![]() |
![]() |
В конце 1994г.— начале 1995г. в городах Моздоке (Республика Северная Осетия),
Ставрополе и Пятигорске (Ставропольский край), а позднее в Грозном начали
функционировать «фильтрационные пункты», куда должны были доставлять лиц,
подозреваемых в участии в боевых действиях против федеральных сил или в
совершении преступлений на территории Чечни. Однако в течение первого полугодия
войны не существовало никаких нормативных документов, определяющих статус
и регламентирующих деятельность таких фильтрационных пунктов (ФП).
Произвольный характер задержаний привел к тому, что в ФП в подавляющем
большинстве оказались гражданские лица, не принимавшие участия в боевых
действиях1.
Некоторых из гражданских лиц, содержавшихся в фильтрационных пунктах, федеральные
службы РФ использовали как заложников. Так, во многих случаях в обмен на
пленных российских военнослужащих чеченской стороне предлагались люди,
не принимавшие никакого участия в военных действиях и не являющиеся должностными
лицами самопровозглашенной ЧРИ.
Например, по многочисленным сообщениям официальных российских структур
в СМИ, старший брат ДЖОХАРА ДУДАЕВА — БЕКМУРЗА ДУДАЕВ был задержан 19 февраля
1995г. в Грозном, после чего этапирован в Москву в СИЗО «Лефортово». При
этом никаких свидетельств его участия в боевых действиях не приводилось,
не был он и должностным лицом ЧРИ — сообщалось лишь, что он «имел большое
влияние» на брата2. 6 апреля 1996 г. было заявлено, что Б.ДУДАЕВ был обменян
на майора 22-й отдельной бригады спецназа ГРУ ВЯЧЕСЛАВА ДМИТРИЧЕНКО, взятого
в плен 7 января. По сообщению проводившего этот обмен с чеченской стороны
представителя Главного штаба вооруженных сил ЧРИ ИСЫ МАДАЕВА3, во-первых,
речь шла не о старшем, а о младшем брате ДЖОХАРА ДУДАЕВА — МАХАРБИ, работавшем
в Грозном шофером такси. Во-вторых, чеченская сторона настояла на исключении
М.ДУДАЕВА из списка и освобождении его помимо проведенного в тот день обмена4.
По словам МАДАЕВА, это было сделано потому, что ДЖОХАР ДУДАЕВ приказал
расстрелять офицера, которого российская сторона попытается обменять на
его брата МАХАРБИ.
Вместе с братом Д.ДУДАЕВА на обмен федеральной стороной была представлена
большая группа содержавшихся на фильтрационном пункте гражданских лиц.
Перед этим от них требовали подписать документ о добровольности обмена
и отсутствии претензий к администрации фильтрационного пункта. Находивщийся
в этой группе прокурор Шелковского района ТАХИР ДАВЛЕТУКАЕВ от обмена отказался
и настаивал на предъявлении ему обвинения в соответствии с законом. Тем
не менее его обменяли вместе со всей группой.
Задержанные использовались в качестве заложников и для других целей.
Так, в январе 1996г. был задержан и содержался на грозненском фильтрационном
пункте МАДАЕВ. Его родственницам, обратившимся в марте к сотрудникам МВД
РФ по поводу возможности его освобождения, было заявлено, что МАДАЕВА могут
обменять на пленного российского военнослужащего — пусть они его найдут
и доставят. Женщины ответили, что не имеют средств и связей, чтобы найти
и выкупить пленного. Тогда им в качестве более легкого пути было предложено
найти, откопать и вывезти тела трех офицеров СОБР (специальный отряд быстрого
реагирования МВД), погибших в ходе боев в Грозном 6–8 марта 1996г.; схема
захоронения тел прилагалась. Попытки федералов вывезти их были безуспешны
из-за обстрелов с окрестных развалин. Женщины вывезли тела двоих и сгоревшие
останки третьего офицера, и к концу марта МАДАЕВ был освобожден5.
По рассказу МАГОМАДОВОЙ МАДИНЫ6, ее задержанного брата (МАГОМАДОВ ШАМСА)
сотрудники МВД обещали выпустить, если она добудет и предоставит им информацию
о местонахождении пленного солдата. Когда она выполнила это условие, ей
заявили, что этот солдат им не нужен, и потребовали сведения о местонахождении
пленного офицера. Затем история повторилась. Ее брат до сих пор не освобожден,
и о его местонахождении до сих пор ничего не известно.
Среди материалов российских силовых структур, ставших доступными после
взятия Грозного чеченскими вооруженными формированиями в августе 1996 г.,
имеется подготовленная сотрудниками ФСБ «Справка о местонахождении российских
военнослужащих, попавших в плен к НВФ»7 от 29.07.95. Этот документ содержит
фразы типа «25 июля с.г. на встрече с двумя гражданскими лицами, заинтересованными
в обмене своих людей на военноспленных, которых можно было бы обменять».
Далее идет изложение полученной от этих гражданских лиц информации, добытой
ими в ходе поисков.
Мы упоминаем здесь только те случаи, где криминальные действия (шантаж и торговля людьми) велась «от имени государства»; мы не приводим рассказы об освобождении задержанных за деньги, то есть о частной криминальной активности военнослужащих и сотрудников МВД РФ.
![]() |
![]() |