. Его имя и адрес установить не удалось.

К месту стрельбы приехали сотрудники городской комендатуры. Они оцепили рынок и задержали пытавшихся выбраться наружу посетителей. ПЦ «Мемориал» не располагает сведениями, сколько человек были увезены и отпущены ли они впоследствии. Воспользовавшись суматохой, военные ограбили ларьки, брошенные в момент стрельбы торговцами. Забирали в основном спиртные напитки, сигареты и продукты питания. Затем, подобрав мертвых сослуживцев и раненого, уехали. С собой они увезли и труп убитого молодого человека.

Родственники узнали о гибели Сослана Айдамирова в тот же день. Незамедлительно выехав в Грозный, они предприняли попытку забрать труп для захоронения. Однако у них потребовали сдать за это три автомата. Взять выкуп деньгами военные отказались.

На поиски запрашиваемого оружия родственникам убитого потребовалось два дня. Через посредников они купили его у российских же военных.

Около 18 часов в с.Девлетгирин эвла (Толстой-Юрт) Грозненского (сельского) района российские военные обстреляли автомобиль «Жигули». В нем находились два местных жителя. Оба они погибли.

Одного из убитых звали Джамбулатом Дендиевым. На момент смерти ему исполнилось всего 32 года. Известно, что второй — его сверстник.

В ст.Орджоникидзевская (Ингушетия) состоялся съезд вынужденных мигрантов из Чечни. В его работе приняли участие представители различных регионов этой республики, а также члены правозащитных, миротворческих, культурно-просветительских и общественно-политических организаций («Эхо войны», «Лам», Общества российско-чеченской дружбы (ОРЧД), Национального олимпийского комитета) и т.д. В качестве приглашенных прибыли сотрудники ПЦ «Мемо­риал».

В актовом зале Сунженского районного дома культуры присутствовало более 200 делегатов. На съезд приехали и известные в России общественные деятели: Лев Пономарев, председатель Комитета антивоенных действий, Абдулла и Лейла Хамзаевы, защитники потерпевшей стороны в деле по обвинению полковника Юрия Буданова в похищении и убийстве жительницы с.Танги-Чу Урус-Мартановского района Эльзы Кунгаевой, совершенном в ночь на 27 марта 2000 года.

Не приехали на съезд заранее приглашенные организаторами помощник президента РФ Сергей Ястржембский, заместитель начальника Генерального штаба МО РФ генерал-полковник Валерий Манилов и глава пророссийской администрации ЧР Ахмад Кадыров.

Первым перед делегатами выступил председатель оргкомитета съезда Руслан Бадалов. В своем докладе он назвал ситуацию с соблюдением прав человека в Чечне, как не имеющую аналогов в современной истории. По его словам, российские военные ведут себя с проживающими там людьми как оккупанты, главная цель которых жесточайшими методами подавить любой намек даже на ненасильственное сопротивление. Он предложил, чтобы правозащитные группы и организации, действующие пока разрозненно, объединили свои усилия в деле защиты попранных прав и свобод жителей Чеченской Республики. Вновь созданная сильная и авторитетная организация, как от­метил выступавший, могла бы предложить методы ненасильственного сопротивления «убийцам и похитителям в российской военной форме»…

С содокладом на трибуну поднялся Имран Эжиев, руководитель регионального отделения ОРЧД. Он, в частности, сказал, что чеченским правозащитникам и общественным деятелям необходимо активно противодействовать «образу врага» в лице чеченцев, создаваемому средствами массовой информации РФ.

В прениях по докладу выступили Фатима Газиева («Эхо войны»), юрист Абдулла Хамзаев, Станислав Дмитриевский (ОРЧД), Нина Давидович («Армия спасения»), Джон Сорг (МККК), Саварбек Шадыжев, ингушское общественное движение «Даймохк», Валид Дагаев, народный артист России, Дик Альтемиров, председатель Ассамблеи общественно-политических партий и движений Чечни, и другие.

Все выступавшие отметили, что прекращению насилия может способствовать лишь прямые переговоры без предварительных условий между президентами РФ и ЧРИ В.Путиным и А.Масхадовым. Кроме того, необходимо активизировать работу по подготовке дел, связанных с преступлениями против гражданского населения, для их дальнейшей подачи в суды, в том числе и в Европейский суд по правам человека в Страсбурге.

Главным итогом съезда явилось создание «Чеченского комитета национального спасения». Его председателем избран экс-чемпион мира по вольной борьбе Руслан Бадалов. Принята резолюция, в которой от имени десятков тысяч чеченских беженцев участники форума потребовали от российского руководства:

1. Прекратить военные действия и незаконные акции в отношении мирного населения Чечни, прекратить «зачистки» и похищения людей, практикуемые сотрудниками российских силовых структур;

2. Начать переговоры с легитимно избранными представителями народа республики, в лице его президента и представителей парламента, при участии международных наблюдателей;

3. Обеспечить механизм объективного судебного разбирательства по фактам правонарушений в отношении мирного населения;

4. Предпринять меры по розыску и освобождению всех без вести пропавших и насильственно удерживаемых граждан Чеченской Республики.

Участники съезда обратились к судьям окружного военного суда в Ростовской области, где слушается дело полковника Юрия Буданова. В нем они просили не поддаваться на провокации со стороны сослуживцев и «экстремистских элементов», проводящих шумные сборища в поддержку обвиняемого. В обращении, кроме всего прочего, сказано:

«Мы, чеченцы, не жаждем мести. Мы требуем справедливости. Мы не хотим наказания «героя России». Нам абсолютно не важно, кем был Юрий Буданов — «трактористом» или же только танкистом. Мы знаем, что каждый насильник и убийца согласно российским законам, несмотря на все его прежние заслуги, реальные или мнимые, должен быть наказан. И последнюю точку в определении его вины обязан поставить суд, а не генералы В.Шаманов, Г.Трошев и другие».

5 марта

В пос.Новые Алды Заводского района г.Грозный в результате подрыва на мине получил множественные осколочные ранения Саид Хасуев, местный житель.

В помещении базы МЧС ЧР в г.Грозный по остаткам одежды родственники опознали труп Ислама Хамзатовича Тазуркаева, вывезенный с территории дачного поселка близ Ханкалы за неделю до этого, еще 28 февраля.

Ислам Тазуркаев, 1968 г.р., житель пос.Новые Алды, был задержан в Октябрьском районе г.Грозный на дороге от площади «Минутка» по направлению к ул.8 Марта. Случилось это в то время, когда он ехал в автомашине, в которой, кроме него самого, находились его родственники.

Вытащив из салона, российские военные надели ему на голову мешок и затолкали в люк бронемашины. Больше никто живым его не видел.

С жалобой на действия военных, родственники похищенного обратились в прокуратуру Грозного. В бюро Владимира Каламанова, специального представителя президента РФ по соблюдению прав и свобод человека и гражданина в Чечне, куда они подали заявку на розыск, им также обещали всемерное содействие.

Не ограничиваясь обращениями в официальные инстанции, родственники задержанного, используя для этой цели посредников, предпринимали неоднократные попытки найти его на базе в Ханкале. Но и эти поиски закончились безрезультатно, хотя имелись веские основания подозревать, что тот содержится в одной из ям на ее территории.

Как свидетельствуют очевидцы опознания, у Ислама Тазуркаева отсутствовало лицо, а верхняя часть черепа была снесена, возможно, разрывной пулей или взрывом снаряда подствольного гранатомета. При традиционном обмывании тела перед похоронами из головы убитого, точнее, из того, что от нее осталось, выпала пуля от пистолета «Макарова». А на пластиковом мешке, в котором находился труп, найдена этикетка, на оборотной стороне которой, видимо работниками МЧС, были выведены цифры: 401, 10, 26.02.01.

Чтобы вывезти тело убитого с территории МЧС, его родственникам пришлось взять в прокуратуре справку следующего содержания:

«Прокуратура РФ г.Грозного. 6.03.01 дана Тазуркаеву Хамзату Ахматовичу в том, что ему разрешено вывезти труп Тазуркаева Ислама Хамзатовича для дальнейшего захоронения в пос.Алды.

Справка дана для предъявления на блокпостах. Следователь прокуратуры Хасиев У.А.».

На блокпосту «Южный» между селами Чири-Юрт и Дуба-Юрт Шалинского района был ранен в плечо и ногу, а после этого задержан Сайд-Хусейн Лечиевич Такаев, отец троих детей.

Вместе с Сулейманом Исламовым и еще одним односельчанином он ехал из Чири-Юрта к себе домой в с.Дуба-Юрт. Военные на блокпосту его знали и, не спрашивая документов, пропускали. Поэтому, выйдя из машины и попросив товарищей отогнать ее за территорию блокпоста, он сам двинулся к ним навстречу. Однако на этот раз там были другие военные, которые без предупреждения открыли огонь и ранили его.

Военные сами погрузили Сайд-Хусейна Такаева на БТР и отвезли в Шалинскую районную комендатуру. Уже оттуда он был переправлен в больницу.

В ту же ночь в палату, в которую его поместили, вошли российские военные в красных (краповых) беретах. Грубо оттолкнув технического работника и оборвав капельницу, они вынесли раненого на улицу и увезли в неизвестном направлении.

В поисках пропавшего его родственники побывали в Ханкале, в фильтрационных лагерях на станции Червленая-Узловая и в Чернокозово. Органы власти Чеченской Республики, к которым они обращались, ничем не смогли им помочь. Более того, военный комендант Шалинского района Геннадий Нахаев заявил, что сумеет что-либо сделать только в том случае, если труп обнаружится в Ханкале. Но для этого ему потребуется тысяча долларов США и автомат.

Ночью российские военные увезли из их дома на ул.Мельничная в с.Цоцин-Юрт Курчалоевского района Хусайна Абдулвахитовича и Хасайна Абдулвахитовича Темирсултановых, соответственно 1952 и 1956 г.р., и Мовлди Хасайновича Темирсултанова, 1981 г.р.

Родственникам неизвестна причина, по которой было произведено задержание. Единственное, что они могут сказать уверенно, так это то, что военные были на БТРах, автомобилях «Урал» и УАЗ. Они не сообщили, к какой силовой структуре принадлежат и куда собираются доставить этих людей.

Темирсултановы в военных действиях на территории Чечни не участвовали. Не были они связаны и с боевиками.

Жители села поехали в военную комендатуру района. Но установить местонахождение похищенных ни тогда, ни после им не удалось. Все силовые структуры района и республики отрицают свою причастность к данному преступлению.

В своих поисках родственники не оставили без внимания правозащитные и общественные организации. Они отнесли заявление даже в группу содействия ОБСЕ, находившуюся в с.Знаменское (чеч. — Ч1ург-Юрт) в Надтеречном районе Чечни. Единственное, что им удалось — это заставить прокуратуру возбудить уголовное дело. Но и это случилось лишь 14 августа, более чем через пять месяцев после бесследного исчезновения указанных выше людей.

В Чечне боевики обстреляли колонну федеральных сил, один военнослужащий получил ранение.
             Как сообщили в штабе Объединенной группировки войск на Северном Кавказе, инцидент произошел в г.Аргун во второй половине дня. Колонна двигалась в пункт постоянной дислокации, когда на пути следования она была обстреляна из подствольных гранатометов и автоматического оружия.

Сообщение СМИ

6 марта

В г.Шали в 6.15 российские военные в масках, среди которых, возможно, были и чеченцы, увезли из д.10 по ул.Заречная Исмаила Лечиевича Исаева, 1964 г.р.

Автомобили «Нива» белого цвета и УАЗ, на которых приехали похитители, по словам очевидцев происшествия, уехали в сторону с.Герменчук Шалинского района.

После 10 часов в лесу возле ст.Нестеровская (чеч. — с.Г1ажарийн-Юрт) (Республика Ингушетия) российские военные вертолеты обстреляли сборщиков черемши, в большинстве своем женщин и детей.

По словам очевидцев и пострадавших, над местом, где они, со­бравшись в большую группу, работали, появились два вертолета МИ­24. Заметив их, боевые машины стали кружить вокруг на низкой высоте. Обеспокоенные люди махали руками и платками, пытаясь дать понять, что они занимаются вполне мирным и обычным в это время года делом. Тем не менее один из вертолетов вскоре завис на некотором удалении от сборщиков черемши и выпустил в их сторону ракеты, которые упали в лесу метрах в 200 от работавших и там взор­вались. Хотя никто не пострадал, началась паника. Люди стали разбегаться. В это время второй вертолет, снижаясь, а потом снова поднимаясь вверх, открыл огонь из пулеметов. Была легко ранена одна из сборщиц черемши.

Около 15 часов в г.Грозный на мосту по ул.им.А.Авторханова (бывшая В.Ленина) на неизвестном взрывном устройстве подорвался автобус, следующий по маршруту № 7. Сразу же после этого место происшествия оцепили российские военные. Желающие помочь пострадавшим не смогли к ним пройти, в результате чего водитель автобуса Мовлди Межиев, 1956 г.р., умер. У него была оторвана кисть правой руки, один из осколков попал в шею.

Остальных раненых отвезли в городскую больницу № 9. Среди них, в частности, были жена умершего водителя Киса Межиева, 1961 г.р., Хеда Хадисова, 1979 г.р., Асет Гишаева, 1963 г.р., и Джалавди Исаков, 1956 г.р.

На базе МЧС были опознаны трупы жителей с.Алхан-Юрт Урус-Мартановского района: Рустама Вахаевича Рисханова, 1973 г.р., Рамзана Вахаевича Рисханова, 1978 г.р., проживавших на ул.Гагарина, 35, и Тасу Ахмедовича Тимарова, 1978 г.р., Партизанский пер., 3.

В ночь на 10 декабря 2000 года, после того как накануне днем в Алхан-Юрте в результате взрыва начиненного взрывчаткой автомобиля погибли более 20 мирных жителей, они были увезены из своих домов сотрудниками российских силовых структур.

Прибывшие на задержание были одеты в камуфляжную форму, но не скрывали своих лиц под масками. Свидетели запомнили регистрационный номер микроавтобуса УАЗ-452 («таблетка»), на котором они приехали: 638 20/rus. Машина была бежевого цвета. Кроме того, в центре села и на одной из его окраин местными жителями были замечены два БТРа и автомобиль «Урал». Видимо, в них находились военные, прикрывавшие тех, кто осуществлял захват.

Родственников не известили о месте, где будут содержаться задержанные и в чем их обвиняют. И до последнего момента они надеялись, что те живы.

Однако 6 марта трупы увезенных из Алхан-Юрта молодых мужчин обнаружили на республиканской базе МЧС. Родственники сумели опознать их сразу, так как признаков посмертного гниения на них почти не было заметно.

Руки и ноги убитых были связаны веревками и перебиты во многих местах, на глазах имелись повязки. Рустаму Рисханову палачи отрезали нос, за его ушами отчетливо виднелись следы пыток электричеством. Горло Рамзана Рисханова было перерезано острым предметом, и, видимо, его также подвергали пыткам током. У обоих и у Тасу Тимарова сухожилия ниже колен были перерезаны.

Лица убитых обросли бородами, что является косвенным доказательством того, что некоторое время после задержания они еще были живы.

Вероятнее всего, засыпали известью и залили водой уже трупы.

По словам людей, некоторое время содержавшихся вместе с ними, Рустам и Рамзан Рисхановы и Тасу Тимаров находились в ямах на военной базе Ханкала.

Отец Рамзана и Рустама Рисхановых (показания записаны в с.Алхан-Юрт 10 марта):

«Моих сыновей арестовали военнослужащие в камуфляжной форме без масок. Они приехали на автомобиле УАЗ и «таблетке». Было их человек 15. На следующий день я узнал от односельчан, что были еще два БТРа и «Урал». Они остались в центре села и на его окраине.

Меня в ту ночь разбудила жена, сказав, что в доме находятся русские. Она попросила меня выйти. Я оделся и зашел к старшему сыну. В комнате, а в ней жил Рустам со своей женой и сыном 2 лет, стояли военные. В феврале, уже после ареста сына, у них родился еще один ребенок.

Я с военными поздоровался и спросил, что они делают в моем доме. В ответ те говорят, что у них какое-то донесение и что они арестовывают моих сыновей. Я спросил, есть ли у них ордер прокурора на арест. Один военный сказал: «Какой там ордер на арест?.. Война же идет!»

Мы старались выяснить, куда они хотят увезти сыновей. Но военные не сказали ничего определенного. Только один ответил, что они приехали с Октябрьской (г.Грозный) комендатуры. А на требование объяснить, в связи с чем их задерживают, мы услышали: «Ничего, допросим и отпустим». И все, они уехали.

В ту же ночь я хотел сообщить главе администрации села о задержании Рустама и Рамзана. Но потом решил его не будить.

Днем 10 декабря в село приехали следователи и другое начальство по поводу взрыва, который был 9 декабря. Мы написали заявление. Сообщили, что ночью забрали наших сыновей. Со мной написал и Тимаров. Их Тасу арестовали в ту же ночь. Мы написали заявления главе администрации района Ш.Ясаеву, коменданту Гаджиеву и прокурору.

Я обращался и в комендатуру Октябрьского района г.Грозного. Но там никто правду не сказал. Но по секрету нам сообщили, что в ту ночь к нам приезжала группа из Ханкалы. Они взяли подмогу у них, затем поехали в Алхан-Юрт. И, когда возвращались, оставили эту подмогу в Октябрьской комендатуре, а сами с задержанными направились в Ханкалу.

Один мой односельчанин тоже рассказал, что ночью, когда задерживали Рустама, Рамзана и Тасу, «федералы», выезжая на бакинскую трассу (трасса Ростов—Баку), повернули в сторону Грозного, а не в сторону Урус-Мартана.

Ребят мы искали повсюду. Жена ездила и в Гудермес, но безрезультатно. Через некоторое время до нас дошел слух, что из Ханкалы вышел на свободу парень с 36-го участка (Старопромысловский район г.Грозный), который там находился с нашими парнями. Мы послали к нему человека и узнали, что его выкупили за 1000 долларов. Кроме того, у него военные отобрали новую машину, «шестерку».

Этот человек сказал, что спрашивал Рустама, где они сидят. Тот ему ответил, что в Ханкале. А на вопрос: «Почему ты так решил?», Рустам сказал: «Здесь большой шум, постоянно летают вертолеты».

Глаза у них все время были завязаны. Даже когда им давали какую-то похлебку, руки развязывали, но снимать с глаз повязку категорически запрещалось. Всех предупредили, если кто дотронется до повязки, получит пулю в лоб.

Тот парень с 36-го участка говорил, что спрашивал у Рустама, сколько времени они там находятся. Он ему ответил, что семь дней. Вместе с ними этот парень был после этого еще трое суток. На десятые сутки Рустам спросил у военных: «Когда нас отпустят?» Тот сказал: «Сегодня ночью». И действительно, той же ночью их вывели из ямы, которая, по всей видимости, была под палаткой.

…По трупам было видно, что их убили примерно два-два с половиной месяца назад. Это соответствует рассказу парня, которого выкупили.

Нам тоже говорили, что надо найти посредника и тогда за две тысячи долларов за каждого их можно будет выкупить. Мы деньги собрали. Но я сказал, что отдам их сразу же, как только приведут детей. Потом нам сказали, что сыновей нам покажут в Ханкале, если заплатим по 100 долларов за каждого, а потом дадут их выкупить.

6 марта жена с деньгами поехала в Ханкалу, а посредник на встречу не пришел. Она вернулась домой, а тут уже лежали трупы детей. Их привезли из МЧС, с автобазы. Туда выезжал смотреть брат Тасу и его двоюродный брат. Мы их опознали по одежде. Трупы были изуродованы, переломаны конечности, отрезаны носы, уши. У одного перерезано горло.

После пыток, нечеловеческих избиений, убийцы раздели их, а потом, уже мертвых, засыпали известью и залили водой. Наверное, пытались сжечь тела.

Разве на такое способны люди?».

Алик, родственник Тасу Тимарова:

«…В ночь на 10 декабря вооруженные и в камуфляжной форме люди в масках и без них, приехавшие на двух «таблетках», увезли Тасу. Матери сказали, что его допросят и отпустят. Военные говорили, что приехали из комендатуры Октябрьского района Грозного. В центре села их ждал БТР. Тасу они вывели в спортивных брюках, без носков. Поставили под навесом. Один военный, производивший задержание, зашел в дом, взял куртку и отдал ему. На руки надели наручники и увезли его.

На следующее утро в село приехали комендант Чеченской Республики Бабичев, комендант Урус-Мартановского района Гаджиев, прокурор республики Чернов. Я лично выступил там по поводу задержания наших родственников. Тогда Бабичев сказал, чтобы мы написали заявление с указанием данных задержанных и передали Гаджиеву. Я написал заявление и в присутствии генерала передал его коменданту района, ожидая, что будет какой-то результат, если это говорит комендант республики, генерал.

На следующий день мы поехали в Урус-Мартан к Гаджиеву. Но результата никакого не было. Писали о происшедшем главе администрации республики А.Кадырову, но никто из властей нам не помог.

Тасу не был боевиком, никогда в жизни не ходил с оружием. Он был спортсменом. У нас в Алхан-Юрте есть футбольная команда «Алха». В ней Тасу был одним из лучших игроков. Почти все село его знало. Он не пил, не курил.

Труп мы нашли случайно. По НТВ показывали съемки, сделанные «Мемориалом», про захоронение у Ханкалы. Мы поехали в МЧС и нашли там трупы Тасу, Рустама и Рамзана Рисхановых. Мы привезли их домой для захоронения. Об этом сообщили в райцентр. Оттуда мы привезли участкового и одного эксперта из прокуратуры. Они осмотрели трупы, сделали съемки.

Убиты все трое жестоко. У них были отрезаны у кого нос, у кого уши, у кого и горло перерезано. Руки и ноги были связаны проволокой. На голове у Тасу было огнестрельное ранение. Ему выстрелили в лоб. Пуля прошла насквозь. Шея была переломана, так же как и правая нога».

Военнослужащие российской армии разобрали и увезли железобетонные плиты, из которых был сделан забор вокруг фруктохранилища в госхозе им.Мичурина Урус-Мартановского района.

До этого с сентября 2000 года военные разбирали отремонтированный бригадный дом, где разместилась контора госхоза, разрушили и разграбили весовую, весы, бригадный дом садоводческой бригады, домик сторожа, трансформаторную подстанцию. При артобстреле федеральными силами в декабре 2000 года рухнуло железобетонное перекрытие фруктохранилища площадью около 140 квадратных метров. Не разрушенных войной объектов теперь в хозяйстве не осталось.

Как сообщили в военной комендатуре г.Грозного, около 17 часов в Ленинском районе города при прохождении колонны был осуществлен подрыв радиоуправляемого фугаса под головной машиной УАЗ. Затем колонна была обстреляна из автоматического оружия и подствольных гранатометов.
                Сопровождавшие груз сотрудники милиции открыли ответный огонь. В результате подрыва фугаса и обстрела колонны четверо милиционеров получили ранения и госпитализированы, отметили в комендатуре.

Сообщение СМИ

7 марта

Получив сообщение о грабеже российскими военнослужащими зернохранилища госхоза «Горец» в Урус-Мартановском районе, на место событий выехали глава администрации г.Урус-Мартан Салават Гебертаев и заместители коменданта района полковник В.Кузнецов и С.­А.Янгульбаев.

На территории зернохранилища ими были обнаружены два БТРа (номер одного из них — Ч-232) и около тридцати военных, которые разбирали здание. На представителей комендатуры и администрации они не обратили особого внимания. Попытавшегося вмешаться Салавата Гебертаева грубо оборвали, причислив к «воюющей стороне». А находившийся там старший лейтенант даже пригрозил ему рас­правой.

По имеющимся сведениям, зерноток госхоза «Горец» грабили военнослужащие батальона внутренних войск, дислоцирующегося на территории бывшего объединения «Сельхозхимия».

В 6.30 в с.Махкеты Веденского района российские военнослужащие начали адресную «зачистку», в ходе которой были задержаны шесть местных жителей.

В тот же вечер по одному из каналов российского телевидения был показан сюжет о якобы состоявшемся аресте «финансистов и поставщиков оружия для Шамиля Басаева». Телезрителям демонстрировалась и «зашифрованная смета расходов на проведение террористических актов».

Но на самом деле в Махкеты арестовали директора местного госхоза Сайпуди Эдилова, 1948 г.р., и его брата, 50-летнего Салауди Эдилова — научного сотрудника Института народного образования, постоянно проживающего в г.Грозный. Были задержаны и трое других мужчин, не имеющих никакого отношения ни к войне, ни к действиям вооруженных формирований ЧРИ.

Кроме того, военные увезли из села Башту Магомадова, тестя Шамиля Басаева. Но ему далеко за 70 лет, и в силу этого он вряд ли мог быть «финансистом и поставщиком оружия».

Со слов местных жителей, свидетелей задержания, стало известно, что разрекламированная по телевидению «смета расходов на проведение терактов», в свою очередь, — всего лишь тетрадный листок с нанесенным на него планом хозяйственных построек и с указанием предполагаемых денежных затрат.

Задержание этих людей происходило следующим образом. На рассвете во двор к Сайпуди Эдилову вошли около 20 военных. С ними были журналист и человек, назвавшийся следователем. Военные устроили в доме и во дворе обыск, но, ничего не обнаружив, покинули домовладение. Через некоторое время они вернулись и подвергли досмотру хозяйственные постройки во дворе и комнаты дома. Все это время журналист производил видеосъемку.

Вскоре военные продемонстрировали ему якобы найденные пистолет и пачку патронов. Сайпуди Эдилов стал открещиваться от оружия и боеприпасов, заявляя, что их ему подбросили. Однако это не помогло: видеосъемка была произведена, а ему велели собираться.

Заодно военные задержали и приехавшего к брату на выходные Салауди Эдилова, пообещав отпустить его после того, как во всем разберутся.

Пистолет был подброшен и в дом Зерахи Темирханова.

В тот же день двое из задержанных, Сайпуди Абдуллаев и Ширвани Усамов, были освобождены. Остальных привезли в с.Хатуни и оставили в расположении воинской части. Через пять часов на вертолете их доставили в г.Гудермес.

Вскоре родственникам задержанных удалось выяснить, что операцию проводило специальное подразделение ГРУ. В ходе дальнейших поисков было установлено, что четверых махкетинцев переправили в Чернокозово.

Салауди Эдилов:

«7 марта я был задержан в селе Махкеты в доме брата, куда приехал из Грозного проведать своих родственников.

Рано утром к нам во двор зашли какие-то военные. Они порыскала по комнатам, но ничего не нашли. Через несколько минут военные вернулись и устроили повторный обыск. Они вытащили откуда-то пистолет и патроны, которые мы никогда в глаза не видели. Брат Сайпуди спросил, почему пистолет они не нашли сразу же, ведь они так тщательно осматривали это место. Но вопросы задавали не мы.

Меня военные взяли просто так, «чтобы уточнить кое-что».

В изоляторе временного содержания (ИВС) г.Гудермес нас держали до 30 марта, хотя по закону столько не положено. Но здесь пренебрегали этим правилом: некоторые из задержанных людей в ожидании своей участи находились там по два-три месяца.

Всего под стражей в ИВС содержались человек 80, все камеры были переполнены. В один из дней большую часть заключенных, около 70 человек, в числе которых был и я, срочно погрузили на машины и вывезли за пределы города. Продержав несколько часов на открытом поле, нас привезли назад. Со слов переговаривающихся надзирателей нам вскоре стало ясно, что приезжали с проверкой иностранцы из какой-то международной комиссии. Видимо, они были удовлетворены увиденным: ведь в камерах оставили всего 10 человек.

Условия содержания были плохие. В камерах не было ни матрасов, ни одеял. Спали мы на нарах из досок, вместо подушек использовали пластмассовые бутылки из-под воды. В сутки на каждого заключенного выдавали полтора литра воды, черпак супа (баланды) и несколько кусков хлеба.

В ИВС сидели семь или восемь женщин. Условия содержания у них были немного лучше.

По отношению к заключенным охрана вела себя грубо: военные ругались, сквернословили. Но до рукоприкладства не доходило.

30 марта нас перевезли в Чернокозово. Перед тем как отвести в камеры, дали помыться в бане. Я попал в камеру, где сидели 16 человек (14 чеченцев, русский и ногаец). Русского по фамилии Бутов из станицы Мекенская Наурского района посадили за кражу двух мешков муки. Условия содержания здесь были лучше, чем в Гудермесе. Сразу же выдали матрасы, подушки, одеяла.

7 апреля меня освободили из Чернокозово. Но перед этим посоветовали никуда не жаловаться, так как это бесполезное занятие.

При освобождении сотрудники ФСБ пытались склонить меня к сотрудничеству».

Около 11 часов на окраине пос.Гикаловский Грозненского (сельского) района военными был задержан местный житель Микаил Мукуев, 1968 г.р.

По просьбе своего товарища он поехал на тракторе на окраину населенного пункта, намереваясь отбуксировать застрявшую в поле машину. Российские военные, проводившие рейд по задержанию перевозчиков нефти, не слушая объяснений, посадили его на БТР и повезли в сторону Ханкалы. Перед этим бросили гранату в кабину принадлежащего ему трактора.

По дороге военные задержали еще около десяти человек, занимавшихся перевозкой нефти. Одного из них, двадцатисемилетнего жителя пос.Черноречье, на глазах у других задержанных они расстреляли, а его труп, облив бензином, сожгли.

Остальные были доставлены в Ханкалу и помещены в подвал дома.

Среди задержанных оказались жители с.Чечен-Аул и с.Мескер-Юрт, пос.Черноречье. Там находились и отец с сыном. Некоторые из задержанных были избиты. Все подвергались издевательствам.

Некоторым из них военные стали угрожать расстрелом, стреляя под ноги и поверх голов из автоматов. Несколько человек даже вывели наружу и поставили у стены, имитируя расправу, затем вновь завели в помещение. Под конец всех заставили раздеться до нижнего белья и продержали всю ночь в воде.

Днем 8 марта Микаил Мукуев был освобожден. Однако ему не вернули кожаную куртку и тысячу рублей.

По имеющейся информации, оказались на свободе и остальные задержанные: военные отвезли их за пределы Ханкалы и оставили на дороге.

В с.Новое Солкушино Шелковского района обнаружены трупы трех российских военнослужащих с огнестрельными ранениями.

Сообщение СМИ

8 марта

В ночь на 8 марта в г.Грозный убиты Асланбек Аббасович Умаров, 1966 г.р., и его жена Яха, 1965 г.р. Они были хозяевами небольшого кафе, открытого в квартире одного из домов на просп.Победы.

Соседи обнаружили Яху Умарову лежащей у порога собственной квартиры, дверь от которой выходит на улицу. Видимо, она была убита ударом какого-то острого предмета в висок.

У Асланбека Умарова имелись раны на запястьях рук, верхняя часть туловища была покрыта большими пятнами засохшей крови. Убитого, возможно, пытали. Его голова была обожжена до такой степени, что виднелись кости черепа.

Соседи утверждают, что в ночь убийства супругов Умаровых они слышали шум подъехавшего к их дому БТРа.

В ночь на 8 марта на ул.Кирова г.Урус-Мартан в вагончике, который был оборудован под компьютерную игротеку, сотрудники российских силовых структур застрелили Усмана Лом-Алиевича Сургуева, 1979 г.р., и Абубакара (Андарбека) Ахъядовича Ташаева, 1981 г.р. Там же, по неподтвержденным данным, были ранены два сотрудника российских силовых структур.

По словам военного коменданта района полковника Гейдара Гаджиева, убитые находились в розыске. Получив информацию о возможном местонахождении, они попытались задержать их. Но один из молодых людей, который якобы был вооружен пистолетом «Стечкина», открыл огонь. В ходе завязавшейся перестрелки оба они погибли.

Родственники убитых не согласны с такой трактовкой происшедших событий. Асет (имя изменено по ее просьбе) рассказала, что у Усмана Сургуева и Абубакара Ташаева не было оружия. Они действительно находились в вагончике, когда ворвавшиеся в него военные открыли беспорядочную, немотивированную стрельбу. Молодые люди почти сразу же были убиты. При этом выпущенные в их сторону пули насквозь прошили стену из фанеры и тонкого железа. В результате получили незначительные ранения и двое военных, находившихся снаружи в оцеплении.

Сотрудники силовых структур попытались взорвать вагончик, но заложенное в него устройство почему-то не сработало. Тогда, забрав с собой трупы, они уехали в комендатуру Урус-Мартановского района.

Весь следующий день перед зданием комендатуры стояли родственники убитых, требуя выдать их тела для захоронения. В ответ на это один из работников районной прокуратуры предложил совершить «бартер»: за каждый труп он запросил по пять автоматов. Получив категорический отказ, военные без каких-либо других условий тем же вечером выдали останки молодых людей.

Абубакар (Андарбек) Ташаев — младший брат автослесаря Мусы Ахъядовича Ташаева, 1975 г.р., похищенного предположительно сотрудниками военной комендатуры района. На рассвете 20 ноября 2000 года к д.100 по ул.Титова в г.Урус-Мартан, где тот проживал вместе с женой, на двух автомобилях УАЗ и грузовом «Урале» прибыли около 15 человек в камуфляжной форме и масках. Ворвавшись внутрь, они потребовали паспорт и, просмотрев его, увезли молодого мужчину в неизвестном направлении.

В тот же день поисками похищенного занялась его мать, Зейнаб Баталова. Она обратилась в администрацию и силовые структуры Урус-Мартановского района. Военный комендант полковник Гейдар Гаджиев категорически опроверг причастность своих подчиненных к задержанию Мусы Ташаева. Не принесли результата и обращения женщины в ВОВД и прокуратуру.

Однако 26 ноября к Зейнаб Баталовой обратился человек, который заявил, что действует от имени все того же военного коменданта района. Подтвердив информацию о задержании сына сотрудниками российских силовых структур, он сказал, что с ним якобы неплохо обращаются, и предложил передать ему теплую одежду. Женщина охотно это сделала. Но уже на следующий день ей стало известно, что сына уже переправили в Ханкалу. С этого времени следы Мусы Ташаева окончательно затерялись.

Мать пыталась попасть в Ханкалу, ездила в Чернокозово, снова и снова обращалась в силовые структуры района и республики, в бюро специального представителя президента РФ по соблюдению прав и свобод человека и гражданина в Чечне под руководством Владимира Каламанова. Написала письма в военную прокуратуру, министру внутренних дел и администрацию ЧР. Но все это, как выяснится позднее, было уже напрасно. Ее сын бесследно исчез. По факту его похищения (ст. 126 УК РФ) прокуратура Урус-Мартановского района возбудила уголовное дело № 25023. Случилось это лишь 18 февраля 2001 года. На начало 2005 года ПЦ «Мемориал» ничего нового о ходе расследования не было известно.

После 18.30 убита 20-летняя Зарета Сауева, проживавшая по адресу: г.Аргун, ул.Гудермесская, 95, кв.56. Как утверждают очевидцы, девушка возвращалась с рынка, когда российские военные, сидевшие на броне двигавшегося по дороге с большой скоростью БТРа, направили в ее сторону пулемет и открыли огонь.

Жители города утверждают, что эти действия не были ничем спровоцированы. Совершив преднамеренное убийство, военные скрылись в неизвестном направлении.

От полученных ранений, а всего в нее попали шесть пуль, Зарета Сауева почти сразу же скончалась.

На базе МЧС в г.Грозный среди останков людей, вывезенных из дачного поселка близ Ханкалы, была опознана Асет Эльбуздукуева, 1956 г.р.

Утром 3 июня 2000 года в ходе спецоперации российские военные увезли ее из пятиэтажного дома по адресу: г.Грозный, ул.Моздокская, 7. Вместе с ней были задержаны: Завалу Тазуркаев, Нура Лулуева, Марха и Раиса Гакаевы и, по неподтвержденным из других источников данным, некая М.Самулаева.

Со слов матери убитой, Доухан Эльбуздукуевой, проживающей в с.Серноводск, в мае 2000 года ее дочь поехала в Грозный, где до этого проживала постоянно. Поселившись в своей квартире, она продавала чай и плов на базаре возле автобазы. 3 июня в 5 часов дом был окружен военными, которые, захватив, увезли ее в неизвестном направлении.

Больше восьми месяцев родственники вели поиски женщины по тюрьмам и местам массового содержания людей как в самой республике, так и за ее пределами. Обращались за помощью в правоохранительные структуры и административные органы Чечни, однако все попытки найти ее оказались безуспешными.

В начале марта стало известно, что на базе МЧС находятся трупы, вывезенные из-под Ханкалы. 8 марта родственники поехали туда и опознали Асет Эльбуздукуеву по остаткам одежды.

В г.Грозный состоялся митинг протеста, в котором приняли участие женщины, чьи родственники пропали без вести после задержания сотрудниками российских силовых структур.

Участники митинга держали транспаранты: «Россия, верни наших детей!»; «Освободите ни в чем не повинных людей!»; «Отпустите наших сыновей!»; «Прекратите геноцид!» и т.д. Выступавшие приводили примеры незаконного задержания молодых мужчин.

Свидетельства двух женщин: Хабиляевой (Хабилаевой), разыскивающей двух сыновей, и Сатуевой, потерявшей в результате незаконного задержания российскими военными своего брата, приводятся ниже.

Мать похищенных Гелани и Зияуди Хабиляевых (Хабилаевых):

«На рассвете в наш дом ворвались русские солдаты и забрали моих сыновей. На улице стояли два бронетранспортера. Номер одного из них — 633.

Старший сын, Гелани Хабиляев, был сотрудником Заводского районного отдела милиции (РОВД). Он закончил финансово-экономический техникум, ни в каких плохих делах не участвовал.

Младший сын, Зияуди, 1980 г.р. Мы его женили за неделю до этого случая.

Курточку младшего мы нашли в Ханкале. Допрашивали его там. Через каждые две недели я подаю заявление Кадырову, Гантемирову, прокурору Чернову. Я не могу найти детей нигде. Пожалуйста, отдайте мне моих детей!

Сегодня 8 Марта. Раньше мы его отмечали за столом. Посмотрите, где мы теперь! Господин Путин, если вас родила мать, отдайте наших детей. Мы против России руку не поднимали, вы безвинных людей губите! Идет геноцид чеченского народа. Я 12 дней пробыла на базе МЧС (на базу министерства по чрезвычайным ситуациям вывозились трупы людей, найденные в дачном поселке недалеко от военной базы в Ханкале). Ни один из членов правительства не соизволил туда приехать. Никто не сказал: «Вот такое случилось, мы сожалеем». Прокурор Грозного нам говорит: «Почему вы убиваете федералов?» Мы же их не убиваем!

У меня нет денег даже на городской автобус. Сегодня очень много матерей, которые не могут приехать на митинг, потому что у них на это нет средств. Я смирюсь, если мои дети окажутся убитыми.

Отдайте хотя бы их трупы…».

Сестра похищенного Андарбека Сатуева:

«С 6 февраля 2000 года я не могу найти своего брата. Он остался в городе охранять дом. Вместе с ним был и наш родственник. Во время «зачистки» российские военнослужащие забрали их из пос.Кирова (г.Грозный).

При обстреле поселка, это случилось 2 февраля, брат был ранен в обе ноги. Но забрали их из-за того, что у них при себе не было документов. Вот паспорт моего брата, который я ношу с собой: Сатуев Андарбек Абдулкаримович. 1965 г.р. У него трое сыновей.

Я вошла в город 14 февраля и сразу начала искать его. Машину его, сожженную, мы нашли на Карпинском кургане. Мне сказали, что его задержали военные из 242-го полка, 21-й бригады и Челябинского ОМОНа. Номер машины «Урал», на которой его увезли: 20-88.

Я обращалась к Каламанову, в местные органы власти, в военную и гражданскую прокуратуру. Я ищу его второй год и все без результата.

В г.Урус-Мартан в районную больницу российскими военными в тяжелом состоянии доставлен двадцатипятилетний житель с.Гехи Аслан Айдамиров, брат Сослана Айдамирова, погибшего тремя днями ранее на грозненском центральном городском рынке. Привезли его туда российские военные. Они же выставили охрану у палаты, где поместили этого молодого человека.

Согласно рассказам односельчан, Аслан Айдамиров решил отомстить за брата. Ночью он установил фугас на восточной окраине своего села, на дороге, ведущей в райцентр. Утром, когда там показался УАЗ­452 (т.н. таблетка), подорвал его. Последовавший взрыв не причинил машине вреда. По-видимому, не пострадали и находившиеся в ее салоне российские военные. Они выбежали из передней правой и задней пассажирских дверей и стали стрелять в ту сторону, где находился организатор взрыва. Молодой человек покинул свое укрытие и через кладбище побежал в сторону села. Но вскоре упал: одна из выпущенных вслед пуль попала ему в правую височную область и вышла с другой стороны. Военные подобрали его и отвезли в Урус-Мартановскую больницу.

В реанимационном отделении этого лечебного учреждения раненый провел более месяца. Все это время, как утверждают врачи, он находился между жизнью и смертью. Примерно в десятых числах апреля в его состоянии наметилось некоторое улучшение: он стал узнавать посетителей, пытался разговаривать. У врачей и родственников появилась надежда на скорое выздоровление.

Вечером 17 апреля в отделение реанимации ворвались шесть российских военнослужащих. Вышедшего им навстречу дежурного врача они сбили с ног, а войдя в палату, сначала накрыли простыней находившегося здесь второго больного, а затем закололи Аслана Айдамирова. Врача, который пришел в себя после удара прикладом автомата, военные предупредили, чтобы помалкивал, иначе, как ему было сказано, и его «смогут найти с необъяснимой раной».

При осмотре тела убитого врачи Урус-Мартановской больницы зафиксировали две колотые раны рядом с сердцем, нанесенные острым и тонким предметом. Возможно, ножом с тонким лезвием или шилом.

9 марта

Утром у кладбища с.Гехи Урус-Мартановского района неизвестные произвели подрыв фугаса при прохождении автомобиля УАЗ-452 (т.н. таблетка) с сотрудниками российского ОМОНа. По имеющейся информации, из милиционеров никто не пострадал. Однако легкие ­ранения получили водитель и пассажиры следовавшей за ними «­Волги».

Сразу же после взрыва из остановившегося УАЗа выбежали омоновцы. Они открыли беспорядочную стрельбу в сторону села. Затем, заметив, что на кладбище находятся люди, перенесли огонь туда. Двое молодых гехинцев, согласно мусульманской традиции, в пятничный день решившие посетить могилы своих родственников, побежали в сторону ближайших домов. Один из них, Магомед Хачукаев, как рассказывают очевидцы, был убит. Второму удалось скрыться.

Через некоторое время к омоновцам прибыло подкрепление со стороны райцентра Урус-Мартан. В Гехах началась «зачистка». В ходе операции представители российских силовых структур производили произвольные, ничем не мотивированные задержания людей.

Так, например, был схвачен Лом-Али Чабдаев, 1967 г.р. Он инвалид первой группы, перенес операции на печень и по удалению легкого. Несмотря на это, его отвезли в военную комендатуру Урус-Мартановского района и там жестоко избили. Со слов односельчан известно, что оттуда домой этого человека привезли на носилках.

В тот же день в селе были задержаны и избиты Ширвани Лорснукаев и Асланбек Межидов. Причем первого били на глазах у жены и детей. За их освобождение родственники уплатили российским «силовикам» крупный выкуп в долларах США.

«Зачистка» с.Гехи продолжилась на следующий день. Однако на этот раз российские военные и сотрудники милиции приехали туда ближе к вечеру, примерно к 18 часам.

На ул.Красноармейская, не объясняя своих действий, они взорвали дом Али Саралиева. Затем, ссылаясь на нарушение режима «комендантского часа», в различных частях населенного пункта захватили несколько человек. Один из них — Асланбек Мандриев, заявивший, что он («комендантский час») наступит позже, был избит.

Всех задержанных доставили в здание военной комендатуры района. На следующий день (т.е. уже 11 марта) после получения от родственников денежного выкупа, сотрудники силовых структур всех освободили.

Во 2-м Заводском переулке г.Аргун российские военные застрелили 58-летнего Хамзата Мудаева.

Со слов соседей и родственников известно, что для столь решительных действий у них было единственное основание: убитый нарушил режим «комендантского часа», когда после 21 часа вышел на улицу из собственного дома…

Однако российские информационные агентства распространили иную версию случившегося. Согласно их данным, полученным в основном из военных источников, группа из семи боевиков якобы пыталась захватить КПП, строящийся в Аргуне на пересечении улиц Гудермесская, Ленина и Шоссейная. Охраняющие КПП подразделения милиции якобы заняли оборону и ответным огнем отбили нападение; один из боевиков убит. Называется и имя убитого — Хасан Мудаев.

Сотрудники ПЦ «Мемориал» сомневаются в правдивости этой версии, полагая, что таким образом военные пытались отвести от себя ответственность за гибель невиновного человека. Информацию о бое не подтвердили и источники в промосковской администрации Чеченской Республики. Там просто сказали, что на ул.Заводской был убит мужчина, «в которого произвели выстрелы из стрелкового оружия».

На базе МЧС в Грозном Саламу Дакаев опознал труп своего сына Насруди Саламуевича Дакаева, 1979 г.р., проживавшего по адресу: г.Урус-Мартан, ул.Больничная, 5.

Он был увезен из собственного дома в ночь на 26 декабря 2000 года. Сотрудники российских силовых структур, производившие задержание, не только не представились членам семьи этого человека, но даже не объяснили причин своих действий. Сказали лишь, что доставят его в ИВС ВОВД Урус-Мартановского района.

Власти и правоохранительные органы района — ВОВД, ФСБ, прокуратура, комендатура — впоследствии отказались признать факт задержания Насруди Дакаева. Хотя доказательства у родственников были. Так, 8 января 2001 года к его отцу приехали сотрудники районной прокуратуры с постановлением о производстве обыска, подписанного 29 декабря 2000 года прокурором Урус-Мартановского района Л.В.Илюшенко. В нем говорилось:

«Следователь прокуратуры Урус-Мартановского района Малюк А.А., рассмотрев дело об умышленном убийстве в ЦРБ Урус-Мартановского района четверых военнослужащих федеральных сил и принимая во внимание, что по данным предварительного следствия имеются достаточные основания полагать, что в домовладении Дакаевых, расположенном по адресу: г.Урус-Мартан, ул.Больничная № 3, находятся запрещенные к хранению предметы, в том числе и огнестрельное оружие, и боеприпасы, руководствуясь ст. 168 УПК РСФСР, постановил: произвести обыск в домовладении Дакаевых по адресу: г.Урус-Мартан, ул.Больничная, для отыскания и изъятия запрещенных к хранению предметов».

Обыск производился без понятых, по его итогам протокол не составлялся. Кроме старого гладкоствольного охотничьего ружья, в доме ничего обнаружено не было.

Перед тем как уехать из Урус-Мартана (в связи с окончанием срока пребывания в Чечне) заместитель военного коменданта Урус-Мартановского района полковник В.Горюнов встретился с Саламу Дакаевым и сказал ему, что в ночь на 13 января его сына вместе с еще тремя задержанными забрали в Ханкалу. Но заявление это было устным.

За все время поисков отец похищенного получил лишь один письменный ответ. В письме за № 200 от 14 февраля 2001 года и.о. прокурора Урус-Мартановского района Л.Илюшенко сообщил, что по «данным, имеющимся в прокуратуре Урус-Мартановского района ЧР, Дакаев Насруди, 1979 г.р., сотрудниками Урус-Мартановского ВОВД не задерживался и в ИВС Урус-Мартановского ВОВД не водворялся. Дополнительно сообщаю, что ваше заявление направлено в РОВД Урус-Мартановского района ЧР для организации розыска Дакаева Н.С.

В случае получения данных о местонахождении Дакаева Н.С. Вам будет сообщено дополнительно».

Саламу Дакаев написал еще два заявления и собирался передать их для рассмотрения в правоохранительные органы. Однако к этому времени стала просачиваться информация о захоронении на территории дачного поселка «Здоровье» недалеко от Ханкалы. 9 марта он поехал на базу МЧС, куда свозились обнаруженные там трупы, и среди них нашел останки своего сына.

По всей видимости, Насруди Дакаев был убит не позже января 2001 года: его труп разложился, и опознание произвели по одежде, которая была на нем во время задержания.

У убитого остались трое детей, старшему из которых всего четыре года.

В Москве по дороге в аэропорт арестован уроженец г.Урус-Мартан Адам Арбиевич Тапчаев, 1958 г.р., и его младший брат Руслан. В машину, в которой они ехали, сотрудники силовых структур подбросили взрывчатку и боевую гранату.

В начале 1990-х гг. Адам Тапчаев попал в аварию и потерял ухо. Была произведена трепанация черепа. В последнее время его стали беспокоить сильные головные боли, и он приехал в Москву, чтобы пройти курс лечения. В момент задержания они вместе с братом возвращались домой.

Взрывчатка и граната, которые якобы были у них обнаружены, — формальные основания для ареста. Настоящей же причиной, по-видимому, является то, что Адам Тапчаев женат на родственнице полевого командира радикального толка Ахмадова. Сотрудники силовых структур несколько раз повторили, что не позволят лечиться в России его зятю.

По словам родственника по имени Мурад, посетившего 7 мая 2001 года офис ПЦ «Мемориал», сами задержанные никакого отношения к вооруженным формированиям ЧРИ не имели и никогда не участвовали в боевых действиях.

В г.Гудермес сотрудники милиции задержали и доставили в г.Хасавюрт чеченского полевого командира Ваху Межидова.
                Ваха Межидов, 1961 г.р., известен как активный участник вооруженных формирований ЧРИ, воевавший под руководством бригадного генерала Магомеда Хамбиева в звании полковника. Возглавлял группу из 40 боевиков.
                Как сообщили в пресс-службе МВД Дагестана, Ваха Межидов возглавлял группу чеченских боевиков численностью шесть человек, которые в июне 1996 года напали на милиционеров Каякентского РОВД в районе с.Солнечное Хасавюртского района.
                В завязавшейся перестрелке двое дагестанских милиционеров погибли. Был убит и один из участников ВФ ЧРИ.

Сообщение СМИ

10 марта

В середине дня в Гудермесе убит житель с.Сельментаузен Веденского района Шарпуди Чабдарханов.

Он находился с пассажирами в своем автомобиле, когда двое неизвестных вышли из легковой машины, остановившейся неподалеку, подошли вплотную и произвели в него несколько выстрелов. Сидевшие рядом с ним люди не пострадали. Мотивы убийства Шарпуди Чабдарханова неизвестны.

В г.Грозный рядом с площадью «Минутка», недалеко от здания комендатуры и ВОВД Октябрьского района пробиравшиеся к своим разрушенным домам местные жители наткнулись на трупы двух женщин среднего возраста. Подойти и осмотреть их не удалось, так как вскоре там появились российские военные. Показывая на оружие, они знаками приказали не приближаться к трупам. Чтобы не рисковать жизнью, местные жители поспешили уйти.

ПЦ «Мемориал» неизвестно, были ли обнаружены впоследствии эти тела. Нет сведений и о том, кем были убитые. Видевшие трупы люди (свои имена и фамилии они просили не называть) сообщили, что через несколько дней там их уже не было.

Согласно рассказу очевидцев, на трупах была опрятная одежда. И хотя с большого расстояния не удалось разглядеть лица убитых женщин, они утверждают, что это были чеченки.

В одном из микрорайонов г.Грозный (Ленинский район) в бою с российскими военнослужащими погиб 20-летний Анзор Берсанов и трое его сверстников (их фамилии установить не удалось).

Незадолго до своей гибели он был задержан сотрудниками российских силовых структур. Подвергая пыткам и избиениям, его некоторое время содержали в ВОВД Старопромысловского района. Затем отпустили, вынудив родственников заплатить крупный денежный выкуп.

После своего освобождения Анзор Берсанов вышел на группу молодых ребят, горевших желанием отомстить за перенесенные унижения. Как полагают родственники и соседи, боевиком он стал исключительно из-за произвола, творимого в Чечне сотрудниками российских силовых структур.

Ровно через год после похищения сотрудниками российских силовых структур Магомеда Увайсовича Джабаева, 1953 г.р., с просьбой признать его безвестно отсутствующим обратилась в суд его жена Салимат Вахаевна Джабаева, 1959 г.р.

В своем заявлении она, в частности, пишет:

«В браке с Джабаевым Магомедом Увайсовичем я состою с 1979 года. От брака у нас трое детей: сын Эмин, 1985 г.р., дочери — Марха, 1987 г.р., и Элиза, 1994 г.р.

До начала военных действий в Чечне мы с мужем и детьми проживали по адресу: г.Грозный, ул.Тобольская, д.50, кв.1. После того как в результате ракетных обстрелов появились жертвы среди мирного населения и разрушения в близлежащих кварталах, рядом с тем местом, где мы проживали, мой муж отправил меня с детьми в Ингушетию. Сам же он остался в Грозном.

С октября 1999 года я с детьми проживаю в палаточном лагере «Барт».

В феврале 2000 года весь г.Грозный контролировался федеральными войсками. Военные из комендатуры Октябрьского района зарегистрировали моего мужа по месту жительства и поставили на учет для получения питания. Он получал талоны на питание вместе с другими жителями этого района.

10 марта, примерно в 10 часов, когда мой муж направлялся на пункт выдачи питания, он увидел на нашей улице около дома 25 задержанного российскими военными и сотрудниками МВД Тапсултанова Ахмеда Вахидовича, 1951 г.р., инвалида детства.

Военных было 30–40 человек. Они подозвали моего мужа и спросили, знает ли он задержанного. На что мой муж ответил, что Тапсултанов наш сосед. Он сказал также, что этого человека уже проверяли военные. Как житель этого района, он зарегистрирован, поставлен на учет.

В присутствии соседей военные избили моего мужа и Тапсултанова. Затем их отвели за другой дом на ул.Нахимова, повесили на них автоматы, надели черные очки и сфотографировали, как боевиков, после чего снова избили. Затем увезли в Октябрьский ВОВД г.Грозный.

Соседи сразу же пошли в ВОВД и стали просить военных отпустить моего мужа и Тапсултанова. Говорили, что они не боевики, что им уже под 50 лет, а один из них еще и инвалид детства, что всю войну они были вместе под бомбами. Однако их не отпустили.

На следующий день жена Тапсултанова пошла в Октябрьскую комендатуру и стала выяснять у военных, куда они дели ее мужа. Те отвезли ее в ВОВД и продержали до 18 часов. Она там кричала и требовала ответить ей, куда дели ее мужа, она слышала голоса и моего мужа, и своего, но сама их не видела. Мой муж ей крикнул, чтобы она передала родным в г.Урус-Мартан, что его задержали. К концу дня жену Тапсултанова отпустили.

С 11 марта родственники и я стали обивать пороги ВОВД, комендатуры, прокуратуры района и республики. В Октябрьском ВОВД вначале нам говорили, что Тапсултанова и Джабаева задержали и отпустили, а потом стали отрицать и это. Мы обращалась к мэру г.Грозного, написала заявление на имя прокурора ЧР Кравченко, следователю Северо-Кавказской региональной прокуратуры Ткачеву.

В мае 2000 года я обратилась с заявлением к Каламанову. Мне обещали помочь в розыске моего задержанного мужа, но положительного результата эти поиски не дают. Прокуратура не возбудила уголовное дело в отношении военных и сотрудников МВД РФ, которые незаконно задержали моего мужа и Тапсултанова, в результате которого они затем исчезли. Октябрьский ВОВД заводит розыскные дела на задержанных, как на без вести пропавших. То, что они были задержаны военными, могут подтвердить свидетели: Арсаханова, Гумаева, Хараева.

10 марта исполнился год, как я обиваю пороги различных ведомств в надежде прояснить судьбу мужа, но все пока безрезультатно. Я и мои дети лишены кормильца семьи, я не работаю, болею. Не могу оформить пенсию на детей по утере кормильца.

Поэтому прошу суд в соответствии со ст. 42 ГК РФ признать Джабаева Магомеда Увайсовича, 1953 г.р., задержанного 10 марта 2000 года российскими военнослужащими и сотрудниками МВД, безвестно отсутствующим.

В суд прошу вызвать и допросить в качестве свидетелей:

Арсаханову Хадижат Зилаудиновну, проживающую в г.Грозный на ул.Тобольская 25, кв.16;

Гумаеву Зуру Ибрагимовну, проживающую в г.Грозный на ул.Нахимова, 154;

Хараеву Зару, проживающую в г.Грозный на ул.Тобольская, 25, кв.1».

Около 3 часов ночи в квартиру Татьяны Сидоровой, проживающей по адресу: г.Грозный, Олимпийский проезд, 23, выбив дверь, ворвались неизвестные люди в масках. Они несколько раз выстрелили в сторону двух ее дочерей — 14 и 15 лет.

Младшая из девочек, Виктория, глухонемая от рождения, скончалась на месте. Старшая, Екатерина, была тяжело ранена и помещена в больницу в отделение реанимации.

На кладбище с.Пригородное Грозненского (сельского) района похоронены останки 38 неизвестных человек. Ранее они были вывезены с территории дачного поселка недалеко от Ханкалы и доставлены для опознания на базу МЧС в Грозном. Трупы положены в общую могилу (траншею) на некотором расстоянии друг от друга. Местные жители произвели фото- и видеосъемки каждого из них, описали сохранившуюся на них одежду.

Захоронение произведено так, чтобы в случае опознания какого-либо тела по фотографии его можно было бы эксгумировать, не потревожив другие останки.

Можно утверждать, что абсолютное большинство опознанных тел, вывезенных с территории дачного поселка близ Ханкалы, принадлежат людям, которые были не в боевой обстановке задержаны представителями федеральных сил. Дальнейшее опознание могло бы выявить новые факты внесудебных расправ над мирными жителями. Однако было проведено срочное захоронение трупов, более всего похожее на сокрытие улик преступления.

Перед захоронением в Пригородном прокурор ЧР В.Чернов заявил, что «мы (т.е. сотрудники прокуратуры) провели все необходимые экспертизы, установили причину смерти каждого из погибших, сняли все возможные данные для будущего возможного опознания этих людей». Кроме того, по его словам, изъятый экспертами «сравнительный материал позволяет провести опознание любой степени сложности, в том числе генетическую идентификацию погибших».

Эти утверждения не имеют ничего общего с действительностью. Насколько известно ПЦ «Мемориал», никаких условий для проведения полноценной экспертизы тел, найденных вблизи от главной российской военной базы в Чечне, создано не было. В частности, судмедэксперт Грозного, с которым наши сотрудники говорили на базе МЧС, признался, что не имеет в своем распоряжении ничего, кроме резиновых перчаток и скальпеля. Никаких анализов для точного установления даты гибели людей не проводилось, из тел не извлекались даже пули. По сути, созданы предпосылки для развала уголовного дела.

Впоследствии по фотографиям, сделанным участвовавшими в захоронении жителями Пригородного, опознаны останки уроженцев с.Мескер-Юрт Шалинского района Ильяса Гиланиевича Гачаева, 1968 г.р., отца трех несовершеннолетних детей, и братьев Эмеди и Адама Солтамурадовых.

15 ноября 2000 года на рассвете российские военные захватили этих людей в их домах и увезли в неизвестном направлении. Долгое время родственники искали похищенных во всех известных в республике местах массового заключения людей, обращались к посредникам, однако узнать что-либо определенное об их дальнейшей судьбе не смогли. Возможно потому, что к этому времени и братья Солтамурадовы, и Ильяс Гачаев уже были убиты военными в Ханкале и выброшены на свалку трупов в дачном поселке «Здоровье».

Труп другого задержанного вместе с ними человека, Шамиля Нурдиевича Яшуева, 1974 г.р., обнаружен не был. Но там была найдена одежда, напоминавшую ту, в которой его увезли из дома.

В г.Грозном возле здания МЧС на мине, заложенной неизвестными лицами, подорвался местный житель Максим Вахаевич Магомадов, 1980 г.р. С тяжелыми ранениями он был доставлен в городскую больницу № 9.

Около 9 часов утра в микрорайоне «Ипподромный» г.Грозный совершено убийство Сайдат Сайд-Эминовны Седиевой, 1959 г.р., уроженки с.Старые Атаги Грозненского (сельского) района.

Женщина работала в Обществе Красного Креста и Красного Полумесяца ЧР, занималась раздачей продуктов малоимущим жильцам микрорайона. Она находилась в своей квартире на пятом этаже девятиэтажного д.141 по ул.Б.Хмельницкого. Когда Сайдат Седиева выглянула в окно, чтобы посмотреть, не приехала ли машина с хлебом, ей в сердце попала пуля, выпущенная российским снайпером.

Убийство произошло на глазах у множества посетителей и торговцев маленького базарчика, который находится между домом, где проживала эта женщина, и такой же девятиэтажкой. Согласно свидетельствам очевидцев, с утра на дороге, которая связывает город с аэропортом им. шейха Мансура («Северный»), проводилась инженерная разведка. Саперов прикрывали по крайней мере два снайпера. Один из них устроился за торговым ларьком и стал наблюдать за высотными домами. В тот момент, когда в окне показалась Сайдат Седиева, он по рации кому-то сказал: «За нами следят с пятого этажа». Возможно, снайпер получил приказ открыть огонь, потому что сразу стал стрелять, а когда пораженная пулей женщина исчезла из окна, дважды повторил по рации: «Цель поражена».

Свидетели убийства сообщили о случившемся в прокуратуру Ленинского района г.Грозный. На место происшествия выезжала оперативно-следственная группа, которая подобрала у ларька, где находился снайпер, гильзу, опросила очевидцев и осмотрела труп женщины. Однако ПЦ «Мемориал» неизвестно, возбуждалось ли по данному факту уголовное дело.

Группа вооруженных лиц поздно ночью проникла в студию коммерческого музыкального телеканала АНТ в г.Аргун. Как сообщил источник в администрации Чечни, эти люди в течение часа находились в павильоне, откуда ведется вещание.
             Под угрозой расстрела они заставили сотрудников телеканала включить принесенную ими с собой пленку. 40 минут на экране находились сюжеты, снятые неизвестным оператором на месте обнаружения большого количества трупов в дачном массиве южнее Грозного. Они чередовались с кадрами танцующей молодежи, которую показывали якобы с целью осуждения их безучастности к происходящему. Голос за кадром призывал население взяться за оружие и оказывать сопротивление федеральным силам.
             Источник информации не исключил вероятность того, что случившееся может повлечь за собой существенный пересмотр условий выдачи разрешений на открытие коммерческих телеканалов.
             На его взгляд, члены вооруженных формирований ЧРИ могут попытаться повторить аргунский инцидент в других районах Чечни, где существуют местные телеканалы.
             Сигнал телевидения АНТ принимается только в пределах г.Аргун.

Сообщение СМИ

 



См.: Здесь живут люди. Ч. 1. С. 478–482.

 

В частности, начальник Управления программ содействия ФСБ генерал Александр Зданович заявил, что группа федерального спецназа захватила в районе чеченского селения Джалка банду из 13 человек, которые совершали теракты и диверсии. Именно эта группа организовала недавнее нападение в Аргуне на автомашину УАЗ федеральных сил, в результате которого погиб офицер и двое солдат получили ранения, передавала телекомпания РТР.

 

Интересно, что несколько раньше чеченское телевидение утверждало, что у прокурора республики Всеволода Чернова какая-либо информация о случившемся отсутствует.

 

Через два месяца без предъявления какого-либо обвинения были освобождены и эти три человека. Как и утверждали односельчане, после заключения под стражу их действительно подвергали пыткам и избиениям.

 

После освобождения Авади Башаев был назначен заместителем главы администрации села. Вечером 15 июля неизвестные молодые люди, приехавшие на автомобиле «Жигули» без номерных знаков, расстреляли его недалеко от дома, где он проживал.

 

О задержании М.Мальсагова и У.Эдильбекова см.: Здесь живут люди. Ч. 1. С. 503–504.

 

К примеру, из дома № 7 по ул.Моздокская ими была увезена Асет Эльбуздукуева, 1956 г.р. Ее труп также был опознан на базе МЧС среди останков людей, вывезенных из-под Ханкалы (см. сообщение за 8 марта 2001 г.). По непроверенной информации там же была захвачена и некая М.Самулаева. ПЦ «Мемориал» не располагает никакой другой информацией о том, откуда эта женщина и что с ней стало потом.

 

Уголовное дело № 12073 (т.н. дело «Здоровье»), возбужденное 23 июня 2001 г. по факту обнаружения 51 (по данным прокуратуры) трупа на территории дач в Октябрьском районе г.Грозный, всего лишь через семь дней после этого сообщения было приостановлено на основании ст. 195 п. 1 УПК РСФСР («в случае, когда обвиняемый скрылся от следствия или суда или когда по иным причинам не установлено его местопребывание»).

 

Судебный процесс над командиром 160-го танкового полка полковником Юрием Будановым начался 28 февраля 2001 г. в Ростове-на-Дону. 25 июля 2003 г. он был осужден на 10 лет лишения свободы в колонии строгого режима. Адвокаты приехали в Ингушетию во время перерыва в судебном заседании.

 

См. сообщение за 20 января 2001 г.

 

Уголовное дело № 39058, возбужденное прокуратурой Курчалоевского района по факту похищения (ст. 126 ч. 2 УК РФ) Темирсултановых, 14 октября того же года было приостановлено из-за «неустановления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого» (ст. 195 п. 3 УПК РСФСР).

 

См.: Здесь живут люди. Ч. 1. С. 442–450.

 

См.: Здесь живут люди. Ч. 1. С. 394.

 

См. подробное сообщение за 3 марта 2001 г.

 

Гелани Хамзатович Хабиляев (Хабилаев), 1975 г.р., 1 декабря 2000 г. около 11.30 сотрудниками российских силовых структур, приехавшими на БТРах, увезен из дома на ул.Заболотного в г.Грозный и «исчез» (См.: Здесь живут люди. Ч. 1. С. 421). Уголовное дело № 12322 возбуждено прокуратурой Грозного 9 декабря 2000 г. по ст. 126 ч. 2 УК РФ (похищение человека). Объявлен в федеральный розыск на основании розыскного дела № 45, которое ведет Старопромысловский РОВД.

 

Данных о возбуждении уголовного дела по факту похищения Зияуди Хамзатовича Хабиляева (Хабилаева) у ПЦ «Мемориал» нет. Розыскное дело № 44 ведет Старопромысловский РОВД.

 

Абдулла Муцуев, 1973 г.р.

 

По факту задержания Андарбека Сатуева и Абдуллы Муцуева российскими военными, 6 февраля 2000 г. прибывшими в пос.Кирова на автомобиле «Урал» с регистрационным номером: 20–88, по ст. 126 ч. 2 УК РФ (похищение человека) прокуратурой г.Грозный 25 августа 2000 г. возбуждено уголовное дело № 12143. 25 октября 2000 г. на основании ст. 195 п. 3 УПК РСФСР дело приостановлено. Розыскное дело № 18 ведет Заводской ВОВД г.Грозный.

 

См. сообщение за 4 марта 2001 г.

 

Подробнее см.: Здесь живут люди. Ч. 1. С. 510–511.

 

См.: Здесь живут люди. Ч. 1. С. 439–440.

 

Уголовное дело № 21037 по ст. 105 ч. 2 УК РФ (убийство) «по факту обнаружения массового захоронения в дачном массиве» (формулировка прокуратуры) возбуждено 24 марта 2001 г. и расследуется органами прокуратуры ЧР.

 

Ахмед (Ахмад) Вахидович Тапсултанов, 1951 г.р., проживал по адресу: Грозный, ул.Тобольская, д.25, кв. 16. Задержан 10 марта 2000 г. в собственном доме и доставлен в Октябрьский ВОВД г.Грозного командированными в Чечню сотрудниками Ханты-Мансийского УВД. Жене А.В.Тапсултанова в ВОВД сказали, что проверили у ее мужа паспорт и отпустили. В дальнейшем родственники обращались в различные официальные инстанции, однако никаких сведений о нем получить не смогли. Уголовное дело № 12365 возбуждено прокуратурой г.Грозный 18 декабря 2000 г. по ст. 126 ч. 2 УК РФ (похищение человека). Розыскное дело № 16 ведет Октябрьский ВОВД г.Грозный.

 

Несмотря на очевидные факты, прокурор ЧР Всеволод Чернов неоднократно заявлял, что «большая часть погибших скорее всего были боевиками». По его мнению, об этом свидетельствовала их одежда — «на многих камуфлированная форма иностранного производства, турецкое нижнее белье». Кроме того, по словам В.Чернова, «практически все обнаруженные тела принадлежат мужчинам дееспособного возраста, имеющим огнестрельные ранения и бинтовые повязки». В процессе опознания трупов эти утверждения были опровергнуты.

 

4 июня 2000 г. прибывшие в с.Мескер-Юрт российские военные остановили автомобиль, в котором ехали брат Ильяса Гачаева Увайс Гиланиевич Гачаев, 1974 г.р., и их односельчанин Адам-Сайд Магомедович Шахнулаев, 24–25 лет. Их обоих пересадили в БТР и повезли в сторону г.Гудермес. С тех пор о местонахождении этих людей родственникам ничего неизвестно. 1 июня 2002 г. во время 21­дневной «зачистки» Мескер-Юрта (продолжалась с 21 мая по 11 июня) военные увезли в неизвестном направлении другого его брата — отца двоих детей Идриса Гиланиевича Гачаева, 1976 г.р. По состоянию на апрель 2005 г. он также числился пропавшим без вести. И наконец, 18 февраля 2005 г. около 4 часов утра сотрудники российских силовых структур похитили из дома, расположенного по адресу: ул.А.Шерипова, 26, Гилани Азиевича Гачаева, 1938 г.р., отца всех трех выше перечисленных людей. Вполне возможно, что эта семья подвергается преследованиям из-за религиозности ее членов. Так, например, Идрис и Увайс Гачаевы еще с детства изучали Коран, затем продолжили обучение в медресе г.Кизляр и оттуда как способные ученики были посланы в Пакистан.

 

О задержании Шамиля Яшуева, Эмеди (Эмади) и Адама Солтамурадовых см.: Здесь живут люди. Ч. 1. С. 381. На момент издания ПЦ «Мемориал» не было известно о том, что одновременно с ними из Мескер-Юрта был увезен и Ильяс Гиланиевич Гачаев. Уточненная информация о событиях в Мескер-Юрте в ноябре 2000 г. дается в приложении 1 в части 3 нашей хроники.

 11 марта

С блокпоста № 9 на пересечении ул.Маяковского и Б.Хмельницкого произведен обстрел жилых кварталов Ленинского района г.Грозный.

Пулевое ранение получил Руслан Мунаев, 1947 г.р., находившийся у себя дома (ул.Первомайская, 51).

Около 5 утра г.Аргун был обстрелян из танковых орудий. Один из снарядов попал в д.43 по ул.Шоссейная. В результате последовавшего затем взрыва погибла Нурсет Масаева, 1960 г.р., мать четверых детей. Осколочное ранение получил и ее муж.

С раннего утра в г.Аргун началась «зачистка», длившаяся более трех дней. Все это время город оставался блокированным для въезда и выезда из него гражданского транспорта и людей.

Спецоперации предшествовала дерзкая акция боевиков. Поздно вечером 10 марта они захватили местную телевизионную студию и в течение 40 минут транслировали на город собственную программу. В нее был включен сюжет об обнаруженном в дачном поселке вблизи Ханкалы захоронении тел убитых людей, многие из которых ранее были задержаны сотрудниками российских силовых структур.

Последовавшие за этим события пополнили список тех, кто был задержан, а потом найден убитым.

«Зачистка» началась с того, что около 7 часов российские военные, прибывшие на трех автомашинах «Урал» и четырех БТРах, оцепили д.10/б по ул.Гагарина. Выбив дверь, они ворвались в одну из квартир и задержали ее хозяина, Руслана Висхаджиева, 1951 г.р., и гостившего у него шурина, Али Сайдалиевича Лабазанова, 1955 г.р. Документами задержанных военнослужащие даже не поинтересовались.

Во время предыдущей «зачистки» Аргуна, которая была проведена 23 декабря 2000 года, прибывшие на двух БТРах военные увезли сына Руслана Висхаджиева, Аслана, 1978 г.р.

Всего, по утверждениям очевидцев, за эти дни из города увезены около ста семидесяти человек. Среди них, в частности, оказался Сайд-Магомед Дикиев, мастер спорта СССР по самбо и дзюдо. Он был задержан на той же ул.Гагарина около 8.30 11 марта.

В первый день «зачистки» около 11 часов военные захватили и увезли в неизвестном направлении Абдул-Вахаба Яшуркаева. Как рассказали родственники, перед этим они уже трижды врывались к нему: 3 марта около 3 часов, затем 4 марта примерно в 2 часа и 8 марта. Во время последнего посещения военные избили хозяина дома, но задерживать не стали. Все три раза, кроме него самого, они интересовались и сыном, Рустамом Яшуркаевым, 1971 г.р., пропавшим без вести еще в 1999 году при неизвестных семье обстоятельствах.

12 марта около 5 утра вместе с Муслимом Бациевым из дома матери российские военные увезли гостившего у нее ее брата, Саламу (Турпал-Али) Арцухаева. Обоих увезли в крытом грузовике в сторону комендатуры. Через два дня последнего освободили, а его племянник исчез.

В тот же день к вечеру был задержан Шамиль Ахмадов. Однако в отличие от целенаправленных, по-видимому, захватов этот человек попал в поле зрения военных случайно. Как рассказала мать Тамуса Ахмадова, около 16 часов он вышел из дома. В это время по ул.Новой, где он проживал, проезжал БТР с замазанными грязью бортовыми номерами. Находившиеся на броне военные заметили стоявшего в тапочках Шамиля Ахмадова и решили задержать его. Как и остальные, он был отвезен в комендатуру (стоявшие на посту военные подтвердили матери, что он находится именно там), но потом его следы затерялись.

Сотрудники ПЦ «Мемориал» посетили Аргун сразу же после его разблокирования и записали имена и дату задержания этих и некоторых других жителей города:

1. Али Сайдиевич Лабазанов, 1955 г.р., 11 марта;

2. Руслан Мадагович Висхаджиев, 1951 г.р., 11 марта;

3. Али Махмудович Эльдиев, 1970 г.р., 11 марта;

4. Абдул-Вахаб Сулимович Яшуркаев, 1940 г.р., 11 марта;

5. Сайд-Магомед Магомедович Дикиев, 1968 г.р., 11 марта;

6. Исмаил Мусостович Хутиев, 1982 г.р., 12 марта;

7. Магомед (Мохьмад) Дакаев, 1974 г.р., 12 марта;

8. Муслим Умарович Бациев, 1976 г.р., 12 марта;

9. Абдул-Малик Газалиевич Товзарханов, 1963 г.р., уроженец с.Махкеты Веденского района проживал в доме своей тещи Шапаат Гайрбековой — матери другого задержанного Аюба Гайрбекова, 12 марта;

10. Аюб Бибулатович Гайрбеков, 1978 г.р., 12 марта;

11. Шамиль Сайд-Хасанович Ахмадов, 1975 г.р., 12 марта;

12. Хизир Курбанов, 1951 г.р., 12 марта;

13. Саламу (Турпал-Али) Арцухаев, 1964 г.р., 12 марта;

14. Руслан Межидов, 12 марта;

15. Аслан Русланович Висхаджиев, 1978 г.р., 12 марта;

16. Аслан Дудугов;

17. Дудугов, 1974 г.р.;

18. Мусостов, 1970 г.р.;

19. Саламу Арцыханов;

20. Аюб Нушаев, 1978 г.р., 12 марта;

21. Хас-Али Баргаев, 1951 г.р., 13 марта;

15 марта горожане, обеспокоенные за судьбу задержанных людей, организовали рядом с военной комендатурой митинг протеста.

17 марта в Аргун прибыли прокурор Чеченской Республики Всеволод Чернов и заместитель мэра Грозного Бислана Гантамирова. Вскоре большинство задержанных во время «зачистки» жителей были освобождены. Однако о судьбе одиннадцати людей, увезенных, как предполагают родственники, на вертолете с территории бывшей пилорамы долгое время ничего не было известно. Их имена:

1. Шамиль Сайд-Хасанович Ахмадов;

2. Исмаил Мусостович Хутиев;

3. Муслим Умарович Бациев;

4. Сайд-Магомед Магомедович Дикиев;

5. Абдул-Малик Газалиевич Товзарханов;

6. Аюб Бибулатович Гайрбеков;

7. Али Сайдиевич Лабазанов;

8. Али Махмудович Эльдиев;

9. Руслан Межидов;

10. Руслан Мадагович Висхаджиев;

11. Абдул-Вахаб Сулимович Яшуркаев.

Их родственников во властных структурах города и республики «успокоили», объяснив, что спецоперация проводилась официально, в присутствии сотрудника военной прокуратуры.

Кроме того, и сами эти люди сумели быстро выяснить, что в задержании их родственников, в частности Аюба Гайрбекова и его зятя (мужа сестры) Абдул-Малика Товзарханова, принимал участие некий Майстренко, то ли подполковник, то ли полковник ФСБ. Он, по некоторым данным, командовал военными, прибывшими в город на двух автомобилях «Урал».

При задержании Абдул-Вахаба Яшуркаева военнослужащих сопровождал БТР с бортовым номером 141. В захвате же большинства других исчезнувших жителей города, в частности Сайд-Магомеда Дикиева, Руслана Висхаджиева, Али Лабазанова, Шамиля Ахмадова, Абдул-Малика Товзарханов, Ислама Товсултанова, принимали участие военные, прибывшие на БТРах с номерами 1507 и 7507.

Через несколько дней четверо задержанных — Исмаил Хутиев, Муслим Бациев, Аюб Гайрбеков и Абдул-Малик Товзарханов — были обнаружены мертвыми на российской военной базе в Ханкале. Трупы еще двух человек — Абдул-Вахаба Яшуркаева и Шамиля Ахмадова — найдены значительно позднее в захоронении на территории аргунского элеватора.

Судьба остальных пяти человек, задержанных в ходе мартовской 2001 года «зачистки» города и не отпущенных в первые же после ее завершения дни, оставалась невыясненной и к началу 2003 года.

Из рассказа Мусы Махмудовича Эльдиева, 42 лет, уроженца г.Аргун, проживающего и работающего в Москве, брата исчезнувшего Али Эльдиева (записан сотрудником Радио «Свобода» Владимиром Долиным 29 марта 2001 года):

«Родители мои живут в Аргуне, они 11 марта мне позвонили в Москву днем, около 14 часов, и сказали, что забрали моего младшего брата, Эльдиева Али Махмудовича (р. 29 апреля 1970 г., двое детей — шести лет и пяти месяцев). Он чинил и перепродавал машины, а в основном ухаживал за нашим больным отцом. У меня больной отец, у него инсульт, шесть лет он лежит, его лечили в Москве…

Утром брат пошел за лекарством. За три дома до нашего его остановили, поставили к забору, обыскали, натянули на голову куртку и увели, не мотивируя ничем. Свидетели говорили, что он объяснял: отцу лекарство несет…

В тот момент в Аргуне проводилась так называемая «зачистка», и его забрали, забрали помимо него еще пятерых парней с соседней улицы. Трое вернулись вечером. А 12-го еще забрали ребят, 13-го снова забрали ребят. Да, дня три-четыре шла эта «зачистка».

12 марта я был уже в Аргуне, и вот с 12-го моего брата мы не можем найти. Приезжал прокурор Чечни Чернов, мы обращались в комендатуру, говорили с военными, опрашивали очевидцев.

Есть люди, которые рядом с ним находились после задержания. Они ничего не видели — на головах были так называемые «пакеты», завязаны глаза были. Вывели моего брата, вывели еще некоторых — они помнят по фамилиям, а минут через сорок остальных отпустили. Яшукаев (Яшуркаев) не вернулся, ему лет 60–62, и брат мой не вернулся.

Мы говорили с человеком, который допрашивал брата, мы встречались с ним неофициально, это сотрудник ФСБ. Он помнил этого парня, который говорил, что у него отец болен, и он нам сказал: «Да, я его допрашивал, он был с паспортом, прописан и живет в Аргуне, за ним ничего криминального не было, ни по линии ФСБ, ни по линии ГУБОПа, его забрали у нас внутренние войска».

16-го, когда нам сказали, что в морге появились тела, поехали, кто не мог найти после 13–14-го. Мы выяснили, что не вернулись с этих «зачисток» 12 человек, из них четверых нашли мертвыми в районе Ханкалы, есть снимки, есть свидетельства — засвидетельствовано все это в Аргуне, в прокуратуре и везде. По этому делу, по убийству этих четырех, возбуждено уголовное дело. Их нашли в районе Ханкалы. Говорят, после их захоронение было в Пригородном. Сделали фотографии.

27 марта мы прилетели в Москву, обращались к Каламанову, Аслаханову, в представительство Кадырова — все бесполезно».

Рассказы родственников жителей города, найденных впос­ледствии убитыми в Ханкале (записаны сотрудником ПЦ «Мемориал»)

Мадина, сестра Аюба Гайрбекова и жена Абдул-Малика Товзарханова:

«У него на руках была девочка. Они сказали: «Отдай ребенка и выходи!» Он хотел показать паспорт, но ему сказали: «Не нужен нам твой паспорт!» Он сначала шапку надел, потом отдал шапку моей матери.

Один (военный) был в маске, в которой только глаза видны. Закрыл нас здесь с матерью, не давал выходить. Но я выскочила на улицу с девочкой. Военный мне крикнул: «Застудишь ребенка!» Я ему сказала: «У него пятеро детей, не уводите его!»

Я не видела, что брата тоже забрали, он от нас чуть дальше стоял. «Урал» же поставили так, чтобы сразу можно было выехать.

Их было несколько человек. Мы не слышали, как они вошли. Они проверили подвал, весь дом, потом вошли во времянку, где мы с мужем жили. Все перевернули. Забрали мою золотую цепочку. Мама хотела забраться на «Урал», они обозвали ее грязными словами, хотели прикладом ударить. Сказали: «В комендатуре разберемся».

Шапаат, мать Мадины и Аюба Гайрбекова:

«…Там было несколько нормальных людей. Они стали в доме занимать позиции, куртку сына не давали взять, думали, наверное, там оружие. Я сказала им: «Почему вы так себя ведете, мы же не боевики, у нас и оружия нету». Они чуть-чуть остепенились. Когда их схватили (Аюба Гайрбекова и ее зятя, Абдул-Малика Товзарханова), они спросили, есть ли в доме еще мужчины.

Их было человек двадцать на двух почти новых «Уралах». Форма на них была пятнистая, что-то сумбурно-грязное. Сами высокие. Ростом под два метра, как и мой сын.

Заскочили еще к двум соседям, везде во второй дом (через дом). Сказали, что это обычная проверка. Поехали они в сторону Гудермеса, а потом направо. В расположение элеватора. Я схватила паспорт и побежала следом, но было поздно. Поехала в милицию, где нам всем сказали, что в три часа невиновных выпустят.

Я обращалась к Кадырову. Он вместе с отцом Аюба (с ее мужем) в хадж ездил. Передала через секретаршу. Сама искала пути освободить его, даже с помощью денег. Мой сын не боевик, он вместе со мной работал в доме детского творчества. Один метр девяносто (сантиметров) ростом, девяносто килограммов весил».

Мадина:

«Он был очень строгий, даже чересчур. Соблюдал чеченские обычаи, и в то же время от мамы ни на шаг не отходил.

А мой муж ни на какую работу не хотел выходить, пока постоянной власти не будет. После первой войны он немного работал в охране парламента. Надо было поддерживать и детей от другой его жены, поэтому пришлось на работу пойти. Ничего он не заработал, ничего не сделал…»

Марет, мать Муслима Бациева:

«Перед тем, как его забрали, он пришел ко мне ночевать. С мужем мы в разводе, он живет у отца.

Утром ему нужно было куда-то идти, он просил разбудить его в пять часов. Я разбудила, но он опять лег спать. Потом я услышала топот ног, разговоры. Выглянула в окно и увидела солдат. Я думала, просто проходят. Но потом они встали у нашего дома.

Я испугалась, разбудила Муслима. Он посмотрел в окно и сказал: «Мама, они через забор перепрыгнули». Я пошла открывать им дверь.

Они спросили мужчин. Забежали, приказали сыну лечь на пол и стали везде шарить. Потребовали паспорт, один стал искать его в куртке. Потом перестал, крикнул на Муслима, чтобы он выходил.

Я сказала: «Подождите, паспорт здесь». Муслим отдал им паспорт, а они все равно его забирают. Я сказала: «Куда вы его забираете?» На улице мой отец говорит: «Это мой внук, куда вы его забираете, он же ни в чем не виноват». Они ему ответили, что отвезут только до милиции. Там якобы разберутся и через час отпустят.

Отец сказал мне: «Дай ему куртку какую-нибудь, они же в ямы бросают». Я побежала за курткой. Но меня к сыну не пустили, забрали куртку с собой. Было два «Урала», номеров не было видно, борта были опущены.

Забрали и моего брата. В этот же день мы пошли в комендатуру. Нам сказали, что тем, кого привезли двенадцатого числа, еще повезло. Они все здесь. А тех, кого привезли до этого, куда-то увезли.

Когда освободили брата, он сказал, что до обеда их держали где-то под навесом. Потом его увели, а сына и Хутиева (Исмаила Хутиева) оставили там.

Моего брата из комендатуры отпустили на третий день. На второй день вызывали на допрос. Допрашивающий сказал, что забрали их из-за другого моего брата, который якобы обвиняется в убийстве солдата. Но его здесь не было.

В комендатуре не уточнили, когда произошло это убийство, в каком месте. А брата уже третий год нет дома.

До обеда задержанные были на территории элеватора, там военные устроили комендатуру. Они были связаны, глаза им тоже завязали, и они не видели друг друга, могли только чувствовать.

Брат говорит, что его почти не били. Его спрашивали про другого брата».

С утра в воскресенье полностью блокирован Аргун (10 км к востоку от Грозного).
                Как сообщил «Интерфаксу» пресс-секретарь администрации ЧР Таус Джабраилов, спецподразделения федеральных сил приступили к операции поиска участников вооруженных формирований ЧРИ, оружия и боеприпасов.
                По его словам, перекрыто движение транспорта по проходящей южнее Аргуна федеральной трассе «Кавказ», а также через перекресток Грозный—Ведено и Ростов—Баку. Закрыты все выезды из Аргуна в сторону Грозного, Гудермеса и Шали.
                Транспорт из западных районов Чечни в Гудермес и Дагестан направляется по сельским дорогам через Курчалой и другие населенные пункты, расположенные в предгорной зоне.
                Т.Джабраилов напомнил, что в течение последнего месяца в Аргуне была зарегистрирована серия диверсий. Так, неизвестными была обстреляна машина городского прокурора, в результате чего погибли водитель и две пассажирки, а также в ночное время в результате обстрела УАЗа с военными погиб один и двое получили ранения. По подозрению в совершении этого инцидента в Джалке были задержаны 13 человек, трое из которых до сих пор находятся под следствием.
                Как сказал Т.Джабраилов, эти и другие диверсии, совершенные в Аргуне, послужили поводом для проведения «зачистки».
                По словам пресс-секретаря, о планируемой «зачистке» были поставлены в известность городские власти и местные правоохранительные органы.

В Грозном при попытке установки фугаса на ул.Кавказская Ленинского района города задержан 20-летний местный житель Саид-Магомед Хажимиков, один его сообщник был убит, другому удалось скрыться.
                Возбуждено уголовное дело.

Сообщения СМИ

12 марта

В больницу № 9 Грозного с огнестрельным ранением в голову был доставлен Расул Эзерханов, 1959 г.р. В бессознательном состоянии его нашли в здании городской средней школы № 7. Перед выстрелом в себя он успел заметить трех людей в камуфляжной форме.

Военнослужащими войсковой колонны, проходившей из гор в сторону Ханкалы, был увезен в неизвестном направлении житель с.Чири-Юрт Шалинского района Вахид (Ваит) Ахиядович Асхабов, 1963 г.р. Он проживал на ул.Карла Маркса на окраине села.

Задержание произошло на глазах у его жены и детей. По их словам, рядом с колонной на дороге раздался взрыв, после чего, снеся ограждение из проволочной сетки, военные на БТРе въехали в огород и схватили работавшего там Вахида Асхабова.

Никаких сведений о его дальнейшей судьбе у родственников не имеется. По слухам, военные доставили его в Ханкалу, однако там сообщили, что задержанный передан в УФСБ.

В центре с.Чири-Юрт Шалинского района убит 60-летний житель с.Новые Атаги Руслан Джабраилов, троюродный брат известного московского бизнесмена Умара Джабраилова, баллотировавшегося на пост президента РФ в 2000 году.
                Машина «Газель», в которой ехал Р.Джабраилов, была заблокирована вблизи средней школы людьми в камуфляжной форме и в масках. Они выстрелили в Р.Джабраилова восемь раз из пистолета системы Макарова. От ран он скончался на месте.

У с.Шаами-Юрт Ачхой-Мартановского района (около 20 км к юго-западу от Грозного) группа милиционеров, которая передвигалась на автомашине «Урал», попала в засаду; два милиционера погибли и четверо получили ранения.

В 13 часов в двух километрах от Гудермеса на обочине дороги сработало взрывное устройство.
                Взрыв произошел в момент, когда по дороге проезжал автомобиль УАЗ, принадлежащий Грозненскому УВД, сообщили в УВД МВД РФ по Чеченской Республике. В результате взрыва получили ранения пятеро милиционеров.
                По предварительным данным, неизвестные подорвали два взрывных устройства с промежутком в несколько минут.
                Около 14 часов на восточной окраине этого города был взорван мощный фугас. Взрывное устройство было зарыто на обочине дороги и приведено в действие тогда, когда мимо проезжала автомашина «Урал» с военнослужащими; жертв нет, машина получила повреждения. Выбиты стекла в близлежащих домах.

Сообщения СМИ

13 марта

На установленной неизвестными растяжке во дворе школы пос.Кирова в Грозном подорвался Ваха Сулейманов, 1965 г.р.

Жители 30-го участка г.Грозный похоронили труп неизвестного мужчины, примерно 50 лет, найденный на ул.8 Марта четырьмя днями ранее и доставленный в РОВД Октябрьского района.

Сотрудники милиции, в свою очередь, отвезли труп в поликлинику № 5 и оставили его в помещении кочегарки. Там он пролежал четыре дня, но никем опознан не был. После этого перевезли на 30-й участок и похоронили на территории мечети.

При омовении на теле неизвестного были обнаружены колотые раны в области ребер с правой стороны. На левой руке отсутствовали три пальца. Скорее всего они были отсечены. На голове и в области левого плеча имелись следы пулевых ранений.

На неизвестном были брюки темно-синего цвета, под которыми имелось трико черного цвета с двумя белыми полосками и две пары серых однотонных с полосками носков. Он был обут в резиновые калоши, на голове имелась белая чабанская шапка.

Покидающая Чечню 74-я мотострелковая бригада Сибирского военного округа (насчитывает более 3,5 тыс. военнослужащих) потеряла в боевых действиях около 80 военнослужащих погибшими и 200 ранеными.
                Ее первые подразделения были переброшены на Северный Кавказ в сентябре 1999 года.

Сообщение СМИ

14 марта

В Заводском районе г.Грозный на территории разрушенного нефтеперерабатывающего завода им.А.Шерипова российские военные задержали группу рабочих (мужчин и женщин).

Военные потребовали денег. Когда же оказалось, что у задержанных ничего нет, заявили, что забирают с собой мужчин. Женщины стали активно противодействовать. Им даже удалось отбить одного из задержанных, Абдул-Азима Эльсанукаева, 1965 г.р. Однако военные уже избили этого человека, и его пришлось срочно отвезти в грозненскую городскую больницу № 9.

О судьбе остальных увезенных с территории завода людей ПЦ «Мемориал» ничего неизвестно.

В больницу № 9 Грозного доставлена жительница города Луиза Башаева, 1957 г.р. Она получила пулевое ранение в голову, когда работала у себя в саду на ул.Светлая.

Российские военные ворвались в дом Ширвани Усамова, жителя с.Махкеты Веденского района, и, избив его и двух взрослых дочерей, забрали из принадлежащего им магазина драгоценности и продукты.

Подвергшаяся повторному нападению за последние несколько дней, эта семья в целях безопасности вынуждена была покинуть населенный пункт и уехать в Ингушетию.

В тот же день военные ограбили Лом-Али Чакаева и его жену: у них также были изъяты деньги и золотые изделия.

Прокуратура Ачхой-Мартановского района возбудила уголовное дело № 27010 по факту похищения (ст. 126 ч. 2 УК РФ) жителя с.Шаами-Юрт Альви Арбиевича Дашаева, 1979 г.р., совершенного в начале февраля 2000 года.

В те дни российскими подразделениями проводилась операция по преследованию участников вооруженных формирований ЧРИ, с боями вышедших из блокированного Грозного и отступавших в южном направлении.

На рассвете 4 февраля Шаами-Юрт со всех сторон оцепили федеральные силы. До этого в течение нескольких дней по нему наносили удары артиллерия и авиация.

Спасая свои жизни и жизни детей, из населенного пункта выехали тысячи людей, но многие решили остаться дома. В основном, это были молодые мужчины, не захотевшие рисковать и появляться вблизи российских блокпостов, установленных на всех окрестных дорогах. На них уже были задержаны и избиты десятки местных жителей.

Не уехали из села и братья Дашаевы: Ахмед и Альви. Их мать, Тамара Солсаевна Дашаева, вместе со своим больным мужем и младшими детьми перебралась в районный центр, с.Ачхой-Мартан. Там они узнали, что при «зачистке» их родного села задержаны молодые люди. Обеспокоенная за судьбу своих старших сыновей, Тамара Дашаева 7 февраля вернулась домой. Ее дом на самой окраине Шаами-Юрта в результате артиллерийского обстрела был разрушен. Из домовладения российские военные унесли все более или менее ценные вещи. Нигде не было видно и ее сыновей.

Односельчане рассказали Тамаре Дашаевой, что военные захватили их вместе с другими местными жителями. Потом отделили от остальных и увели под мост через речку Нитхой. По свидетельствам очевидцев, там они были расстреляны.

Женщине удалось также узнать, что «зачистку» проводили военнослужащие подразделения внутренних войск, переброшенного в Чеченскую Республику из Воронежской области. Офицер, что отдал приказ о задержании Ахмеда и Альви Дашаевых, сказал примерно следующее: «Крошев, давай этих двоих на сборный пункт, к спецам».

Этот самый «Крошев» вместе с другими военными и увел их под мост.

Но Тамара Дашаева не захотела верить рассказам односельчан. Она обошла многие фильтрационные пункты Чечни, побывала в воинских частях, дислоцированных на ее территории, и даже поехала в г.Моздок (Республика Северная Осетия-Алания).

7 марта, в самый разгар поисков, на окраине леса в русле р.Фортанга был найден труп Ахмеда Дашаева. На нем остались следы жестоких пыток и избиений. В частности, были зафиксированы страшные раны в области живота. Обе ноги оказались сломанными и простреленными из огнестрельного оружия, причем перелом правой ноги был открытым. На руках были пулевые и ножевые раны, на шее остались красные полосы, возможно, от пытки удушением. Но самое главное, у него оказалось простреленным правое легкое, а в затылочной части головы в результате удара тяжелым предметом был пробит череп.

Перед тем как предать земле убитого, Тамара Дашаева обратилась в российскую комендатуру и попросила засвидетельствовать имевшиеся на нем следы пыток и избиений. Но военные отказались сделать это.

Вскоре после похорон она продолжила поиски второго сына: неоднократно ездила в места обнаружения убитых российскими военными людей, осмотрела десятки трупов, но Альви Дашаева среди них не нашла.

Кроме того, побывала во всех известных местах заключения задержанных на территории республики. Не ограничиваясь этим, обращалась в официальные органы установившейся в Чечне власти. Но все эти попытки не дали какого-либо результата: по состоянию на начало 2004 года Альви Арбиевич Дашаев числился пропавшим без вести после задержания российскими военными.

Как уже говорилось выше, в тот день были задержаны десятки людей. Однако все они, за исключением Альви, Ахмеда и Ислама Арбиевича Ибрагимова, 1979 г.р., постоянного жителя ст.Николаевской Наурского района, проживавшего в Шаами-Юрт у родственников в качестве беженца, были отпущены.

10 ноября 2000 года прокуратурой Ачхой-Мартановского района было возбуждено уголовное дело № 26056 «по факту похищения и убийства Ибрагимова И.А. по признакам ст. 126 и 105 УК РФ («похищение человека, убийство»)».

В ночь на 14 марта в Веденском районе Чечни в результате спец­операции ФСБ РФ был убит участник вооруженных формирований ЧРИ Хамид Басаев.
             Начальник управления программ содействия ФСБ Александр Зданович подтвердил факт гибели в результате операции спецподразделения федеральных сил в Веденском районе Чечни брата Шамиля Басаева — Хамида.
             Аппарат помощника президента России Сергея Ястржембского уточнил, что Хамид Басаев приходился двоюродным братом Шамилю Басаеву, а не родным, как сообщалось ранее.
             В то же время министр внутренних дел РФ Владимир Рушайло заявил, что не располагает информацией о гибели одного из братьев Шамиля Басаева, Хамида, о чем сообщили некоторые СМИ. «Мы такую информацию не давали», — сказал министр.

На рассвете совершено покушение на главу администрации с.Ножай-Юрт Ильмана Ахматханова.
             Об этом сообщила глава администрации Ножай-Юртовского района Исита Гайрбекова. По ее словам, неизвестные обстреляли жилой дом И.Ахматханова из гранатометов. При этом жилой дом получил серьезные повреждения — полностью разрушена крыша. По словам И.Гайрбековой, сам И.Ахматханов и члены его семьи не пострадали, так как они находились в комнате с противоположной стороны.

Сообщения СМИ

15 марта

Житель г.Грозный Алексей Соловьев, 1947 г.р., проходя мимо центральной военной комендатуры, получил пулевое ранение в грудь.

Около 9 утра возле с.Ойсхара (пос.Новогрозненский) Гудермесского района на пути следования российской военной колонны раздался взрыв. И, хотя он был довольно сильным, люди на него не сразу обратили внимание, потому что подобное там происходит довольно часто, и, как правило, все остается без серьезных последствий. Но на этот раз вслед за взрывом почти сразу же начался обстрел населенного пункта и прилегающей к нему территории.

Боевые машины федеральных сил развернули свои орудия и открыли огонь по жилым домам и автомобилям, которые в этот момент проезжали по трассе. Люди бросились в подвалы, но несколько человек получили осколочные ранения.

В комендатуре, которая находится недалеко от центра населенного пункта, видимо, решили, что туда вошли вооруженные формирования ЧРИ и заняли бывший клуб, в котором теперь находится ПТУ. С трудом работникам местной администрации удалось убедить военных не стрелять по зданию, в котором были только дети.

Тогда сотрудники комендатуры открыли огонь по трассе. В том же направлении стали стрелять и из воинской части (в/ч 43), дислоцирующейся на территории соседнего с.Нойбера. В зоне обстрела оказались не только дома, но и новогрозненская начальная школа. Учителя не сразу смогли вывести детей из-под огня: они бежали и падали, в то время как над ними проносились и разрывались пули. Осколком снаряда был убит 72­летний Хасмагомед Байсуевич Ярмалатов.

Перестрелка продолжалась около получаса, пока не прилетел вертолет. Видимо, только «сверху» удалось разобраться в создавшейся ситуации, и стрельба прекратилась. Но самые страшные минуты для жителей села, оказывается, только наступали.

Колонна российской бронетехники, находившаяся до этого на трассе, двинулась к населенному пункту. Военные, приближаясь к домам, открывали огонь по окнам, попадавшимся им на пути людям, сжигали автомашины, расстреливали домашний скот.

Первой их жертвой был 22-летний Аслан Икрамович Бисултанов, глухонемой от рождения, мывший машину на окраине села. Они расстреляли его, а потом подожгли машину. Огонь от нее перекинулся на труп убитого.

Во двор дома Магомаевых въехала БМП. Семья находилась в подвале, но беспрерывно плакал двухмесячный ребенок. Его мать, сестра Саслана Бисултанова, 19­летняя Залина, выбежала за молоком. Едва она появилась на веранде дома, российские военные выстрелили в нее из подствольного гранатомета. Женщина скончалась на месте.

Хасмирзу Дулаева, 1957 г.р., военные вызвали из дома и расстреляли. В подвале дома они нашли двух его дочерей, 13 и 14 лет, и 16­летнюю сноху. Возможно, с целью напугать их, была открыта стрельба из автоматов. Военные бросали гранаты в дом и в подвал, в котором те до этого находились. Потом сфотографировались на фоне трупа убитого, его перепуганных дочек и горящего гаража, в котором находилась машина.

Перед обстрелом братья Ильяс и Идрис Орзумовы ремонтировали машину. Когда началась стрельба, они вместе с женами и детьми забежали в дом. Мужчин вывели во двор, избили, а потом расстреляли на глазах у малолетних детей. Беременную жену одного из них, которая пыталась уговорить военных прекратить бесчинство, ударили прикладом автомата. Обе находившиеся во дворе машины были ими подожжены.

Ранения получили девять местных жителей. Среди них: школьный сторож Сайхан Исраилов, 1957 г.р., Имгаджи Дадагов, 1947 г.р., его дочь Заира, 1983 г.р., и 3-летняя внучка, а также Петимат Зубайраева, 1971 г.р., которая, когда в нее попала пуля, убирала со стола.

В селе серьезно пострадало около двадцати домов, сожжено шесть машин, убито более десяти коров.

18 марта, сразу же после похорон убитых, жители с.Ойсхара (Новогрозненского) перекрыли трассу Ростов—Баку и потребовали наказать всех повинных в кровавом погроме. На митинг прибыли представители правительства Чечни. Пытаясь снять вину за случившееся с российских военных, ими была озвучена версия, что после подрыва фугаса колонна, следовавшая по трассе, была еще и обстреляна из населенного пункта.

Утверждения об обстреле военных показались людям настолько нелепыми, что они просто не приняли их во внимание. Местные жители не понимали, как саперы, за день по несколько раз обследующие участок дороги, прилегающий к селу, могли не заметить фугас.

Кроме того, в той части Ойсхара, из которой якобы была обстреляна колонна, каждый житель на виду и вряд ли там мог скрыться кто-то чужой. А если бы был обнаружен провокатор, по вине которого пострадало столько людей, ему вряд ли стоило рассчитывать на пощаду.

Родственники убитых (Икрам Бисултанов, отец братьев Орзумовых и др.) обратились в прокуратуру Чеченской Республики и 20 мая 2001 года получили оттуда ответ, в котором утверждалось, что по факту убийств жителей с.Ойсхара возбуждено уголовное дело № 21063 по ст. 105 ч. 2 п. «а» УК РФ. Случилось это якобы уже 26 марта 2001 года. В ответе утверждалось также, что расследование проводит прокуратура Гудермесского района.

Однако по состоянию на середину июля 2005 года виновники этого преступления к ответственности привлечены не были, несмотря на то, что расследование событий в Ойсхаре взял под свой личный контроль глава пророссийской администрации ЧР Ахмад Кадыров.

Имгаджи Дадагов, 1947 г.р.:

«15 марта где-то в 8.30 произошел взрыв. Через минуту начали стрелять из крупнокалиберного оружия, бил гранатомет; вообще применялись все виды оружия. В поселок въехало несколько единиц техники. Я был ранен, когда прогремел первый взрыв. Это был танковый снаряд. В это время я с детьми находился во дворе. Осколки попали мне в ногу».

Сестра И.Дадагова:

«Ранена и дочь Имгаджи, Дадагова Заира, 1983 г.р., и его 3-летняя внучка: она была у деда на руках, осколок попал ей в спину. Сейчас она находится в больнице. Заире осколки попали в ногу, в спину и в руку. Нас не впускали в подвал: «Назад, суки!» — кричали они».

Алхазур Ярмалатов:

«Когда я утром вышел к трассе, там стояли три солдата. Они приехали на такси и слезли там, где потом был взрыв. Это было до взрыва. Около 8 часов я ехал в Гудермес. Солдаты стояли там, а саперы прошли мимо них. Я в Германии служил два года сапером и знаю, что там, где прошел сапер, мины не должны оставаться. После этого прошло минут 20 и прогремел взрыв.

Когда я вернулся обратно, то узнал, что были убиты мой отец, Хас-Магомед Байсуевич Ярмалатов, 1928 г.р., и сосед. Отцу осколки попали в сердце и в живот, все кишки вышли наружу. Я его с гор привез, из с.Эникали Ножай-Юртовского района, чтобы положить в больницу. Он у меня болел два года.

Во дворе находились мои дочери. Семилетняя девочка видела, как деда убили, она старалась закрыть его. Пришли солдаты, увидели девочек, спросили, кто убитый. Девочка ответила, что дедушка. «А где отец?» — спросили они. Она ответила, что не знает. Спросили про мать. Девочка ответила, что на базаре. Тогда один из них завернул их в бушлат, спасибо им за это, и передал их, чтобы спасти. Среди них есть и нормальные люди, но их очень мало, из ста — один, два».

Петимат, 13 лет, дочь убитого Хасмирзы Дулаева, 1957 г.р.:

«Наш отец вышел из бани. Мы ему сказали: «Ката, не выходи». Он все же вышел. Как выяснилось после, его вызвали на улицу русские и убили. После чего вошли во двор и стали очередями стрелять в подвал, а мы в это время сидели в углу (там была моя старшая сестра Мадина, ей 14 лет, и сноха, 16 лет). Мы сидели, прижавшись к углу, когда они стреляли.

После они подожгли соседский двор, а потом опять кинули к нам во двор гранату. Она попала в гараж, он загорелся. В гараже стояла машина, которая тоже загорелась. Нас троих оглушило. Мадина даже не понимала, что делает.

Мы были в углу подвала, когда они в отца стреляли. Потом, когда мы хотели подняться, они направили на нас автоматы и говорили, чтобы мы поторапливались, иначе они будут в нас стрелять. Когда мы хотели подняться, они то говорили, что дадут нам подняться, то не дадут. Издевались. Они сказали нам: «А мы ведь убили вашего отца». Мы ответили: «Это неправда, вы не могли его убить». Когда мы все же вышли, они, направив на нас автоматы, говорили друг другу: «Смотрите, я сейчас буду в них стрелять».

А когда я подбежала к отцу, они засмеялись и сказали: «А вы посмотрите в гараж». Наша бабушка побежала его тушить, но они приказали ей вернуться. В доме тоже был огонь. Я забежала в дом, сдернула горящие занавески и выключила газ. Огонь потух.

Нас сильно мучили, просили отдать мужчин, которых якобы мы спрятали. Они спрашивали, есть ли кто наверху в доме. Мы сказали, чтобы они посмотрели сами, если не верят. Тогда они стали стрелять из автоматов в комнаты, а потом решили, что мы спрятали мужчин в шифоньер и стали стрелять из автоматов в него. Говорили грязные слова. Все в доме разрушено, потому что они кинули туда гранату. Половина того, что у нас было, сгорело. Они нашли удостоверение нашего брата, забрали его, украли вещи. Потом они все вышли, потом опять пришли. Они снимались фотоаппаратом и нас фотографировали. Все время требовали мужчин и ругались матом».

Соседка Дулаевых:

«Хасмирзе пустили пулю прямо под глаз, она вышла с затылка. Брат его живет по соседству, там находились его мать с детьми. Мать просила: «Не стреляйте». У Хасмирзы пятеро детей осталось. Трое несовершеннолетние. Когда они фотографировали девочек, заставляли их улыбаться. Они громили дом, искали деньги».

Мальхиш Абдулаева, 1933 г.р.:

«Они пришли и стали спрашивать, есть ли мужчины. Мы ответили, что нет. Тогда они сказали детям, чтобы те поднялись. Я спросила: «Вы хотите нас убить?» Мне ответили: «Нет». Когда дети поднялись наверх, в подвал кинули гранату, стали стрелять из автоматов и требовать мужчин. Не поверив тому, что их нет, они стали бросать повсюду гранаты и сжигать машины. Затем убили парня. Перебили много кур, гусей. Мы боялись двинуться с места. Когда все это закончится?!

Мы молим Аллаха, чтобы он избавил нас от войны, уже не первый раз над нами творится такое. Нам негде жить, крыши над головой не осталось».

Тоита (фамилию не назвала):

«Я ходила в ларек за куртками. Началась бомбежка, и я побежала в школу, у меня там был сын, Ислам, он учится в первом классе. Дочка была дома, остальные дети играли во дворе. Когда все это началось, они спустились в подвал. Я привела Ислама домой, но мой дом был разрушен. За считанные минуты меня оставили без крова! Девочка моя, Таиса, 17 лет, кричала: она думала, что нас с сыном убили».

Таиса (фамилию не назвала):

«Я побежала посмотреть, где мой младший брат, потом побежала выключать газ. По телу как будто пробежал огонь. Стреляли по крыше, разорвался танковый снаряд. У нас заложило уши у всех. Мы очень боялись. А они смеялись, такие наглые лица!»

Зоя Медаева:

«Я в это время была с дочкой в комнате, ей пять лет. Резко открылась дверь, взорвалась мина, пули пролетали мимо нас. Мы выбежали, спрятались в фундамент дома, который строится. Они из танка стреляли в соседний дом. У них был БМП, БТР и машина.

Два солдата говорят: «Ваня, Вася, всех расстрелять направо и налево! Чтобы никого не оставили в живых». Один сказал: «На этой улице никого не осталось в живых. Давай пойдем на другую, там будем стрелять в каждого, кого встретим».

Они никого не оставляли в живых, стреляли даже в животных, убивали кур, собак. Они были пьяные. Я выглянула и увидела, как один из военных бросил гранату в дом, который находится на параллельной улице. Горели машины.

Они вытащили двух братьев, которые через дом от нас живут, и расстреляли их. Мы слышали крики жен этих братьев: «Не стреляйте, не убивайте наших мужей, они ни в чем не виноваты». Мы слышали, как их били, как они кричали. На глазах детей и жен они их расстреляли.

Сайхана Исраилова, 1957 г.р., школьного сторожа ранили в правое плечо, стреляли из пулемета. Он кричал, что это — школа, там только дети, а они выстрелили в него в упор».

Римма Усумова:

«Я стояла у ворот и видела, как танки поднимались наверх. Дети у меня были дома, в комнатах. Не прошло двух минут, поднимаются двое, по-моему, контрактники, они были в камуфляжной форме.

Я вышла к ним навстречу с трехлетней дочкой на руках и сразу сказала: «Тут дети, не стреляйте!» Один, который стоял на дороге, выстрелил в меня. Я пригнулась и чудом спаслась. Там, на стене, даже есть следы от этих пуль. Второй подошел к двери, которую я специально оставила открытой, чтобы взрывной волной не снесло.

Я снова ему сказала: «Не стреляйте, здесь дети!», но он и не посмотрел на меня. Я увидела, что он снимает кольцо с гранаты, забежала в комнату, укрыла собой детей, думала, что это уже конец. Он кинул гранату в соседнюю комнату и ушел. Мы чудом остались живы.

Рамы выбило. Половые покрытия, мебель, кресла, ковры — все пропало, повсюду осколки. Лица одного из них я совсем не разглядела, другому лет под сорок, я его хоть сейчас узнала бы».

Магомаева:

«Военнослужащие загнали во двор танк, остановили. Мы не видели этого, поскольку были в подвале. С нами была наша сноха, Залина Бисултанова, 19 лет, у нее двухмесячный ребенок. Как только началась стрельба и мы забежали в подвал, он начал плакать, видимо, голодный был. Полчаса шел обстрел, и полчаса ребенок плакал. Потом вроде затихло. Залина не выдержала, она решила выскочить, чтоб принести молока. Только она открыла дверь на веранду, как они сразу стали стрелять в нее…»

Мужчина (не представился):

«Когда она открыла дверь, чтобы пойти за молоком, в нее стали стрелять. Во дворе стоял БМП, военнослужащие выстрелили из гранатомета. В это время ее рука была на ручке двери. После выстрела пальцы ее висели на той же ручке, правый бок весь в осколках, рука разорвана до костей, в правой щеке огромная дырка, челюсть разбита. У нее остался двухмесячный ребенок…»

Рашид Мадаев, зам. главы администрации села:

«15 марта были убиты братья Орзумовы. Старший Ильяс и младший Идрис ремонтировали машину. В мотор поступила вода, они сняли головку и хотели ее починить. В это время, в 8.55, начался обстрел.

Братья заскочили в дом. В доме были дети. Через полчаса после обстрела военные на БТРах и на БМП начали разъезжать по улицам. Заехали во двор Орзумовых, вывели их на улицу. Они подняли руки, сказали: «Посмотрите, мы ремонтировали машину, мы не боевики». Но их положили на землю и расстреляли в упор. У Ильяса в голове было шесть отверстий, челюсть раздроблена. Идрису пуля попала прямо в сердце, он умер сразу».

Фатима Орзумова:

«В это время дома находилась я, муж, его брат и дети (от двух до десяти лет). Муж и деверь ремонтировали машину.

Около 9 часов начался обстрел. Взрыв, который раздался до этого, был мощный. Когда стали стрелять, мы спрятались под кровать. Военнослужащие вошли, вывели мужа и деверя на улицу. Нас всех выгнали на улицу, все в доме сломали, потом избили и расстреляли мужа и деверя. Я умоляла не бить их, не убивать!

Солдаты меня ударили прикладом автомата и отбросили назад. При этом были дети. Они видели, как их отцов расстреляли: у меня дочка, Анжела 1995 г.р.; племяннику мужа шесть лет; десять лет Зауру; Аминат восемь лет и младшему два года; так же здесь были соседские дети, которые пришли к нам потому, что у них сгорел дом».

Икрам Бисултанов:

«Мой сын, Саслан Икрамович Бисултанов, 1979 г.р., с рождения был глухонемым. 15 марта утром он вышел помыть свою машину: у нас была частная автомойка, он там работал, а в тот день пошел мыть свою машину «Жигули», которую купил недавно.

Я в тот день поехал в центр к матери, она у меня болела. Как только началась стрельба, я побежал к дому, но нас не пустили. Там стояла местная милиция, пропустили минут через двадцать. И мы ужаснулись, увидев картину, представшую перед нами: лежала взорванная машина моего сына, она была сожжена — ее взорвали, а потом сожгли. Неподалеку от машины лежал мой сын. Над ним уже стояли двое-трое бойцов ОМОН, наставив автоматы. По-моему, его топтали ногами. Со мной был племянник, мы с трудом смогли его оттуда вывести. Его хотели задержать, но, видно, подумав, что дело может дойти до драки, отпустили.

Я не осматривал труп сына полностью, но я увидел, что на ногах были вырваны большие куски мяса. На груди были дырки от осколков. Как мне сказали очевидцы, прямо на него направили крупнокалиберный пулемет. Я видел дырку от пули.

Метрах в десяти-пятнадцати от сына лежал старик. Его застрелили. Он был больной, его привезли лечиться.

Начиная с 1994 года они убивают мирных людей. За что? Утром, часов в семь, прошли миноискатели, саперы, очистили дорогу. После них на том месте, где потом прогремел взрыв, стояла машина ГАИ. Вроде бы было все в порядке. Через два часа прогремел взрыв.

У нас очень много сомнительных вопросов: кто мог фугас за два часа поставить, или саперы плохо работают?

Из дома вывели нашего соседа Кату (Хасмирзу Дулаева), выстрелили ему в голову, прямо перед детьми, после чего бросили.

Рядом жили его двоюродные братья Орзумовы: Идрис и Ильяс, их тоже вывели, перед детьми и женами расстреляли.

Машины все сожгли, мужчин, которые были здесь, расстреляли. Как жить дальше, не знаем».

Рашид Мадаев:

«Когда с трассы начали стрелять, военнослужащие из 43-го полка, который базируется у с.Нойбера, тоже начали стрелять в сторону трассы, еще не зная, что произошло. Стреляли по домам. От полка до места происшествия метров 500.

Мы были в поселковом совете, когда началась стрельба. От комендатуры, которая находится в нашем поселке, подошли военные: один русский, двое башкир. Там находится башкирский СОМ, читинский ОМОН.

Они при нас передали по рации, что стреляют из разрушенной школы. Я им объяснил: «Во-первых, это не школа, а старый разрушенный клуб». Они ответили: «Стреляли, значит, из клуба». Я сказал, что, во-вторых, из клуба не могут стрелять, потому что там находится филиал грозненского ПТУ № 3. Мы только что вместе с главой администрации Сайд-Альви Ахъядовым и заместителем Рамзаном Целиевым вывели оттуда детей. За сельсоветом они прятались сначала за кирпичное здание, потом огородами ушли по домам.

Потом военные передали: «Нет, нет, они стреляют не отсюда, это снизу, и 43-й полк стреляет». Потом башкир берет рацию и говорит: «Давай я». Он связался с командиром и поговорил с ним о чем-то по-башкирски.

Потом Рамзан Целиев с участковым хотели подъехать к колонне, но их не подпустили. Над головой и вокруг них стали стрелять, и им пришлось возвратиться».

Около 13.45 российские военные, прибывшие в с.Дуба-Юрт Шалинского района на двух БТРах и автомобилях «Урал» и УАЗ, окружили дом местного учителя Абдуллы Бачаева (ул.А.Шерипова, 173 (или 175)) и открыли по нему огонь. Через несколько минут они ворвались в помещение и вывели из него: Шамхана Шамсудиновича Вакаева, 1975 г.р., отца троих детей, и его брата, Шамиля Шамсудиновича Вакаева, 1976 г.р.

Согласно рассказам местных жителей, при задержании Шамиль Вакаев оказал вооруженное сопротивление, убив одного и ранив несколько нападавших. Однако и сам был тяжело ранен.

Кроме них российские военные захватили двух дуба-юртовцев, оказавшихся во дворе дома недалеко от места перестрелки: Рамзана Мусаевича Дудаева, 1969 г.р., отца пяти малолетних детей, и Саламбека Магомедовича Татаева, 1976 г.р., имеющего троих детей. Был задержан и Юнус Даудович Абдурзаков (Абдуразаков), 1979 г.р., проживающий в соседнем с.Чири-Юрт, по адресу: пос.Цементного завода, д.9, кв.21.

И стрельба, и задержание людей записывались на видеокамеру. В тот же вечер сюжет о событиях в Дуба-Юрте был показан в программе «Вести» (телеканал РТР) с комментариями журналиста о том, что «захвачены боевики, оказавшие военным вооруженное сопротивление». Эта запись, на которой родственники среди других опознали и стоявшего у стены с поднятыми вверх руками Юнуса Абдурзакова (Абдуразакова), впоследствии не раз демонстрировалась по названному выше телеканалу. В том числе в 22.40 14 мая 2001 года (как «оперативная съемка ФСБ») и в программе, посвященной «Дню чекиста», около 17 часов 20 декабря 2001 года (репортаж журналиста Дмитрия Се­дова).

Несмотря на неоднократные обращения родственников в военную комендатуру и гражданскую администрацию Шалинского района, в офис специального представителя президента РФ по соблюдению прав и свобод человека и гражданина в ЧР, в местную и республиканскую прокуратуру, установить местонахождение всех этих людей не удалось. Но, по имеющейся информации, вскоре появился посредник. За информацию о судьбе задержанных он запросил 500 долларов США. По словам этого человека, деньги ему нужно было передать военным на базе в Ханкале.

26 июня 2001 года в назрановский офис ПЦ «Мемориал» обратилась Румани, мать Юнуса Даудовича Абдурзакова (Абдуразакова). Женщина уточнила некоторые обстоятельства его задержания. Выяснилось, что 15 марта, откликнувшись на просьбу матери проведать больную бабушку, он через Дуба-Юрт ехал в с.Дачу-Борзой. Номера БТРов, на которых прибыли участники задержания ее сына, братьев Вакаевых, Саламбека Татаева и Рамзана Дудаева были замазаны грязью. Отсутствовали регистрационные знаки и на «Урале». Лишь на автомобиле УАЗ-452 (т.н. таблетке) жители Дуба-Юрта рассмотрели часть номера: В 242 (?) (?) 15/rus. От них же стало известно, что задержанные были отвезены на окраину села и там пересажены в вертолет. По другим данным, их повезли в сторону Дачу-Борзоя в расположение военной группировки, которая дислоцируется рядом с этим селом.

По факту похищения сына Румани Абдурзаковой (Абдуразакова) и вышеупомянутых жителей с.Дуба-Юрт по ст. 126 ч. 2 п. «ж» УК РФ прокуратура Шалинского района возбудила уголовное дело (№ 22116). Случилось это 29 июня 2001 года, т.е. на третий день после посещения этой женщиной офиса ПЦ «Мемориал». Об этом в письме за № 7-40-3338-01 от 13 июля 2001 года сообщил начальник отдела по надзору за исполнением законов и законностью правовых актов прокуратуры ЧР К.О.Курагин (номер уголовного дела, правда, в нем указан не был).

Согласно материалам уголовного дела, задержание братьев Вакаевых, Юнуса Абдурзакова (Абдуразакова), Саламбека Татаева и Рамзана Дудаева было осуществлено служащими 34 ОБРОН ВВ МВД РФ и спецподразделения ФСБ «Альфа». Интересно, что еще 18 мая 2001 года в письме за № 814 военный прокурор воинской части 20116 С.Н.Соловей утверждал, что «причастность к задержанию военнослужащих не установлена».

29 августа 2001 года производство по уголовному делу № 22116 было приостановлено. 30 марта 2002 года прокуратура ЧР отменила постановление о приостановлении дела и направила его на доследование в военную прокуратуру. Однако 7 октября того же года его вернули в прокуратуру ЧР, чтобы уже на следующий день переправить в прокуратуру Шалинского района.

По имеющейся у ПЦ «Мемориал» информации, 21 ноября 2002 года уголовное дело по факту похищения «не установленными военнослужащими» Юнуса Абдурзакова (Абдуразакова), Шамиля и Шамхана Вакаевых, Саламбека Татаева и Рамзана Дудаева снова было передано в военную прокуратуру ОГВ (с). Там оно на тот период значилось под № 15/25-1126д-02.

Около 16 часов на трассе Грозный—Шатой в районе заброшенных дачных участков на выезде из города российские военные обстреляли автобус, в котором ехали мужчина и женщина. Водитель не пострадал, однако оба пассажира получили ранения. Их оперативно доставили в больницу с.Старые Атаги Грозненского (сельского) района.

В Грозном полностью сгорели оборудование, инвентарь и газетная бумага республиканского типографско-издательского комплекса. Об этом заявил журналистам председатель Госкомитета по делам издательства, полиграфии и книжной торговли Чечни Леча Баканаев.
                Он утверждает, что это произошло в результате массированного обстрела, который велся с неустановленного места, ориентировочно с окраин города. По словам Л.Баканаева, о случившемся в известность поставлены мэр Грозного, комендатура и милиция.
                Комплекс, где произошел инцидент, расположен в центре сто­лицы Чечни, в 200 метрах от городской администрации и на таком же удалении от здания, в котором планируется через две недели разместить чеченское правительство.

Сообщение СМИ

16 марта

Утром женщины, торгующие на мини-рынке на ул.Маяковского г.Грозный, обнаружили возле одного из столов большую лужу крови. При этом все столы были облиты бензином, как будто кто-то собрался их поджечь. След от кровавой лужи вел в сторону блокпоста № 9, который расположен в ста метрах от этого места, на пересечении ул.Маяковского с ул.Б.Хмельницкого.

Жители находящихся рядом домов рассказали, что между двумя и тремя часами ночи они видели на территории рынка БТР и слышали русскую речь. Через некоторое время там началась стрельба.

О возможно совершенном преступлении женщины решили сообщить в администрацию Ленинского района, но не встретили у его работников понимания. Заявляя, что это не их дело, что «пришли не по адресу», они посоветовали обратиться в прокуратуру и милицию. В свою очередь, продавцы сказали, что идти туда опасаются. Спор с представителями власти длился еще некоторое время. В итоге сотрудники администрации согласились прийти к указанному блокпосту и месту, где была обнаружена кровь.

Женщины вернулись туда намного раньше и, подойдя к блокпосту, попробовали вызвать его командира. Им ответили, что ночью перед этим он якобы был убит, а другой военный — ранен. По поводу лужи крови у торговых столов военнослужащие заявили, что не имеют к ней никакого отношения.

В свою очередь, они обрушились на женщин, безосновательно обвиняя их в том, что те скрывают боевиков, которые по ночам в них стреляют.

Подошедшие к этому времени работники администрации, молча стояли в стороне, не вступая в перепалку. Затем все так же молча ­уехали.

Женщины поняли, что никакой информации о событиях, случившихся накануне ночью, от военных добиться не удастся. Надеясь на приезд сотрудников милиции и прокуратуры, они вернулись на рынок и простояли там, не приступая к работе, несколько часов. Но до обеда никто там не появился. Тогда, прикопав кровь землей, они почистили столы и начали торговать.

Около 18 часов, когда женщины стали расходиться по домам, со стороны блокпоста неожиданно открыли автоматный огонь. Одна из продавщиц — ее звали Роза — была ранена в плечо. Ее мать побежала к военным и стала кричать, требуя ответить, за что они хотели убить ее дочь.

Военный, находившийся на блокпосту, громко, чтобы все слышали, заявил: «Да, мы вас убиваем! Вас надо было еще в 44-м убить». Потом он чуть поправился: «Нет, в 37-м!»

В 15.30 в г.Грозном убит житель с.Старые Атаги Грозненского (сельского) района Шадид Шамаевич Садыков, 1972 г.р. Инцидент произошел недалеко от железнодорожного тоннеля на просп. им.А.Авторханова (бывшая ул.Ленина). Рядом с этим местом на площади «Минутка» на блокпосту находились сотрудники ОМОН Мурманской области.

Убитый заправлял свой автомобиль, когда в него попала пуля, выпущенная скорее всего из снайперской винтовки. По утверждению российских омоновцев, стрельба велась со стороны разрушенного многоэтажного здания. Они заблокировали его и осмотрели, но найти там кого-либо не сумели.

17 марта

В г.Грозном у себя дома неустановленными преступниками зарезана санитарка городской больницы № 9 Валентина Стегленко.

В дом Светланы Ивановны Степы, 1977 г.р., который находится в городе на ул.Крестьянская, ворвались неизвестные и нанесли ей тяжелое ранение в голову.

Утром на одной из улиц г.Аргун российскими военными убит Салман Джафаралиев, 1950 г.р.

Об обстоятельствах данного преступления мало что известно. Однако местные жители, с которыми беседовали сотрудники ПЦ «Мемориал», утверждают, что военные застрелили этого человека без видимых на то причин.

Несколько российских военных, отдыхавших недалеко от с.Ойсхара (пос.Новогрозненский) Гудермесского района, были обстреляны неизвестными, приехавшими на автомашине «Жигули» шестой модели без номеров. Никто не пострадал.

В ответ военные стрелять не стали. Уезжая, нападавшие прокричали находившимся неподалеку женщинам, что скоро перестреляют всех русских.

На следующий день, в воскресенье, жители населенного пункта собирались провести митинг с требованием наказать служащих российского подразделения, 15 марта казнивших шесть и ранивших девять человек. Поэтому женщины решили, что обстрел — это провокация, направленная на то, чтобы сорвать планирующееся мероприятие. Они вооружились палками и на случай нового визита тех, кто у села обстрелял военных, остались на его окраинах. Однако в тот день в с.Ойсхара (пос.Новогрозненский) никто больше не приехал.

Трехдневный траур объявлен с 17 марта в пос.Новогрозненский (Ойсхара) Гудермесского района Чечни. Об этом сообщил глава администрации поселка А.Абольядов.
             По его словам, траур связан с гибелью 15 марта восьми человек из этого населенного пункта. Причем глава местной администрации отметил, что их смерть произошла «в результате событий, последовавших за подрывом на проходящей вблизи этого населенного пункта трассе «Кавказ» бронемашины федеральных войск».
             Среди погибших, отметил А.Абольядов — 20-летняя мать двухмесячного ребенка и 73-летний старик. Он подчеркнул, что ему пришлось приложить большие усилия к тому, чтобы удержать жителей поселка и близлежащих сел, которые намеревались с телами покойников двинуться по трассе «Кавказ» в Гудермес.
             С момента инцидента, сообщил А.Абольядов, никто из высокопоставленных представителей руководства республики поселок не посетил. Не оказана была и помощь в организации похорон погибших.

Сообщение СМИ

18 марта

В ночь на 18 марта в с.Автуры Шалинского района из собственного дома увезен 18-летний Джунаидов.

Российские военные, которые принимали участие в операции, не представились. Они не объяснили причин своих действий родственникам задержанного ими молодого человека, не сказали, где его потом будут содержать. У ПЦ «Мемориал» отсутствует какая-либо достоверная информация о дальнейшей судьбе Джунаидова.

На рассвете российские подразделения оцепили с.Нойбера (Найбере) Гудермесского района. В ходе последовавшей затем т.н. адресной зачистки были задержаны шесть местных жителей. Трое из них являлись членами одной семьи (отец и два сына). Их имена:

1. Адам Юсупов, 1975 г.р.;

2. Руслан Юсупов, 1978 г.р.;

3. Имран Юсупов, 1982 г.р.;

4. Юсупов, 1952 г.р., его имя неизвестно;

5. Аюб Мамадиев, 1978 г.р.;

6. Сосед Мамадиева, имя, фамилия и возраст ПЦ «Мемориал» неизвестны.

Военные, осуществлявшие «зачистку», на короткое время заехали в войсковую часть, размещенную в черте населенного пункта. Родственники задержанных обратились к ее командному составу, однако те отказались сообщить, кто осуществил захваты людей.

Жители села перекрыли трассу Ростов—Баку и потребовали немедленного освобождения своих односельчан. На митинге протеста присутствовали и сотни людей из соседнего с.Ойсхара (пос.Новогрозненский), где двумя днями ранее в результате учиненного вооруженного погрома были убиты и ранены ни в чем не повинные люди.

Увидев направлявшуюся к трассе толпу, военные, стоявшие у с.Ойсхара, ушли с блокпоста. Его немедленно заняли мальчишки. Они перевернули будку, а затем сожгли блиндаж. Однако в отношении самих военных ими не было совершено никаких противоправных действий.

На митинг приехали представители правительства Чечни. Они выслушали людей, а затем выступили сами, обещав содействовать в освобождении незаконно задержанных людей.

И действительно, их отпустили с интервалом в несколько дней. Руслана Юсупова привезли домой последним, на четвертые сутки после похищения. Сделали это военный комендант ЧР И.Бабичев и некто Олейников. Но, как рассказывают очевидцы, за его освобождение пришлось купить и сдать в ФСБ два автомата.

По признанию освобожденных людей, они подвергались жестоким избиениям и пыткам. У некоторых из них отбиты внутренние органы. Соседу Мамадиева сломали ноги и ребра. В тяжелом состоянии его вывезли на лечение в Москву.

За три дня до описываемых событий недалеко от Нойбера неизвестными был подорван российский БТР. Сразу же после этого прилетевшие вертолеты обстреляли и само село, и участок трассы, прилегающий к нему вплотную. Под обстрел попал автомобиль РАФ с женщинами, следовавшими в г.Хасавюрт (Дагестан). Среди пассажиров были убитые и раненые. Пострадали и местные жители.

Военнослужащие федеральных сил, захватившие жителей с.Ной­бера, применяя пытки, требовали, чтобы они взяли подрыв БТРа на себя.

На трассе Ростов—Баку у с.Ойсхара (пос.Новогрозненский) Гудермесского района состоялся многолюдный митинг, посвященный событиям, произошедшим в этом населенном пункте 15 марта. На митинге выступил заместитель председателя правительства республики по силовым структурам Юрий Павлович Эм.

В своем выступлении он сказал:

«Я приношу соболезнование всем родным и близким от себя лично и от правительства. Это трагедия для всех. Это произошло по стечению обстоятельств. Люди погибли. Что могу сказать? Эти негативные моменты взяты на жесткий контроль, прокуратура занимается следствием, без контроля это все не останется. Те виновные, которые это совершили, будут строго наказаны. Это первый момент.

Второй момент. Мы переговорили с близкими пострадавших, с советом старейшин. Я сегодня же доведу до председателя правительства все ваши требования. Добьюсь того, чтобы сюда прибыла комиссия и разобралась, у кого что сожжено, разбито, чтобы был возмещен ущерб, и систематически в ходе следствия мы будем доводить до вас результаты.

Я думаю, мы с вами вместе все-таки должны решить эту проблему, для того чтобы здесь восторжествовал мир. Да, есть негодяи, есть. Мы с вами вместе должны от этого уходить. Изолировать их, как со стороны военных, так и с другой стороны. Давайте теперь, мы их с вами не вернем (о погибших), давайте вместе с вами не допускать таких моментов…».

Юрий Эм сообщил, что прокуратура проведет объективное и беспристрастное расследование всех обстоятельств гибели людей. Но жителей села не удовлетворили его обещания. Особенно их встревожило то, что на рассвете именно этого дня из соседнего населенного пункта Нойбера российские военные увезли в неизвестном направлении шесть человек.

Односельчане задержанных, требуя их освобождения, вместе с жителями Ойсхара участвовали в акции протеста на трассе Ростов—Баку.

Во дворе горбольницы № 9 г.Грозного неизвестный выстрелом в затылок убил Ольгу Андреевну Мирошниченко, 1946 г.р., проживавшую по адресу: ул.Первомайская, 15.

Ольга Мирошниченко приехала в больницу навестить больного мужа.

Во время рубки дров в лесу подорвались на мине и погибли двое жителей с.Махкеты Веденского района: 28-летний Руслан Асланбекович Джабраилов и пожилой мужчина, которого местные жители называли «Дада».

В г.Грозном в результате выстрела, произведенного из здания цирка, где располагается мобильный отряд УВД МВД РФ по ЧР, ранение в голову получил Абдулла Эдисултанов, 1964 г.р.

Абдулла Эдисултанов проживает на ул.Таманская, недалеко от здания цирка.

19 марта

В с.Пригородное Грозненского (сельского) района на автомобиле «Урал» прибыли три сотрудника МЧС. Собравшимся вокруг местным жителям один из них сообщил, что необходимо срочно предать земле трупы четырех мужчин, которые были обнаружены в дачном поселке недалеко от Ханкалы. Сделать это согласились около 20 человек. Сотрудники МЧС отвезли трупы на кладбище, выгрузили там, а затем незамедлительно покинули населенный пункт.

Сразу после их отъезда дорогу, ведущую к кладбищу, перекрыли российские военные. Они прибыли туда на одной БМП и нескольких грузовых автомобилях. Отказываясь отвечать на вопросы и ссылаясь на приказ, военные не пропустили людей, отправившихся захоронить трупы.

Однако несколько человек прошли на кладбище другой дорогой. Они пронесли туда фото- и видеоаппаратуру. Перед тем, как опустить трупы в могилу, жители Пригородного сфотографировали их и сделали видеосъемку.

Трупы были полностью обнажены. На телах неизвестных остались следы вскрытия — от шеи до паховой области. Кроме того, на двух из них в области ключицы и в плечевых суставах имелись разрезы. По утверждению местных жителей, производивших захоронение, у убитых оказались вскрытыми и черепные коробки (на сделанных ими фотографиях этого, однако, не видно). Трупы весьма грубо и неаккуратно были зашиты.

Жители Пригородного отметили, что в области брюшной полости у них имелись дырки, проделанные, по всей видимости, специальным хирургическим инструментом. Явных признаков избиений и пыток на трупах не оказалось,

21 марта фотографии и видеофильм с изображением тел были доставлены в назрановский офис ПЦ «Мемориал».

23 и 24 марта в убитых были опознаны следующие люди:

1. Исмаил Мусостович Хутиев, 1982 г.р.;

2. Муслим Умарович Бациев, 1976 г.р.;

3. Аюб Бибулатович Гайрбеков, 1978 г.р.;

4. Абдул-Малик Газалиевич Товзарханов, 1963 г.р.

Все они были задержаны российскими военными в ходе «зачистки» г.Аргун 11–14 марта. До обнаружения трупов, несмотря на многочисленные обращения в различные официальные инстанции, включая прокуратуру, о местонахождении этих людей ничего не было известно.

Через некоторое время родственники перезахоронили убитых, однако повторное вскрытие проводить не захотели.

Эта трагическая история получила широкую известность в Чечне, став своего рода зримым подтверждением задолго до этого циркулировавших слухов о том, что российские военные похищают людей с целью изъятия у них внутренних органов. Во многом это объяснялось теми вопросами, которые легко могли возникнуть и возникали у любого непредвзятого человека после ознакомления с фотографиями трупов и их видеозаписью, широко разошедшихся впоследствии по республике. Вот лишь некоторые из них:

1. Откуда трупы были доставлены в Пригородное?

2. Кто и почему производил их вскрытие?

3. Что явилось причиной смерти этих людей?

С целью получить ответы на некоторые из возникших вопросов 10 апреля в Москве старшим научным сотрудником ПЦ «Мемориал», врачом Александром Викторовичем Соколовым был проведен анализ видеозаписи. Ниже приводится полный текст экспертизы:

«31 марта 2001 г. мной был проведен предварительный анализ видеозаписи, полученной 29 марта 2001 г. из офиса ПЦ «Мемориал» в Назрани. Настоящий текст основан на результатах этого анализа и адаптирован для людей, не имеющих медицинского образования.

Со слов лиц, от которых была получена пленка, видеозапись содержит внешний осмотр тел и сцену захоронения 4 человек. Они были задержаны в ходе «зачистки», проводившейся 11–14 марта в г.Аргуне, и затем убиты. Их тела были доставлены сотрудниками МЧС к кладбищу с.Пригородное.

Как мне стало известно, позже в Чечне некоторые люди начали утверждать, что из тел были извлечены разные органы, которые использовались для пересадок, и что якобы существует специальный механизм по вывозу человеческих органов из Чечни с территории военной базы в Ханкале.

Комментарий, сопровождающий запись, соответствует вышеприведенному утверждению. При этом неизвестный автор комментария настаивает, ссылаясь на мнение местных врачей, что направление производства разрезов на трупах не соответствует следам, остающимся после патологоанатомического исследования, так как сделаны в противоположном обычному направлении, и что выражение лиц слишком спокойное для умерших.

При просмотре видеозаписи можно прийти к следующему.

1. Качество видеозаписи, условия освещения и длительность записи достаточно хорошие. Вместе с тем практически отсутствуют крупные планы, показывающие детали возможных повреждений на трупах, вследствие чего снижается достоверность изложенных далее описания и выводов. Так же следует указать, что данные, полученные при просмотре фото- или видеоматериала, носят в обычной ситуации лишь дополнительный характер по сравнению с непосредственным осмотром.

2. На видеозаписи зафиксированы обнаженные тела 4 мертвых мужчин разного возраста.

Сохранность тел хорошая, она не может служить препятствием для идентификации умерших. Относительно давности смерти, можно отметить, что признаков мумификации или значительных следов разложения не отмечается. Вместе с тем на всех трупах уже видны следы посмертных изменений тканей. Таким образом, в обычных условиях нахождения трупа, давность смерти может соответствовать указанным в устном сообщении срокам.

3. На теле, лежащем в ряду слева, в области ключицы видно ровное круглое отверстие с прокрашенными в коричневый цвет краями и окружающими кожными покровами (на фотографии метка А). Такое прокрашивание может быть результатом антисептической обработки, а отверстие примерно соответствует стандартному месту установки подключичного катетера. Вместе с тем появление подобного отверстия может быть следствием огнестрельного ранения, которое затем также подверглось обработке. При этом качество съемки не позволяет сделать однозначный вывод. На этом же теле в правом мезогастрии видны нечеткие следы двух отверстий (метка Б), подобные тем, которые возникают при установке катетеров для промывания брюшной полости, при этом из-за неполного обзора тела при записи нельзя сказать, производилась или нет операция на органах брюшной полости.

4. Общий вид и расположение разрезов на трупах не соответствуют прижизненным органосберегающим хирургическим манипуляциям и характерны для патологоанатомического секционного исследования. При этом направление производства разрезов, в отличие от их расположения, может зависеть от личных привычек лица (часто не врача, а санитара), производящего секцию, и условий подхода к прозекторскому столу. Изменение выражения лица умерших достаточно известно как разглаживание черт лица и описано не только в медицинской, но и в художественной литературе. Оно объясняется снятием посмертного спазма лицевых мышц и началом процесса разложения тканей.

5. В связи с отсутствием на видеозаписи видимых внешних повреждений, могущих быть причиной смерти, установить причину смерти не представляется возможным. Можно предположить, что некоторые из умерших проходили лечение в стационаре. Этим же и объясняются видимые следы патологоанатомического исследования.

Никаких данных в пользу версии об извлечении органов с целью последующей трансплантации анализировавшаяся видеозапись не содержит».

Однако и сам этот анализ породил новые вопросы. В частности известно, что разрезы от подбородка до лонного сращения не производятся на живом человеке. Но если вскрытие сделал патологоанатом, то почему трупы не были маркированы и помещены в морг или холодильную камеру до выяснения личности и передачи родственникам? Кроме того, Александр Соколов, констатировав, что «видимых внешних повреждений, могущих быть причиной смерти» на видеозаписи нет, высказал мнение, что некоторые умершие могли бы проходить «лечение в стационаре».

К этому времени тела уже опознали и даже перезахоронили. Поэтому было ясно, что данное предположение никак не соответствует действительности, так как Аюба Гайрбекова, Муслима Бациева, Абдул-Малика Товзарханова и Исмаила Хутиева российские военные увезли из Аргуна 12 марта совершенно здоровыми. С момента задержания и до времени доставки их тел в с.Пригородное прошла ровно неделя. И хотя, как пишет исследовавший видеозапись врач, на трупах «признаков мумификации или значительных следов разложения не отмечается», на них все же имеются следы посмертных изменений.

Другими словами, из анализа вытекает, что по времени смерть если не всех четырех, то некоторых из этих людей наступила практически сразу после задержания российскими военными и доставки их в Ханкалу.

Почему их тела оказались в таком виде на кладбище, стало ясно только после того, как 28 мая 2001 года А.Черкасов, сотрудник ПЦ «Мемориал», был допрошен по уголовному делу № 14/33/0132-01.

Дело в том, что фотографии четверых убитых с подписями, где указаны их имена и фамилии, были со ссылкой на «Мемориал» опубликованы в газете «Версия».

А 28 мая в связи с этой публикацией в редакцию газеты явились находившиеся в Москве в командировке представители военной прокуратуры из Ханкалы (в/ч 20102). Автор статьи, Маргарита Кондратьева, передала им фотографии и направила в «Мемориал». Оказалось, что расследовавший это дело старший помощник военного прокурора Владимир Юрьевич Зимин до публикации в «Версии» не мог установить личности погибших.

Выяснилось, что тела были первоначально обнаружены еще 13 марта 2001 года на самой территории военной базы в Ханкале. Утром при патрулировании периметра в арыке была замечена недавно разрытая земля. Патруль, предполагая, что в этом месте установлен фугас, вызвал саперов. Приступив к работе, те вскоре откопали торчащую вверх человеческую руку. После этого были приглашены представители военной прокуратуры, в присутствии которых саперы эксгумировали четыре тела с огнестрельными ранениями в спину и в голову сзади.

По факту обнаружения тел с признаками насильственной смерти военной прокуратурой было возбуждено уголовное дело № 14/33/0132-01. В связи с тем, что тела были найдены на территории воинской части, дело с самого начала расследовала военная прокуратура. Зимин добился того, что тела были обмыты и доставлены в ППОП (пункт приема и обработки погибших) ОГВ (с). 14–16 марта силами судмедэкспертов из 124-й судебно-медицинской лаборатории (Ростов-на-Дону) была проведена аутопсия тел, после чего их передали для захоронения в МЧС ЧР.

Сотрудники МЧС отвезли тела на сельское кладбище и выбросили там. Обнаружив, что тела были вскрыты и зашиты, и, не зная ничего ни об их происхождении, ни о проведенном посмертном вскрытии и исследовании, местные жители высказали предположение, что у погибших были изъяты органы для трансплантации. Однако отец одного из погибших, врач по профессии, пальпировал тело и установил, что внутренние органы находятся на месте.

Зимин направил фотографии убитых в территориальные органы прокуратуры по всем районам Чечни, запросив, не исчезали ли эти люди. Судя по всему, с его запросами не работали, поскольку в Аргуне, где уже было возбуждено уголовное дело по факту исчезновения 11 человек, эти фотографии опознаны не были. Впрочем, похоже, что такое отношение было и остается характерным для органов прокуратуры ЧР. Наконец, из публикации в газете «Версия» помощник прокурора узнал имена убитых.

Все материалы, собранные ПЦ «Мемориал» по этому эпизоду, были приобщены к уголовному делу. Однако полгода спустя, в декабре 2001 года, А.Черкасов был допрошен по тому же делу другим помощником военного прокурора (полугодичная командировка Зимина к тому моменту закончилась). Оказалось, что в деле отсутствуют ранее приобщенные к нему материалы, впрочем, такого рода «исчезновения» в Чечне тоже не редкость. В дальнейшем уголовное дело № 14/33/0132-01 было приостановлено «в случае неустановления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого». Насколько нам известно, это единственное дело, которое с самого момента возбуждения расследовала военная прокуратура и в ходе которого обнаруженные тела были немедленно исследованы в соответствии с нормами уголовно-процессуального законодательства.

Таким образом, в окрестностях главной военной базы только за один месяц найдено два захоронения. Напомним, что в конце февраля и начале марта в дачном поселке вблизи Ханкалы были обнаружены более пятидесяти тел, принадлежавших жителям республики, захваченным сотрудниками российских силовых структур.

При переходе дороги у пос.Кирова в Заводском районе г.Грозный подорвался на мине Хизир-Хаджи Гайтамасович Иблиев, 1962 г.р. Длительное время как беженец он проживал в ст.Орджоникидзевская (Ингушетия) и только накануне приехал проведать своих родственников.

С оторванной ниже колена левой ногой и ранением левого глаза его доставили в городскую больницу № 9. Там выяснилось, что Хизир-Хаджи Иблиев полностью потерял зрение. Кроме того, от осколков разорвавшейся мины по всему телу у него имеются многочисленные раны разной степени тяжести.

В 14 часов в г.Урус-Мартан сотрудники «специального подразделения главного разведывательного управления (ГРУ) МО РФ» (так они представились) увезли из собственного дома на ул.Толстого, 28­летнего Закри Садулаева.

На задержание они приехали на военном грузовике «Урал» и двух автомобилях УАЗ-469 с отсутствующими регистрационными номерами. Бортовой номер БТРа, который их сопровождал, был затерт.

Все военнослужащие были в масках. Сначала они поинтересовались Закриуллахом Садулаевым, 1974 г.р., но его не оказалось дома. Тогда, сказав, что им подойдет и старший брат, связали Закри Садулаеву руки, надели на голову мешок и затолкали в БТР.

За городом задержанный был пересажен в «Урал», специально переоборудованный для проведения пыток. Там ему связали веревками руки и ноги и, посадив в кресло, стали избивать. В основном удары наносились в область сердца и почек, а также по икрам и коленям ног. Затем подвергли пытке током.

Не ограничившись этим, военнослужащие вытащили его наружу, привязали сзади к БТРу и долго, сколько точно — он сказать потом не смог, волокли по вспаханному полю.

Пытки и избиения продолжались более двух часов. При этом истязатели требовали, чтобы он сознался в том, что боевик и участвовал в нападении на Буденновск, а также в боях против российских войск в дагестанских селах Карамахи и Чабанмахи.

Однако Закри Садулаев не стал признаваться в том, чего в действительности не совершал. Он неоднократно терял сознание, потом приходил в себя. После этого избиения возобновлялись с новой силой. Когда в очередной раз на короткое время пришел в себя, услышал обрывок разговора между своими истязателями. Один из них сказал другому, что избитый, скорее всего, умрет и от него пора уже избавиться.

Автомобиль тронулся, и его снова куда-то повезли. Затем вытащили наружу, оттащили в сторону от дороги на несколько метров и сбросили в какую-то яму. От сильного удара о землю Закри Садулаев очнулся окончательно. Он сумел развязать веревки на руках и ногах и выбрался наверх.

Оглядевшись, он понял, что находится на юго-восточной окраине Урус-Мартана рядом с районной больницей. Яма, в которую его сбросили, оказалась канализационным люком.

Уже наверху к нему на двух автомобилях УАЗ-469 с двух сторон подъехали сотрудники военной комендатуры и ФСБ и потребовали документы. Когда выяснилось, что их у него нет (забрали с собой те, кто до этого истязал), решили задержать. Однако, как говорят свидетели, между ними возник спор по поводу того, куда следует везти обнаруженного ими человека: в комендатуру или в ФСБ. Находившаяся рядом больница, несмотря на его ужасное состояние, в расчет не принималась.

Сразу же после задержания родственники начали поиски Закри Садулаева. Не теряя времени, они поехали в ВОВД, комендатуру, ФСБ. Поставили в известность о случившемся районные и городские гражданские власти. Однако во всех этих инстанциях в помощи отказали, стандартно заявляя, что их сотрудники к этому происшествию не имеют отношения. К 18 часам они решили поехать в больницу, предполагая, что если задержанного — убитого или только раненого — где-то выбросят, то местные жители туда его обязательно доставят.

У больницы они оказались как раз в тот момент, когда сотрудники силовых структур решали, куда везти обнаруженного ими посреди улицы избитого человека без документов. Среди подъехавших к ним родственников был и сотрудник стрелковой роты при комендатуре. Ему удалось убедить военных и сотрудников ФСБ в невиновности Закри Садулаева.

Он был освобожден и в тот же вечер, после оказания медицинской помощи в больнице, вернулся к себе домой.

Трое чеченских милиционеров получили ранения в результате подрыва автомобиля на фугасе.
                Как сообщили в УВД МВД РФ по Чечне, в районе населенного пункта Степное (Гудермесский район) на фугасе подорвалась машина УАЗ-469, принадлежащая постоянному отделу милиции с.Азамат-Юрт.
                В результате подрыва трое сотрудников милиции ЧР получили ранения. Медицинская помощь им оказана на месте.

В Чечне задержан замминистра шариатской безопасности, один из лидеров ваххабитов Урус-Мартана и руководитель крупного вооруженного формирования Абдул-Малик Межидов.
                Как сообщили в региональном оперативном штабе по проведению контртеррористической операции в Ханкале, полевой командир был задержан в результате проведения спецмероприятий.
                При задержании А.Межидов оказал сопротивление и был ранен.
                В марте 1998 года А.Межидов являлся заместителем министра шариатской безопасности Чечни, возглавляя департамент шариатских учреждений исполнения наказаний.
                Комментарий ПЦ «Мемориал»: в 2000 году вместе с отрядами, подчиняющимися Р.Гелаеву, Абдул-Малик Межидов перебрался в Грузию и вплоть до осени 2002 года находился в Панкисском ущелье.

В Аргуне убит 60-летний местный житель Салман Джамалиев, член совета старейшин этого города.
                В конце 2000 года в Аргуне неизвестными был расстрелян у себя дома председатель совета старейшин Сайпуди Аксактемиров, работавший также начальником одного из отделов городской администрации. Убийцы до сих пор не понесли наказания.

Сообщения СМИ

20 марта

В г.Грозном неизвестными совершена попытка убийства Татьяны Есауленко, 1964 г.р., находившейся у себя в доме по адресу: ул.Кирова, 22.

В ст.Петропавловская (чеч. — с.Чурт-тог1и) Грозненского (сельского) района сотрудниками российских силовых структур произведено незаконное задержание четырех человек: Р.Г. и М.Г.Тазуевых, Б.И.Азиева и А.А.Пономаренко.

Уже на следующий день по ст. 127 ч. 2 (п. «а», «г», «ж») УК РФ прокуратура района возбудила уголовное дело № 19029. 21 мая того же года в соответствии со ст. 195 п. 3 УПК РСФСР («в случае неустановления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого») оно было приостановлено.

В с.Чири-Юрт Шалинского района местные жители организовали митинг, на котором с беспокойством говорили о продолжающихся в Чечне убийствах, бесследных исчезновениях людей после задержания их российскими военнослужащими и многочисленных фактах грабежа имущества, допускаемым при «зачистках».

Выступающие выразили соболезнование родственникам Руслана Джабраилова, 1939 г.р., убитого 12 марта около 17 часов в поселке чири-юртовского цементного завода неизвестными лицами. Они потребовали от властей начать беспристрастное расследование всех обстоятельств этого преступления.

Погибший — уроженец с.Новые Атаги Шалинского района. В момент нападения он ехал в принадлежащей ему «Газели». Неизвестные на автомашине поравнялись с ним и, не сбавляя хода, расстреляли.

Митинги протеста против действий российских войск прошли в этот день и в других населенных пунктах республики: в частности, в г.Шали и г.Аргуне. Требования, которые на них выдвигались, были одинаковые: прекращение геноцида чеченского народа, начало переговорного процесса с избранными властями ЧРИ, обнародование имен и фамилий военных преступников и наказание их.

В поле недалеко от железобетонного завода в г.Шали подорвался на мине Демил Махмадиевич Башуев, 1939 г.р. Ему на помощь бросились Аюб Хаджимуратов, 1962 г.р., и Докку Дудаев, 1970 г.р., проживающие в этом городе соответственно на ул.Советская, 88, и Школьная, 39. Они также подорвались на мине.

Аюб Хаджимурадов потерял левую ногу. Докку Дудаев получил осколочные ранения головы и плеч. В результате взрыва у него был поврежден и глаз.

В Чечне перекрыта федеральная дорога «Кавказ». На западной окраине пос.Новогрозненский (с.Ойсхара) и восточнее с.Нойбера Гудермесского района магистраль завалена бетонными блоками, сгоревшими машинами, стволами деревьев. Участок дороги между двумя этими завалами имеет протяженность не менее 1,5 километра.
             Несколько сот женщин сидят на дороге и ее обочинах. На расположенных рядом вагончиках расклеены лозунги: «Нет убийствам, зачисткам, грабежу, лагерям», «Где вы, лидеры Чечни, где муфтий, где судьи? Ведь нас убивают с вашего согласия».
             За последние три дня через этот участок не проехала ни одна машина, говорят участницы пикета. Также не передвигаются здесь и воинские колонны.
             Как сообщили в РОВД, весь транспорт, идущий в Дагестан и в обратном направлении, двигается обходными путями по проселочным дорогам и сельским улицам.
             Поводом для начала митингов и выхода жителей на дорогу послужили события 15 марта, в результате которых здесь погибли восемь местных жителей и девять человек получили ранения. Если в первый день митингующие выдвигали единственное требование — наказать лиц, как они считают, причастных к инциденту, то сегодня их призывы выходят за рамки местных событий и связаны в целом с ситуацией в Чечне.
             Жители Новогрозненского утверждают, что с ними до сих пор никто из ответственных лиц администрации и правительства Чечни на месте событий не встретился и не сообщил, какие принимаются меры.
             В то же время, как сообщили в пресс-службе чеченской администрации, по местному гостелеканалу к жителям пос.Новогрозненский и с.Нойбера специально обратился глава чеченской администрации Ахмад Кадыров. Он заявил, что прокуратура республики ведет расследование по факту происшествия 16 марта и степень ответственности каждого, кто к этому причастен, непременно будет установлена.
             А.Кадыров напомнил, что действия военных в поселке 16 марта явились ответом на подрыв бронетранспортера и ранение девяти военнослужащих, проезжавших на нем по трассе «Кавказ». А.Кадыров призвал родных и близких проявить сдержанность и воздержаться от каких-либо действий, способных дестабилизировать обстановку и не прибегать к публичным выступлениям.
             Правоохранительные органы пока в происходящее не вмешиваются и не пытаются силовыми методами разблокировать дорогу.
             Военный комендант Гудермесского района Александр Павленко заявил журналистам, что в целях избежания конфликтных ситуаций приказал приостановить передвижение воинских колонн именно на том участке, который в настоящее время пикетируется жителями поселка.

В Чечне убит руководитель Пенсионного фонда Веденского района, 80-летний Шаа Мешиев. Это произошло у моста через р.Хулхулау вблизи с.Дышне-Ведено, сообщили в управлении внутренних дел Чеченской Республики.
                Здесь отметили, что именно на этом месте была проведена операция, в ходе которой ранее погиб двоюродный брат Шамиля Басаева — Хамид.
                Тело Ш.Мешиева, было обнаружено в его машине, притопленной в русле реки.
                По показаниям внучки Ш.Мешиева и его охранника, следовавших с погибшим в машине, трагедия произошла в окрестностях с.Дышне-Ведено в 7.45.
                Глава управления ПФ следовал по автодороге на совещание в Гудермес. Его автомашину обогнали «Жигули» с затемненными стеклами, из которых вышли двое неизвестных в масках и с автоматами. Они по-чеченски потребовали от Ш.Мешиева выйти из машины. Когда глава управления ПФ открыл дверь машины, он был расстрелян из автоматов.
                Его внучка и охранник не пострадали.

В Чечне при взрыве фугаса получил осколочные ранения прокурор Шатойского района Юрий Вячин. Местный житель, установивший фугас, погиб при взрыве собственного устройства, сообщили в УВД МВД РФ по Чеченской Республике.
             По словам представителей УВД, патрульные одного из блокпостов федеральных сил, расположенного на выезде из Шатоя, обратили внимание на местного жителя, «что-то закапывавшего в землю в пределах прямой видимости блокпоста».
             Практически на глазах патруля произошел взрыв неустановленного взрывного устройства, в результате которого чеченец погиб, уточнили в УВД.
             Для разбирательства происшествия на блокпост были вызваны сапер и прокурор. При осмотре места гибели местного жителя оба они получили ранения, подорвавшись на еще одном фугасе.

Сообщения СМИ

 



11 сентября 2001 г. аргунская межрайонная прокуратура по ст. 126 ч. 2 (похищение человека) УК РФ возбудила уголовное дело № 45100. 11 ноября 2001 г. оно было приостановлено согласно ст. 195 УПК РСФСР («в случае неустановления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого»). Постановление это вскоре было отменено прокуратурой ЧР, следствие по уголовному делу возобновили. Однако 29 декабря 2002 г. на прежнем основании его опять приостановили.

 

См. сообщение за 19 марта.

 

В 2001 г. в Аргуне ходили слухи, что тела остальных «исчезнувших» захоронены рядом с элеватором, на территории, где в то время размещалась российская войсковая часть. Эта информация исходила от сотрудников российских силовых структур, но обследовать место предполагаемого захоронения военные не позволяли. 28 февраля 2002 г. утром мальчишки, пасшие скот рядом с элеватором, увидели, как бродячие собаки, разрыв землю, вытаскивают на поверхность человеческую ногу. Пастухи сообщили об увиденном женщинам, стоящим у здания городской комендатуры. Вскоре о происшествии возле элеватора стало известно родственникам людей, пропавших после задержания российскими военными. В тот же день они собрались у комендатуры и потребовали у гражданских и военных властей города допустить их в указанное место для эксгумации возможно имеющегося там захоронения. Митинг у комендатуры продолжался три дня. И только днем 2 марта было разрешено опознание трупов. Прокурор Аргунской межрайонной прокуратуры Ростислав Викторович Тимшин объяснял, что саперам понадобилось почти три дня, чтобы очистить от мин дорогу к захоронению. Рядом с элеватором были обнаружены три могилы, глубина которых не превышала полуметра. Две из них уже оказались разрытыми собаками. Кости захороненных людей были обглоданы, отсутствовали головы. Не было там и одежды, по которой еще можно было бы провести опознание. Труп в третьей могиле был обезглавлен, но по характерным послеоперационным шрамам на теле Залпа Яшуркаева опознала в убитом своего мужа Абдул-Вахида Сулимовича Яшуркаева. По мнению Р.В.Тимшина, все трое были убиты в одно время.

 

По факту похищения Руслана Висхаджиева, Муслима Бациева, Али Эльдиева, Али Лабазанова, Абдул-Вахаба Яшуркаева, Шамиля Ахмадова, Абдул-Малика Товзарханова, Аюба Гайрбекова Ислама Товсултанова Аргунской межрайонной прокуратурой 23 марта 2001 г. возбуждено уголовное дело № 45031 по ст. 126 п. «а», «ж» УК РФ (похищение двух и более лиц, совершенное группой лиц по предварительному сговору); 11 мая 2001 г. дело было передано в военную прокуратуру в/ч 20102.
                26 апреля в этой же прокуратуре согласно ст. 126 ч. 2 УК РФ возбуждено уголовное дело № 45043 по поводу похищения Сайд-Магомеда Магомедовича Дикиева. По ст. 195 УПК РСФСР 26 июня того же года оно было приостановлено.

 

Т.е. у мужа. По вайна